Языков Николай Михайлович
21 апреля

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

  
  
   Николай Михайлович Языков
  
   21 апреля
  
   Nunc est bibendum: nunc pede libero
   Pulsanda tellus...
  
   Hor., lib. I. Car. XXXVII {1}
  
   1
  
   Сидит Людмила под окном,
   Часы вечернего досуга
   С ней делит старая подруга,
   И рассуждают - о пустом:
   О жизни будущего века,
   О мнимой младости своей,
   О воспитании детей,
   О прегрешеньях человека
   И злой политике чертей.
  
   2
  
   Как сон души благочестивой,
   Беседа женская тиха,
   Когда без чувства, без греха
   Язык болтает неленивый;
   Но речи смелые летят,
   Они решительны и громки,
   Когда от сердца говорят
   Ребра Адамова потомки.
  
   3
  
   "Ax боже мой! что вижу я!
   Душа пугается моя,
   Какими страшными толпами
   Идут студенты! И куда?
   Ей-богу, вольность им беда
   С их удалыми головами.
   О! будь я ректор! Я б дала
   Поступкам их другую славу;
   Их отвращала б ото зла
   И не пускала б за заставу...
   Смотрите: что у них в руках!
   Вино и трубки!!" - так судила,
   С душой на стареньких устах,
   Религиозная Людмила;
   Так непонятлив женский взор,
   Так суеверная старуха
   Мечтает видеть злого духа,
   Глядя на светлый метеор!
  
   4
  
   Идут студенты. Неба своды
   Сияют мирною красой:
   Богам любезен пир свободы,
   И просвещенной и живой!
   Сыны ученья и забавы
   Небрежно, весело идут;
   Вперед! вперед! Вот у заставы,
   Где строго что-то берегут
   Игрушки мнительной державы.
  
   5
  
   Чу! за границей городской
   Гремят студентские напевы:
   Их не поет старик плохой,
   Их не поют плохие девы;
   Но их поэзия мила
   Душе чувствительной и вольной,
   Как шум веселости застольной,
   Как вдохновенные дела.
  
   6
  
   Туда, где Либгарт домовитый
   На лоне старческих отрад
   Проводит жизненный закат
   Своей души незнаменитой,
   Где обольстительно шумят
   Пруда серебряные воды
   И, сладостный певец природы,
   В тени раскидистых ветвей
   Весенний свищет соловей;
   Где, может быть, в минувши годы
   Сражались рыцари мечей,
   Громили чухон-дикарей,
   И, враг тиранства благородный,
   Отчизне гордо изменя,
   Садился Курбский на коня,
   С душой высокой и свободной! -
   Туда идут, рука с рукой,
   Отважно, громко восклицая,
   Студенты длинною толпой;
   И с ними Бахус удалой!
   И с ними радость удалая!
  
   7
  
   У прохладительной воды,
   Пред домом старца-господина,
   Есть полукружная долина.
   Дерев тенистые ряды -
   Ровесники ливонской славы -
   Высоки, темны, величавы,
   Кругом, как призраки, стоят.
   И на лужайке аромат,
   И струй веселое плесканье,
   И легкий шепот ветерков,
   И трепетание листов,
   Там всe - душе очарованье
   И пища девице стихов.
  
   8
  
   Сюда веселость молодая
   Пришла на дружественный пир.
   О вольность, вольность, ангел рая,
   Души возвышенной кумир!
   Ты благодетельна, ты гений
   Великих дел и вдохновений;
   Святая, пылкая! с тобой
   Нет в голове предрассуждений
   И нет герба над головой.
  
   9
  
   Как милы праздники студентов!
   На них приема нет чинам,
   Ни принужденных комплиментов,
   Ни важных критиков, ни дам;
   Там Вакх торжественно смеется,
   Язык - не гость и либерал,
   Сидишь, стоишь - покуда пьется
   И пьешь - покуда не упал.
  
   10
  
   Смотрите: вот сошлися двое!
   Бутылки верные в руках,
   И видно чувство неземное
   В многозначительных очах.
   Стекло отрадно зазвенело,
   Рука с рукой переплелась,
   И в души сладость полилась
   Струeй шипучей и веселой.
   И взоры блещут, как огонь,
   Лицо краснеет и пылает,
   Бутылки прочь - и упадает
   Ладонь горячая в ладонь.
   Вот величаво и свободно
   Уста слилися: раз, два, три
   (Не так целуются цари
   В часы их радости негодной!).
   Свершив приятельский обряд,
   Они с улыбкой упованья
   Один другому говорят
   Свои фамильные названья.
  
