# Народные университетские курсы в Австрии

Моисей Ааронович Кроль

## НАРОДНЫЕ УНИВЕРСИТЕТСКІЕ КУРСЫ ВЪ АВСТРІИ.


До сравнительно недавняго времени народное образованіе въ Австріи находилось въ самомъ печальномъ состояніи. Безпрерывныя внутреннія неурядицы и частыя войны, кончавшіяся въ большинствѣ случаевъ для Австріи весьма несчастливо, систематически задерживали матеріальное и умственное развитіе входящихъ въ составъ имперіи различныхъ національностей. Извѣстно, какое роковое вліяніе имѣла политика Меттерниха на европейскія государства; тѣмъ гибельнѣе она была для самой Австріи, гдѣ принципы Меттерниха могли проводиться въ жизнь съ полной послѣдовательностью. Переворотъ 13-го марта 1848 г. побѣдилъ на мгновеніе реакцію. Меттернихъ сошелъ со сцены, но его печальное наслѣдіе осталось и еще долго тормазило жизнь Австріи. Черезъ три года послѣ переворота 1848 г. во всей имперіи Габсбурговъ воцаряется снова реакція, немногимъ уступавшая меттерниховской, а въ 1855 г. австрійское правительство заключаетъ съ папой конкордатъ, въ силу котораго все школьное преподаваніе предоставляется католическому духовенству. Народный умъ порабощается на много лѣтъ, и возродившіяся было, въ сердцахъ лучшихъ людей Австріи въ концѣ 40-хъ годовъ, надежды на болѣе свѣтлое будущее, безпощадно разбиваются грустной дѣйствительностью.

Неудивительно, что австрійскія народныя школы въ 50-хъ и 60-хъ годахъ влачили самое жалкое существованіе, и разнородное населеніе обширной имперіи поражало подчасъ своимъ необычайнымъ невѣжествомъ и забитостью. Несмотря, однако, на указанныя неблагопріятныя условія, соціальная жизнь Австріи постепенно измѣнялась, становилась сложнѣе, и народныя массы, въ свою очередь, не могли оставаться безучастными къ происходившимъ передъ ихъ глазами перемѣнамъ. Въ то же время несчастныя войны съ Италіей и Германіей приводятъ австрійское правительство къ сознанію полной несостоятельности его прежней политики, и съ 1867 г. въ жизни Австріи начинается новая эра. Въ 1869 г. новый школьный законъ отнимаетъ преподаваніе въ народныхъ школахъ отъ духовенства и передаетъ его въ руки государства. Избирательнымъ закономъ 2-го апрѣля 1873 г. расширяются политическія права всего населенія Австріи, палата депутатовъ дѣлается независимой отъ сеймовъ, и депутаты въ рейхсратъ избираются самими избирателями въ округахъ. Правда, реформа эта была такого характера, что народный элементъ могъ быть представленъ въ австрійскомъ парламентѣ только въ самомъ ничтожномъ числѣ: палату депутатовъ наполнили крупные землевладѣльцы, капиталисты и промышленники, но и этого было достаточно, чтобы новый парламентъ объявилъ войну всѣмъ сохранившимся въ Австріи остаткамъ феодализма и клерикализма, которые такъ сильно тормазили общественную жизнь страны.

Общество и народъ начинаютъ дышать свободнѣе; въ значительной степени расширенная свобода слова, собраній и печати даетъ возможность прежде гонимымъ прогрессивнымъ элементамъ обнаружиться съ особой силой. Въ странѣ начинается дѣятельность разныхъ союзовъ, и между ними скоро почетное мѣсто занимаютъ союзы распространенія образованія въ народѣ. Послѣдніе какъ бы торопятся наверстать потерянное время и прилагаютъ всѣ усилія, чтобы извлечь народную массу изъ тьмы, въ которой она коснѣла такъ долго. Такъ называемый "Всеобщій южно-австрійскій союзъ народнаго просвѣщенія" ("Allgemeiner niederoesterreichischer Volksbildungs-Verein") открываетъ по всей Нижней Австріи свои отдѣленія, и, какъ и слѣдовало ожидать, вѣнское отдѣленіе его очень скоро пріобрѣтаетъ особенную извѣстность.

Основанное въ концѣ 1886 г., вѣнское отдѣленіе начало свою дѣятельность весьма скромно. Оно учреждало библіотеки и организовало безплатныя публичныя лекціи для вѣнскаго населенія. Стремясь, главнымъ образомъ, къ распространенію знаній въ бѣднѣйшихъ классахъ Вѣны, "Союзъ" держится далеко отъ политическихъ вопросовъ. Расходъ на содержаніе библіотекъ и на устройство лекцій "Союзъ" покрываетъ изъ своихъ суммъ, составляющихся изъ членскихъ взносовъ, единовременныхъ пожертвованій и другихъ доходовъ. Лекторы читаютъ безплатно, и все дѣло ведется первоначально въ весьма малыхъ размѣрахъ. "Союзъ" пріобрѣлъ скоро сочувствіе во всѣхъ слояхъ вѣнскаго населенія. Число членовъ его быстро растетъ, также какъ и воодушевленіе лекторовъ, и "Союзъ", ставъ значительно богаче, начинаетъ расширять свою дѣятельность сначала экстенсивно, увеличивая число библіотекъ и публичныхъ лекцій, а затѣмъ и вглубь, беря на себя все новыя задачи.

Въ 1890 г. "Вѣнское Отдѣленіе" представляетъ уже извѣстную нравственную силу въ Вѣнѣ. Самъ австрійскій императоръ числится его членомъ, и лучшіе профессора охотно соглашаются читать народу лекціи по разнымъ вопросамъ.

Такіе результаты, однако, не удовлетворяли руководителей "Союза". Они нерѣдко чувствовали недостатокъ въ средствахъ; и такъ какъ доходы ихъ исключительно зависѣли отъ измѣнчивой частной благотворительности, то и сама дѣятельность ихъ не могла имѣть постояннаго характера. Въ 1890 г. вѣнское "Отдѣленіе" обратилось въ нижне-австрійскій ландтагъ съ петиціей о субсидіи въ 1.500 гульд. въ годъ. Весьма интересна мотивировка петиціи. Указавъ въ ней на результаты, уже достигнутые нижне-австрійскимъ союзомъ для распространенія образованія въ народѣ, податели отмѣчаютъ важное обстоятельство, что потребность въ образованіи въ простой массѣ растетъ съ каждымъ днемъ, и отдѣльныя воскресныя лекціи не въ состояніи удовлетворить запроса слушателей. Необходимы систематическіе курсы, обнимающіе въ нѣсколькихъ лекціяхъ опредѣленную область знанія. Ѣо для организаціи подобныхъ курсовъ требуются извѣстныя денежныя средства, такъ какъ трудъ лекторовъ слишкомъ тяжелъ и пользоваться безплатно ихъ услугами невозможно. Подъ этой петиціей подписалось много ученыхъ и профессоровъ, между которыми Хробакъ, Груберъ, Антонъ Менгеръ и другіе. Ландтагъ сочувственно отнесся къ петиціи и ассигновалъ "Союзу" на 1891 г. 900 гульд. Какъ видно по духу петиціи, вѣнское отдѣленіе сдѣлало значительный шагъ впередъ, остановившись на системѣ "широкаго университета" (University Extension). Въ томъ же 1890 г. въ Вѣнѣ было прочитано семь систематическихъ курсовъ, при чемъ доценты за свой трудъ получали гонораръ, публика же имѣла безплатный доступъ на лекціи.

"Союзъ", съ одной стороны, стремился приблизиться своей дѣятельностью къ англійскому "University Extension", съ другой -- преслѣдовалъ еще и другія задачи. Такъ, чтобы ознакомить бѣднѣйшее вѣнское населеніе съ классической музыкой, "Союзомъ" устраивались народные концерты, привлекавшіе массу публики, и народные вечера для развлеченія рабочихъ. Въ томъ же году, благодаря усиліямъ нѣсколькихъ выдающихся женщинъ, въ Вѣнѣ было прочитано 15 лекцій исключительно для дѣвушекъ.

Систематическіе курсы были поставлены надлежащимъ образомъ лишь зимою 1891 г.; въ качествѣ нововведенія, въ этомъ году были установлены испытанія и выдача удостовѣреній. Лекторами, болвъею частью, являлись доценты вѣнскаго университета. Слушатели передъ лекціями снабжались безплатно подробными конспектами (Leitfäden), а вслѣдъ за лекціями устраивались "классы". Успѣхъ курсовъ былъ полный. Аудиторіи, состоявшія изъ представителей самыхъ различныхъ слоевъ общества, веди себя образцово. Часто слушатели выражали сбою признательность въ формахъ, которыя трогали лекторовъ до глубины души. Многіе изъ посѣтителей успѣшно выдержали испытанія, и, по свидѣтельству лекторовъ, отвѣты нѣкоторыхъ оказывались солиднѣе и глубже отвѣтовъ студентовъ университета. Одинъ доцентъ зоологіи разсказывалъ, что его послѣ лекціи буквально осаждали вопросами, и его бесѣды съ слушателями продолжались нерѣдко цѣлый часъ по окончаніи лекцій. Упомянутый доцентъ тѣмъ болѣе удивляется этому обстоятельству, что значительная часть его слушателей состояла изъ рабочихъ, которые приходили на лекція послѣ тяжелой работы съ далекой окраины большого города и которымъ предстояло такое же путешествіе обратно.

Что заслуживаетъ спеціальнаго вниманія въ дѣятельности "Союза", такъ это превосходныя интимныя отношенія, которыя устанавливались между его лекторами я слушателями въ теченіе курсовъ. Лекторы не только сообщали свѣдѣнія, но они всѣмъ своимъ существомъ учили аудиторію терпимости къ чужимъ мнѣніямъ, гуманности и безкорыстному служенію наукѣ. Рабочіе, посѣщавшіе курсы, не только обогащались знаніями, но облагораживались, возрождались нравственно и становились среди своихъ самыми пламенными проповѣдниками необходимости высшаго образованія для народа. Неудивительно, что нравственный авторитетъ "Союза" росъ съ каждымъ днемъ, а вмѣстѣ съ тѣмъ увеличивалось число его членовъ, возростали и денежныя средства его.

Но дѣятели "Союза" не обольщались указанными успѣхами; напротивъ, они все болѣе и болѣе убѣждались, что частная благотворительность не въ силахъ поспѣть за движеніемъ, охватившимъ населеніе Вѣны. Надо было искать прочную опору для этого движенія, тѣмъ болѣе, что оно уже перешагнуло за предѣлы столицы и стало распространяться по всей странѣ. Правда, по всей Австріи съ большимъ успѣхомъ уже дѣйствовали общества распространенія образованія въ народѣ, но программы этихъ обществъ были гораздо уже той, которую выработала практика вѣнскаго отдѣленія. И вотъ, группа профессоровъ вѣнскаго университета приходитъ къ мысли ввести въ Австріи систему высшаго образованія по образцу англійскаго "University Extension", благо почва была достаточно подготовлена, особенно въ Вѣнѣ, плодотворной дѣятельностью вѣнскаго отдѣленія Союза. Будучи глубоко убѣждены, что государство должно придти на помощь новому движенію, профессора, въ числѣ 53 человѣкъ, подали въ 1893 г. академическому сенату вѣнскаго университета петицію, въ которой просили университетъ взять на себя руководство движеніемъ и ходатайствовать передъ министромъ духовныхъ дѣлъ и народнаго просвѣщенія объ ассигнованіи ежегодной субсидіи въ 6.000 гульд. въ пользу той организаціи, которая возьметъ на себя устройство университетскихъ лекцій не только въ Вѣнѣ, но и во всей странѣ. Петиція представляетъ особый интересъ какъ въ виду того, что въ ней выяснена основная точка зрѣнія лицъ, подавшихъ ее, такъ и потому, что въ ней съ рѣдкой убѣдительностью изложены аргументы въ пользу устройства въ Австріи университетскихъ курсовъ для народа.

