# Свадебный контракт

Николай Михайлович Карамзин

## Свадебный контракт


К одному из наших старых юрисконсультов, известному по его знаниям, честности и любезным свойствам, пришли на сих днях прекрасной молодой человек, лет двадцати пяти, и прелестная девушка, лет осьмнадцати; они сказали, что хотят поговорить с ним о деле.

Он посадил их, и желал знать дело. - "Я Берсел, сын старинного друга вашего". - Берсель! Как я рад! Обними меня, любезный молодой человек! Дружба моя с отцом твоим старее тебя. Лет тридцать тому, как я писал свадебный трактат его. Здоров ли он? - "Слава Богу! Только подагра остановила его в Дижоне. Не можете ли теперь заступить его место, и подать мне добрый совет? Я требую такой же услуги, какую вы ему за тридцать лет перед сим оказали. Вот моя невеста".

Девушка потупила глаза в землю; щеки ее покрылись алым румянцем.

"Хорошо, хорошо! Сказал добродушный адвокат: я к вашим услугам. Приступим к делу. Сколько приданного? Какие  условия?" -- Приданого? Условия? Сказал с удивлением Берсель: дело идет о свадьбе. Мы не покупаем, а любим друг друга, и хотим жить вместе. - "На что же вам адвокат, если вы не хотите законного свидетельства для условий? Зачем писать контракт?" -- В самом деле мы могли бы обойтись без этого. Позвольте мне, милостивый государь, говорить с вами искренно. Я пришел к вам, исполняя волю моего родителя, которой велел мне просить вас о написании контракта. Что принадлежит до меня, то я не считал нужным такого обряда. Никто лучше нас не может знать, на каких условиях мы соединяемся браком. Скажу вам, что наш контракт ему написан, и что мы желаем только показать его вам. - "Ты сам написал его?" -- Сам. - "Следственно знаешь законы? Разумеешь приказной порядок?" -- Ни мало. Это не мое дело: я типографщик. - "Как же ты мог за это взяться?" -- Вы еще более удивитесь: в нашем контракте некоторые статьи написанные моею невестою. Справедливость требовала, чтобы и она в нем участвовала. Коротко сказать, тут нет почти ни слова об имуществе; тут дело идет о соединении двух сердец, которые любят друг друга; о любовниках, которые вступают в вечный союз. Мы уже читали наши условия почтенной Софииной матери; она довольна ими. Мне по слуху известно ваше доброе сердце, милостивый государь, и я наперед уверен, что вы их также одобрите; надеюсь даже, что уговорите и батюшку не писать другого контракта.

Адвокат сперва удивился; потом внутренно одобрил мысли любезного молодого человека, и любопытствуя знать их в подробности, взял на себя вид сомнения. - "Посмотрим, посмотрим этот чудной контракт!" сказал он: "неужели тут нет ни слова об исключении долгов, в которые вошли жених и невеста прежде свадьбы; о движимом и недвижимом имении, о стипулации, о клаузах и разных казусах?".... Ах! Ради Бога (перервал Берсель), избавьте нас от варварских слов, которых мы не разумеем! Все такие предосторожности и меры, которые тотчас присоединении двух фамилий показывают их взаимную и обидную недоверчивость, могут ли отвратить спор, обманы и тяжбы? Напротив того я слыхал, что

Понеже, в силу, поелику,

Творят довольно в свете зла.

Мы постараемся жить мирно с Софиею. Судите о наших мерах и предосторожностях. Вот контракт. - Он подал адвокату следующие статьи:


Статья I.


Любя друг друга сердечно и давно, и будучи уверены, что у нас может быть только одно счастье в свете, мы соединяемся вечным союзом, чтобы жить вместе, как прилично нежным супругам и добрым детям отечества. Она будет я, я буду она; он будет я, я буду он.


Статья II.


Обещаю Софии посвятить все мои мысли, труды и попечения, на то, чтобы она и будущие дети наши могли жить честно и пристойно.


Статья III.


Обещаюсь вместе с Эмилем способствовать нашему безнужному пропитанию, или моими трудами, или бережливостью и хозяйством в рассуждении наших небольших доходов и плодов его работы.


Статья IV.


Спешу признаться, что бываю иногда горяч и вспыльчив; прошу извинять первое движение сердца моего"

(Рукою невесты: Может быть с горем; но...так и быть!)


Статья V.


"И мне нужно твое снисхождение. И я бываю не всегда в хорошем расположении. Чувствую также, что могу быть ревнива".

(Рукою жениха: Соглашаюсь на некоторые минуты досады, упрямства, в надежде, что они будут редки; что принадлежит до другого порока, то я почти рад ему. Жена, которая немного ревнива, без сомнения не подаст мужу причины быть ревнивым.)


Статья VI.


"Мы уверены, что между людьми, которые милы друг другу, споры и досады происходят всегда от безделиц; и для того обязываемся во всех таких неважных случаях отказывать от собственного мнения; жене скорее должно исполнять волю мужа, а мужу волю жены".

(Рукою невесты: В важных случаях ему надобно решить; потому что он рассудительнее и знающее меня.)


Статья VII.


"В следствие последней статьи я буду одеваться так, как захочет Эмиль". - "А я, как велит София".

Хорошо, хорошо! Сказал адвокат: следуя этому правилу, муж будет одет опрятно; а жена, стараясь нравится одному мужу, не станет излишно щеголять).


Статья VIII.


Слова: хочу, требую, непременно, и другие тому подобные, исключаются из нашего лексикона.


Статья IX.


София при других людях никогда не покажет знаков непочтения к супругу. Главным ободрением для искателей и селадонов бывает презрение, которое жена в каком-нибудь случае оказывает к мужу...

Матушка напрасно прибавила эту статью, сказала невеста. - И следующую, промолвил жених.


Статья X.


Эмиль будет почитать жену свою (чтобы другие почитали ее) и оказывать к ней доверенность. Никогда, а особливо в ее присутствии, не отдаст преимущества другой женщине, в чем бы то ни было.


Статья XI.


Никогда не забудем, что небрежение и неопрятность может произвести отвращение. Чистота в рассуждении тела есть то же, что любезность в рассуждении души; и тою и другою человек нравится.


Статья XII.


Почти все женщины сами кормят ныне детей своих и за ними ходят. Надеюсь, что Эмиль позволит мне исполнить должность матери.

(Рукою жениха: Я хотел этого требовать.)


Статья XIII.


София постарается, чтобы ум детей наших во младенчестве не был испорчен, и чтобы им никогда не говорили тех глупостей, которые на всю жизнь оставляют в голове ложные идеи, или в сердце опасные впечатления.

(На поле: Это будет важнейшим моим попечением.)


Статья XIV.


Чтобы наблюдать лучшие правила воспитания, Эмиль должен мне предписать их. Я уже многое заняла из его разговоров. Надеюсь, что он довершит свое дело. Мои знания обратятся в пользу милых его.

(На поле: Самый лучший наставник для Софии есть природный ум ее.)


Статья XV.


Хотя и надеемся, что не нарушим сих условий; однако же спишем их друг для друга - и если покажется, что которое-нибудь забыто одним из нас, то другой должен напомнить ему и показать список.

Я вижу конец, сказал адвокат, и не нашел еще ни слова об мнении; это во всяком случае нужно. - "Есть, есть", отвечал Эмиль: "я не забыл того, что вы считаете важным. Прочитайте нашу последнюю статью; она вся посвящена деньгам, и думаю, что в ней говорится об этом предмете, как должно". - Увидим, сказал адвокат.


Статья XVI и последняя.


Что принадлежит одному, то принадлежит и другому. Не стоит труда означать, что мы приносим друг другу, когда у нас все общее.

Подписано - от всего моего сердца:


Эмиль Берсель.


Навеки: София, будущая жена Берселева.


Юрисконсульт был тронут до слез, но продолжал свои умышленные возражения. "Вы всего не предвидели, сказал он: если вздумаете развестись, если кто-нибудь из вас умрет, что в таком случае быть должно? Какие ваши условия?" -- Правда, что это не приходило нам на ум. - "Но мне должно предвидеть все возможные случаи. Ты, друг мой, не писывал контрактов; а я написал их несколько тысяч; и во всяком десять раз повторяется: тот, кто переживет". - Переживет!.. Боже мой! Как можно думать!... Нет, мы не переживем друг друга. - "По крайней мере я за себя отвечаю". Сказала невеста, и закрыла рукою глаза свои, из которых капали слезы.

Нет! Продолжал молодой человек: я не понимаю сердца тех людей, которые в минуту соединения предвидят такие возможности; в минуту счастья думают уже о несчастии или о преступлении, без которого нельзя вообразить, развода! И на что? Разве нет законов, которые без сомнения мудрее нас? Законы составляют провидение гражданского общества; во всяком случае должно на них положиться.

"Ты чувствительный, любезный человек!" сказал адвокат, обнимая его: "я нарочно противоречил тебе, чтобы выведать все твои мысли, любезные мне и всякому доброму сердцу! Послушайте, друзья мои: требую непременно, чтобы вы позволили мне быть свидетелем вашего брака, который без сомнения будет счастлив. Добрый Эмиль! Я беру на себя уговорить отца твоего, чтобы он согласился на наш контракт, и сверх того сам отнесу эту бумагу к нотариусу, чтобы он скрепил ее, в пример и в память для других, и мог бы похвалиться, что хотя один раз в жизни удалось ему вписать в свою книгу истиный свадебный контракт.


(С француз.)


-----


Свадебный контракт: (С француз.): [Рассказ] / [Пер. Н.М.Карамзина] // Вестн. Европы. -- 1802. -- Ч.1, N 3. -- С.19-29.