# Письмо одного из французских ученых, бывших в Египте

Николай Михайлович Карамзин

## Письмо одного из французских ученых, бывших в Египте


Правление желает соединить все наши египетские открытия в одном сочинении, и напечатать его со всей возможной типографической пышностью, достойной великой республики. Сие творение останется, к несчастью, единственным памятником нашего пребывания в Африке; но Европа узнает после того Египет, как мы знаем свое отечество.

Путешественники, которых любопытство приводило издавна в сию славную часть Африки, должны были всегда сражаться с трудностями и препятствиями, чтобы мимоходом или украдкой взглянуть на ее монументы. Подозрительность и вероломство жителей, невозможность брать с собой книги и нужные орудия, и страх быть жертвой разбойников, не дозволяли им видеть и половины любопытных вещей; а что видели мельком, то могли изображать единственно на память, и часто описывали только по неверным словам переводчиков и жителей. Ни которое из сих препятствий не останавливало французских ученых и художников, которые более двух лет жили в Египте и описания их должны быть верны. Вообразите тридцать человек, сведущих в разных родах искусств и наук, и путешествующих в земле покоренной, под защитой войск, расположенных во всех главных частях ее, и особенных отрядов, которые провожали их в самую глубину пустынь. Они могли все видеть на досуге и в каждом месте быть, сколько надобно для осмотра всего любопытного, делясь работой между собой, сообщая друг другу сведения, догадки, мысли, и описывая на месте, смотря на предмет, сличая с ним описание. Будучи почти все искусны в рисовании, они изображали монументы с разных сторон, нередко поверяя друг друга. Иероглифы Верхнего Египта срисованы с величайшей точностью; и если великолепие, огромность и твердость сих зданий были для Европы доказательством силы и могущества египтян, то резные камни, позолота и цветы, которые украшают гробы мумий -- драгоценные ткани, в которых они завернуты -- орудия, чаши, колесницы и домашние приборы, изображенные в пещерах и в храмах, дадут самое ясное понятие об их искусствах, обыкновениях и нравах: понятие совершенно удовлетворительное и новое!

Самое важнейшее открытие есть открытие зодиаков. Они, кажется, совсем были неизвестны Гиппарху, Птоломею и александрийским астрономам; и некоторые из новых путешественников не видали их в Египте. Генерал Дезе, отряженный военачальником Бонапарте для покорения Верхнего Египта, первый заметил сии астрономические таблицы. После того в разных местах нашли их шесть. Граждане Жолле и Девилье, чувствуя важность таких памятников, срисовали их со всей возможной точностью; а один искусный резчик слепил воском. Гражданин Фуррье основывает на сем открытии новую, несомнительную систему истории и хронологии. Чтобы дать вам о том понятие, я означу только некоторые главные следствия.

До сего времени история людей, искусств и наук не имела верных эпох, кроме самых близких к нашему времени, и мы не знали, какому летосчислению верить. Диоген Лаэрций говорит, что египтяне начали оное за 4000 лет до Августова века; а Ньютон утверждает, что оно началось только за 1000 лет до Рождества Христова. Новое открытие сих астрономических монументов решит все недоумения и оправдывает Геродотову хронологию; оно доказывает, что разделение зодиака, нам известное, было сделано в Египте за 15 000 лет до христианского летосчисления, и без всякой перемены сохранилось до наших времен.

Сей зодиак есть ни что иное, как первоначальный месяцеслов или календарь Египта. В то время весеннее равноденствие было в знаке Весов; хлеб сеяли под знаком Тельца, а жали под знаком Девы. Рассматривая зодиаки, найденные в храмах, всякий уверится, что образ Водолея, увенчанного лотоновым листом, был для египтян астрономическим изображением наводнения; из чего следует, что летнее равноденствие было в сем созвездии. Таким образом, мы находим положение сферы, в котором имя всякого знака представляет часть и действие года; чем утверждается мнение гражданина Дюпюи, который давно сказал, что созвездия зодиака должны относиться к ежегодному действию египетского климата.

Все доказывает, что египетские храмы, еще не совсем разрушенные, были построены тогда, когда небо находилось в изображенном на их зодиаках состоянии; сии доказательства многочисленны и все между собой согласны. Таким образом можно определить век сих монументов. Храм Эснейский, по значению зодиака, построен за 6000 лет до Рождества Христова; а прекрасный храм Деидераский, может быть новейший из всех египетских, за 1000 лет до осады Трои. Цветущая эпоха Фив древнее баснословных веков Греции. Гомер описывает их великолепие прежде взятия Илиона; а когда Мемфис начинал процветать, тогда уже Фивы клонились к падению. Мемфисские цари без всякого сомнения соорудили пирамиды для своего кладбища. Вообразив, что сии храмы построены еще из остатков других монументов (ибо многие их камни, покрытие иероглифами и живописью, были явно перетесаны и сохранили следы еще древнейших разных изображений), ум теряется в древности египетских искусств и наук, которая делает еще драгоценнее сии развалины, сами по себе важнейшие и огромнейшие на земном шаре!


Из Монитёра.


-----


Письмо одного из французских ученых, бывших в Египте: Из Монитера [N 145] / [Пер. Н.М.Карамзина] // Вестн. Европы. -- 1802. -- Ч.3, N 10. -- С.134-138.