Корелина Надежда Петровна
Деревенские рассказы Людвига Анценгрубера

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Текст издания: журнал "Русская Мысль", кн. VI, 1898.

   

Деревенскіе разсказы Людвига Анценгрубера.

(Переводъ съ нѣмецкаго)

   Людвигъ Анценгруберъ родился въ Вѣнѣ въ 1839 году въ семьѣ мелкаго чиновника. Не получавши, по недостатку средствъ, систематическаго образованія, Анценгруберъ перепробовалъ самый различныя профессіи: сначала былъ приказчикомъ въ книжномъ магазинѣ, потомъ актеромъ (1860--1867 г.), затѣмъ сотрудничалъ въ различныхъ юмористическихъ журналахъ, а въ 1869 году поступилъ чиновникомъ въ канцелярію вѣнской полиціи. Еще въ 1859 году Анценгруберъ написалъ драму на конкурсъ по поводу столѣтней годовщины Шиллера, но преміи не получилъ, и его литературная извѣстность начинается только съ 1870 года, когда онъ написалъ драму Der Pfarrer von Kirchfeld, и съ этихъ поръ до конца жизни (въ 1889 г.) Анценгруберъ посвятилъ себя исключительно литературнымъ занятіямъ.
   Несмотря на городское происхожденіе, Анценгруберъ, подобно своему современнику Розеггеру, съ разсказами котораго мы познакомили читателей Русской Мысли (мартъ 1898 г.), изображаетъ въ своихъ многочисленныхъ произведеніяхъ почти исключительно крестьянскую жизнь. При этомъ самое отношеніе къ крестьянамъ у обоихъ писателей въ общемъ одинаково: оба они далеки отъ идеализаціи хорошо знакомаго имъ быта, оба не скрываютъ мужицкой грубости, но умѣютъ находить подъ заскорузлою оболочкой деревенскихъ обитателей симпатичныя черты неиспорченной натуры и относятся къ крестьянскому люду съ неизмѣнною гуманностью. Но при всемъ сходствѣ съ Розеггеромъ, Анценгруберъ отличается отъ него, кромѣ индивидуальныхъ свойствъ своего таланта, и другими особенностями, которыя обусловливаются отчасти его актерскимъ прошлымъ, отчасти городскимъ происхожденіемъ. Хорошее знаніе сцены натолкнуло Анценгрубера на дѣятельность драматическаго писателя. Онъ сдѣлался драматургомъ по преимуществу, и нѣмецкая критика справедливо считаетъ его создателемъ народной драматической литературы. Другая особенность Анценгрубера заключается въ его направленіи: онъ гораздо болѣе Розеггера подвергаете! вліянію наиболѣе значительныхъ общественныхъ теченій своего времени. Выступивъ на литературное поприще въ тотъ моментъ, когда въ Германія начинался знаменитый Kulturkampf, Анценгруберъ примкнулъ къ антиклерикальному направленію, котораго и держался всю свою жизнь. Онъ не врагъ положительной религіи и умѣетъ найти и въ католицизмѣ много высоконравственнаго и глубоко-трогательнаго; но возстаетъ прежде всего противъ отжившаго свой вѣкъ католическаго аскетизма, который въ хорошихъ натурахъ подавляетъ законныя, иногда даже лучшія стремленія человѣческой природы, а въ дурныхъ -- ведетъ къ лицемѣрію и вносить развратъ съ той стороны, откуда слѣдовало бы ожидать нравственнаго улучшенія.
   Уже въ драмѣ Der Pfarrer von Kirchfeld Анценгруберъ съ поразительною силой возстаетъ противъ безбрачія католическаго духовенства,-- въ живыхъ образахъ изображаетъ трагическія послѣдствія этого установленія и не разъ возвращается къ его вредному вліянію въ другихъ произведеніяхъ. Позже, въ драмѣ Die Kreueelschreiber, рисуя борьбу старокатоликовъ противъ ученія о папской непогрѣшимости, Анценгруберъ бичуетъ оцѣпенѣлость церковныхъ формъ и безжизненность церковныхъ споровъ. Въ этой же драмѣ онъ осмѣиваетъ мертвую обрядность, которая душить живое религіозное чувство и искажаетъ христіанскую нравственность. Къ этой темѣ особенно охотно возвращается онъ и въ изображеніяхъ деревенской жизни, причемъ здѣсь сарказмъ обыкновенно переходить въ добродушный юморъ. Такъ, въ разсказѣ Der Gottüberlegenen Jakob хитрый крестьянинъ далъ обѣтъ отслужить много, много обѣденъ за выздоровленіе своей коровы, а когда она поправилась, то поспѣшилъ ее продать, не исполнивъ дорого стоющаго обѣта, въ полной увѣренности, что положенное за это наказаніе падетъ не на него, а на корову, которая будетъ принадлежать уже другому владѣльцу. Не менѣе часто, какъ въ драмахъ, такъ и въ разсказахъ, изображаетъ Анценгруберъ, какъ юные грѣшники становятся подъ старость благочестивыми католиками безо всякой нравственной перемѣны. Такъ, въ комедіи Gewissenswurm онъ даетъ чрезвычайно живой образъ стараго обѣднѣвшаго крестьянина, который хочетъ загладить свою вину передъ соблазненной имъ въ молодости дѣвушкой, послѣ того, какъ она съ тѣхъ поръ успѣла сдѣлаться зажиточною крестьянкой, а въ разсказѣ Sündkind Анценгруберъ возвышается до истиннаго трагизма, изображая состояніе молодого человѣка, котораго родители за свои собственные прежніе грѣхи обрекли въ духовное званіе, т.-е. на безбрачіе.
   Другой важный интересъ для Анценгрубера составляютъ соціальные вопросы, выступившіе въ 70-хъ годахъ въ нѣмецкомъ обществѣ съ особенною силой. Но, какъ самоучка, обязанный своимъ образованіемъ не школѣ, а книгамъ и жизни, Анценгруберъ не имѣетъ ясной и опредѣленной программы для устраненія общественныхъ недостатковъ и даже не особенно глубоко проникаетъ въ общественную жизнь. Изъ всѣхъ устоевъ общества его особенно интересуетъ семья, и онъ съ необыкновенною силой выставляетъ на видъ ея недостатки. Съ этой точки зрѣнія большой интересъ представляетъ одна изъ раннихъ его драмъ Рука и сердце (Hand und Hers), въ которой изображено положеніе женщины, вышедшей вдали отъ родины второй разъ замужъ при жизни перваго мужа. Развращенный, до мозга костей, первый супругъ несчастной выслѣдилъ свою жертву и, грозя судомъ, началъ безжалостно ее эксплуатировать и требовать удовлетворенія своимъ грязнымъ страстямъ, чѣмъ довелъ до преступленія ея второго мужа, честнаго и незлобиваго человѣка, который не нашелъ другого исхода, кромѣ убійства безпутнаго негодяя. Живые образы превосходно написанной драмы производятъ сильное впечатлѣніе и ясно выражаютъ основную мысль автора, что законы о семьѣ во многихъ отношеніяхъ требуютъ пересмотра. Въ другой драмѣ, Das vierte Gebot (по нашему 5-я заповѣдь), Анценгруберъ выступаетъ на защиту дѣтей противъ злоупотребленій родительской власти и изображаетъ двѣ семьи, испортившія жизнь своихъ дѣтей, причемъ, по крайней мѣрѣ, одна изъ нихъ искренно, трагически сознаетъ свою вину. Но и здѣсь отрицаніе Анценгрубера не заходитъ слишкомъ далеко. Одно изъ дѣйствующихъ лицъ его драмы, обращаясь къ духовенству, такъ формулируетъ основную мысль автора: "Если вы учите въ школѣ дѣтей: чти отца твоего и матерь твою, то проповѣдуйте родителямъ съ церковной каѳедры, чтобъ они жили и дѣйствовали сообразно съ этимъ требованіемъ", и Анценгруберъ на-ряду съ двумя плохими семьями изображаетъ стараго садовника и его жену, которые сумѣли доставить счастье своему сыну.
   Важнаго вопроса соціальной жизни -- отношенія между трудомъ и капиталомъ Анценгруберъ почти совершенно не касается и значительныхъ изображеній рабочаго люда и фабричной жизни не встрѣчается въ его многочисленныхъ произведеніяхъ. Но въ своихъ разсказахъ изъ деревенской жизни онъ постоянно показываетъ вліяніе имущественныхъ отношеній и экономическаго строя вообще на всѣ и даже самыя интимныя стороны жизни крестьянина. Однако, интересы къ общественной жизни Анценгрубера, какъ и его антиклерикальное направленіе вовсе не сдѣлали изъ. него тенденціознаго писателя. Онъ прежде всего художникъ, превосходно наблюдающій дѣйствительность и умѣющій пересоздавать ее въ художественные образы. Въ его драмахъ встрѣчаются иногда резонирующіе монологи, въ разсказахъ попадаются дидактическія отступленія; но это капля въ морѣ, безслѣдно исчезающая въ его волнахъ. У Анценгрубера нѣтъ ни моральной проповѣди, ни публицистической пропаганды, ни прокурорской или адвокатской рѣчи; его единственное орудіе "-- художественные образы, замѣчательно живые и необыкновенно разнообразные. Для перевода на русскій языкъ Анценгруберъ представляетъ большія трудности какъ по формѣ, такъ и по содержанію. Большинство его драмъ, а также разговоры дѣйствующихъ лицъ въ большинствѣ разсказовъ написаны на верхненѣмецкомъ діалектѣ, вслѣдствіе чего самыя характерныя свойства автора -- его грубый юморъ, а подчасъ и рѣзкій сарказмъ -- весьма трудно передаются литературною рѣчью чужого языка. Что касается до содержанія, то значительныя препятствія для перевода составляютъ его рѣзкія выходки противъ церкви и черезчуръ откровенныя картины католическихъ церковныхъ враговъ и крестьянской жизни. Тѣмъ не менѣе предлагаемые нами читателямъ Русской Мысли разсказы, напечатанные послѣ смерти Анценгрубера, моутъ датъ представленіе о его литературной дѣятельности. Въ разсказѣ Корзинщица Катерина онъ даетъ живую картину мужицкаго двоевѣрія и возвышается до настоящаго трагизма, изображая тяжелую долю добраго и честнаго человѣка, совершившаго преступленіе только потому, что религія а просвѣщеніе не уничтожили въ немъ грубыхъ предразсудковъ. Другой разсказъ -- Заклинаніе умершихъ (Todtenbeschwörung), по существу, бытовая картинка; но она характеризуетъ писательскіе пріемы автора: вліяніе экономическихъ условій на крестьянскую семью ясно чувствуется подъ живыми образами дѣйствующихъ лицъ и добродушный юморъ придаетъ мягкій колоритъ въ сущности мрачной картинѣ. Тѣ же самыя свойства Анценгрубера только съ большею рельефностью проявляются и въ разсказѣ Ради науки (Im Dienste der Wissenschaft), гдѣ, несмотря на анекдотическій сюжетъ, съ такою же живостью рисуются деревенскіе нравы.

"Русская Мысль", кн. VI, 1898

   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru