# Распоряжение министра внутренних дел, касающееся возобновления издания "Московских Ведомостей", и дополнительная заметка редакции

Михаил Никифорович Катков

## М.Н. Катков


## Распоряжение министра внутренних дел, касающееся возобновления издания "Московских Ведомостей", и дополнительная заметка редакции


Распоряжение министра внутренних дел 14 мая 1866 года


Принимая в соображение: что после приостановления на два месяца издания "Московские Ведомости" вследствие объявленных этой газете трех предостережений -- редакцию оной, согласно с контрактом, заключенным между Императорским Московским Университетом и редакторами-издателями статскими советниками Катковым и Леонтьевым, Правление Университета предположило временно поручить ординарному профессору Любимову; и что профессор Любимов принимает на исполнение редакторских обязанностей по означенной газете:

Министр внутренних дел определил: разрешить Правлению Московского Университета продолжение издания газеты "Московские Ведомости" под временною редакциею профессора Любимова впредь до окончательной передачи этой газеты другим арендаторам.


От издателей


Новый устав о печати принадлежит, бесспорно, к числу самых важных характеризующих нынешнее царствование реформ. Недостаточность, неудобства и самый вред предварительной цензуры при новом положении дел в нашем отечестве давно уже выяснились, и правительство с лишком за пять лет перед сим приняло решение преобразовать положение нашей печати. В самом деле, именно во время самого полного развития цензурных учреждений в нашей печати зародились и вошли в силу все те направления, которые действовали так тлетворно и губительно и результаты которых представляют теперь столь печальное зрелище. Мы имеем право свидетельствовать в этом, потому что нам приходилось тогда шаг за шагом бороться с этими направлениями, так успешно развивавшимися под цензурой, которая тяготела над нами и стесняла наши движения. Даже в 1863 году, когда события вызвали всю силу русского народного чувства, цензура была главным препятствием тому направлению, которое старалось служить ему органом. Запрещению подвергалось самое существенное из того, что печаталось в "Московских Ведомостях", между тем как в то же самое время беспрепятственно печатался роман Чернышевского. Но деятельность наша, хотя и не одобрявшаяся цензурным ведомством, была одобрена правительством в его совокупности. При возникшем вопросе о продолжении нашей деятельности, в начале прошлого года, комитет министров нашел, что изданием "Московских Ведомостей" мы оказали заслуги России. Это побудило нас продолжать издание в том же смысле и в той же силе. Тем не менее в конце марта нынешнего года, как публике известно, нам сделано было от цензурного ведомства предостережение, которое имело своим последствием теперешнюю передачу "Московских Ведомостей" в руки временного редактора, выбранного университетом.

Устав о печати предусматривает проступки, которые могут быть совершены этим путем. За нарушение закона, составляющее проступок, виновный подвергается суду. Но кроме судебного преследования новый устав присваивает административной власти, которой поручен надзор за печатью, право так называемых предостережений. Если суд имеет дело с проступками, то административное усмотрение -- с направлениями. Строгая и формальная законность не принимает в расчет направления и подвергает проступок, кем бы он ни был совершен, соответственному взысканию. Судебные взыскания не касаются существования издания, тогда как предостережение, делаемое министром, есть шаг к его подрыву и к конечному прекращению. Если бы наши строки, подавшие повод к предостережению, заключали в себе проступок, то они подлежали бы судебному действию и подверглись бы следующему по суду взысканию. Но, подвергшись предостережению, мы имели основание полагать, что не в этом отдельном случае, а в свойстве всего нашего направления заключалась причина, вызвавшая против нас это административное распоряжение. От нас, полагали мы, требовались либо изменение характера нашей деятельности, либо ее прекращение. Мы не могли колебаться и избрали последнее, предоставив себе только право воспользоваться оставленною законом возможностью продлить еще на некоторое время нашу деятельность в надежде, что дело с течением времени разъяснится. Но предоставленный законом срок еще далеко не исполнился, как мы получили в одно время два предостережения, так что прежде чем могли бы мы успеть воспользоваться вторым, от 6 мая, последовало на другой день третье, от 7-го, которое повлекло за собою приостановку нашего издания на два месяца.

Но "Московские Ведомости" -- не наше частное издание. Оне составляют собственность Московского университета и взяты нами в аренду по контракту. Приостановить издание этой газеты, имеющей значение независимо от ее редакции, значило бы потрясти множество интересов, как казенных, так и частных, которые с нею связаны. До сих пор в истории этого столетнего издания было только два случая перерыва: один в семидесятых годах прошлого столетия во время чумы; другой в 12-м году при нашествии французов; третьему случаю суждено было осуществиться в настоящее время по нашей вине. К счастью, в заключенном по Высочайшему соизволению контракте с нами университета предусмотрен случай устранения нас от издания "независимо от нашей воли на основании законов о печати" и определены условия его непрерывности, составляющей его главную, на торгах нами оплаченную цену: издатели "Московских Ведомостей" могут быть устраняемы, но самая газета не должна быть прерываема и затраченные в нее капиталы не должны пропадать, как не должны страдать и связанные с нею интересы подпищиков и объявителей. По 10 пункту нашего контракта, в случае нашего устранения от издания "Московских Ведомостей" мы имеем право в продолжение трехмесячного срока сдать аренду в другие руки на основании того же контракта, причем правление университета обязано выбрать редактора на этот промежуток времени. Основываясь на этом пункте, мы обратились с нашим заявлением к правлению университета, которое через г. попечителя вошло с соответственным представлением к г. министру народного просвещения, и по соглашению между им и г. министром внутренних дел состоялось распоряжение, в силу коего "Московские Ведомости" возобновляются теперь, после семидневнего перерыва, под временною редакцией профессора Любимова, оставаясь еще в нашем издательском заведывании. Мы не можем не порадоваться, что выбор университета пал на человека, нам близкого, с которым мы находимся в тесных отношениях не только по личной приязни, но и по общественной нашей деятельности. Откроется ли для нас впоследствии возможность по-прежнему служить в печати дорогим для нас и для каждого русского интересам, мы не знаем. Но и в том случае, если бы мы были вынуждены окончательно передать наше издание в другие руки, мы постараемся, хотя бы то было и с материальным ущербом для нас, чтобы "Московские Ведомости" достались в руки достойные и честные.


М. Катков, П. Леонтьев.


От временного редактора


Принимая на себя временно редакцию "Московских Ведомостей", я исполняю желание правления Московского университета, совпадающее с желаниями и арендаторов этой газеты, М.Н. Каткова и П.М. Леонтьева. По внезапности этого решения, я могу на первое время обещать публике лишь удовлетворение самых необходимых потребностей издания. Могу только поручиться, что "Московские Ведомости" и под временною моею редакциею останутся верны тому направлению, какое получили в последние годы и которое достаточно известно публике.


Н. Любимов.


Впервые опубликовано: Московские Ведомости. 1866. 15 мая. No 99.