# Рапорты в Нижегородскую врачебную управу

Константин Николаевич Леонтьев

К.Н. Леонтьев. Полное собрание сочинений и писем в двенадцати томах

Том десятый. Книга первая. Документы служебной деятельности. Рапорты в Нижегородскую врачебную управу (1858-1860). Дипломатические донесения и другие документы консульской службы (1864--1873)

С.-Пб., "Владимир Даль", 2017


## РАПОРТЫ В НИЖЕГОРОДСКУЮ ВРАЧЕБНУЮ УПРАВУ. (1858-1860)


Рапорт в Нижегородскую врачебную управу.

2 декабря 1858 г.


В Нижегородскую Врачебную Управу

Лекаря Леонтьева


РАПОРТ


Состоя в настоящее время врачом при имениях гг. помещиков Арзамасского уезда барона Розена (село Спасское) и г. Стевена (с. Смирнове) и имея под надзором моим более 1000 душ мужеского пола, почтительней<ше> прошу Врачебную Управу Нижнего Новгорода исходатайствовать мне разрешение пользоваться производством в чинах как в действительной службе на основании статьи <8>3 Свода Законов Т.XII(1) стр. 16.

При сем рапорте честь имею приложить аттестат, полученный мною из Московского Императорского Университета, и указ об отставке моей и прошу эти документы мне возвратить.

No 1-й

1858 декабря 2

Село Спасское


Лекарь Леонтьев


Прошение в Нижегородскую врачебную управу.

1859 (?) г.


Просит лекарь Константин Николаев сын Леонтьев, а в чем, тому следует пункт:


§ 1


Я, нижеподписавшийся лекарь Константин Николаев сын Леонтьев, заключивши условие с помещиками Нижегородской Губернии Арзамасского уезда Полковницею баронессой Марьей Федоровной Розен и Действительным статским советником господином Стевеном -- состоять врачом при имениях их селах Спасском и Смирнове, желаю пользоваться правами действительной службы, предоставленными по § 83 Устава Врачебного, XIII тома Свода Законов издания 1857 года.

А потому всеподданнейше прошу, дабы повелено было сие мое прошение принять и сделать по оному законное распоряжение. -- К поданию подлежит в Нижегородскую Врачебную управу.

К сему прошению Лекарь Константин Николаев сын Леонтьев руку приложил.


Рапорт в Нижегородскую врачебную управу.

21 марта 1859 г.


В Нижегородскую Врачебную Управу

Состоящего при имениях

Арзамасского Уезда селах:

Спасском и Смирнове

Лекаря Леонтьева


РАПОРТ


В ответ на предписание Управы за No 462, почтительнейше имею честь донести, что больница на 16 кроватей существует только в селе Спасском; крестьяне села Смирнова пользуются в Спасской больнице, когда желают или не могут пользоваться дома. Относительно помещения в ежемесячных ведомостях и годовых отчетах и больных частной практики, то покорнейше прошу означенную Управу сообщить мне сведения о том, что разумеют под этим названием: помещиков ли, или крестьян чужих имений, приходящих ко мне за советами. -- О последних я отчетов представить не могу, ибо они и в случае выздоровления, и в случае усиления болезни после первого посещения весьма редко возвращаются.


Лекарь Леонтьев


No 2

1859 г. Марта 27. Село Спасское.


Рапорт в Нижегородскую врачебную управу.

12 мая 1860 г.


В Нижегородскую Врачебную Управу

Состоящего при селах Спасском и Смирнове

лекаря Леонтьева


РАПОРТ


Вследствие предписания Нижегородской Врачебной Управы о представлении меня к чину Титулярного советника за No 706, честь имею препроводить диплом мой на степень лекаря.


Лекарь Леонтьев


No 6

Мая 12-го дня, 1860.

С. Спасское.


## КОММЕНТАРИИ


## КНИГА ПЕРВАЯ


## РАПОРТЫ В НИЖЕГОРОДСКУЮ ВРАЧЕБНУЮ УПРАВУ. (1858--1860)


Д. В. Гущиным обнаружено в Центральном архиве Нижегородской области (ЦАНО) в фонде Нижегородской врачебной управы "Дело по рапорту вольнопрактикующего врача К. Леонтьева об определении его в помещицкое имение Арзамасского уезда в село Спасское к помещику барону Розену с правами государственной службы" (ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754). Дело начато 4 января 1859 г.


## Рапорт в Нижегородскую врачебную управу. 2 декабря 1858 г.


Беловая копия, рукой кого-то из детей бар. М. Ф. Розен {Той же рукой перебелена "Записка об учебнице естествоведения в Крыму" (Т. 7. Кн. 2).} (подпись -- автограф): ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754. Л. 1.

Печатается впервые.

Резолюция: "Предписать дабы вошел об этом с прошением в Управу по форме и представил бы условия, на каких с Гг. Помещиками принята им служба" (Там же). Внизу листа: "Исполнено 8 января No 26".

С. 7. ...барона Розена (село Спасское) и г.Стевена (с. Смирнова)... -- Барон Дмитрий Григорьевич Розен (1815 -- не ранее 1885), приятель М. Ю. Лермонтова, упомянут только в первом рапорте; в других документах упоминается уже не он, а "г-жа Розен", т. е. его жена, баронесса Мария Федоровна Розен (урожд. Ладыженская; 1821 или 1822--1882); их семья послужила прототипом семьи Новосильцевых в романе "В своем краю"; Алексей Христианович Штевен (Стевен) (1820-е-- 1877) -- сын Христиана Христиановича Штевена (Стевена) (1781--1863), основателя Никитского ботанического сада; выпускник Александровского лицея (1844; однокашник М. Е. Салтыкова-Щедрина, В. Д. Ахшарумова, кн. А. Б. Лобанова-Ростовского), помещик с. Смирново.

С. 7. Спасское -- в сер. XIX в. село на юго-восточной границе Арзамасского уезда, в 45 верстах от уездного города и в 10--20 верстах от ближайших торговых центров: сел Смирново, Арать, Якшень и г. Лукоянова. Упоминается в 1678 г. как будный майдан (завод по производству поташа) на месте бортного ухожья на р. Амеркуша; в 1682 г. принадлежало кн. В. Ф. Одоевскому и называлось д. Неркуша, в 1688-м -- владение кн. В. В. Голицына и называлось Спасским майданом или просто Спасским. В этот период здесь была построена первая деревянная церковь Спаса Нерукотворного образа. В первой пол. XVIII в. Спасский майдан находился во владении Починсковской поташной конторы, а в 1759 г. вместе с соседними майданами, составившими к тому времени единую очищенную от леса территорию, был приобретен коллежским советником Федором Михайловичем Бессоновым (?--1784). Почва здесь была бедной в сравнении с соседними черноземными местностями: "...грунт земли иловатый с песком, хлеб и трава родятся средственные" (ЦАНО. Ф. 829. Оп. 676б. Ед. хр. 5. Л. 88 об.-- 89). В р. Амеркушу (на позднейших картах -- Астра, народное название -- Разиниха) на территории села впадают четыре речки: Судорога, Бараниха, Каталка и Тетёра. По берегам большого пруда, образованного плотиной, а также вдоль Баранихи и Каталки (со своими прудами), почти перпендикулярно впадающими в Разиниху, формировались основные крестьянские порядки, а на высоком берегу пруда между двумя речками -- ансамбль помещичьей усадьбы. Ниже села Разиниха была запружена еще дважды, на одном из прудов существовала мукомольная мельница о двух поставах. За селом начинался лес смешанных пород. При Бессонове был построен "одноэтажный дом <...> деревянный, при нем сад регулярный с плодовыми деревьями <...> и с разными заморскими деревьями" (Там же). В 1782 г. была освящена новая каменная пятиглавая церковь с колокольней, построенная за садом и получившая название Спасо-Покровской (описание см.: ЦАНО. Ф. 570. Оп. 557. 1846 г. Ед. хр. 235. Л. 2--2 об.; план, фасад и аксонометрия: Там же. Ф. 3074. Оп. 1. Ед. хр. 1122).

Главный этап строительства приходится на 1790-е-- 1820-е гг., когда сын Бессонова Михаил (1753--1827) возводит в Спасском новый "каменной о двух этажах дом с осьмиугольным мезонином вверху и со шпилем" (ЦАНО. Ф. 177. Оп. 766. Ед. хр. 1843. Л. 37), а в нем -- домовую церковь во имя Михаила Архангела (освящена в 1807 г.; описание: Там же. Ф. 570. Оп. 557. 1846. Ед. хр. 235. Л. 38--42), каменные службы, больницу и кладбищенскую церковь Всех скорбящих радости (освящена в 1825 г.; Там же. Л. 48), устраивает новые пруды, разбивает английский сад. Усадебный дом был устроен "в готическом вкусе", домовая церковь украшена итальянским мрамором, "местные образа писаны лучшими художниками Санкт-Петербургской академии". "Перед замком обширный пруд с прекрасным мостом..." (описание 1814 г. цит. по: Еремеев П. Старые предания // Арзамасские новости. 1998. 3 окт. С. 5). Леонтьевские описания Троицкого в романе "В своем краю" во многом перекликаются с этим описанием усадьбы в Спасском: он пишет про "реку, бор, сады, узорные цветники и красный замок" (Т. 2. С. 83), "дом большой, кирпичный, с белыми украшениями, с маркизами и террасами, ковры цветников сбегают к реке из парка; фонтаны бьют все лето" (Там же. С. 13). Интерьер дома Л. описал так: "большие комнаты под разноцветный мрамор; люстры с переливными хрусталями, колонны; на всех дверях резные фрукты, цветы, корзины с дрожащими колосьями" (Там же. С. 126).

Сохранилось позднейшее описание усадьбы, записанное со слов местных жителей уроженцем Спасского Н. П. Воронковым (р. 1921): "Недалеко от большой церкви в 300 м на запад был выстроен двухэтажный господский дом с лепными карнизами и с круглыми большими колоннами, выходящими на западную сторону. На юг выходила парадная лестница к купальному пруду. Около дома был расположен сад по английскому профилю, по периметру дома цветник и декоративный кустарник. С восточной стороны сада (в 50 м от церкви) был выкопан земляной ров, который тянулся от речки Каталки с юга на север. Недалеко от пруда и выше реки Каталки были выстроены господские кирпичные складские постройки. Около пруда выстроены скотные дворы, каретники. Все это утопало в хорошем фруктовом саду и аллеях..." (Воронков Н. П. Хрестоматия семьи. Рукопись. 1977. С. 21).

Это описание соотносимо с воспоминаниями старшей дочери А. X. Штевена, Александры: "...помню дом их с большою залой желтого мрамора (который брали, кажется, из какой-то пещеры при с. Борнукове того же Арзамасского уезда). Помню еще круглую столовую с колонами и террасу с цветами по обе стороны широкой с уступами лестницы, и небольшую красивую церковь в саду" (Штевен А. А. Мои воспоминания // Штевен А. А Литературно-мемуарная проза. Арзамас; Саров, 2008. С. 68--69).

Г. К. Лукомский называет архитектором дома в Спасском В. И. Баженова (Лукомский Г. К. Памятники старинной архитектуры России. Пг" б. г. С. 44). В. Л. Снегирев также упоминает его среди построек "с достаточным основанием приписываемых Баженову" (Снегирев В. Архитектурное наследие В. И. Баженова // Архитектура СССР. 1937. No 2. С. 26).

М. Ф. Бессонов "успел устроить в 1820-м году в селе Спасском больницу на двадцать пять человек обоего пола людей, со всеми принадлежностьми для впадших в болезненные недуги, к облегчению и спокойствию больных, и обучил людей к сему за больными ходить" (ЦАНО. Ф. 570. Оп. 556.1828 г. Ед. хр. 127. Л. 44 об.), которая была предметом его особой заботы, что отразилось и в завещании: "...еще дополню мою просьбу к оставшим моим наследникам по человеколюбию не упускать из виду наблюдением вновь заведенную мною больницу, где нужно иметь лекаря и к присовокуплению своих домашних трав покупать ежегодно лекарств непременно в Москве рублей ста на три; прочие нужные вещи, как-то: кровати, постели, одежды для больных, разное белье, разная посуда и мебель для больных -- оное все в больнице приготовлено" (Там же. А 45 об.). Одним из первых лекарей больницы был дворовый Павел Алексеев (Там же. Л 47).

Число мест в больнице со временем сокращалось: из первоначальных 25 при Л. в 1859 г. оставалось уже 16 (см.: I, с. 9); в 1868 г., по разделении земством уезда на три санитарных участка, центром одного из которых стало Спасское, по свидетельству уездного доктора того времени, здесь была устроена больница только на 6 мест (Трушков П. М. Сифилис в Арзамасском уезде // Нижегородский сборник. 1870. Т. 3. С. 171). Впоследствии жители Спасского лечились в больнице с. Костянка, где в 1895 г. земством был выкуплен для нее дом Кутлубицких.

В сентябре 1827 г. Бессонов уезжает из Спасского, как оказывается, навсегда: 31 декабря он умирает в своем московском доме, тремя днями ранее сделав последние правки завещания. Будучи бездетным, он завещает Спасское своей сестре девице Анне, с тем, чтобы после ее смерти оно было разделено между его двоюродными племянниками -- Константином Петровичем и Сергеем Михайловичем Десятовыми (ЦАНО. Ф. 570. Оп. 556. 1828. Ед. хр. 127. Л. 51 об.). В последние годы жизни Бессонова отставной капитан К. П. Десятов жил в Спасском управляющим, оставаясь им и при своей тетке Анне. В 1830 г. при Спасо-Покровской церкви им была построена "деревянная богадельна на каменном фундаменте" (Там же. Оп. 557. 1846. Ед. хр. 235. Л. 38 об.) на пятерых человек, в 1855 г. в ней жили трое (Там же. Оп. 558. 1855 г. Ед. хр. 18. Л. 97).

К. П. Десятов ушел из жизни бездетным в октябре 1838 г., А. Ф. Бессонова умерла в Москве 21 декабря 1841 г., а С. М. Десятов, служивший в чине губернского секретаря в Арзамасе, так и не стал владельцем Спасского. Хотя по завещанию он был бесспорным наследником половины имения, на половину, оставшуюся после брата, претендовала Варвара Десятова. Сергей Михайлович был обязан заложить имение и выплатить ее долю, а также принять на себя долговые обязательства всех Бессоновых, что в совокупности с его собственными долгами значительно превышало сумму, которую он смог бы выручить, заложив имение: под угрозой продажи с публичного торга он был вынужден заложить и продать Спасское.

Летом 1846 г. Спасское приобрела баронесса М. Ф. Розен, в сентябре имение было заложено в Московский Опекунский совет за 46960 руб. серебром сроком на 37 лет; купчая крепость на сумму 104 821, 5 руб. сер. была совершена в Гражданской палате Московского окружного суда 14 октября. При покупке в Спасском числилось дворовых 28 душ мужского и 33 женского пола, крестьян 569 и 600 соответственно (по 8-й ревизии); земель разного качества -- 5392 десятин 412 сажень (Там же. Ф. 177. Оп. 776. Ед. хр. 1743. Л. 36 об.). По 10-й ревизии на сентябрь 1857 г. общее число крепостных: 605 душ мужского и 574 женского пола (ГАНО. Ф. 1. Оп. 1. Ед. хр. 247. Л 408 об.-- 409). При Розенах в имении появился винокуренный завод, где работали с найма; существовали конный и кирпичный заводы, водяная мельница, 11 крестьянских ветряных мельниц, 3 маслобойни, 1 овчинная. Основные занятия крестьян -- хлебопашество, зимой -- извоз. Грамотных среди них было 10 человек. Доходу с земли -- ок. 8000 руб. сер. в год (ЦАНО. Ф. 641. Оп. 139а. Ед. хр. 16. Л. 653).

После раздела земли с крестьянами в ходе реформы 1861 г. за бар. М. Ф. Розен в самом Спасском и д. Красные Выселки, образованной в двух верстах от него переселением спасских крестьян после пожара, уничтожившего в 1865 г. один из порядков Спасского, остается 3326 десятин земли. Из них в 1881 г. она дарит младшему сыну Федору участок при Бедновском хуторе близ д. Красные Выселки (ЦАНО. Ф. 406. Оп. 678. Д. 1465. Л 55), где он живет с супругой Евдокией Евдокимовной и детьми: Дмитрием, Елизаветой и Марией. За Марией Федоровной остаются 2260 десятин. В 1882 г. она уходит из жизни (если судить по документам на имущество, смерть произошла между 9 апреля и 30 июля 1882 г.; таким образом, общепризнанная дата ее смерти (26 апреля 1888 г.) очевидно неверна в годе); ей наследуют Д. Г. и Г. Д. Розены.

Д. Г. Розен после смерти супруги жил у дочери Анны (в замужестве Скуратовой) в Лозанне вместе с тремя внучками и бывшей гувернанткой своей дочери m-lle Marie (Штевен А. А. Мои воспоминания. С. 130). В Спасском остаются его старший сын Григорий с супругой Александрой Сергеевной и детьми: Дмитрием, Григорием и Софьей. Ф. Д. Розен в феврале 1883 г. продает четверым крестьянам 150 десятин в двух участках; оставшиеся 516 десятин тогда же были им перезаложены купцу Казанцеву. Недвижимое и движимое имущество Д. Г. и Г. Д. Розенов, заложенное и неоднократно перезаложенное разным кредитным учреждениям и частным лицам, было продано в 1887 г. с публичных торгов нескольким владельцам: И. В. Миллеру, О. К. Гноинскому, А. Н. и И. П. Кутлубицким, К. Н. Дмитриеву, П. И. Панютину, К. О. Леднёву (ГАНО. Ф. 2. Оп. 1. Ед. хр. 157. Л. 55 об.--83). В том же году остатки имения Ф. Д. Розена были проданы Д. Ф. Ханыкову и О. Д. Амозовой.

Впоследствии раздробленное имение старших Розенов вновь соединил елабужский купец С. П. Петров. Он выкупил эти земли со всем хозяйством и постройками и завещал их Серафимо-Понетаевскому женскому монастырю, вступившему в право владения в декабре 1902 г. (Нижегородские епархиальные ведомости. 1902. 15 дек. No 24. С. 675). По воспоминаниям крестьян, "монашки <...> занимались рыболовством, скотоводством, садоводством, земледелием, больше возделывали лён и коноплю. <...> Ткали тонкое льняное полотно, вязали кружева, ткали именные модные пояса, вышивали полотенца, кофты, шили нижнее платье и занимались всяким другим ремеслом по быту. Излишки земли были проданы зажиточным мужикам" (Воронков Н. П. Хрестоматия семьи. С. 27).

События времен Первой русской революции не миновали Спасское: известно о проводившейся агитации среди крестьян, подстрекательствах к порубкам монастырского леса, попытке захвата имения в ноябре 1905 г., эпизоде грабежа фруктового сада в июле 1906-го с разгоном участников казаками. Организатором волнений были местный приходской священник о. Ксенофонт Никольский и студент Томского университета М. Н. Покровский, по-видимому, являвшийся активистом Крестьянского союза. Дознание, проведенное местным благочинным, а также прошения крестьянских сходов Спасского и Красных Выселок епископу Нижегородскому и Арзамасскому Назарию, показали полную поддержку Никольского со стороны крестьян. Дознание было прекращено "за недостатком материалов"; священник переведен в другой приход, дело закрыто (см.: ЦАНО. Ф. 570. Оп. 559. 1905 г. Ед. хр. 64).

После Октябрьской революции "в господском доме был организован приют для беспризорных детей, но просуществовал он недолго, всего два года. Господский сад был передан тоже детям, а потом перешел в пользу общества, где молодежь водила хороводы и гуляния" (Воронков Н. П. Хрестоматия семьи. С. 33). В 1921 г. председателем Спасского волостного исполкома стал И. Я. Хлюстов. "Общество затребовало раздела господского имущества среди крестьян. Прекрасные аллеи господского сада, т. е. все деревья, были пронумерованы и по жеребьевке распределены между жителями, в течение одной недели их срезали. Сад опустел. Скотные дворы и холодные постройки также были сломаны и распределены между крестьян. <...> Волисполком разместился в господском доме бывшего помещика Безсонова" (Там же). Старый вяз из парка, доставшийся по жеребьевке самому Хлюстову, рос до весны 1981 г., когда был спилен, помешав строительству многоквартирного дома, теперь заброшенного.

В 1923 г. Спасская волость была упразднена с переподчинением ее селений Смирновской волости. "По решению Смирновской волости все господские постройки были снесены. Господский дом был сломан, часть кирпича вывезена на фундамент под смирновскую школу, часть продана в Силинский Майдан, часть была разобрана жителями с. Спасского <...>. Некоторые жители выстроили кладовые, некоторые запасли кирпич для кладки печей и фундаментов под постойки. Так закончили свое существование господские постройки с. Спасского" (Там же. С. 35).

Двухэтажная приходская церковь была закрыта в 1935 или 1936 г., в январе 1938 г. ее решили переоборудовать под клуб и школу. На первом этаже в помещении трапезной был оборудован клуб со сценой, в основном объеме храма -- изба-читальня, в алтарной части -- красный уголок. Верхний этаж был разделен перегородками и отдан под школу, в алтарной части устроили квартиры учителей (ЦАНО. Ф. 3074. Оп. 1. Ед. хр. 1122). Впоследствии клуб перевели в верхнюю часть храма, а в нижней завели овощехранилище. Под школу же был использован дом Ф. Д. Розена, перевезенный с его бывшего хутора. По воспоминаниям местных жителей, здание храма просуществовало до сер. 1960-х гг., когда было разобрано на кирпич.

От старого Спасского остались лишь пруды и следы засыпанного рва, проходившего через сад; на месте усадебного дома -- пустырь и заросшая куча мусора, рядом -- так и недостроенная заросшая кустарником ферма, неподалеку -- действующие овчарня и конюшня с выгоном на пруд. Местность, занятая некогда садом, частично застроена домами. На месте приходской церкви было выстроено административное здание совхоза; на месте кладбища возле здания Дома культуры размещался общественный туалет. Теперь немногочисленные сохранившиеся гранитные надгробия подняты. Могила баронессы Розен, которую вскрыли и пытались ограбить в 1920-е -- 1930-е гг., утеряна. Богадельня, находившаяся при храме, использовалась под роддом и медпункт (здание не сохранилось). На высокой треноге, стоящей среди ржавеющих автомобильных кузовов, подвешен церковный колокол с отбитым куском. Его новое назначение -- звонить в набат. (Примеч. Д В. Гущина.)

С. 7. Смирново -- в сер. XIX в. торговое село на Симбирском тракте, в 38 верстах от Арзамаса. Возникло в конце XVI в. на месте пустоши Старое Олемаево. В 1646 г. в деревне 63 двора двух владельцев: 43 -- Матюшкина и 20 -- Юшкова. Двухчастная структура межевания Смирнова сохранится на века и определит одну из особенностей села: один из владельцев заселит имение крестьянами из своих московских поместий, и в селе столетиями будут сосуществовать, не смешиваясь, два населения с характерными для них культурными отличиями в говоре и быте. В конце 1780-х гг. Смирново находится во владении девицы Анны Николаевны Матюшкиной (95 дворов, 170 душ муж. пола, 182 жен.) и гвардии прапорщика Павла Степановича Языкова (60 дворов, 183 души муж. пола, 188 жен.) (ЦАНО. Ф. 829. Оп. 6766. Ед. хр. 5. Л. 114 об.--115). "Лежит по обе стороны оврага Кружлей и при трех прудах и большой столбовой дороги, лежащей из города Арзамас в город Алатырь", "грунт земли сероглиняный, хлеб средственный, покосы лучшие, крестьяне на оброке, зажитком порядочные" (Там же). В 1809 г. была освящена деревянная Казанская церковь с приделом во имя св. Димитрия Солунского и деревянной же колокольней (ЦАНО. Ф. 570. Оп. 557. 1849 г. Ед. хр. 226. Л. 2). В 1824 г. Смирнове принадлежит статскому советнику Дмитрию Семеновичу Хвостову и прапорщику Александру Ивановичу Языкову. К 1837 г. имение Хвостова перешло во владение Ариста Павловича Энгельсона, а в 1852 г. было куплено у его сына Владиміра (в это время уже находившегося в эмиграции) младшим братом его супруги (о чете Энгельсонов см. главу в 5 ч. "Былого и дум" Герцена -- "Русские тени. Энгельсоны") Алексеем Христиановичем Штевеном.

До 1857--1858 гг. А. X. Штевен служил во П-м Отделении Собственной Е. И. В. Канцелярии, где в то время разрабатывались проекты крестьянской реформы, а затем, подав в отставку и продав свое новгородское имение, переехал из Петербурга в Смирново с тем, чтобы, как вспоминает его дочь, "на деле способствовать ее проведению". Здесь на берегу пруда он строит деревянный дом (по описанию, сделанному им в августе 1857 г., на тот момент помещичьего дома здесь еще не было; см.: ЦАНО. Ф. 177. Оп. 766. Ед. хр. 9315. Л. 10 об.), разбивает сад и уже к апрелю 1858 г. проводит новое межевание: "земли всего 1666 дес. 2332 саж. <...> Во владении крестьян состоит 1528 дес. И в помещичьем владении 88 дес. <...> Полюбовное размежевание кончено и вся земля в двух планах" (Там же. Ф. 841. Оп. 139а. Ед хр. 16. Л. 886). По 10-й ревизии, в Смирнове числилось 436 душ мужского пола. "Имение оброчное: крестьяне платят 24 р. сер<ебром> оброка с тягла <...>. Других повинностей в пользу помещика нет. Сверх того, помещик получает за наем строения под питейный дом и лавок на базаре 440 р. А всего дохода с имения: 4832 р. сер<ебром> в год. Господской запашки и барщины нет. В селе господский дом с садом. Часть крестьян занимается земледелием и большая часть ремеслом, преимущественно плотничьим. Из заведений, принадлежащих в селе крестьянам, более значительны следующие: ветряных мельниц 11; крупчатка 1; маслобоен 6; кузниц 3; валенный завод 1; больших пчельника 4; на базаре харчевен 5; собственных лавок крестьян на базаре 4; кирпичных завода 2. Крестьяне платят оброк легко и безнедоимочно и живут безбедно, чему способствует хорошая почва земли, положение села на большой дороге <...> ив особенности еженедельный базар в селе. <...> Дворовых людей нет <...>. Грамотных крестьян можно считать одну пятую часть. Они обучаются грамоте один у другого или у священника в селе. <...> Имение находится в залоге в С.-Петербургском Опекунском совете с 15-го января 1858 года в 25920 р. серебром)" (Там же. Л. 886 об.--892).

По воспоминаниям А. А. Штевен, Смирново -- "большое богатое базарное село, населенное по большей части старообрядцами. Люди эти, веками отстаивавшие свои особые религиозные убеждения и обычаи, проявляли силу характера тоже и в делах житейских. Крепостная зависимость как будто мало их стесняла. Они все отправлялись на заработки в Петербург и неукоснительно и своевременно уплачивали владельцу установленный оброк; вообще же жили вполне самостоятельно и держали себя с достоинством. Помню, как слуги в нашем доме с одобрением говорили, какие у них в селе построены хорошие чистые дома, и какие по праздникам жены их носят штофные сарафаны" (Штевен А. А. Мои воспоминания. С. 59).

В 1870 г. А. X. Штевен переводит свой дом из Смирнова на пустошь Шелому, в 5 верстах от села; в это время живет с семьей "у своих добрых соседей, у барона Розен" в Спасском; обустроившись и проживя на Шеломе с 1871 по 1874 г., Штевен продает хутор и уезжает с семьей в Германию, откуда возвратившись, чтобы уладить дела с унаследованным им селом Яблонкой, в 1877 г. скоропостижно умирает в возрасте 53-х лет. С 1880 г. его вдова (третья жена) и три дочери от предыдущих браков живут в Яблонке.

В 1876 г. за Штевеном в Смирнове остается 1 десятина земли; вторая часть Смирнова (402 дес.) в 1876 и вплоть до 1917-го г. числилась за Ольгой Уриловной Кассель, встретившей революцию на оставшемся ей после матери Шеломе. Конфискации имущества, производившиеся большевиками в декабре 1917 г., были встречены смирновскими хозяевами сопротивлением, их поддержали в соседнем с. Алемаево -- в отпор им "в Спасском мужики были подняты по тревоге в лютую декабрьскую ночь, кто в чем одет: в лаптях, тулупах, чапанах, шубах, кафтанах, вооружившись дубинами и палками, направлялись в пешем порядке по смирновской дороге через Алемаево. Но до прибытия этого разношерстного ополчения, мятеж был подавлен и разогнан латышским конным отрядом, который прибыл из Арзамаса. Зачинщики были арестованы" (Воронков Н. П. Хрестоматия семьи. С. 32).

Еще в начале XX в. жителями Смирнова было решено построить новую каменную церковь на берегу пруда, недалеко от старой деревянной. Строительство началось, но почти в самом начале было прервано войной и революцией. Остатки фундамента до сих пор можно найти в зарослях возле пруда. Смирновская деревянная Казанская церковь, как и почти все церкви округи, действовала до 1931--1932 гг., после чего была закрыта. В декабре 1937 г. ее постановили "использовать под клуб" (ЦАНО. Ф. 3074. Оп. 1. Ед. хр. 1128. Л. 3 об.). В 1970-е гг. церковь была разобрана. В селе сохранились пруды, в том числе так называемый "барский пруд", на берегу которого стоял дом Штевенов. (Примеч. Д. В. Гущина.)

С. 7. ...на основании статьи <8>3 Свода Законов Т. XII стр. 16. -- В рукописи ошибочно: "статьи 93 <...> T. XII" (точная ссылка -- в следующем документе, с. 8 наст. изд.). Статья 83 "Устава врачебного" гласит: "Там, где есть значительное дворянство, предоставляется помещикам иметь в собственном содержании врачей, пользующихся правами действительной государственной службы, или в самых городах, или в уездах" (Свод законов Российской Империи, издания 1857 года. T. XIII: Уставы о народном продовольствии, общественном призрении и врачебные. СПб., 1857. Отд. 111: Устав врачебный. С. 16).

С. 7. ...аттестат ~ из Московского Императорского Университета, и указ об отставке моей... -- Аттестат см.: Приложение 1, с. 135; указ об оставке (датирован 10 августа 1857 г.) в настоящее время не выявлен.


## Прошение в Нижегородскую врачебную управу


Писарская копия (подпись -- автограф): ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754. Л. 2--2 об.

Датируется 1859 г.

Печатается впервые.

В "Деле... по рапорту К. Леонтьева..." сохранились и другие документы. Публикуемое ниже распоряжение об утверждении Леонтьева "врачом с правами государственной службы" подписано нижегородским губернатором (с 1856) Александром Николаевичем Муравьевым (1792--1863), бывшим декабристом. Напомним, что не названный, но хорошо узнаваемый Муравьев ("генерал, мрачный декабрист, недавно возвратившийся из Сибири"; Т. 2. С. 147) появляется в одном из эпизодов романа "В своем краю" (часть 11, глава IV).

Нижегородского

военного губернатора, управляющего

и гражданскою частию канцелярия

Стол 1

7 марта 1859 года No 2778

Нижний Новгород


Нижегородской Врачебной

Управе


Вследствие представления Врачебной Управы от 6 марта за No 444 на основании 92 ст<атьи> 13 т. уст<ава> врачеб<ного> изд<ания> 1857 года, я утверждаю отставного Лекаря Константина Николаева Леонтьева, согласно его прошению, врачом с правами Госуд<арственной> службы, при имениях Арзамасского уезда Полковницы Баронессы Розен и Действительного Статского Советника Штевена.

О чем, с возвращением документов г. Леонтьева: аттестата на звание Лекаря за No 1184 и аттестата о прошлой его службе за No 15657 и условия его с означенными помещиками, уведомляя Врачебную Управу для дальнейшего распоряжения, присовокупляю, что об этом вместе с сим доведено мною до сведения Медицинского Департамента Министерства Внутренних Дел и уведомлено Нижегородское Губернское Правление.

Военный губернатор, Генерал-Майор


Муравьев


За правителя Канцелярии Лебединский <?>

(ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754. Л. 3--3 об.). Внизу помета: "Исполнено 10 марта No 462 / Слушали 10 марта".

Здесь же приложены копии аттестата: Там же. Л. 5--5 об. (на гербовой бумаге), 10. Сохранилось и "Условие" с помещиками:


Условие


Мы нижеподписавшиеся Полковница Баронесса Розен, Действительный Статский Советник Стевен и лекарь Константин Леонтьев заключили сие условие по обоюдному согласию в том, чтобы мне, Леонтьеву, состоять врачом при имениях г-жи Розен и г. Стевена, Нижегородской Губ. Арзамасского Уезда селах Спасском и Смирнове, а нам, Марье Розен и Алексею Стевену, нерушимо сохранять и выполнять ниже следующие условия:

1. Обеспечить врача Леонтьева ежегодным содержанием в 800 рубл<ей> сереб<ром>.

2. Предоставлять ему, Леонтьеву, право иметь частную практику без ущерба для больных вверенного ему имения.

3. Не препятствовать ему в исполнении поручений, возлагаемых на него, Леонтьева, Правительством, буде не встретится особливого какого препятствия со стороны болезней, могущих свирепствовать во вверенном ему имении.


Лекарь Константин Николаев сын Леонтьев

Полковница Баронесса Марья Федоровна Розен

Действительный Статский Советник Алексей Штевен


(Там же. Л. 6--6 об., той же детской рукой, какой перебелен и рапорт 1858 г.; подписи -- автографы).

С. 8. ...Действительный статский... -- В рукописи ошибочно: "Действительно".

С. 8. ...желаю пользоваться правами действительной службы... -- Имеется в виду государственная служба.


## Рапорт в Нижегородскую врачебную управу. 27 марта 1859 г.


Копия рукой кого-то из детей бар. Розен (подпись и дата -- автограф): ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754. Л. 4--4 об.

Печатается впервые.

С. 9. ...больница ~ в селе Спасском... -- См. прим. на с. 397--398.

С. 9. ...весьма редко возвращаются. -- Ср. в романе "В своем краю" о лечившихся у Руднева крестьянах: "Редкие приходили извещать, что им стало хуже или лучше; хуже -- нейдет с сердцов, лучше -- забудет прийти от радости, что можно и работать и гулять!" (Т. 2. С. 86).


## Рапорт в Нижегородскую врачебную управу. 12 мая 1860 г.


Писарская копия (дата, место, подпись -- автограф): ЦАНО. Ф. 52. Оп. 695. Ед. хр. 754. Л. 8.

Печатается впервые.

Слева на полях помета: "К причисл<ению>". Рапорт представлял собой ответ на извещение Нижегородской врачебной управы от 20 апреля 1860 г., No 706, подписанное инспектором И. Шевелевым и письмоводителем Каменским, которым Леонтьева уведомляли о том, что Управа нашла его "достойным к награждению" чином титулярного советника по выслуге "законных лет" и запрашивает его "диплом на степень лекаря, для представления вместе с формуляром и краткими списками" о службе (РГАЛИ. Ф. 290. Оп. 2. Ед. хр. 6. Л. 1).

Диплом требовали доставить "немедленно" (Там же), но дело о производстве в чин тянулось так долго, что Леонтьев успел переехать в Петербург. Следующее извещение Управы (за No 499 и тоже подписанное Шевелевым) датировано 30 марта 1861 г. и адресовано "В С. Петербург в Измайловском полку в роте в доме Тарасова Его Высокоблагородию Владиміру Николаевичу Леонтьеву для доставления Константину Леонтьеву" (Там же. ЛЗ). Вместе с ним (в ответ на запрос Леонтьева) высылался аттестат о службе и напоминалось, чтобы, "когда узнает" о производстве, тот не забыл бы внести деньги "в местное Уездное Казначейство" и сообщить об этом Управе (Там же. Л. 3--4). Но деньги, по-видимому, Леонтьев не внес, и уже в 1864 г. запрос о невыплаченных сыном 16 руб. был получен Ф. П. Леонтьевой в Кудиново (см. ее письмо к М. В. Леонтьевой от 6--10 июня 1864 г.; Там же. Ф. 2980. Оп. 1. Ед. хр. 1064. Л. 10).