Вкратцѣ содержаніе петиціи слѣдующее. Прошло уже не мало лѣтъ, какъ въ Австріи были открыты общія элементарныя школы, и ихъ благодѣтельное вліяніе сказывается уже повсюду. Этого, конечно, и слѣдовало ожидать; но опытъ протекшихъ лѣтъ также успѣлъ показать, что въ народѣ существуетъ органическая потребность въ болѣе широкомъ образованіи, нежели то, которое пріобрѣтается въ народной школѣ. Первоначальная школа даетъ дѣтямъ лишь средство, могущее оказать имъ услугу при дальнѣйшемъ образованіи; къ сожалѣнію, большая часть дѣтей изъ народа остается ори своихъ школьныхъ знаніяхъ; когда же они дѣлаются взрослыми, то на каждомъ шагу начинаютъ чувствовать недостаточность усвоенныхъ ими въ школѣ свѣдѣній; въ нихъ естественно пробуждается стремленіе пополнить свои знанія. А если рабочій, ремесленникъ или мелкій собственникъ предпочитаетъ вечера досуга посвящать занятіямъ наукой, то государство, давшее народу первоначальныя школы, въ своихъ же собственныхъ интересахъ, должно продолжить дѣло воспитанія народа. Появленіе частныхъ учрежденій, содѣйствующихъ удовлетворенію потребности народа въ образованіи, можетъ бытъ разсматриваемо, какъ симптомъ и доказательство широкаго распространенія этой потребности. Въ самой Вѣнѣ были сдѣланы двѣ попытки разрѣшить проблемму болѣе широкой постановки народнаго образованія, именно "Союзомъ народнаго просвѣщенія" и рабочими организаціями. О дѣятельности перваго мы уже говорили.

Не менѣе благопріятны результаты дѣятельности "Союза рабочихъ для образованія" (Arbeilerbildtmg's-Verein'а), чтенія и доклады котораго были первоначально доступны только членамъ его, пока на основаніи рѣшенія, принятаго осенью 1891 г., 15 вѣнскихъ Bildungsverein'омъ, 41 профессіональное товарищество (Fachvereine) и еще 7 ассоціацій не соединились въ "Союзъ образовательныхъ обществъ Нижней Австріи", причемъ за годъ союзъ устроилъ 1.362 доклада, преимущественно по вопросамъ экономическимъ. Какъ показываетъ сравненіе, рабочіе союзы заняты, главнымъ образомъ, тѣмъ, чтобы дать своимъ товарищамъ, приходящимъ изъ деревень, элементарное образованіе и затѣмъ подготовить ихъ соотвѣтственными лекціями къ политической дѣятельности. Напротивъ, "Союзъ народнаго просвѣщенія" далекъ отъ такихъ цѣлей. Рабочіе союзы одностороння и не въ силахъ организовать обширные курсы: имъ недостаетъ денегъ о лекторовъ. Также стѣсненъ въ своей дѣятельности и "Союзъ", такъ какъ частному учрежденію невозможно покрыть издержекъ, необходимыхъ для поднятія образовательнаго уровня населенія Вѣны. Ему пужоа постоянная, опредѣленная поддержка, которую въ силахъ оказать только государство; нуженъ также руководитель, который цѣлесообразно издерживалъ бы имѣющіяся средства и заботился о расширеніи и углубленіи всеобщаго образованія. Такимъ руководителемъ можетъ быть только вѣнскій университетъ, ибо онъ одинъ пользуется довѣріемъ страны и только онъ одинъ можетъ выставить подходящихъ людей для веденія такого дѣла. Въ Англіи университеты также взяли на себя руководительство университетскимъ движеніемъ, не нарушая при этомъ никакихъ традицій. Германскіе и австрійскіе университеты могутъ воспользоваться опытомъ англійскихъ. Пусть вѣнская aima mater будетъ первымъ нѣмецкимъ университетомъ, выступающимъ на славный путь, указанный Англіей! Почва подготовлена.

Намѣтивъ въ общихъ чертахъ проектъ организаціи университетскихъ курсовъ, профессора въ петиціи такъ характеризуютъ цѣль курсовъ: во-первыхъ, они должны возбуждать въ народѣ стремленіе къ дальнѣйшему образованію, затѣмъ поднимать интеллектуальный и, косвенно, нравственный уровень народной кассы; во-вторыхъ, курсы должны давать отдѣльнымъ группамъ теоретическое основаніе для спеціальныхъ занятій. Руководствуясь примѣромъ Англіи, профессора предлагаютъ устраивать послѣ каждаго курса экзамены и выдержавшимъ удовлетворительно испытанія выдавать особыя свидѣтельства за подписью коммиссара, спеціально назначеннаго на то академическимъ сенатомъ университета. Къ свидѣтельствахъ должна быть приложена университетская печать.

Дальнѣйшая судьба этой замѣчательной петиціи, напоминающей письмо Джемса Стюарта кембриджскому университету, видна изъ "Отчета объ университетскихъ лекціяхъ для народа", читанныхъ въ 1895--1896 г. Академическій сенатъ встрѣтилъ петицію благосклонно и поручилъ выработку соотвѣтственнаго устава профессору Антону Менгеру, который при содѣйствіи нѣсколькихъ доцентовъ, уже пріобрѣвшихъ извѣстность своею дѣятельностью на пользу вѣнскаго "Союза", вскорѣ составилъ статутъ, одобренный послѣ незначительныхъ измѣненій академическимъ сенатомъ и министерствомъ народнаго просвѣщенія.

Статутъ содержитъ 20 §§.

Приводитъ его здѣсь нѣтъ никакой надобности. Замѣтимъ лишь, что комитетъ сдѣлалъ шагъ назадъ въ своей постановкѣ курсовъ по сравненію съ планомъ, намѣченнымъ профессорами въ петиціи,-- академическій сенатъ обходитъ молчаніемъ предложенныя въ петиціи испытанія и выдачу удостовѣреній. Мы считаемъ это обстоятельство регрессомъ, потому что разъ въ народѣ существуетъ потребность подвергаться испытаніямъ, разъ испытуемымъ доставляетъ нравственное удовлетвореніе свидѣтельство, удостовѣряющее, что такое почтенное учрежденіе, какъ университетъ, признало ихъ занятія успѣшными, то комитетъ, вызванный жизнью и созданный для жизни, долженъ былъ пойти на встрѣчу ея запросамъ. Но уклоненіе отъ плана, намѣченнаго въ петиціи, влечетъ за собой еще другія невыгодныя послѣдствія. Экзамены даютъ возможность контролировать лекторовъ и входить въ близкія сношенія съ публикой; они даютъ возможность экзаменаторамъ изучать университетское движеніе по различнымъ его индивидуальнымъ проявленіямъ и воочію убѣждаться, каковы его результаты, насколько оно глубоко; наконецъ, сближаясь съ учащимися, экзаменаторы черпаютъ изъ этихъ сношеній новую вѣру въ свое дѣло и тысячью узъ сродняются съ народной массой, а отъ этого и все дѣло, конечно, много выигрываетъ.

Совсѣмъ не такъ шло дѣло въ Англіи. Когда кэмбриджскій университетъ взялъ въ свои руки университетское движеніе, онъ сразу принялъ систему экзаменовъ, обставивъ послѣдніе съ всевозможною серьезностью и предъявивъ къ испытуемымъ весьма строгія требованія. Позже этотъ старѣйшій изъ англійскихъ университетовъ пошелъ еще дальше и ввелъ систему "аффиліаціи", которая не только принесла громадную практическую пользу массѣ людей, давъ имъ право проходить часть университетскаго курса внѣ стѣнъ университета, но также имѣла великую принципіальную важность, такъ какъ открыто признала, что всякій, даже чернорабочій, можетъ усвоить внѣ высшихъ учебныхъ заведеній солидныя университетскія познанія. Вѣнскій университетъ не воспользовался уроками Англіи и сдѣлалъ несомнѣнную ошибку.

Не менѣе страннымъ кажется намъ § 6 статута, предоставляющій академическому сенату право во всякое время распустить комитетъ. Если принять во вниманіе, что цѣль комитета вполнѣ безкорыстна и образовательна, то такое неограниченное право сената совершенно не вызывается необходимостью, и мы склонны думать, что этотъ § продиктованъ скорѣе административными соображеніями, нежели соображеніями о пользѣ дѣла. Очевидно, академическій сенатъ вѣнскаго университета не обладалъ еще въ моментъ составленія статута несокрушимой вѣрой въ успѣхъ университетскихъ курсовъ для народа.

Для сужденія о томъ, что успѣла сдѣлать новая организація цѣннымъ матеріаломъ служатъ: "Программа народныхъ университетскихъ курсовъ" и отчетъ за 1895--1896 г., [составленный предсѣдателемъ комитета, извѣстнымъ профессоромъ Антономъ Менторомъ.

Къ чтенію курсовъ было приступлено въ ноябрѣ 1895 г. Согласно статуту, рядомъ съ курсами могли также читаться и отдѣльныя лекціи, но лекторы сразу приступили къ систематическимъ курсамъ и не устраивали отдѣльныхъ публичныхъ чтеній, главнымъ образомъ, потому, что потребности населенія въ такихъ лекціяхъ вполнѣ удовлетворялъ вѣнскій "Союзъ". Впрочемъ, въ исключительныхъ случаяхъ, комитетъ допускалъ чтеніе отдѣльныхъ лекцій, именно тогда, когда какой-нибудь извѣстный профессоръ изъявлялъ готовность прочитать вступительную лекцію къ обширному курсу. Такъ, курсу бактеріологіи Шлагенгауфера предшествовала вступительная лекція проф. Вайксельбаума (Weichselbaum), курсу гигіены Лодэ -- вступительная лекція проф. Грубера и т. д.

Вообще, курсы, связанные одной общей идеей, были разбиты на три серіи. Первая серія была прочитана въ промежутокъ отъ половины ноября до половины декабря 1895 г., вторая -- въ теченіе января и февраля 1896 г. и третья до Пасхи 1896 г. Первая серія обнимала 25 курсовъ, вторая -- 24, а третья -- 10. Каждый курсъ продолжался 6 вечеровъ, по ІМа часа каждый вечеръ. Послѣ лекціи по астрономіи, первобытной исторіи человѣка и исторіи греческой культуры, лекторы неоднократно совершали соотвѣтственныя экскурсіи въ астрономическую обсерваторію, императорскій музей и академію художествъ. Лекціи о свѣтѣ и электротехникѣ привлекали такую массу публики, что лекторы вынуждены были повторять одинъ и тотъ же курсъ передъ разными аудиторіями и два, а то и три раза въ недѣлю.

Изъ общаго числа 58 курсовъ на естественныя науки пришлось -- 15, медицинскія -- 17, историческія -- 13, исторію литературы и искусства -- 8, юридическія -- 5, а всего 58.

Всѣ курсы посѣтило въ общемъ 6.172 человѣка, изъ которыхъ на первую серію приходится 2.531 чел., на вторую -- 2.232 чел. и на третью -- 1.409 чел.; если число посѣтителей распредѣлить по указаннымъ группамъ, то придется въ среднемъ: на медицинскіе курсы -- 137 посѣтителей, курсы по исторіи литературы и искусства -- 103, естественно-историческіе -- 120, исторіи -- 76, юридическихъ наукъ -- 46.

Чтобы выяснить общественное положеніе. возрастъ и подъ посѣтителей, дѣлалась по извѣстной программѣ записи; къ сожалѣнію, далеко не всѣ рубрики были заполнены надлежащимъ образокъ, какъ потому, что многіе прямо уклонялись отъ отвѣтовъ на такіе щекотливые вопросы, какъ возрастъ, общественное положеніе и умственный цензъ, такъ и потому, что наплывъ публики передъ лекціями бывалъ громадный, и счетчики не успѣвали всѣхъ опросить. Тѣмъ не менѣе, о нѣкоторыхъ курсахъ имѣются любопытныя данныя. Такъ, курсы начертательной геометріи и машиностроенія посѣтило 105 чел., и изъ нихъ 74 (т. е. 70%) были рабочіе. Точно также рабочій контингентъ достигалъ 68% на лекціяхъ Гбрнеса "о первобытной исторіи человѣка". На прочихъ курсахъ рабочіе составляли отъ 20--25% всѣхъ посѣтителей.

