# Среди деликатной публики

Николай Александрович Лейкин

Н. А. ЛЕЙКИНЪ.


ШУТЫ ГОРОХОВЫЕ

КАРТИНКИ СЪ НАТУРЫ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія д-ра М. А. Хана, Поварской пер., д. No 2,

1879.


## СРЕДИ ДЕЛИКАТНОЙ ПУБЛИКИ.


Выдался теплый майскій вечеръ. Нева не шелохнетъ. Къ тонямъ на Аптекарскомъ островѣ подплываетъ ялботъ о двухъ гребцахъ. Старательно работаютъ мускулистыя руки лодочниковъ. Въ ялботѣ купецъ съ женой. Видъ перваго напыщенно-солидный, видъ второй болѣзненно-рыхлый. Борода у купца подстрижена и расчесана, шляпа слегка надѣта на бокъ, пальто на-распашку и показываетъ бортъ сюртука съ пяткомъ маленькихъ "будничныхъ" медалекъ, помѣщенныхъ въ рядъ на золотой булавкѣ. Купчиха въ бархатномъ пальто, въ легонькой шляпкѣ съ обиліемъ цвѣтовъ и въ свѣтлыхъ перчаткахъ. На подмосткахъ тоней виднѣется полковникъ въ эполетахъ пестро одѣтый молодой человѣкъ съ стеклышкомъ въ глазу и двѣ дамы съ наряднымъ мальчикомъ. Мужики тянутъ тоню.

Подъѣзжая къ тонямъ, купецъ пріосанивается, поправляетъ медальки и говоритъ женѣ:

-- Пожалуйста держи себя во всей своей благородной дистанціи. Видишь, тамъ сегодня деликатная публика собралась и нашего суздальскаго письма не видать. Поняла?

-- Поняла, Кондратій Савельичъ.

-- То-есть что поняла? Помни, что ты хотя и паркетчица по мужниной столярной профессіи, но мануфактуру эту изъ головы брось и чувствуй какъ-бы въ не себѣ. Паркетъ паркетомъ, но у меня, все-таки, мундиръ восьмаго класса, а посему лучше по своей глупости молчи. Ввяжешься въ разговоръ -- можешь завраться и выдетъ конфузъ среди деликатной публики.

-- Слушаю, Кондратій Савельичъ.

Ялботъ причаливаетъ къ помосту. Купецъ и купчиха выходятъ изъ ялбота.

-- Счастливаго улова, господа!-- произноситъ купецъ развязно и кланяется публикѣ.-- Но гдѣ-же здѣсь уполномоченное лицо отъ тоней? Я не вижу его въ своемъ составѣ,-- обращается онъ къ рыбакамъ.

Къ купцу подбѣгаетъ приказчикъ тоней въ синей чуйкѣ и снимаетъ картузъ.

-- Накройся, любезный! По какому курсу нонѣ отпущаете?

-- По три рубли брали, но господинъ полковникъ полтину выторговали, то и съ вашей чести,-- отвѣчаетъ приказчикъ.

-- А ежели я оптовый покупатель и пріѣхалъ поддержать тебѣ комерцію на дюжину тоней?

-- Цѣна одна, что съ людей, то и съ васъ.

-- Чудакъ, но долженъ-же я по моей инструкціи какой-нибудь профитъ имѣть. Не такъ-ли, господинъ полковникъ? Откройте вашъ вердиктъ,-- относится купецъ къ полковнику.

Тотъ пожимаетъ плечами, и еле сдерживая улыбку, произноситъ:

-- Конечно, на двѣнадцать тоней уступку сдѣлать можно, но я думаю вы не успѣете ихъ закинуть. Скоро стемнѣетъ.

-- Это ужь опять не его сюжетъ, а моя собственная подробность. Можетъ, я такой капризъ подпущу, что и цѣлую ночь ловить буду. Господинъ коммерсантъ, соглашайтесь.

-- Невозможно-съ -- разводитъ руками приказчикъ.-- Отъ хозяина нахлобучка можетъ быть.

-- Въ такомъ разѣ я аренду только четыре тони и оставлю васъ съ вашимъ хозяиномъ въ мирной оваціи,-- растягиваетъ слова купецъ.

Приказчикъ кланяется.

-- Будьте счастливы! Кромѣ осетра и стерляди!

-- Какъ кромѣ осетра и стерляди! А вдругъ такой экспромтъ, что осетръ? Можетъ, я затѣмъ и пріѣхалъ, чтобъ ждать, пока онъ не попадетъ въ мои дипломатическія сѣти.

-- Тогда другой уговоръ. Меньше трехъ рублей за тоню я взять не могу.

-- Согласенъ!-- отвѣчаетъ купецъ, и обратясь къ полковнику, говоритъ:-- Въ сущности, весь пунктъ на четыре тони въ двухъ канареечныхъ, а привилегія большая. Теперича меня то головное воображеніе занимаетъ, что вдругъ осетръ или стерлядь. Переговоры мы вели при всемъ вашемъ конгрессѣ и отвиливать онъ не смѣетъ, а ему обида. Вы генерала Переплетникова изволите знать? Онъ у насъ въ братствѣ засѣдаетъ, куда я взносы дѣлаю. Такъ вотъ съ: разъ ему на Козлахъ три стерляди!.. Приказчикъ, видя всю эту музыку -- полъ-бороды, изъ физіономіи своей вырвалъ! Ей-ей. Потому невская стерлядь, по своей рѣдкости, птичьему молоку вровень. Анисья Петровна! Вы-бы присѣли, а то дамѣ на дыбахъ долго-ли устать?-- переноситъ онъ свое вниманіе на супругу.-- Вонъ и скамеечка.

Та, молча, садится.

-- А вы, должно быть, большой охотникъ до рыбной ловли?-- спрашиваетъ купца полковникъ.

-- Большое одолѣніе питаемъ, но некогда намъ этой антимоніей заниматься. Теперича окромя мануфактуры и коммерческихъ дѣлъ, я въ трехъ братствахъ и двухъ пріютахъ засѣдаю. Конечно, иногда дѣла такія въ засѣданіяхъ, что одно прессъ-папье изъ себя строишь, а все-таки, сиди. Вы князя Мухтарскаго, Аристарха Никодимыча, изволите знать? Онъ у насъ предсѣдательское кресло держитъ.

-- Нѣтъ не знаю, не слыхалъ.

-- Тоже большую слабость къ рыбной ловлѣ имѣютъ, но ту механику любятъ, чтобъ самому съ удочкой сидѣть. Разъ парадный обѣдъ въ нашемъ обществѣ изъ-за своего рыбнаго малодушества прозѣвали. Пріѣзжаютъ, а мы ужь пуншъ-глясе лижемъ и рѣчи изъ себя испускаемъ. Въ другомъ манерѣ я, будучи съ нимъ на тоняхъ около Бердова завода, чуть-чуть вотъ этотъ самый, жалованный перстень въ виду не опустилъ. Вытягиваемъ угря, а онъ изъ сѣти въ прорѣху лѣзетъ. Князь увидалъ и кричитъ мнѣ: "Кондратій Савельевъ, держи"! Тутъ я какъ былъ во всей амуниціи и ринулся... Что смѣху-то было! Страсти! Анисья Петровна, помнишь?

-- Даже очень чудесно, откликается супруга.-- У васъ еще въ тѣ поры подтяжка лопнула.

Купца слегка коробитъ.

-- Подтяжку можете и при себѣ удержать, говоритъ онъ; -- а я васъ про свою рекогносцировку съ перстнемъ спрашиваю.

-- И про перстень помню. Вы тогда полагали, что его налимъ проглотилъ, а потомъ въ мелкой ряпухѣ нашли.

-- Ну, вотъ-съ. Хорошо еще, что въ тѣ поры былъ безъ мундира и безъ регалій, а въ носильномъ платьѣ. Весь измучился. Въ мундирѣ-бы не пріятно было! у меня все-таки восьмого класса.

-- А вы чѣмъ занимаетесь?-- спрашиваетъ полковникъ.

-- Паркетный мануфактуристъ. Теперича наши произведенія въ Парижѣ на выставкѣ сіяютъ и я, какъ экспонентъ во всемъ своемъ составѣ, полагаю въ компаніи съ нѣкоторыми негоціантами и самъ туда проминажъ сдѣлать. Только насчетъ курсовъ сомнѣніе.

Полковницкую тоню вытаскиваютъ, но пустую.

-- Водицу изволили процѣдить, ваше высокоблагородіе, говоритъ купецъ.-- Ну, да и то сказать -- за то свой авантажъ потѣшили. Теперича мой чередъ. Но я полагаю господамъ рыбарямъ четвертную мужицкаго шампанскаго выставить, чтобъ вольготнѣе тянули. Въ Нищенскій-же комитетъ вносимъ, ну, а сіи персоны небольшую пропорцію отъ нищихъ содержутъ. Ребята, четверть жертвую!-- восклицаетъ онъ.

Полковницкое семейство уходитъ. Купецъ раскланивается съ полковникомъ.

-- До пріятнаго свиданія-съ. Можетъ, въ Парижѣ на выставкѣ придется встрѣтиться, такъ половимъ и иную рыбку съ вашимъ высокоблагородіемъ,-- говоритъ онъ привѣтливо улыбаясь, долго смотритъ ему въ слѣдъ, и обратясь къ женѣ, цѣдитъ сквозь зубы:

-- Дура полосатая! Не умѣешь среди деликатной публики себя потрафить! Ну, къ чему ты на счетъ подтяжки вывезла! Весь альбомъ испортила. Тьфу!