# Одиночество

Альфонс Де Ламартин

("Когда на склоне дня, в тени усевшись дуба...")

Перевод Бенедикта Лившица (1934).

## Альфонс Ламартин. Одиночество


Когда на склоне дня, в тени усевшись дуба

И грусти полн, гляжу с высокого холма

На дол, у ног моих простершийся, мне любо

Следить, как все внизу преображает тьма.

Здесь плещется река волною возмущенной

И мчится вдаль, сменясь неведомо куда;

Там стынет озеро, в чьей глади вечно сонной

Мерцает только что взошедшая звезда.

Пока за гребень гор, где мрачный бор теснится,

Еще цепляется зари последний луч,

Владычицы теней восходит колесница,

Уже осеребрив края далеких туч.

Меж тем, с готической срываясь колокольни,

Вечерний благовест по воздуху плывет,

И медным голосам, с звучаньем жизни дольней

Сливающимся в хор, внимает пешеход.

Но хладною душой и чуждой вдохновенью

На это зрелище взирая без конца.

Я по земле влачусь блуждающею тенью.

Ах, жизнетворный диск не греет мертвеца!

С холма на холм вотще перевожу я взоры,

На полдень с севера, с заката на восход.

В свой окоем включив безмерные просторы,

Я мыслю: "Счастие нигде меня не ждет".

Какое дело мне до этих долов, хижин,

Дворцов, лесов, озер, до этих скал и рек?

Одно лишь существо ушло -- и, неподвижен

В бездушной красоте, мир опустел навек!

В конце ли своего пути или в начале

Стоит светило дня, его круговорот

Теперь без радости слежу я и печали:

Что нужды в солнце мне; Что время мне несет?

Что, кроме пустоты, предстало б мне в эфире,

Когда б я мог лететь вослед его лучу?

Мне ничего уже не надо в этом мире,

Я ничего уже от жизни не хочу.

Но, может быть, ступив за грани нашей сферы,

Оставив истлевать в земле мой бренный прах,

Иное солнце -- то, о ком я здесь без меры

Мечтаю -- я в иных узрел бы небесах!

Там чистых родников меня пьянила б влага,

Там вновь обрел бы я любви нетленной свет

И то высокое, единственное благо,

Которому средь нас именованья нет!

Зачем же не могу, подхвачен колесницей

Авроры, мой кумир, вновь встретиться с тобой?

Зачем в изгнании мне суждено томиться?

Что общего еще между землей и мной?

Когда увядший лист слетает на поляну,

Его подъемлет ветр и гонит под уклон;

Я тоже желтый лист, и я давно уж вяну:

Неси ж меня отсель, о бурный аквилон!


## Примечания


(Н. Рыкова)


АЛЬФОНС ДЕ ЛАМАРТИН (1790-1869) был представителем аристократической линии французского романтизма. Этот поэт, чье творчество лишено даже самых слабых признаков "социального содержания", был, как это ни парадоксально, также и политическим деятелем. В эпоху Июльской монархии Ламартин был членом палаты депутатов, занимая легитимистскую (легитимисты - сторонники Бурбонов) позицию. При ЛуиФилиппе легитимистам, в том числе и Ламартину, нападавшим на правительство и режим диктатуры банковского капитала, приходилось говорить на республиканском языке: после революции 1848 года Ламаргин, популярный отчасти благодаря своей литературной деятельности, оказывается министром иностранных дел Временного правительства. После провала своей кандидатуры на пост президента республики Ламартин отходит от политики.

Расцветом литературной деятельности Ламартина являются 20-е и 30-е годы, когда им написаны были его главные произведения: "Meditations poetiques et religieuses" ("Поэтические и религиозные размышления"), "Nouvelles meditations" ("Новые размышления"), "Harmonies" ("Гармонии"), а также поэмы "Jocelyn" ("Жоселен", 1836) и "La chute d'un ange" ("Падший ангел"), Поэт дворянского декаданса, Ламартин в поэтическом творчестве своем такой же пессимист, как и другой романтик-аристократ А. де Виньи, но в поэзии Ламартина мы напрасно искали бы героики и стоицизма. Его стихи - чистая лирика, совершенно лишенная каких-либо связей с действительностью, лишенная в сущности даже сколько-нибудь конкретной образности. Темы Ламартина - любовь, природа. Но эти мотивы совершенно абстрагируются поэтом, превращаясь в предлог для медитаций, для чувствительно-патетических отвлеченных размышлений. В поэме "Жоселен" Ламартпи воспевает отречение от жизни и "развращающей цивилизации" ради достижения некоего духовного идеала. Как прозаик, Ламартин является автором романов "Рафаэль" и "Грациэлла" и двух исторических работ "История жирондистов" (1848) и "История реставрации" (1831-1853). Научного значения эти исторические труды не имеют. Лучшее из собраний сочинений Ламартина вышло в издательстве Hachette (1860-1865), еще при жизни поэта (40 томов). На русский язык переведены отрывки из "Истории жирондистов" ("Современник", 1847, III), "Рафаэль" ("Библиотека для чтения", 1849, ч. 94 и 95), "История жирондистов" (4 тома, СПБ, 1902) и др.


---------------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: Французские лирики XIX и XX веков / Бенедикт Лившиц; Предисл.: В. Саянов. Прим.: Н. Рыкова. -- Ленинград: Гослитиздат, 1937 (Тип. им. Володарского). -- 17х13 см. -- С. 17--19.