   11
  
   Великолепная картина!
   Отрада слуху и очам!
   Иной гуляет по холмам
   И дружно пьет чужие вина:
   В устах невнятные слова,
   И руки трепетные машут,
   И ноги топают и пляшут,
   И без фуражки голова!
   Вот он стоит - и взором ищет
   Неопустелого стекла,
   К нему несется как стрела,
   И улыбается, и свищет.
  
   12
  
   Другой, подъемля к небу взгляд,
   Свою бутылку допивает,
   Ее колеблет и бросает
   К жилищу ратсгофских {2} наяд;
   Она летит - она упала
   На лоно светлого пруда,
   И серебристая вода
   Запенилась и засверкала.
  
   13
  
   А там, разнеженный вином,
   В восторгах неги полусонной,
   Усильно борется со сном
   И по долине благовонной
   Беспечно движется кругом;
   Руками томно жестирует,
   Привстанет, смотрит на друзей
   И полупьяных критикует
   В свободной смелости речей.
  
   14
  
   Среди смеющегося луга
   Звучат органа голоса,
   Для пира новая краса;
   Обняв пленительно друг друга,
   Студенты в радости живой,
   Лихие песни напевая,
   Кружатся шумною толпой,
   И спотыкаясь и толкая...
   Чета несется за четой,
   Одна другую нагоняет -
   И вот слетелися оне,
   И вальс в небрежной толкотне
   На землю с криком упадает.
  
   15
  
   Уж догорел прекрасный день
   За потемневшими горами;
   Уж стелется ночная тень
   Над благовонными брегами,
   Над чистым зеркалом зыбей
   И над шумящими толпами
   Развеселившихся друзей;
   Светило кроткое ночей
   То прячется, то выбегает
   Из тонкой сети облачка
   И светом трепетным слегка
   Леса и долы осребряет.
  
   16
  
   А праздник радости кипит,
   Не утомясь, не умолкая;
   Туманный берег озаряя,
   Костер сверкает и трещит.
   И в тишине красноречивой
   Не побежденная вином
   Толпа стоит перед огнем;
   Огонь растет и блещет живо
   Над разгоревшимся костром,
   И вот багряными струями
   Восстал высоко, зашумел;
   И дым сгустился, почернел,
   Слился огромными клубами
   И по дубраве полетел!
  
   17
  
   При громе буйных восклицаний
   Студенты скачут чрез огонь,-
   Так прыгает ученый конь,
   Так прыгают младые лани
   Через пучину, через ров;
   Одежда гнется, загораясь,
   И с треском локоны власов,
   То развиваясь, то свиваясь,
   Во мраке дымчатых столбов
   Блестят, как огненное знамя,
   На беззаботных головах.
   Один промчался через пламя,
   Другой запнулся в головнях -
   Готов упасть - он упадает,
   Но встал и вышел из огней -
   И хохот радостных друзей
   С улыбкой гордою внимает.
  
   18
  
   И вот иная красота!
   Дары забавы благородной!
   Рукой отважной и свободной
   С плеча нетвердого снята,
   Чернея в зареве багровом,
   Одежда легкая летит -
   Падет, и сумрачным покровом
   Костер удержан и покрыт,
   Огонь редеет, утихает,
   И вдруг сильней, ожесточен,
   Ее обхватывает он,
   Ее вертит и разрывает.
  
   19
  
   Но полночи угрюмой сон
   Лежит по стихнувшим долинам;
   Конец студенческим картинам.
   Питомец вольности живой,
   Питомец радости высокой
   Спешит задумчиво домой
   И на кровати одинокой
   Вкушает сладостный покой.
  
   ______
  
   Суета сует и всяческая суета!
  
   Соломон.
  
   9 мая 1824
   Дерпт
  
  
  
   1 Теперь давайте пить и вольною ногою
   О землю ударять...
   Гор., кн. 1, песня XXXVII (перевод А. А. Фета).- Ред.
   2 Ратсгоф - место пира, загородный дом.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru