Кржижановский Сигизмунд Доминикович
Итанесиэс

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

  
  Сигизмунд Доминикович Кржижановский
  
   Итанесиэс
  
   Последнее упоминание о стране Итанесиэс можно встретить в старинном
  "Азбуковнике", относимом к XIV - XV векам. "Страна Итанесиэс,- отмечает
  "Азбуковник",- за полунощным морем; заселена боль-шеухими; малотелы, но уши
  их столь огромны, что могут жить, заворачиваясь в ухо, как в одежную
  ткань".
   Этим "Азбуковник" кончает. А я начинаю.
   Слово "Итанесиэс" филологи производят от Италонекос, что, с одной
  стороны, указывает на племена италов, с другой - связывает судьбу этого
  народа с именем египетского царя Некоса (????s), а то и просто с греческим
  словом ????s, что значит "туча": не впутываясь в излишнюю филологию, можно
  понять и из намеков, что родина итанесийцев - облачно-влажный, близкий
  Египту юг.
   Итанесийцы, как явствует из "Азбуковника", были существами об одном,
  но (как говорилось уже) столь огромном ухе, что из-за уха человека не
  увидеть. Передвигались итанесийцы с трудом: их слабые бескостные ножки
  путались в длинных мочках, хрящ ушной раковины цеплялся бугристыми
  выступами за придорожные камни и стебли. Да они и не любили движений:
  обычно днем большеухие ползуны прятались по глухим пещерам, таились в
  лесной тиши. Но и здесь птичьи щекоты, щебет и свисты, шум падающих еловых
  шишек, треск коры, даже шорохи древесного роста мучили и оглушали
  истонченный слух итанесийца. Прижавшись раструбом уха к земле, неподвижно
  распластанный, терпеливо дожидался итанесиец беззвучия ночи. И только когда
  гасли зори, и дни, отшумев, молкли, осторожно отрывался он, сначала
  краешком, потом наружным завитком, а там и всем ухом от земли и, блаженно
  запрокинувшись, подставлял звездящемуся небу свою чудесную чуть,
  вслушиваясь в то, что лишь ему было внятно. И в это время итанесийца,
  обычно чуткого и пугливого, можно было брать голыми руками: изловленный, он
  и не сопротивлялся и даже под лезвием, умирая, все еще тянулся
  вздрагивающим ухом вверх, в звезды.
   Юг слишком шумен и криклив для нежного слуха. Как ни прятались
  итанесийцы в беззвучие, многим пришлось погибнуть от удара о звук: шум
  дальнего обвала, стук копыта, лязг обода убивали их наповал.
   И, снявшись с дальних лесных становий, дивный народец, будто позванный
  им лишь слышимыми зовами, стал искать безвопльной и бессловной страны, куда
  не вхожи самые малые звуки шершавой земной коры, где самый воздух - мертв и
  бездвижен: короче, обетованной ему неведомо кем Страны Итанесиэс.
   Трудно исчислить все боли и смерти, ждавшие на пути: итанесийцы
  продвигались лишь по ночам, среди утишенных шумов, опасливо обползая всякий
  шелест и шорох, грозящий жизни, вдавливаясь при малейшем звуке ухом в мхи.
   Долгие годы длилось скитание несчастного народа: убиваемые качанием
  ветра, стуком подошв, пересекавших путь, устало волоча по земле свои
  окровавившиеся рваные ушные мочки, итанесийцы шли и шли, вперед и вперед,
  ведомые им лишь слышимым зовом. Понемногу шершавые голоса земли делались
  реже, глуше, разорваннее и отдаленнее: передовые отряды итанесийцев
  вступали в пустынный, давно обезлюдевший, полунощный край: в полунощном
  краю лишь тихие лёты снежин, трение туч о воздух да глухое шуршание
  мшащихся мхов. Только.
   И уцелевшие итанесийцы, обессиленные, но счастливые, один за другим
  запрокидывались на снежный бархат, сладострастно ввивая в завитки поднятых
  в звезды ушных улиток - дальнюю поступь светил. Первые из достигнувших
  страны Итанесиэс прибыли сюда вместе с весной, в пору талого льда и
  блекло-зеленых ростков. За весной - лето. А там вдруг солнце оторвало лучи
  от земли и бросило страну в полярную ночь и холод. Для итанесийцев настали
  тяжкие дни: их безволосые махонькие зябкие тельца охватило и стиснуло
  полярной стужей. Что было делать? Спасаясь от смерти, пришельцы начали
  заворачиваться в свои уши, пряча обледенелые тельца под гибкий хрящ. И те,
  у кого хрящ был мягче и дряблее, те, которые до сих пор были презираемы за
  слабую чуть к гармонии звезд, оказывались лучше приспособленными; другие
  же, с твердой, звонко резонирующей раковиной, погибали. Стужа ставила
  дилемму: или, превратив ухо в одежду, перестать слышать, но остаться живым,
  или, не изменяя древнему дару итанесийской чути, умереть.
   Большинство пошло широким путем; но были среди итанесийцев и такие,
  что не соглашались отдать слышание за жизнь: вскоре их обледенелыми
  трупиками покрылась ровная снежная гладь полунощной страны. И больше вестей
  оттуда нет. Лишь легенда о мировой гармонии, покинув мертвую страну
  Итанесиэс, и сейчас еще бродит среди людей.
  
   1922
  
  
  
  
   Кржижановский С. Д.
   Воспоминания о будущем: Избранное из неизданного/Сост., вступ. ст. и
  примеч. В. Г. Перельмутера.- М.; Моск. рабочий, 1989.- 463 с.
  
   ISBN 5-239-00304-1
  
   Еще одно имя возвращается к нам "из небытия" - Сигизмунд Доминикович
  Кржижановский (1887-1950). При жизни ему удалось опубликовать всего восемь
  рассказов и одну повесть. Между тем в литературных кругах его времени его
  считали писателем европейской величины. Кржижановскому свойственны
  философский взгляд на мир, тяготение к фантасмагории, к тому же он
  блестящий стилист - его перо находчиво, иронично, изящно.
   В книгу вошли произведения, объединенные в основном "московской"
  темой. Перед нами Москва 20-40-х годов с ее бытом, нравами, общественной
  жизнью.
   (c) Состав, оформление, вступительная статья, примечания. Издательство
  "Московский рабочий", 1989.
   Составитель Вадим Гершевич Перельмутер.
  
  
  --------------------------------------------------------------------
  "Книжная полка", http://www.rusf.ru/books/: 03.06.2003 14:41
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru