# Стихотворения

Франсуа Коппе

Отец

Найденыши

Перевод О. А. Лепко.

## ОТЕЦЪ.


(Съ французскаго. Ф. Коппе.)


Скользкій жизненный путь свелъ ихъ между собой,

А вѣнчали порокъ съ нищетой.

Чуть живую онъ поднялъ ее на дорогѣ,

Пріютилъ въ своей жалкой берлогѣ.

Уцѣпилась и тутъ нищета за нее --

Горше прежняго стало житье:

Пьяный мужъ билъ подругу свою безпощадно

И ругалъ: то не такъ, то не ладно;

Все суровѣй, мрачнѣй становилась жена,--

Начала огрызаться она.

Такъ тянулись невзрачные годы;

Съ каждымъ днемъ выростами невзгоды,

Раздражалась чета все сильнѣй и сильнѣй.

Но въ одну изъ суровыхъ ночей

Въ свѣтъ явилось дитя въ ихъ могильномъ подвалѣ,

Съ кроткимъ личикомъ, полнымъ печали.

Мужа не было. День пролетѣлъ... На другой --

Пьяный мужъ возвратился домой.

Вотъ стоитъ онъ въ дверяхъ, съ люльки глазъ не спуская,

И не слышится брань площадная.

-- Подойди-же, ударь! Не жалѣй кулака!--

Сорвалось у нея съ языка --

Что съ тобой? или трезвъ ты не въ мѣру?

Все молчитъ... вишь придумалъ манеру!--

Онъ не видѣлъ жены, не слыхалъ ея словъ,

Но въ глазахъ засвѣтилась любовь.

Прикрывая отъ стужи младенца пеленкой,

Онъ шепталъ:

Т-съ! Разбудишь ребенка!

О. Охтенская.


"Дѣло", No 2, 1873


## НАЙДЕНЫШИ.


(Изъ Коппе).


I.


Въ нашихъ паркахъ публичныхъ гуляя,

Вижу часто, въ воскресные дни,

Группы дѣвочекъ блѣдныхъ, печальныхъ,--

Въ черныхъ платьяхъ -- онѣ.

"Это ласточки въ травкѣ порхаютъ",--

Скажешь, въ даль устремивъ на нихъ взглядъ:

Вѣтерокъ заходилъ,-- ихъ накидки

Словно крылья дрожатъ.

Подойдете поближе,-- ихъ шепотъ

Говоритъ вамъ, что душная клѣть

Отучила бѣдняжекъ на волѣ --

И смѣяться, и пѣть.

Подъ надзоромъ одной изъ наставницъ,

Въ безобразныхъ, старинныхъ чепцахъ,

Выступаютъ онѣ, и у каждой

Видишь четки въ рукахъ.

На ихъ блѣдныхъ и худенькихъ лицахъ

Поцѣлуй не звучалъ никогда,

И веселость дѣтей постороннихъ

Этимъ дѣтямъ чужда.

Шагъ за шагомъ, размѣренно, чинно

Малолѣтки идутъ впереди;

Искры жизни, пытливости взгляда

Въ томныхъ глазкахъ не жди.

Взоръ безгрѣшный небесныхъ созданій,

Грубость кожи на красныхъ рукахъ,

Угловатость манеръ -- поражаютъ

Васъ на первыхъ порахъ.

Ихъ, дѣтей нищеты и порока,

Съ колыбели отринулъ весь свѣтъ.

Въ тихой грусти ихъ нѣтъ обаянья,

Въ дѣтствѣ -- граціи нѣтъ.


II.


Въ дни младенчества радостей, дѣти,

Не дала вамъ судьба испытать:

Какъ надъ сыномъ своимъ Богоматерь

Не склонялась къ вамъ мать;

Вы не знали ни дѣтской привольной,

Ни забавъ беззаботныхъ въ тиши,

Ни восторговъ, ни радостей шумныхъ,

Ни порывовъ души;

Ни прыжковъ изъ кроватки уютной

Босикомъ, въ рубашонкѣ одной,

И затѣмъ бѣготни и ворчанья

Старушонки сѣдой.

Ваша юность во мракѣ теплицы

По увидитъ роскошныхъ цвѣтовъ

Ни отъ чтенья псалмовъ и каноновъ,

Ни отъ тяжкихъ постовъ.

Но любая изъ вашихъ наставницъ,

Нареченная ваша сестра,

Безъ любви материнской и ласки,

Къ вамъ тепла и добра.

Вы припомните, какъ эти дѣвы

Каждый день на колѣняхъ своихъ

Вамъ твердили о Богѣ великомъ

И о чувствахъ святыхъ.

Какъ ихъ нѣжный, привѣтливый голосъ

Заставлялъ васъ прилежно твердить

Ту молитву святую, что учитъ

Уповать и любить.


III.


Жертвы тьмы и печали! идите...

Безъ смущенья глядите впередъ:

Лишь оглянитесь,-- скорбь о прошедшемъ

Васъ, быть можетъ, убьетъ.

И закрадется въ душу сомнѣнье,

Тьма вопросовъ нахлынетъ... а стыдъ

Съ болью вырвется крикомъ проклятья.

Злобой кровь закипитъ.

Пусть къ вамъ въ душу вопросъ не ворвется,

Какъ лучъ свѣта сквозь мрачный туманъ:

Точно-ль матери ваши въ могилѣ?

Или трауръ -- обманъ?

Если въ истинѣ цѣпь тѣхъ страданій,

У которыхъ не видишь конца --

Въ монастырскомъ, могильномъ покоѣ

Замуруйте сердца.

Пусть незнаніе свѣта и жизни,

Соблюденіе строгихъ постовъ,

Чтенье подвиговъ вѣры, каноновъ,

Пѣнье блѣдныхъ псалмовъ,

Истязанье до слезъ власяницей,

Рѣчи пастыря, бдѣнье всю ночь

Сохранятъ вамъ довѣрчивость дѣтства;

А сомнѣніе -- прочь!

Схороненныя заживо дѣти!

Почивайте въ покоѣ снятомъ

И, взирая на черныя платья,

Убѣждайтесь въ сиротствѣ своемъ.

О. Л.


"Дѣло", No 5, 1873