Статутъ призвалъ необходимымъ назначить входную плату за посѣщеніе лекцій. Въ этомъ отношеніи дѣятельность комитета существенно отличается отъ дѣятельности вѣнскаго "Союза", лекціи и курсы котораго безплатны. Имѣя примѣръ 22-лѣтней успѣшной дѣятельности англійскихъ университетовъ, комитетъ установилъ плату за курсы по слѣдующимъ двумъ соображеніямъ: во-первыхъ, плата является весьма важной статьей дохода, а во-вторыхъ, она прекрасное средство противъ того, чтобы аудиторій не наводняла масса любопытныхъ въ ущербъ тѣмъ, которые серьезно хотятъ работать. Плата держитъ такихъ любопытныхъ далеко отъ лекцій и курсами пользуются только лица, имѣющія серьезное стремленіе къ самообразованію. Но, чтобы курсы все-таки были доступны всѣмъ слоямъ населенія, плата назначена болѣе чѣмъ умѣренная -- одна крона (50 крейцеровъ -- 40 коп.) за цѣлый курсъ или 8 1/3 кр. за лекцію. Если принять во вниманіе, что кромѣ лекцій бывали и классы, и что весьма нерѣдко лекторы дѣлали со своими слушателями экскурсіи, то нельзя не согласиться, что назначенная за курсъ плата открываетъ положительно каждому возможность слушать университетскія лекціи. Въ послѣднемъ отношеніи вѣнскій комитетъ далеко опередилъ англійскіе университеты. Имѣя далѣе въ виду, что среди рабочаго населенія бываютъ и такіе бѣдняки, которымъ трудно тратить даже крону, лекторы нерѣдко выдавали рабочимъ безплатные входные билеты для бѣднѣйшихъ ихъ сотоварищей.

До сихъ поръ мы говорили о внѣшнихъ результатахъ организованныхъ вѣнскимъ университетомъ курсовъ для народа. Не менѣе, конечно, интересно познакомиться съ внутреннимъ содержаніемъ новаго движенія, съ тѣмъ, какъ себя чувствовали во время курсовъ лекторы, какое они вынесли впечатлѣніе отъ аудиторій; какъ вели себя посѣтители, какіе они оказывали успѣхи и т, д. Отвѣтъ на всѣ эти вопросы, хотя чрезвычайно сжатый, мы также находимъ въ "Отчетѣ" комитета.

Съ самаго начала лекторамъ было дано краткое руководство, какъ вести курсы. Въ этой своеобразной инструкціи прежде всего указывалось, что лекція только тогда можетъ приносить пользу, если она ясно и общедоступно излагается; далѣе лекторамъ дается совѣтъ читать свободно и ни на минуту не нарушать духовной связи, устанавливающейся между ними и аудиторіей въ началѣ курса; они не должны уклоняться отъ программъ, которыми снабжаются слушатели передъ лекціями, а за каждой лекціей обязательно долженъ слѣдовать "классъ", въ теченіе котораго лекторъ съ помощью разныхъ вопросовъ, которые ставитъ онъ самъ или желающіе изъ слушателей, выясняетъ трудныя, или непонятныя мѣста лекціи. Допускаются также письменныя работы на извѣстныя темы. Въ руководствѣ, наконецъ, высказывается желаніе, чтобы лекторы по мѣрѣ возможности лично знакомились со своими учениками, и такимъ образомъ "индивидуализировали и углубляли обученіе".

О своихъ занятіяхъ и наблюденіяхъ доценты должны представлять подробные отчеты. Такихъ отчетовъ было представлено доцентами вѣнскаго университета только 19 и во всѣхъ ихъ составители единодушно превозносятъ вниманіе, образцовое поведеніе и рѣдкую любознательность слушателей. Многіе доценты выражаютъ глубокое удивленіе по поводу необыкновенной понятливости и глубокомыслія, которыя обнаруживали иные ученики во время обсужденія разныхъ вопросовъ въ "классахъ". Одинъ доцентъ, читавшій курсъ юридическихъ наукъ, сообщаетъ, что изъ 50 посѣтителей только 80 прослушали его курсъ аккуратно до конца, за то эти 30 человѣкъ поражали его своимъ усердіемъ, тѣмъ болѣе заслуживающимъ удивленія, что обсуждавшіяся темы были весьма отвлеченнаго характера и представляли не мало трудностей для усвоенія. На этомъ курсѣ, утверждаетъ доцентъ, университетскія лекціи для народа выдержали испытаніе блестяще.

Въ общемъ, колебанія въ числѣ слушателей были невелики, и большинство записывавшихся на курсы посѣщало ихъ аккуратно до самаго конца.

Программы лекцій играютъ такую важную роль во всей системѣ "университета для народа", что обойти ихъ молчаніемъ невозможно. Почти всѣ курсы, прочитанные подъ руководствомъ вѣнскаго комитета, въ теченіе 1895--1896 г., снабжены конспектами, но по достоинству своему конспекты далеко не равны. Есть такіе, которые, вѣроятно, очень мало помогли слушателямъ вслѣдствіе своей краткости и отсутствія въ нихъ указаній на литературные источники, но есть и такіе, которые несомнѣнно оказали громадную услугу учащимся, ибо они не только даютъ самый подробный планъ каждой лекціи, но также снабжены превосходно составленными вопросными пунктами, отвѣты на которые должны исчерпать все содержаніе курса. Наименѣе полны конспекты по курсамъ литературы и естественныхъ наукъ, а наиболѣе цѣнны конспекты по исторіи.

Не желая утомлять читателя перечисленіемъ всѣхъ 58 курсовъ, прочитанныхъ подъ руководствомъ вѣнскаго университета, мы позволимъ себѣ привести лишь списокъ 10 курсовъ, прочитанныхъ за февраль и мартъ мѣсяцы 1896 г., чтобы показать, какъ разнообразны предметы преподаванія и какимъ разнообразнымъ запросамъ удовлетворяли народные университетскія курсы. Вотъ названія ихъ: 1) первобытное искусство; 2) римская исторія; 3) исторія Наполеона I; 4) древнѣйшая исторія нѣмецкой литературы; 5) первая помощь (лекція сопровождалась практическими работами и демонстраціями); 6) астрономія (солнечная система) -- были совершены двѣ экскурсіи въ астрономическую обсерваторію; 7) анатомія (съ демонстраціями); 8) физіологія человѣка (производились опыты и демонстраціи); 9) лѣченіе дѣтскихъ болѣзней и 10) электротехника (съ экспериментами).

Конечно, если сравнить успѣхи вѣнскаго Volksbildungs-Verein'а и комитета съ успѣхами англійскаго "University Extension movement", то первые покажутся небольшими, но нельзя забывать, что Австрія начала жить свободной политической жизнью лишь недавно, и что такое движеніе, какъ университетское, требуетъ для своего развитія широкаго простора и надлежащихъ условій.

Но разъ начало сдѣлано и столь блестяще, можно ли сомнѣваться, что новое движеніе будетъ съ каждымъ годомъ рости? Университетское, движеніе слишкомъ жизненно и несетъ слишкомъ много жизни другимъ, чтобы оно могло замедлить свой ходъ. Гдѣ существуетъ дѣйствительная свобода преподаванія для всѣхъ, тамъ побѣдительницей всегда будетъ истина, тамъ всегда найдутъ доступъ и широкое распространеніе прогрессивныя идеи вѣка, а идея необходимости поднять умственный и нравственный уровень народныхъ массъ путемъ распространенія среди нихъ высшаго образованія -- есть одна изъ величайшихъ и плодотворнѣйшихъ идей, выработанныхъ текущимъ столѣтіемъ.


М. Кроль.


"Міръ Божій", No 5, 1897