# Очерки английской колонизации

Николай Михайлович Ядринцев

(Legoyt. Histoire d"émigration Européenne.)

## ОЧЕРКИ АНГЛІЙСКОЙ КОЛОНИЗАЦІИ.


(Legoyt. Histoire d'émigration Européenne.)


I.


Разселеніе народовъ по земному шару, открытіе новыхъ странъ, заселеніе ихъ и выдѣленіе новыхъ націй изъ общей семьи народовъ всегда играли важную роль въ исторіи человѣческой культуры. Передвиженіе новыхъ націй совершается съ самыхъ раннихъ поръ у всѣхъ народовъ, начиная съ переселенія кочующихъ племенъ, наплыва дикихъ ордъ и кончая систематическою колонизаціей) позднѣйшихъ европейскихъ народовъ. Еще греки и римляне, разбросившіе, путемъ торговли и завоеваній, свои многочисленныя колоніи по берегамъ морей и древняго материка, придавали огромное значеніе эмиграціи. Позднѣе, въ средніе вѣка, венеціянцы, испанца, португальцы, французы и голландцы соперничаютъ въ пріобрѣтеніи новыхъ странъ и заселеніи ихъ. Но ни одинъ изъ народовъ древняго и новаго міра по выказалъ такой изумительной колонизаторской предпріимчивости, какъ англичане. Въ дѣлѣ открытія и заселенія новыхъ странъ въ послѣдніе три вѣка они затмили славу Испаніи и Португаліи, и отняли торговое преобладаніе у Венеціи и Голландіи. Расширеніе и промышленное развитіе британскихъ колоній, ихъ быстрый ростъ, образованіе въ нихъ прочной и устойчивой гражданской жизни, поглощенія другихъ народностей -- несомнѣнно свидѣтельствуютъ о колонизаціонномъ геніѣ англо-саксонскаго племени. Достаточно маленькой общинѣ англичанъ появиться на дальнихъ островахъ Австраліи, среди дикихъ народовъ Африки, въ ледяномъ поясѣ С. Америки, чтобы въ этой мѣстности началась новая жизнь, чтобы въ ней установилась гражданственность и колонія твердо упрочилась. "Никогда еще не было государства, которое, подобно нынѣшнему британскому королевству, распространялось-бы такъ широко по всѣмъ частямъ свѣта. Оно превосходитъ какъ по величинѣ, такъ и по народонаселенію всемірную римскую имперію; пространствомъ своимъ, правда, оно уступаетъ Россіи, но за то со всѣми своими владѣніями имѣетъ втрое болѣе жителей, чѣмъ Россія, говоритъ одинъ изъ современныхъ статистиковъ.-- Населеніе британскихъ владѣніи равняется 240 милліонамъ, ея колоніальная имперія имѣетъ въ за-атлантическихъ странахъ 11 милліоновъ жителей, изъ которыхъ 2/3 бѣлыхъ, исключая впрочемъ Индіи, въ которой подъ англійскимъ владычествомъ 130 милліоновъ туземцевъ и 40 милліоновъ подъ покровительствомъ англійской метрополіи. Въ настоящее время до 40 отдѣльныхъ правительствъ управляютъ британскими колоніями, въ которыхъ мы находимъ людей всѣхъ цвѣтовъ и расъ, живущихъ въ самомъ разнообразномъ климатѣ отъ полюсовъ до экватора и управляемыхъ самымъ различнымъ образомъ, начиная съ свободной конституціи Австраліи и кончая военнымъ управленіемъ Мальты и Гибралтара. Ростъ британскихъ колоній совершается необыкновенно быстро. Американскимъ штатамъ нужно было менѣе 100 лѣтъ, чтобы обратиться въ государство съ трехмилліоннымъ населеніемъ и отдѣлиться отъ Англіи. Позднѣйшія колоніи растутъ еще быстрѣе; при завоеваніи Канады въ 1703 г., въ ней считалось 60,000 жителей, теперь она населена тремя милліонами. Австраліи нужно было 90 лѣтъ, чтобы изъ нѣсколькихъ колонистовъ населеніе ея возросло до двухъ милліоновъ, достигло полной гражданственности и созрѣло до высшихъ политическихъ формъ. Такія явленія не могутъ не считаться поразительными".

Колонизаціонная дѣятельность каждаго народа можетъ разсматриваться съ двухъ сторонъ: какъ съ точки зрѣнія выгодъ всего человѣчества, имѣющаго цѣлью распространеніе людей по землѣ, въ виду лучшаго обезпеченія ихъ матеріальнаго положенія, усиленія культуры и водворенія цивилизаціи, такъ и съ точки зрѣнія интересовъ самой метрополіи, занимающейся созданіемъ колоній. Въ силу разъединенія человѣческихъ интересовъ цѣли эти не всегда могутъ сходиться. Самая колонизація, по своей сущности, конечно, сопровождается важными послѣдствіями для міровой цивилизаціи, по тѣмъ не менѣе мотивы, которыми руководились отдѣльныя государства въ своихъ колонизаціонныхъ попыткахъ, были до безконечности разнообразны. Рѣшаясь на тотъ или другой шагъ въ своемъ движеніи, народъ имѣетъ въ виду прежде всего практическія выгоды для себя лично; колонизаціонныя попытки предпринимались извѣстнымъ народомъ въ виду тѣхъ выгодъ, которыя могли дать странѣ ея колоніи. Поэтому и колонизаціонная, и эмиграціонная дѣятельность Англіи находится въ прямой связи съ внутреннею жизнью ея населенія и его интересами. Она имѣетъ важное значеніе въ исторіи Великобританіи, и ею обусловливается изумительное возрастаніе благосостоянія и промышленныхъ успѣховъ этой страны. Въ то время, когда другіе народы задумывались надъ вопросами: 1) получаетъ-ли дѣйствительную выгоду для своей внутренней жизни государство, лишающееся значительной части своего населенія путемъ эмиграціи? и 2) стоитъ-ли хлопотать объ основаніи поселеній, которыя, по достиженіи гражданской зрѣлости, въ силу историческаго закона, угрожаютъ отдѣленіемъ отъ метрополіи?-- Англія съ изумительнымъ упорствомъ и энергіей создавала и создаетъ новые центры поселеній въ самыхъ отдаленнѣйшихъ мѣстностяхъ міра. Масса населенія, которую съ самаго давняго времени высылаетъ Англія въ свои заморскія владѣнія, сумма рабочихъ рукъ и капиталовъ, уносимыхъ эмиграціей,-- все это свидѣтельствуетъ, что Англія хорошо и всесторонне поняла выгоды, которыя она можетъ извлечь изъ колонизаціи, какъ внутри, такъ и внѣ метрополіи. Исторія англійской эмиграціи представляетъ цифру поразительныхъ выселеній. Обладая еще семимилліоннымъ населеніемъ въ концѣ XVIII вѣка, она успѣла населить и развить на американскомъ континентѣ колонію съ трехмилліоннымъ населеніемъ. Съ тѣхъ поръ ея колонизаціонная дѣятельность ни на минуту не прерывалась.

Разсматривая статистику европейской эмиграціи за послѣднее время, мы видимъ, что никакое другое государство въ Европѣ не высылаетъ такого числа колонистовъ, какъ Англія. Съ 1815 по 1866 годъ Англія выбросила 6,106,392 эмигрантовъ въ свои колоніи и Соединенные штаты, и съ 1860 по 1869 годъ еще 650,305 ч. Соображаясь съ общимъ числомъ населенія. Великобританія даетъ одного эмигранта на 74 жителя и въ этомъ отношеніи уступаетъ только Мекленбургу и Бадену, между тѣмъ, какъ Франція, напримѣръ, выдѣляетъ всего одного изъ 1,980. По массѣ передвигающагося населенія, Британія стоитъ несравненно выше нѣмцевъ, занимающихъ то-же видное положеніе въ европейской эмиграціи. Въ Соединенные штаты впродолженіи 30 лѣтъ, по указанію Бромвеля, выселилось изъ Европы 3,884.370 эмигрантовъ, изъ нихъ нѣмцевъ было 1,242,086, а англичанъ и ирландцевъ 2,343,445. (Hystory of Emmigration to the United-States, Bromwell). Съ 1815 -- 1860 г. однѣ англійскія колоніи сѣверной Америки получили изъ метрополіи 1,196,521 эмигрантовъ; въ то-же время Австралія и Новая Голландія 708,226 и другія мѣста 93,115 человѣкъ. Выселеніе изъ Англіи увеличивалось съ каждымъ годомъ. Съ 1815 -- 1819 годъ ея колонизація не превышала 97,799 человѣкъ, съ 1830 -- 1834 годъ достигла 381,957, съ 1845 -- 1849 годъ Англія даетъ уже громадное число эмигрантовъ -- 1,029,209 человѣкъ, съ 1850 по 1854 годъ еще болѣе: 1,638,469 чел., съ 1855--1859 годъ -- 800,645 (Emigration Européenne, par Legoyt, 1861 у. 143). Такимъ образомъ видно, что въ 35 лѣтъ выселеніе изъ Англіи увеличилось въ 16 разъ. Въ прошломъ столѣтіи мѣстомъ назначенія для англійскихъ выселеній были Американскіе штаты; послѣ отдѣленія ихъ, Англія начинаетъ направлять свою колонизацію въ другія свои колоніи; но какъ потребность въ этой эмиграціи съ каждымъ годомъ увеличивалась, а Канада и другія сѣверныя колоніи представляютъ все менѣе и менѣе выгодъ, то выселеніе изъ Англіи съ 1835 года направляется снова въ Соединенные штаты, куда стремятся преимущественно бѣдствующіе ирландцы. Между тѣмъ Англія находитъ новое мѣсто для своихъ колонистовъ въ Австраліи, куда съ 1828 года начинаетъ направляться масса бѣдняковъ, и въ 1850 году переселеніе сюда доходитъ уже до 200,000 человѣкъ, т. е. превышаетъ выселенія въ зависимыя американскія колоніи. Изъ этого видно, что Англія постоянно старается отыскивать новыя мѣста для колонизаціи въ своихъ владѣніяхъ и, такъ сказать, не упускать колонистовъ изъ своихъ рукъ. Единственнымъ соперникомъ ея въ привлеченіи колонистовъ являются Американскіе Соединенные штаты, но въ эту республику Англія отпускаетъ только самое бѣднѣйшее населеніе. Англійская эмиграція въ Американскіе штаты состоитъ изъ ирландцевъ; ихъ выселяется сюда 76,22%, тогда какъ въ Австралію только 17%, а въ американскія колоніи 6%. Если мы примемъ во вниманіе, что ирландцы принадлежатъ по преимуществу къ самому бѣдному классу англійскаго населенія, что эти люди неимущіе, пролетаріи, являющіяся съ голыми руками въ колоніи, то мы поймемъ, что Англія не особенно дорожитъ ими. Англійскоеже и шотландское населеніе выселяется преимущественно въ англійскія колоніи. Англичанъ выселяется въ Австралію и въ американскія владѣнія Англіи 55%, шотландцевъ 65%. Значительная часть этихъ эмигрантовъ состоитъ изъ фермеровъ, промышленниковъ и капиталистовъ, стремящихся выгоднѣе пристроить свои капиталы въ колоніяхъ.

По профессіямъ эмиграція изъ Великобританіи распредѣляется слѣдующимъ образомъ: втеченіи шести лѣтъ фабричнаго населенія, выселилось 105,380 человѣкъ, земледѣльцевъ рабочихъ 28,599 чел., фермеровъ 45,252 чел., купцовъ и людей свободныхъ прогрессій 9,691 чел. и до 174,000 ищущихъ работы женщинъ (Legoyt р. 78). Обезземеленные земледѣльцы-работники отправляются, конечно, изъ Ирландіи, а фабричные изъ Англіи. Ирландское населеніе играетъ весьма видную роль въ британской эмиграціи; передвиженіе бѣдствующаго населенія Ирландіи изъ своей страны сравниваютъ съ "исходомъ израильтянъ". Локкъ, въ запискѣ, представленной въ конгрессъ соціальныхъ наукъ, высчиталъ, что съ 1820 года до сентября 1853 года выселилось изъ Ирландіи девять съ половиною милліоновъ ирландцевъ. Въ то время, какъ англичане переселялись одинъ изъ 205, 400 и 500 человѣкъ, ирландцы 1 изъ 26, 84 и 113.

Постоянно возраставшая эмиграція изъ Великобританіи обусловливалась внутреннею потребностью страны и имѣла чрезвычайно важное значеніе въ жизни метрополіи, по отношенію къ внутреннему состоянію общества и его интересамъ.

Причинами, побуждающими къ эмиграціи, обыкновенно считаютъ избытокъ населенія, но это понятіе, какъ говоритъ Легуа въ своей "Исторіи эмиграціи", въ высшей степени относительное. Тамъ, гдѣ трудъ распредѣленъ неравномѣрно и его организація далеко неудовлетворительна, тамъ даже рѣдко-распредѣленное населеніе можетъ считать недостаточными средства для существованія, въ которыхъ оно нуждается, и тяготится избыткомъ жителей. Напротивъ, населеніе поразительной густоты, какъ, напримѣръ, въ Бельгіи, можетъ выдѣлять изъ себя сравнительно ничтожный процентъ эмиграціи. Вопросъ въ этомъ случаѣ не въ отношеніи числа жителей къ пространству территоріи, а въ отношеніи его къ элементамъ и условіямъ труда. Англія въ этомъ отношеніи представляетъ много неблагопріятныхъ условій. Масса англійскаго населенія, оббеземеленная и несущая главную тяжесть налоговъ, представлена произволу крупныхъ собственниковъ, въ рукахъ которыхъ сосредоточена вся поземельная собственность Англіи. Эти земли, какъ и большинство капиталовъ, переходятъ притомъ путемъ майоратовъ, въ руки одного наслѣдника, и, такимъ образомъ, даже изъ богатыхъ семействъ выдѣляются люди безъ собственности и обезпеченія. "Земледѣліе, промышленность и торговля въ Англіи, говоритъ Легуа,-- сконцентрированы въ немногихъ рукахъ; для ихъ эксплуатаціи требуются значительные капиталы и потому небогатому человѣку здѣсь невозможно сдѣлаться мелкимъ собственникомъ, какъ во Франціи". Земли, принадлежащія крупнымъ собственникамъ, отдаются въ аренду фермерамъ по высокой цѣнѣ и рѣшительно недоступны для людей, обладающихъ маленькими средствами, Бея поземельная собственность Англіи раздѣлена только между 30 тысячами владѣльцевъ при населеніи въ 30 милліоновъ. Виною такого положенія была экспропріація мелкой поземельной собственности въ пользу крупныхъ капиталистовъ. Процессъ этотъ начался съ XVI столѣтія и шелъ непрерывно до послѣдняго времени. Еще при Адамѣ-Смитѣ въ Англіи было 200,000 отдѣльныхъ семейныхъ хозяйствъ. Въ XVII столѣтіи классъ землепашцевъ-собственниковъ былъ многочисленнѣе класса фермеровъ. Въ Англіи когда-то было даже общинное землевладѣніе. Но революція, а затѣмъ цѣлый рядъ законовъ въ родѣ билля о включеніи общинныхъ земель въ область частной собственности (bills of inclosur of commons) способствовали переходу земель въ руки ландлордовъ. Съ тѣхъ поръ земли сдаются въ аренду капиталистамъ-фермерамъ; крупныя хозяйства все менѣе и менѣе нуждаются въ рабочихъ рукахъ, батрачье сословіе растетъ съ каждымъ днемъ и увеличиваетъ избытокъ населенія. Этотъ такъ-называемый избытокъ сельскаго сословія, остающагося безъ работы, стекалось въ города, гдѣ рабочее населеніе также начало выдѣлять изъ себя людей, которые не могли найти работы. Отсюда естественнымъ путемъ развилось нищенство, поражающее своими размѣрами. Офиціальная статистика Великобританіи еще недавно указывала, что здѣсь на 16 и 18 жителей приходился 1 нищій, который долженъ былъ получать пропитаніе отъ прихода, но говорятъ, что еще не всѣ бѣдные вошли въ этотъ счетъ (Легуа, ст. 202.) Великобританія насчитываетъ теперь офиціально признанныхъ бѣдняковъ, живущихъ на-счетъ общественной благотворительности, до милліона, по бѣдняковъ, конечно, не менѣе двухъ милліоновъ. За бѣдность и преступленія въ Ньюкастлѣ ежегодно осуждается изъ 24 жителей 1, въ Манчестерѣ 1 изъ 20, въ Лидсѣ 1 изъ 12. Въ Лондонѣ бродятъ 10 тысячъ нищихъ и 80,000 проститутокъ, 1/85 лондонскаго населенія не имѣетъ постоянныхъ средствъ къ существованію. Для содержанія нищенствующаго по приходамъ населенія, Англія тратитъ громадныя суммы: отъ 35 до 40 миньоновъ рублей въ годъ. Но эта цифра расходовъ постоянно увеличивается. Одни высчитываютъ, что Англія несетъ налогъ на содержаніе бѣдныхъ до 60 милліоновъ рублей, а другіе оцѣниваютъ эти издержки даже до 150 милліоновъ. Но и этихъ громадныхъ расходовъ не хватаетъ въ чрезвычайныхъ обстоятельствахъ. Бывали случаи, что въ нѣкоторыхъ городахъ Ирландіи двѣ трети населенія обращались за пособіемъ и искали убѣжища въ домахъ призрѣнія. Въ виду такого обѣдненія массъ приходилось, по необходимости, прибѣгать къ поощренію эмиграціи. Причины выселенія азъ Англіи, такимъ образомъ, лежали въ пауперизмѣ рабочихъ классовъ и сельскихъ батраковъ, а вовсе не въ недостаткѣ земли и не въ избыткѣ населенія; напротивъ, въ Англіи находится теперь до 5 1/2 милліоновъ акровъ пустоши, и выселеніе идетъ въ большинствѣ изъ земледѣльческихъ округовъ, населенныхъ далеко не такъ густо, какъ фабричные.

Самый большій процентъ эмиграціи изъ Великобританіи доставляетъ Ирландія. Причина обѣднѣнія этой страны и усиленная эмиграція изъ нея лежитъ никакъ не въ неспособности ирландцевъ, какъ увѣряла Times, и не въ недостаткѣ земли, но въ той политикѣ, которой держалась Англія въ отношеніи Ирландіи. Большая часть произведеній Ирландіи потреблялась поземельными собственниками, живущими не въ ней, а въ Англіи; изъ Ирландіи вывозилась масса сырыхъ продуктовъ для переработки ихъ въ Англіи. "Обращеніе Ирландіи въ страну земледѣльческую было шагомъ къ ея паденію, говоритъ Кэри.-- Англія впервые примѣнила въ Ирландіи ту политику, которая послужила впослѣдствіи основаніемъ ея колоніяльнной системы. Въ Ирландіи процвѣтала мануфактурная промышленность; шерстяное производство сдѣлало въ ней значительные успѣхи во время революціи 1688 г.; по правительство, при Маріи и Вильгельмѣ, исполняя просьбу лондонскихъ купцовъ, репрессивными мѣрами убило въ странѣ эту отрасль мануфактурной дѣятельности, и заставило вывозить изъ Ирландіи шерсть исключительно въ Англію. Манчестеру и Бирмингэму дана была монополія снабжать ирландцевъ тканями и желѣзомъ, даже колоніальныя произведенія могли получаться только чрезъ Англію. Издержки ирландцевъ на транспортъ крайне возвысились. Лишая ирландцевъ всякой возможности выгодно распоряжаться своимъ трудомъ, англичане заставили ихъ ограничиться добываніемъ сырыхъ матеріаловъ для англійскихъ мануфактуръ; у нихъ отняли всякое занятіе, кромѣ полевой работы. Одинъ экономистъ замѣчаетъ, что если страну желаютъ обратить въ рабство, то легче всего достигнуть этого, заставивъ ее обработывать сырье для другой; Ирландія испытала на себѣ справедливость этого закона. Вся земля въ Ирландіи стала собственностію крупныхъ землевладѣльцевъ, и ирландцамъ, которымъ остался только земледѣльческій. трудъ, поневолѣ приходилось платить громадную поземельную ренту, и довольствоваться низкой заработной платой". Съ запрещеніемъ мануфактуръ въ Ирландіи излишекъ силъ обратился на поля: производство хлѣба увеличилось, и въ то-же время туземное потребленіе его уменьшилось. Цѣна на хлѣбъ упала страшно. Уменьшеніе цѣны на хлѣбъ повело еще къ большей дешевизнѣ человѣческаго труда. Милліоны ирландцевъ остались безъ работы и значительная часть ихъ бросилась въ Англію. Великобританія, по словамъ современной англійской газеты, "наводнилась толпами полунагихъ кельтовъ, которые вредно подѣйствовали на хозяйственный образъ жизни англійскихъ рабочихъ". Какъ велико было переселеніе ирландцевъ, хлынувшихъ въ англійскіе города, можно судить по тому, что въ 1860 году, въ Лондонѣ насчитывали болѣе ирландцевъ, чѣмъ въ самомъ Дублинѣ; въ Манчестерѣ болѣе, чѣмъ въ Коркѣ; въ Глазгоу болѣе, чѣмъ въ Бельфорѣ (Легуа стр. 42). Когда нищета принудила ирландцевъ переплывать чрезъ каналъ, поднялись крики, что англійскимъ рабочимъ угрожаетъ опасность, что ихъ будутъ объѣдать голодные ирландцы и что потому слѣдуетъ заставлять ирландскихъ землевладѣльцевъ самихъ содержать своихъ бѣдныхъ, что и было приведено въ исполненіе. Но землевладѣльческая аристократія всегда возставала противъ этого; 50 лѣтъ уже какъ англійская аристократія протестуетъ противъ налога въ пользу бѣдныхъ. Слѣдствіемъ этого явилось стремленіе очистить страну отъ людей, которые не въ состояніи были платить поземельной ренты, такъ-какъ не могли продавать своего труда, и съ тѣхъ поръ Ирландія представляетъ печальную картину разрушенія, долговъ и переселенія туземцевъ страны.

Ирландское населеніе путемъ эмиграціи уменьшилось въ одно десятилѣтіе съ 1841 по 1851 на два милліона; съ 1851 по 1865 эмигрировало вновь 1,591,487. Въ 1841 г. населеніе Ирландіи доходило до 8,200,000, потомъ упало до 6 милліоновъ (1851), наконецъ, до 5 милліоновъ съ половиною, и такимъ образомъ дошло до той цифры, на какой оно стояло въ 1801 г. Съ 1846 г., въ 20 лѣтъ Ирландія потеряла до 5/16 своего населенія. Каковы-же были послѣдствія для оставшагося рабочаго населенія Ирландіи. Поднялся-ли уровень благосостоянія, прекратилась-ли надобность въ эмиграціи? Къ общему удивленію, нисколько. Относительный избытокъ населенія остался такимъ-же, какимъ былъ до 1846 г., рабочая плата также низка, а трудъ рабочаго усилился. "Причины этого были просты, пишетъ одинъ извѣстный писатель, переворотъ въ земледѣліи шелъ объ руку съ эмиграціей. Собственникамъ стало выгоднѣе обращать земледѣльческія пространства въ пастбища для скота, и эта реформа хозяйства, требующая безконечнаго расширенія пустошей въ ущербъ населенію, распространилась въ Ирландіи и Шотландіи еще болѣе, чѣмъ въ самой Англіи. Поземельная рента и доходъ арендаторовъ увеличивался, но по мѣрѣ доходовъ производства, требующаго затраты большихъ капиталовъ, избытокъ населенія возрасталъ". Въ концѣ 1866 г. и началѣ 1867 г., снова былъ поднятъ вопросъ объ облегченіи бѣдности въ Ирландіи и снова сочли нужнымъ прибѣгнуть къ эмиграціи. Но такъ-какъ и съ выселеніемъ при переходѣ земель въ пастбища, излишекъ бѣдняковъ все-таки не уменьшался, то предположивъ даже, что въ Ирландіи останется всего 3 1/2 милліона населенія, она все еще будетъ чрезмѣрно населена, такъ-какъ не будетъ удовлетворять назначенію служить англійской овчарней и пастбищемъ. Таковъ заколдованный кругъ ирландской эмиграціи. Почти тѣ-же явленія, какія совершаются въ Ирландіи, повторяются и въ Шотландіи, порождая тѣ-же послѣдствія. Докторъ Бэгъ заявилъ въ 1858 году, что въ Шотландіи не примѣнялось даже тѣхъ мѣръ облегченія бѣдности, которыя примѣнялись въ Ирландіи. "Тысячи акровъ земли превращены въ пустыни, говоритъ онъ, большинство жителей страшно бѣдствуетъ на родинѣ и имъ приходится развѣ выселиться за океанъ". Въ Шотландіи въ большихъ размѣрахъ шло превращеніе земледѣльческихъ имѣній въ скотоводческія пастбища. Одна графиня Сотерлэндъ обратила цѣлое графство въ овечье пастбище въ 1814 г.; 15,000 жителей были изгнаны на берегъ моря, а ихъ деревни уничтожены. Эта графиня присвоила себѣ 797,000 акровъ земли, принадлежащей клану. Часть пастбищъ въ Шотландіи превращена въ мѣста для охоты. Выселеніе шотландцевъ, лишенныхъ земли, стало такимъ-же обыкновеннымъ дѣломъ, какъ и въ Ирландіи. Въ иныхъ мѣстахъ скопляется такое множество бѣдняковъ, что ихъ принуждены выселять почти насильно, обманывая ихъ разными обѣщаніями, которыхъ, конечно, не сдерживали по прибытіи въ новыя мѣста переселенія. Такое очищеніе страны признается до сихъ поръ неизбѣжнымъ и эмиграція постоянно усиливается.

Въ Англіи всѣ видятъ, что причина пауперизма и эмиграція лежитъ не столько въ естественныхъ условіяхъ, сколько въ той системѣ хозяйства, которой держится Англія, сосредоточивъ какъ землю, такъ и промышленный трудъ въ рукахъ привиллсгированныхъ классовъ. Колонизація и эмиграціонное движеніе строго обусловливаются этой системой!

Но кромѣ выгоды для экономической системы метрополіи, основанной на феодальныхъ и промышленныхъ привилегіяхъ, эмиграція изъ Великобританіи имѣла чрезвычайно разнообразныя экономическія послѣдствія. Она уменьшала конкуренцію работниковъ и давала возможность получать, хотя временно, нѣсколько большую плату для оставшихся на мануфактурномъ рынкѣ рабочихъ. Она была средствомъ, доставляющимъ возможность уменьшить издержки, расходуемыя государствомъ на вспомоществованіе бѣднымъ и нищимъ; переселившіеся эмигранты, поставленные въ лучшія условія въ колоніи, нерѣдко поддерживали своихъ родственниковъ въ отечествѣ, и, случалось, возвращались на родину изъ колоніи обогатившимися и здѣсь пускали въ оборотъ пріобрѣтенный капиталъ. Въ 1855 г., напримѣръ, изъ числа эмигрантовъ возвратились обратно на родину 13% и возвратились съ капиталами. Всѣ эти выгоды заставили богатые классы Англіи покровительствовать эмиграціи. Въ Лондонѣ основалось для этой цѣли спеціальное административное учрежденіе (Emigration office), которому ввѣряются значительныя суммы для поощренія переселенія. Въ 1848 году основалось особое общество для поощренія эмигрантовъ. Оно было основано съ цѣлями, какъ сказано въ его уставѣ, "дать возможность приходамъ, обремененнымъ бѣдными и собственникамъ, отягощеннымъ налогами въ пользу бѣдныхъ, освобождаться отъ излишка населенія, доставленіемъ этимъ людямъ свободнаго труда въ колоніяхъ". Это общество располагаетъ значительными суммами денегъ. Оно навѣдывало переселеніемъ рабочихъ во время промышленнаго кризиса 1848 и 1849 г. Наконецъ иниціатива колонизаціи была предоставлена множеству промышленныхъ компаніи, которыя, состоя изъ англійскихъ капиталистовъ и купцовъ, не прикинули создать и изъ этого своего рода привилегію. Забравши земли въ колоніи, они брались на свой счетъ перевозить бѣдняковъ, обязывая ихъ покупать земли компаніи, конечно, но очень дорогой цѣнѣ. Такая компанія въ 1840 г. владѣла обширными землями около Аделаиды въ Австраліи и производила весьма выгодную операцію по продажѣ этихъ земель. Вскорѣ правительство приняло систему Уакфильда, которая давала ему постоянныя средства для увеличенія эмиграціи. При этой системѣ суммы, получаемыя за проданныя переселенцамъ земли въ Австраліи, шли на перевозку новыхъ поселенцевъ. Отъ продажи этихъ земель выручались огромныя суммы, употреблявшіяся на перевозку эмигрантовъ. Съ 1848 по 1854 г. было выручено этимъ путемъ около 400,000 рублей, которые употреблены были на перевозку 11,533 человѣкъ, неимѣвшихъ работы въ отечествѣ. Въ 1854 г. употреблено на это 175,000 рублей. Правительственнымъ комиссарамъ былъ открытъ значительный кредитъ и втеченіе нѣсколькихъ лѣтъ на переселеніе истрачено около ста милліоновъ рублей. Для усиленія эмиграціи англійское правительство особеннымъ биллемъ предоставило приходамъ самимъ отправлять бѣдняковъ въ колоніи; мало того, разрѣшило перевозить на казенный счетъ людей изъ пріютовъ для бѣдныхъ и рабочихъ домовъ. Отсюда отправлялись, конечно, люди настолько бѣдные, что они ничѣмъ не могли обзавестись въ колоніи, часто люди неспособные ни къ какой работѣ, старые, хилые, истощенные; ихъ перевозили, высаживали въ колонію и оставляли на произволъ судьбы. Противъ такой перевозки людей, непригодныхъ къ труду и служащихъ къ обремененію колоніи, протестовали колонисты даже въ Австраліи. Но желаніе выселить всѣхъ бѣдняковъ изъ Англіи до послѣдняго времени было постояннымъ желаніемъ тѣхъ классовъ, которые обязаны налогомъ на содержаніе нищихъ въ приходахъ. Еще въ 1870 г. нѣсколько филантроповъ изъ партіи тори, съ Торренсомъ во главѣ, предлагали устроить переселеніе массами всѣхъ нищихъ и ненаходящихъ себѣ работы въ Англіи. Для этого хотѣли установитъ даже законъ, выдающій преміи эмигрирующимъ, т. о. давать ничтожное отступное, чтобы сохранить огромныя суммы, издерживаемыя на бѣдныхъ. "Истрачивая ежегодно 50 милліоновъ, говорилъ Торренсъ,--изъ которой одна половина должна быть отнесена на государственный счетъ, а другая на средства приходовъ, можно перевозить 50,000 семей, состоящихъ изъ 5 человѣкъ каждое. Освобождаясь ежегодно отъ 250,000 бѣдняковъ, Англія въ 4 года, освободится отъ милліона субъектовъ, живущихъ на, счетъ офиціяльной благотворительности, а въ 8 лѣтъ она избавится отъ всѣхъ тѣхъ несчастныхъ, которые должны протягивать руку за подаяніемъ". Такимъ образомъ, по словамъ Торренса, выселеніемъ двухъ милліоновъ излишняго населенія, Англія сдѣлаетъ экономію въ своихъ расходахъ на 150 милліоновъ рублей. Еще большую экономію сдѣлаютъ собственники и капиталисты, несущіе теперь налогъ въ пользу бѣдныхъ! Торренсъ желаетъ, чтобы они въ первые четыре года платили половину налога въ пользу бѣдныхъ, такъ какъ половину расходовъ на перевозку эмигрантовъ должно принять государство; по истеченіи-же четырехъ лѣтъ они навсегда избавятся отъ платежа этого налога. Увлеченные этими идиллическими иллюзіями, многіе уже мечтали о той благословенной эпохѣ, когда въ Англіи останутся только одни богатые и достаточные граждане, имѣющіе свои собственные дома или платящіе за квартиру не менѣе 16 фунтовъ; проще сказать, останутся только люди, имѣющіе цензъ; но такъ какъ безъ рабочихъ нельзя обойтись, то изъ нихъ необходимо выселять только ту часть, которая по нужна капиталистамъ и промышленникамъ. Если Англія не приняла проекта Торрсиса цѣликомъ, какъ нелѣпость, то она въ частности держится его практически.

Сами англійскіе бѣдняки вскорѣ поняли, что имъ нечего ждать въ отечествѣ. Выѣхавшіе эмигранты, устроившись въ колоніи, вызывали сюда своихъ друзей и родственниковъ, пересылая имъ деньги на проѣздъ. Высланныя для этой цѣли суммы были весьма значительны. Колонисты выселившіеся въ Соединенные Штаты выслали на переѣздъ родственниковъ въ 12 лѣтъ съ 1849 по 1860 годъ до 75 милліоновъ рублей, что составляло въ годъ болѣе 6 милліоновъ. Переселенцы Австраліи въ 1849 и 1860 году прислали съ этой-же цѣлью до 20 милліоновъ рублей.

Эмиграція, кромѣ экономическихъ, имѣла и другія важныя послѣдствія для внутренней жизни англійскаго общества. Увеличивающаяся масса бѣдныхъ и безземельныхъ классовъ, промышленные кризисы, мануфактурный пролетаріатъ,-- все это порождало массу бродягъ и людей, готовыхъ на преступленія изъ-за куска хлѣба. Вслѣдъ за бѣдствіями во время голодныхъ годовъ развивались всевозможныя преступленія. Англія вынуждена была подавлять ихъ. Генрихъ VII, Эдуардъ и Елисавета издавали постоянно законы противъ нищенства и объявили его преступленіемъ, за которое полагались плеть и кнутъ; результатомъ этихъ суровыхъ мѣръ было чрезмѣрное развитіе воровства. По свидѣтельству Гарриссона, въ царствованіе Генриха VIII приговорено къ смерти за воровство и убійство болѣе 72,000 человѣкъ; въ царствованіе Елизаветы не проходило года, чтобы не приговаривали по 300 и по 400 человѣкъ къ висѣлицѣ. Выселеніе послужило къ ослабленію преступленій. "Такъ въ Шотландіи съ 1845--49 годъ приговаривалось къ наказанію до 4,300 преступниковъ; въ 1855--59 только 3,657; въ Ирландіи съ 1845--49 годъ -- 29,384; въ 1855--59 годъ всего 7,099 {Въ Ирландіи, надо замѣтить, существовало въ 8 разъ болѣе преступленій, чѣмъ въ другихъ мѣстахъ Великобританіи съ тѣмъ-же числомъ населенія.}. Вмѣстѣ съ тѣмъ Англія съ давнихъ поръ выселяетъ преступниковъ въ колоніи, замѣняя ссылкой тюремное заключеніе. Преступниковъ сперва выселяли въ Америку и это выселеніе совершалось крайне безцеремонно. При Яковѣ II ссылали сюда цѣлыя тысячи политическихъ преступниковъ, которыхъ даже продавали въ рабство. Въ половинѣ XVIII столѣтія мятежныхъ шотландцевъ выселяли туда цѣлыми кланами. Съ 1718 года стали высылать въ колоніи всѣхъ уголовныхъ преступниковъ, приговоренныхъ свыше трехъ лѣтъ тюремнаго заключенія. Размѣщеніе преступниковъ состояло въ распродажѣ ихъ на плантаціи въ совершенное рабство. Ихъ называли "христіанскими невольниками" и продавали по 10 ф. стерлинговъ за голову. Торговля преступниками составляла выгодную статью дохода, которымъ пользовались даже фрейлины короля Якова.

Когда началась высылка преступниковъ въ Австралію, англійское правительство примѣнило было къ ней подобную-же систему, то есть, раздачу ссыльныхъ въ работы частнымъ лицамъ, получая за это плату. {Эта система привела къ страшнымъ злоупотребленіямъ, почему была наконецъ, отмѣнена. Практика показала, что отдача безправныхъ преступниковъ въ работы къ частнымъ лицамъ есть величайшее варварство.} Но ссылка въ колоніи, давая громадныя выгоды метрополіи, приносила положительный вредъ колоніи. Англія сбывала въ колоніи отверженный классъ общества, поддонки его; эти люди, прошедшіе чрезъ тюрьму и исправительные дома, давали знать о своемъ существованіи разбоями, убійствами и грабежами. "Вы сдѣлали изъ нашей земли помойную яму пороковъ, писалъ Франклинъ англійскому правительству,-- отъ которыхъ не могло избавиться старое европейское общество; вы нанесли этимъ тяжелое оскорбленіе чистымъ и патріархальнымъ правамъ нашихъ колонистовъ... Что-бы вы сказали, если-бы мы посылали вамъ "своихъ гремучихъ змѣй?" Такъ-же своекорыстно продолжала пользоваться ссылкою Англія и въ Австраліи. Сначала она проектировала устроить ссылку въ пустыни и устроила здѣсь каторжныя колоніи. Обрекая на вѣчное и безнадежное наказаніе преступниковъ, она навсегда отъ нихъ отдѣлывалась. Пока каторжные жили одни, они были не опасны, но какъ только въ ихъ сосѣдствѣ устроились свободныя поселенія, обнаружились тѣ-же результаты какъ и въ Америкѣ. Ссыльные разбѣгались и наполняли молодую страну организованными разбоями. Никакія строгости и преслѣдованья не могли остановить зла. Свободные переселенцы протестовали противъ ссылки къ нимъ преступниковъ, но на ихъ протестъ долго по обращали вниманія.

Съ 1793 года по 1860 Англія успѣла сбыть въ Австралію 131,450 своихъ преступниковъ. Однако-жъ какъ ни отстаивала метрополія свои права, но въ Австраліи колонисты образовали "лигу противъ ссылки" и Англія должна была, наконецъ, отмѣнить ссылку во всѣ населенныя мѣста, и стала отправлять ссыльныхъ въ сѣверную и западную Австралію. Съ заселеніемъ западной части и эти колонисты заявили протестъ. Тогда Англія выговорила себѣ право содержать каторжныхъ въ портовыхъ городахъ. Скоро колонисты замѣтили, что число подобныхъ ссыльныхъ чрезмѣрно увеличивается. Когда въ 1864 году англійское правительство рѣшилось сдѣлать попытку снова высылать каторжныхъ въ западную Австралію, въ Викторіи принята была резолюція сопротивляться такому переселенію, а Мельбурнъ снарядилъ на свой счетъ корабль и въ 1865 г. отправилъ всѣхъ находившихся въ этомъ городѣ каторжныхъ назадъ въ Англію. Опасность поселенія ссыльныхъ въ колоніяхъ такъ была для нихъ велика, что ни одна изъ колоній не хотѣла принимать къ себѣ ссыльныхъ. Даже маленькій городокъ на мысѣ Доброй Надежды не допустилъ въ 1849 г. высадить на свой берегъ привезенныхъ сюда преступниковъ. Вынужденная требованіями колоній, Англія обязалась не высылать ссыльныхъ въ населенныя мѣста Австраліи, и отправляетъ ихъ теперь на Бермудскіе острова и въ Гибралтаръ. Сколько ни говорили объ исправительномъ назначеніи ссылки, по одна уже вѣчность изгнанія показываетъ, что это наказаніе не было исправительнымъ.

Кромѣ насильственнаго выселенія преступниковъ, Англіи, при помощи колонизаціи, старалась облегчить себя отъ элементовъ враждебныхъ ея политическимъ учрежденіямъ и избавиться отъ людей и партій разномыслящихъ и несогласныхъ съ правительствомъ въ религіозныхъ и политическихъ вопросахъ. Въ политической жизни Англіи такія переселенія имѣли огромное значеніе и, безъ сомнѣнія, много вліяли на ходъ ея исторіи. Послѣ реформаціи, введенной въ Англію Генрихомъ VIII, въ этой странѣ утвердилась жестокая нетерпимость ко всякому другому исповѣданію. Англиканская церковь преслѣдовала всѣхъ, кто не признавалъ шести пунктовъ, утвержденныхъ реформаціей; она подвергала ихъ пыткѣ, заключала въ тюрьмы и казнила. Эти преслѣдованія породили эмиграцію, Елисавета и ея наслѣдники изъ дома Стюартовъ открыли гоненія на пуританъ, они подавляли прессу, стѣсняли образованіе, запрещали проповѣдь. Между тѣмъ развивавшееся реформаціонное движеніе все болѣе охватывало Англію. Чувствуя, что они не въ силахъ сдержать развитіе сектаторства, англійскіе короли, какъ Яковъ, стали изгонять пуританъ изъ отечества. Пуритане, въ свою очередь, были убѣждены, что ихъ ученіе можетъ свободно развиваться въ новыхъ странахъ, на покой почвѣ американскихъ колоній и сами тоже удалялись въ Америку. Съ тѣхъ поръ началась постоянная эмиграція изъ Англіи людей, недовольныхъ существовавшимъ порядкомъ.

Удаленіе пуританъ, квакеровъ, методистовъ въ Америку не могло не повліять на преобладаніе и усиленіе англиканской церкви въ Англіи; но такъ какъ эмиграція все еще была слаба, свободное переселеніе еще удерживалось запретительными законами, то въ Англіи пуритане оставались втэ такомъ значительномъ числѣ, что могли произвести революцію. Говорятъ, что самъ главный дѣятель англійской революціи Кромвель, уже готовъ былъ сѣсть на корабль для отплытія въ Америку, какъ особый указъ задержалъ отправку пуританъ въ море, и онъ остался. Послѣ революціи, во время реакціи и реставраціи при Карлѣ II выселеніе пуританъ получило новый толчокъ. Эмиграціи въ это время предоставлено было болѣе свободы и пуритане поспѣшили выселяться изъ Англіи цѣлыми массами. Американскіе штаты, какъ извѣстно, основывались по преимуществу религіозными изгнанниками и реформаторами. Преслѣдуемые пуритане основали новую Англію, угнетенные католики -- Мериландъ, квакеры -- Пенсильванію. Каждый политическій и религіозный переворотъ привлекалъ въ Америку новыхъ бѣглецовъ, которые питали нерасположеніе къ своей старой родинѣ и ждали только случая, чтобы объявить свою независимость. Эмигрировали преимущественно недовольные положеніемъ дѣлъ въ отечествѣ,-- люди энергическіе; этимъ и объясняется своеобразное развитіе американскихъ штатовъ, ихъ стремленіе къ свободѣ, новыя начала, на которыхъ строилась здѣсь религіозная и политическая жизнь, такъ-же какъ и могучая упругость ихъ въ борьбѣ съ метрополіей. Эмигрировали изъ Англіи энергическіе проповѣдники, защитники свободы совѣсти, реформаторы, неудовлетворенные политическіе дѣятели, пылкіе идеалисты; они бросали Англію съ ея старыми учрежденіями и уходили въ новую страну для осуществленія своихъ идеаловъ. "Большая часть изъ нихъ, говоритъ извѣстный англійскій историкъ,-- по признавали ни епископальной церкви, ни феодальнаго государственнаго строя Англіи,-- люди слишкомъ враждебные существовавшему въ Англіи порядку, а потому для старой Англіи было очень выгодно избавиться отъ нихъ. Англія такимъ путемъ освобождалась постепенно отъ безпокойныхъ элементовъ и, благодаря этому, могла возстановить старый порядокъ, нарушенный смутнымъ временемъ.

Вмѣстѣ съ религіозной свободой въ народномъ сознаніи англійской націи въ XVII столѣтіи складывались новые политическіе идеалы, представителями которыхъ были Сидней, Мильтонъ и Локкъ. Эзра Стайльсъ проектировалъ въ Америкѣ республиканскую конституцію съ самаго основанія колоніи, планъ которой, по словамъ канцлера Кэнта, превосходилъ все, что писали по этому предмету Гарнягтонъ. Мильтонъ, Локкъ и Юмъ. Пеннъ, которому обязана своимъ существованіемъ Пенсильванія, издалъ для нея законы, которые, какъ полное выраженіе демократическаго начала, въ первый разъ являлись во всемірной исторіи. Люди, раздѣлявшіе подобныя убѣжденія, естественно не могли ужиться въ старой Англіи, гдѣ все противорѣчило ихъ идеаламъ и симпатіямъ. Англійское правительство, понявъ, что борьба съ такой сильной оппозиціей для него слишкомъ затруднительна, предоставило враждебнымъ и оппозиціонннымъ элементамъ право навсегда покинуть Англію, оно даже поощряло эмиграцію. Этой политики англійское правительство держится и до сихъ-поръ. Съ отдѣленіемъ Соединенныхъ Штатовъ туда ежегодно переселяются массы народа, въ числѣ которыхъ по мало людей, покинувшихъ родину чисто по политическимъ убѣжденіямъ. Съ 1815 но 1860 годъ 3,048,206 человѣкъ навсегда оставили Англію для поселенія въ Америкѣ; въ то-же время въ англійскія колоніи переселилось всего 1,800,000. Большая часть выселившихся навсегда въ Соединенные Штаты, конечно, состояла изъ ирландцевъ, враждебныхъ англійскому правительству, но оно поощряло это выселеніе, хотя знало, что въ Соединенныхъ Штатахъ ирландцы составили сильную политическую партію (феніевъ), мечтавшую о завоеваніи своего "Зеленаго острова". Англійское правительство, поощряя переселеніе ирландцевъ въ Соединенные Штаты, тѣмъ самымъ ослабляло оппозиціонную партію въ самой Ирландіи и довело ее, наконецъ, до полнаго истощенія. Столь-же мало оно препятствовало выселенію и самихъ англичанъ въ Америку, которые въ значительномъ числѣ оставляли страну. Съ 1855 по 1858 г., напримѣръ, выселилось въ Соединенные Штаты 104,907 англичанъ, кромѣ ирландцевъ и шотландцевъ. Большинство изъ нихъ выселилось по политическимъ причинамъ. Этилъ путемъ выдѣлялись изъ Англіи нерѣдко самые прогрессивные элементы англійскаго общества, проводники новыхъ идей; Англія съ ними много теряла. Передовые люди Америки вышли изъ Англіи, это была лучшая кровь и лучшіе соки англійскаго общества, поэтому американцы въ правѣ были говорить, что своими гоненіями Англія дала имъ Вашингтоновъ, Франклиновъ и Адамсовъ. Многіе изъ передовыхъ англичанъ и до сихъ поръ для пропаганды своихъ идей избираютъ болѣе плодотворную почву въ Соединенныхъ Штатахъ. Не даромъ сложилось мнѣніе, что, выдѣляя лучшія и предпріимчивыя силы путемъ колонизаціи, Англія можетъ придти къ вырожденію своего населенія. Но если даже признать преувеличеніе въ этомъ мнѣніи, во всякомъ случаѣ, Англія ослабляетъ силу своего умственнаго движенія и уменьшаетъ быстроту своего прогресса. Впрочемъ, Англія слѣдовала этой политикѣ не слѣпо, она имѣла въ виду спеціальную цѣль. Давая полный просторъ среднимъ и высшимъ классамъ для примѣненія наиболѣе широкой дѣятельности внутри государства и, при помощи борьбы индивидуальныхъ силъ и естественнаго подбора, сосредоточивая лучшіе таланты на промышленномъ поприщѣ, Англія выселяетъ изъ себя только умственный и нравственный пролетаріатъ, всегда опасный существующей въ ней системѣ;-- пролетаріатъ, который въ соединеніи съ обезземеленнымъ рабочимъ классомъ, могъ-бы стать во главѣ экономической реформы и угрожать измѣненіемъ промышленнаго порядка Англіи. Не чувствуя себя въ силахъ преодолѣть это движеніе, которое, въ силу естественнаго міроваго прогресса, непрестанно проявляется въ Англіи, господствующіе классы англійскаго общества стремятся отдѣлить практическіе результаты его и путемъ эмиграціи стараются ослабить силу радикальной партіи. Нельзя не признать поэтому, что вообще мирное движеніе этой страны въ значительной степени является результатомъ эмиграціи, уносящей изъ страны наиболѣе пылкихъ и смѣлыхъ представителей революціоннаго движенія.

Изъ этого видно, какое громадное вліяніе имѣетъ эмиграція по отношенію къ внутреннему общественному строю Англіи, но еще значительнѣе были ея послѣдствія по отношенію къ внѣшнимъ выгодамъ, которыя она получала изъ своихъ колоній.


II.


Британское населеніе отличается удивительною способностью быстро оріентироваться въ новыхъ странахъ и вездѣ утверждать преобладаніе англо-саксонской расы; англійская эмиграція поэтому отличается по своимъ послѣдствіямъ отъ выселеній другихъ народовъ. "Наши эмигранты, говоритъ Рошеръ про нѣмцевъ,-- отправляясь въ Соединенные Штаты, Россію или въ Алжирію, должны считаться совершенно потерянными для отечества. Они становятся потребителями другихъ странъ и рынковъ, не только соперничающихъ съ нами, но и враждебныхъ намъ". Не такова судьба Англіи; куда бы ни явились представители ея народности, они вездѣ полагаютъ основаніе новому обществу и создаютъ свои колоніи. Маленькія общины англичанъ въ зааптлантическихъ колоніяхъ господствуютъ часто надъ громадными массами туземцевъ и управляютъ ими какъ народами, подвластными британской коронѣ. Въ Сіерра-Леоне до 300 англичанъ держатъ въ зависимости 400,000 туземцевъ; на Цейлонѣ на 2,000,000 туземцевъ приходится 4,000 европейцевъ; на Ямайкѣ изъ 1,800,000 жителей 7/8 негровъ; 200,000 армія въ Индіи держитъ въ безусловномъ-повиновеніи болѣе 150 милліоновъ туземцевъ. Англійскіе колонизаторы, пріобрѣтая господство надъ туземцами, въ то-же время стягиваютъ къ себѣ и ассимилируютъ значительную массу европейскаго населенія, чѣмъ преимущественно обусловливается особенное развитіе ихъ колоній. Они привлекаютъ въ свои колоніи нѣмцевъ, французовъ, бельгійцевъ и другихъ европейцевъ. Нѣмцы, неимѣющіе своихъ колоній, даютъ особенно большой контингентъ англійскимъ колоніямъ. Въ Соединенные Штаты втеченіи 30 лѣтъ выселилось 2 милліона нѣмцевъ; Канада получала ихъ по 10,000 въ годъ; одна Пруссія съ 1845--59 отправила въ Австралію 6,500 человѣкъ, въ Африку 2,700. Бельгія въ 7 лѣтъ выслала въ Канаду 2,800 эмигрантовъ. Французское населеніе Канады, какъ извѣстно, совершенно поглощено англичанами. Англо-саксонская раса имѣетъ удивительную способность быстро сглаживать всѣ національныя особенности колонистовъ и передавать имъ британскій характеръ.

"Наши эмигранты, пишетъ Леманъ о нѣмцахъ,-- пріучаясь къ англо-американской жизни, пріобрѣтаютъ энергическія качества янки, ихъ духъ авантюризма, ихъ смѣлость и жажду къ независимости. Кромѣ европейскихъ переселенцевъ Англія усиливала свои колоніи неграми, индійцами и китайцами. Извѣстно, что европейскіе народы пересолили въ свои колоніальныя владѣнія въ 2 1/2 вѣка болѣе ста милліоновъ африканцевъ; Англіи принадлежала значительная доля въ этомъ переселеніи. Въ англійскихъ колоніяхъ еще въ 1860 г. считалось до 1,000,000 освобожденныхъ рабовъ. Точно также она способствовала переселенію въ нѣкоторыя мѣста индійцевъ, которыхъ на о-на Маврикія было перевезено съ 1843 по 1860 годъ 274,613 душъ. Австралія привлекала китайцевъ и въ 1860 г. ихъ было здѣсь уже 50,000 человѣкъ.

Основывая колоніи, Англія всегда имѣла въ виду прежде всего пользу метрополіи. Ея колоніи постоянно служили къ усиленію ея торговаго и промышленнаго могущества, и къ перемѣщенію національныхъ силъ въ мѣстности, гдѣ онѣ являлись орудіемъ новаго производства. Поэтому Англія сознала давно, что колонизація есть самое выгодное коммерческое предпріятіе. "Англичане, говоритъ Легуа,-- всегда вносятъ въ свои колоніи драгоцѣнные элементы колонизаціи: трудъ, капиталъ и интеллигенцію. Колонистъ смѣшивается здѣсь съ народомъ родственнымъ и единоплеменнымъ. Являясь въ колонію, онъ находитъ свободныя земли по дешевой цѣнѣ и свободный выборъ занятій. Здѣсь находится работа какъ для земледѣльца и ремесленника, такъ и дли журналиста. Переселенецъ является въ колоніи производителемъ и, прежде всего, производителемъ земледѣльческимъ; онъ производитъ муку, шерсть, кожи, мѣха, которые идутъ преимущественно въ метрополію, на рынки Лондона и Ливерпуля, гдѣ они всегда находятъ покупателей. Отсюда постоянное усиленіе торговли Англіи съ своими колоніями. При подобныхъ условіяхъ всѣ выгоды, конечно, выпадаютъ на сторону метрополіи. Колонисты, которые оставили ее за неимѣніемъ работы, создаютъ ей новыя владѣнія, новый обширный рынокъ для сбыта товаровъ, новый источникъ богатства и величія. Что для нея значитъ потеря нѣсколькихъ рабочихъ рукъ въ виду постоянно увеличивающагося машиннаго производства и техническихъ усовершенствованій, примѣняемыхъ къ земледѣлію и промышленности, въ виду излишка рукъ на ея фабрикахъ! Что значила для нея потеря капитала, хотя и значительнаго, въ виду громадныхъ и постоянно увеличивающихся движимыхъ богатствъ, переливающихся въ ея банкахъ, такъ какъ, посредствомъ эмиграціи, капиталы только перемѣщаются, чтобы найти для нихъ болѣе выгодное употребленіе и получить большій барышъ, которымъ прежде всего воспользуется сама Англія". Съ самыхъ первыхъ своихъ попытокъ колонизаціи, Англія отлично поняла, какую выгоду можетъ она извлечь изъ своихъ колоній. Впрочемъ, не она первая поняла это: у нея уже были предшественницы: Испанія, Португалія и Голландія, но она гораздо полнѣе и всесторовнѣе ихъ поняла эти выгоды. Англичане бросились въ Америку по тѣмъ-же побужденіямъ, какъ испанцы, португальцы и голландцы: они жаждали золота. Глыба, земли, вывезенная изъ снѣговъ сѣверной Америки въ 1577 году, принятая за золотую руду, послужила поводомъ для снаряженія туда экспедиціи. Золотоискатели нагрузили свой корабль этою предполагаемою рудою, привезли ее въ Англію, но по точнымъ изслѣдованіямъ золотая руда оказалась просто массою никуда негодной земли. Этотъ урокъ послужилъ къ пользѣ Англіи. Ранѣе другихъ она отрѣшилась отъ старой меркантильной системы и сознала, что не одно золото даетъ богатство. "Честные и достойные сограждане, говорилъ одинъ изъ первыхъ виргинскихъ поселенцевъ знаменитый Смитъ,-- да не пугаетъ васъ простое слово "рыба"; рыба вамъ дастъ такое-же хорошее золото, какъ рудники Гвіаны и Потози". Дѣйствительно, Новая Англія чрезъ нѣсколько лѣтъ уже давала доходу до 100,000 фунт. въ годъ. Затѣмъ стали разводить табакъ, и этотъ промыселъ сталъ приносить еще большія выгоды, чѣмъ торговля рыбой. Учредились двѣ торговыя компанія, которыя съ большой выгодой торговали въ Англіи произведеніями американской колоніи. Англійское правительство оказывало особенное покровительство развитію табачныхъ плантацій, куда на работу посылало сосланныхъ преступниковъ и потомъ допустило привозъ негровъ. Такъ начиналась торговая эксплуатація естественныхъ богатствъ почти всѣхъ колоній Великобританіи. Окончательно сложилась колоніальная политика Англіи только со времени изданія "навигаціоннаго акта"; до этого-же времени сношенія колоній ст. метрополіей не подлежали особому контролю. Съ объявленія покровительственныхъ законовъ своей торговлѣ Англія провозгласила, что "колоніи должны служить только средствомъ для возвышенія благосостоянія метрополіи". Вся торговля должна была производиться на судахъ, построенныхъ въ Англіи и снабженныхъ англійскимъ экипажемъ. Колоніальныя произведенія съ этихъ поръ должны были вывозиться только въ метрополію, а европейскіе товары могли быть ввозимы въ колонію только на англійскихъ судахъ. Въ то-же время торговыя сношенія колоній между собою были подчинены всевозможнымъ ограниченіямъ. Ввозъ и вывозъ оплачивался тѣми-же пошлинами, какъ и въ метрополіи. Послѣдствіемъ этихъ мѣръ было быстрое пониженіе цѣпъ какъ на табакъ, такъ и на другія колоніальныя произведенія, и Англія получила возможность одна покупать ихъ по самой выгодной для нея цѣпѣ. Запретивъ всякую торговлю колоній съ иностранцами, присвоивъ себѣ навигаціонную монополію, она утвердила за собою полную монополію торговли съ колоніями. Съ этого времени началось господство купцовъ и барышниковъ. Эта система дала возможность англичанамъ наживать огромные капиталы. Ни одно иностранное государство не могло получать колоніяльныхъ произведеній иначе, какъ при посредствѣ Англіи; колоніи точно такъ-же ввозили къ себѣ европейскія произведенія изъ Англіи. Такимъ образомъ, англійскіе торговцы получали двойные барыши за провозъ товаровъ въ колонію и обратно за вывозъ колоніяльныхъ произведеній изъ колоній.

Но Англія утвердила за собой не одну торговую монополію въ отношеніи колоній. Она заставила ихъ служить для развитія своей мануфактурной промышленности, о поднятіи которой англійское правительство стало ревностно заботиться уже съ XVI столѣтія. До этого времени Англія производила только сырье, которое отправляла за границу и получала взамѣнъ фабричныя издѣлія. При Эдуардѣ Ш запрещенъ вывозъ шерсти и ввозъ иностраннаго сукна, при Карлѣ II введена покровительственная таможенная система; англійское правительство принимаетъ на себя заботу установить болѣе правильныя сношенія между потребителями и производителями своей страны. Оно находитъ, что выгоднѣе производить фабрикаты у себя дома, чѣмъ получать ихъ отъ другихъ народовъ. Созданіе собственныхъ мануфактуръ избавляло ее отъ перевозочныхъ расходовъ, налагаемыхъ на ея торговлю иностранными купцами. Въ періодъ покровительства своимъ мануфактурамъ Англія создала огромный собственный торговый флотъ, съ помощію котораго она вскорѣ захватила міровую торговлю въ свои руки.

Обезпечивъ свои внутреннія сношенія, Англія стремится завладѣть иностранною торговлею и привлечь на свои фабрики сырье изъ другихъ странъ, чтобы, переработавъ его, имъ-же продавать по выгодной цѣпѣ. На долю колоній въ этомъ дѣлѣ выпала самая невыгодная роль. Если-бы Англія путемъ свободнаго обмѣна обезпечивала колоніи необходимыми фабрикатами и сама покупала у нихъ сырье но свободной цѣнѣ, и та и другая сторона моглибы получать опредѣленныя выгоды. Но Англія предпочла связать колоніи экономическими узами. Переселенцы въ первое время нуждались въ фабричныхъ произведеніяхъ Англіи. Не довольствуясь этимъ и пользуясь своею властно надъ колоніями, Англія разными насильственными мѣрами понижала цѣпу колоніяльныхъ произведеній, возвышая путемъ той-же монополіи цѣпу на свои произведенія. Но и этого ей показалось мало: насильственными мѣрами она останавливала въ американскихъ колоніяхъ развитіе всякой промышленности, чтобы тѣмъ легче обезпечить барыши своихъ фабрикантовъ. Въ концѣ XVIII столѣтія англійскій торговый совѣтъ, представляя докладъ о мануфактурахъ и ремеслахъ Америки, объявилъ, что промышленность Массачусется вредитъ промышленности метрополіи, и что, поэтому, нужно противодѣйствовать ей всевозможными мѣрами. Когда шляпный цехъ въ Лондонѣ подалъ жалобу правительству, что изъ Массачусется вывозится много шляпъ въ Испанію, Португалію и Вестъ-Индію, вывозъ отсюда былъ запрещенъ. Когда въ Америкѣ устроилось нѣсколько заведеній дли дистиллировки рома, англійское правительство наложило высокую ввозную пошлину на сиропъ и сахаръ, и тѣмъ заставило закрыть эти заведенія. Между тѣмъ въ колоніяхъ былъ такой избытокъ сырыхъ произведеній, что они портились и пропадали безъ всякаго употребленія. Хлѣбъ можно было вывозить въ другія страны, хлопокъ и шерсть нуждались въ переработкѣ; изобиліе желѣза, шерсти, хлопка вызывало потребность въ фабрикахъ и заводахъ. Страна искала выхода своимъ силамъ, она стремилась обезпечить сама свои внутреннія потребности, по Англія лицемѣрно старалась увѣрить колонистовъ, что для нихъ выгодно производить одно только сырье. Эту своекорыстную политику превосходно очерчиваетъ Франклинъ въ своемъ памфлетѣ, въ которомъ подъ видомъ Пруссіи изображаетъ Англію, а послѣднюю ставитъ на мѣсто Соединенныхъ штатовъ. "Въ виду облегченія податныхъ обязанностей нашихъ подданныхъ, мы запрещаемъ, гласитъ сатирическое распоряженіе, въ нашихъ колоніяхъ устроивать чугунноплавильные и другіе желѣзно-дѣлательные заводы, но милостиво дозволяемъ жителямъ этого острова вывозить желѣзную руду въ Пруссію, для того, чтобы здѣсь обработывать ее и отвозить обратно. Они должны только платить нашимъ пруссакамъ (англичанамъ) за работу и издержки при перевозкѣ сюда и назадъ. Кромѣ того они отвѣчаютъ за всѣ опасности. Что-же касается шерсти, то въ отношеніи ея вывоза мы по можемъ поступать такъ милостиво. Всѣ мѣры должны быть приняты для того, чтобы не только фабрикація шерстяныхъ матерій, но и самое овцеводство осталось исключительною привилегіею метрополіи, Пруссіи (Англіи). Вывозъ шерсти изъ Британіи воспрещается; во нашимъ колонистамъ дозволяется, впрочемъ, употреблять ее для удобренія земли. Сообразно съ этимъ должно всевозможными мѣрами препятствовать фабрикаціи шляпъ, такъ какъ мастерство это находится въ Пруссіи (въ Англіи) на высокой степени совершенства и наши отдаленные подданные могутъ пріобрѣтать ихъ и здѣсь. Сверхъ того мы повелѣваемъ милостиво, что бы всѣ воры, обыкновенные мошенники и разбойники на большихъ дорогахъ, убійцы и другіе негодяи, заслуживающіе по прусскимъ законамъ смертную казнь вслѣдствіе нашей особой благосклонности къ колоніямъ, были отправляемы туда для увеличенія и распространенія тамошняго народонаселенія на все будущее время" {Исторія Соединенныхъ штатовъ. Нейманнъ. Т. I. стр. 160--161.}.

Проводя эту эгоистическую политику, Англія хочетъ быть единственнымъ фабрикантомъ для всѣхъ своихъ колоній и подвластныхъ странъ. Совершенно тѣми-же мѣрами, какими она убила промышленность Ирландіи и насильно обратила эту страну въ производительницу сырья, Англія не допускаетъ развитія мануфактуръ въ своихъ колоніяхъ. Въ 1710 г. нижняя палата объявила, что учрежденіе фабрикъ въ колоніяхъ имѣетъ цѣлью ослабить ихъ зависимость отъ Великобританіи. Въ 1732 г. запрещается шляпное производство, въ 1750 году запрещено въ колоніяхъ устроивать фабрики или машины для прокатыванья желѣза, но необдѣланное желѣзо позволялось ввозить въ Англію безпошлинно, чтобы его тамъ обработывать и потомъ отсылать назадъ въ колоніи. Позднѣе лордъ Чатамъ объявилъ, что онъ не позволитъ колонистамъ выковывать ни одного гвоздя для подковы. Въ то-же время Англія запрещаетъ въ 1765 г. выселеніе ремесленниковъ изъ Англіи подъ страхомъ строгихъ наказаній; въ концѣ XVIII столѣтія, такимъ-же образомъ, запрещенъ вывозъ всѣхъ орудій и машинъ, необходимыхъ для обработки шерсти или шелку. Законы изданы въ 1772, 1781 въ 1785 и продолжали существовать до 1825 года. Англія хотѣла этимъ закрѣпить за собою самое знаніе, оставивъ другимъ одно невѣжество, а съ нимъ самый низкій и грубый трудъ. Стараясь воспрепятствовать жителямъ своихъ колоній достигнуть тѣхъ вспомогательныхъ средствъ, которыя давали-бы имъ возможность соединить свои труды съ цѣлью облегчить выдѣлку ткани и желѣза, Великобританія тѣмъ самымъ стремилась заставить колоніи привозить въ Англію свои произведенія въ сыромъ видѣ, чтобы превращать ихъ тамъ въ фабрикаты, необходимые для потребленія въ колоніяхъ, которыя, такимъ образомъ, должны были уплачивать транспортъ туда и назадъ и ихъ фабричную переработку. Почва колоній естественно должна были истощаться, почва-же Англіи, напротивъ, утучнялась. "Централизація, къ которой стремились Афины и Римъ, Карфагенъ и Венеція, говоритъ Кэри,-- слишкомъ ничтожна въ сравненіи съ централизаціей, какую проявляла торговая система Великобританіи. Тѣ запрещали однѣ лишь сношенія съ отдаленными народами, здѣсь-же старались уничтожить внутреннее сношеніе, силу ассоціаціи внутри страны." Колоніи хорошо понимали всю тяжесть своего положенія. Когда въ парламентѣ спросили Франклина, почему чувства американцевъ къ Англіи измѣнились, этотъ государственный человѣкъ отвѣчалъ: "причинъ много: недавно введенныя торговыя ограниченія, запрещеніе выпуска бумажныхъ денегъ, штемпельные законы." -- Что прежде нравилось американцамъ? спросили его.-- "Подражать англійскимъ обычаямъ и шить себѣ платье изъ вашихъ мануфактурныхъ издѣлій", отвѣчалъ онъ.-- А въ чемъ теперь заключается ихъ гордость?-- "Въ томъ, что они носятъ свои старыя платья и будутъ носить ихъ до тѣхъ поръ, пока получатъ возможность сшить себѣ новыя изъ своихъ собственныхъ матерій." Такъ понимала Америка свою экономическую самостоятельность. Собраніе Виргиніи въ 1769 году запрещаетъ совершенно покупку англійскихъ товаровъ. "Держитесь только твердо запрещенія ввоза, писалъ нѣсколько разъ Франклинъ изъ Лондона,-- только этимъ однимъ вы можете удержать за собою свободу и передать ее вашимъ дѣтямъ."

Война и отдѣленіе Америки уничтожили англійскую монополію въ Американскихъ штатахъ; съ этого времени наравнѣ съ англійскими стали ввозить въ эти колоніи товары и другихъ націй; по Англія по прежнему не переставала отыскивать новые рынки для сбыта своихъ произведеній. Эти попытки Адамъ Смитъ называетъ "наборомъ полоній-покупателей." Новые рынки для сбыта своихъ произведеній Англія устроила сперва въ Вестъ-Индіи, потомъ въ азіятской Индіи, въ Австраліи и въ Канадѣ. Здѣсь, Великобританія проводитъ ту-же протекціонную политику, какую проводила прежде въ американской колоніи. И здѣсь Англія старалась монополизировать за собою торговлю мануфактурными произведеніями, обративъ колоніи въ производительницъ одного сырья. "Въ британской Вестъ-Индіи, говоритъ Кэри, было запрещено всякое мануфактурное производство и жители ея не смѣли даже раффинировать своего собственнаго сахару. Жители не могли имѣть никакого другого занятія, кромѣ волевой работы. Всѣ должны были производить одни сырые матеріалы и могли вступать между собою въ экономическія сношенія лишь при посредствѣ народа, удаленнаго на тысячу миль." Препятствуя мануфактурной производительности въ этой колоніи, Англія естественно понижала цѣпу на сырье и пользовалась выгодою скупа. Принужденіе посылать произведенія колоніи непремѣнно въ Англію привело къ такимъ неестественнымъ торговымъ отношеніямъ, что производство сырья перестало давать какой-нибудь доходъ производителю. На Ямайкѣ пробовали воздѣлывать индиго, но оказалось, что на долю судохозяевъ, комиссіонеровъ и правительства приходилась такая значительная доля изъ его цѣны въ Англіи, что производство этого продукта было по необходимости оставлено. То-же случилось и съ кофе; на долю производителя приходилась такая ничтожная часть изъ его продажной цѣны, что воздѣлываніе его далеко не окунало потраченнаго на него труда и его тоже пришлось покинуть. Производство на индѣйскихъ островахъ поэтому ограничилось однимъ сахарнымъ тростникомъ. Всякое прямое сношеніе съ чужестранцами было уничтожено, за исключеніемъ африканской торговли невольниками, которая развилась до необыкновенныхъ размѣровъ. Въ 1775 г. колоніальное законодательство пробовало ограничить ввозъ негровъ, однако по просьбѣ англійскихъ купцовъ правительство отмѣнило эту мѣру. Производство сахарнаго тростника, изъ котораго Англія извлекала огромные барыши, давало самые ничтожные доходы колоніи; производитель получалъ на свою долю едва одну четвертую часть продажной цѣны. "Плантаторъ былъ простымъ надсмотрщикомъ надъ рабами, говоритъ Кэри,-- которыхъ онъ заставлялъ работать для выгоды своихъ британскихъ властителей, а не для своей собственной. При самой обильной жатвѣ цѣны падали и, такимъ образомъ, то, что при другихъ условіяхъ могло быть источникомъ благосостоянія, здѣсь являлось бѣдствіемъ. Таковъ былъ результатъ англійской торговой системы, старавшейся подчинить производство сырья запросу на свои фабрики. Не будучи въ состояніи устраивать машинъ, плантаторъ долженъ былъ опираться на физическую силу работниковъ, которая цѣнилась очень низко. Отсюда громадныя требованія на рабовъ, быстро истощавшихъ свои силы въ тяжкихъ работахъ. На Вестъ-Индскіе острова было вывезено до 1,700,000 негровъ, но при освобожденіи ихъ оказалось лишь 600,000, такъ быстро они здѣсь вымирали. Но и самъ плантаторъ въ рукахъ британской финансовой системы былъ настолько-же рабомъ, какъ и его негръ. Предприниматели постоянно раззорялись: въ 20 лѣтъ 177 имѣній плантаторовъ были проданы съ молотка, и 55 совсѣмъ заброшены." Имущества собственниковъ, обремененныхъ налогами, постоянно переходили въ руки англійскихъ торговыхъ агентовъ и во время Смита 193 человѣка изъ нихъ управляли 606 имѣньями, перешедшими въ руки англійскихъ капиталистовъ. Эти имѣнья отсутствующихъ хозяевъ управлялись посредствующими лицами, нисколько незаинтересованными ни землей, ни ея воздѣлывателями. Здѣсь произошло то-же явленіе, какъ и въ Ирландіи: монопольная система доводила до истощенія и гибели самыя лучшія и самыя богатыя по производительности тропическія страны.

Грубая протекціонистская политика Англіи еще рѣзче и безпощаднѣе обнаружилась въ Восточной Индіи, этой богатой странѣ, куда съ самыхъ древнихъ временъ стремились азіятскіе и европейскіе завоеватели. Европейцы уже давно мечтали объ этой землѣ баснословныхъ сокровищъ и пытались проникнуть въ нее морскимъ путемъ. Извѣстно, что путешествіе Колумба было предпринято съ этой-же цѣлью. Индія, по представленію европейцевъ, была самой лучшей страной въ мірѣ, гдѣ находились въ изобиліи золото и брилліанты,-- страной съ роскошной южной растительностью, богатой пряностями, благовонными травами, драгоцѣнными деревьями, слоновой костью, толковыми тканями и хлопкомъ. Португальцы, нѣмцы, французы и англичане одни за другими старались войти въ болѣе тѣсныя сношенія съ этой страной. Въ 1599 году въ Лондонѣ учредилась торговая индѣйская компанія. Извѣстный Лоу пытался сосредоточить громадные капиталы на индѣйской торговлѣ, предполагая извлечь изъ нея огромные барыши, но его проекты, не лишенные остроумія и нѣкотораго практическаго смысла, вскорѣ рухнули во Франціи болѣе потому, что неумѣло взялись за ихъ осуществленіе и бросились въ безумныя спекуляціи. Великобританія, конечно, съумѣла извлечь пользу для себя изъ ошибокъ французовъ; она воспользовалась проектами Лоу и вскорѣ очень прочно обезпечила за собою сношенія съ Индіей. Черезъ самое короткое время она утвердилась окончательно въ Индіи, предоставивъ управленіе ею торговой компаніи. Въ 1820 г. компанія имѣла уже три президентства въ Мадрасѣ, Бомбеѣ и Калькуттѣ. Затѣмъ начались успѣшныя войны съ туземцами; англійскія владѣнія въ Индіи увеличились и теперь Англія владѣетъ страной, населенной 138 милліонами жителей; кромѣ того ея покровительству отдались страны съ 45 милліоннымъ населеніемъ.

Первоначальное управленіе англичанами Индіей ознаменовалось тою же монопольной и запретительной системой, какая существовала и въ остальныхъ англійскихъ колоніяхъ. Система эта была тѣмъ тяжелѣе для Индіи, что страна эта обладала уже собственной богатой промышленностью и мѣстными мануфактурными центрами. Промышленность ея доставляла выходъ труду и рукамъ, которые были излишни для земледѣлія. На Коромандельскомъ берегу и въ Бенгаліи 60 лѣтъ тому назадъ, трудно было найти деревню, въ которой всѣ мужчины, женщины и дѣти не были-бы заняты тканьемъ матерій. Этотъ промыселъ давалъ доходы и заработки половинѣ населенія Индостана. Бенгалія славилась своими топкими кисеями, Коромандельскій берегъ -- ситцемъ и каттупомъ, между тѣмъ западная Индія производила разнородныя грубыя ткани. Хлопокъ имѣлся всегда въ избыткѣ и не только удовлетворялъ внутреннимъ потребностямъ страны, но сотни милліоновъ фунтовъ его вывозились за границу. Индія въ то время держала въ своихъ рукахъ всю торговлю азіятскаго континента. Развитію мѣстнаго производства благопріятствовалъ отчасти ея политическій строй. Страна была раздѣлена на множество небольшихъ провинцій, управлявшихся самостоятельно, государственные доходы издерживались на мѣстѣ и почва ничего не терпѣла, самыя общины пользовались значительною долею самоуправленія. Магометанское завоеваніе не тронуло этихъ простыхъ учрежденій. Въ это время Индія обладала богатѣйшими и цвѣтущими городами. Со времени-же завоеванія англичанами началось раззореніе этой счастливой страны. Индія была отдана въ жертву монополіи торговой компаніи. Извѣстно, что остъ-индская компанія, кромѣ политическаго господства въ странѣ, получила исключительное право чайной торговли съ Китаемъ, а также монополію перевозки товаровъ изъ Европы и обратно. Мореплаваніе около береговъ Индіи и между островами точно также, какъ и вообще торговля внутри Индіи сдѣлались монополіей крупныхъ чиновниковъ компаніи. Соляная монополія, монополія торговли опіумомъ, бетелемъ и другими товарами были неисчерпаемыми источниками богатства для англичанъ. Все это сопровождалось вдобавокъ чудовищными злоупотребленіями. Чиновники сами опредѣляли цѣпы товарамъ и брали, что хотѣли; самъ генералъ-губернаторъ участвовалъ въ этой торговлѣ. Громадныя состоянія выростами, какъ грибы, въ одинъ день. "Здѣсьпервоначальное накопленіе капитала происходило, не требуя ни одного шиллинга затраты", говоритъ Марксъ. Процессъ Баррена Гастингса раскрылъ изумительныя злоупотребленія англичанъ, причастныхъ къ управленію страною. Изъ одного списка, представленнаго въ парламентъ, видно, что компанія и ея чиновники заставили индійцевъ съ 1757 по 1766 г. подарить себѣ ни болѣе, ни менѣе, какъ 6 милліоновъ фунтовъ стерлинговъ! Между 1769 и 1770 г. англичане, скупивъ весь рисъ, подвергли страну ужасамъ голода и потомъ страшно обогатились, продавая этотъ рисъ по баснословнымъ цѣнамъ. Такія ужасающія злоупотребленія не могли не возбудить негодованія даже въ самой Англіи, выразившагося очень горячо въ рѣчи Берка по поводу билля Фокса. "Страна опустошена огнемъ и мечемъ, говорилъ этотъ ораторъ,-- эта страна, отличавшаяся предпочтительно предъ прочими странами земли широкимъ благосостояніемъ и довольствомъ жителей, прекрасно воздѣланная и культированная,-- эта страна представляетъ въ настоящее время почти повсемѣстно печальную пустыню, покрытую бурьяномъ и репейникомъ и наполненную дикими животными. Вотъ результаты всегдашняго систематическаго нарушенія договоровъ"... "Правленіе англичанъ въ Индіи, говоритъ Маколей,-- приносило столько вреда этой странѣ, что существованіе въ ней прочной общественности казалось ужо почти невозможнымъ. Въ Калькуттѣ быстро накоплялись громадныя богатства, между тѣмъ 30 милліоновъ человѣческихъ существъ повергались въ крайнюю нищету. Хотя туземцы и привыкли къ тираніи, но никогда еще имъ не приходилось выносить такую ужасную. Она была тяжелѣе самаго варварскаго деспотизма и обладала въ то-же время полной прочностью, доставляемой цивилизаціей. Ее нельзя было свергнуть, поэтому она походила скорѣе на правленіе злыхъ духовъ, чѣмъ на человѣческую тиранію". Но всѣ злоупотребленія и грабежи были ничто еще передъ утонченнымъ систематическимъ убійствомъ индійской промышленности.

И здѣсь Англія, какъ и въ другихъ колоніяхъ, стала уничтожать мѣстную мануфактурную промышленность съ цѣлію заставить населеніе заняться производствомъ одного сырья для вывоза его въ Англію. Прежде всего были введены особые налоги въ всѣ пригодныя къ дѣлу машины, при чемъ примѣнена инквизиторская система ихъ осмотра, задерживавшая всякое промышленное улучшеніе. Количество налога на ткацкіе станки зависѣло отъ числа работниковъ въ семьѣ ткача, при чемъ въ счетъ шли и малыя дѣти, если они хоть нѣсколько помогали въ работѣ. "Маслобойня, печь гончара, инструменты золотыхъ дѣлъ мастера, пила лѣсопильщика, наковальня кузнеца, топоръ плотника, ткацкій станокъ ткача и лодка рыбака -- все было обложено податью. Не упускалась ни одна машина, какого-бы рода она ни была", пишетъ далѣе Маколей. Англія облагала самыми высокими пошлинами произведенія индійскихъ ткацкихъ станковъ, приходившихъ въ Англію, въ то-же время запрещенъ былъ въѣздъ въ Индію англійскимъ горнымъ инженерамъ, изъ опасенія, что они могутъ научить индійцевъ добывать каменный уголь, запрещенъ былъ въѣздъ туда техниковъ, которые могли-бы научить бѣднаго индуса промышленному производству; наконецъ, Англія запретила ввозить въ Индію всякія машины. Этими мѣрами она систематически убила мануфактурную промышленность въ Индіи, заставивъ индійцевъ обратиться исключительно къ обработкѣ почвы. Въ то-же время англичане получили монополію скупать у туземцевъ продукты ихъ производства и снабжать индійцевъ своими фабрикатами. Индіецъ сталъ платить отъ 18 до 20 пенсовъ за британскую матерію, вытканную изъ фунта индійскаго хлопка, за который онъ самъ получилъ всего только одинъ пенни. Послѣдствія этой системы для индійскаго населенія были ужасны, "Они обнаружились въ Индіи такимъ обѣднѣніемъ и нищетою, говоритъ Робертъ Пиль,-- какихъ мы не встрѣчаемъ нигдѣ". Лучшіе мануфактурные города совершенно пали, отъ многихъ изъ нихъ, какъ отъ Дакки, остались одни развалины. Громадная масса индійскаго населенія осталась безъ работы. "Половина времени и энергіи индійцевъ, пишетъ Чепменъ въ своемъ "Cotton and commerce of India",-- растрачиваются понапрасну". Въ зависимости отъ иностранной торговли у жителей Индіи пропадало даромъ до девяти десятыхъ силъ общества. "Въ Индіи, поэтому, при запрещеніи труда, въ одну недѣлю расточается больше капитала, чѣмъ стоятъ всѣ товары, ввозимые Англіей втеченіи года", пишетъ Кэри. Вслѣдствіе дешевизны рабочей платы и низкихъ цѣнъ на сырье, значительныя плодородныя пространства были покинуты, земли лежали впустѣ. Въ долинѣ Гангеса не обработается и третьей части земли и половина всей почвы Индіи лежитъ въ запустѣніи. Къ этому присоединился голодъ многочисленнаго населенія; вымирали тысячи людей. Всего, со времени владычества Англіи, въ Индіи вымерло съ голода до пяти милліоновъ!

Систематическое убійство промышленности въ колоніяхъ было тѣмъ выгоднѣе для Англіи, что она, получая огромные барыши за провозъ и торговлю, создала могущественный торговый флотъ и собственныя мануфактуры. Оградивъ себя съ XVI вѣка таможнями, запрещая ввозъ иностранныхъ фабричныхъ издѣлій, Англія на колоніяльные капиталы учредила у себя множество фабрикъ. Возникшая фабричная промышленность, обезпеченная вѣрнымъ выгоднымъ сбытомъ въ колоніяхъ, натурально развивалась чрезвычайно быстро. Колоніальная система была ступенью, на которой строилось англійское торговое и промышленное могущество.

Протекціонная система Англіи и обязательный сбытъ товаровъ въ колоніяхъ былъ, конечно, самою грубою эксплуатаціей, но чѣмъ безцеремоннѣе была нажива, тѣмъ огромнѣе барышъ. Вся колоніальная политика Англіи создана въ угоду сословію торгашей и крупныхъ промышленниковъ и держалась исключительно въ ихъ интересѣ. Все населеніе колоній было отдано въ жертву наживѣ купцовъ, промышленниковъ и фабрикантовъ метрополіи. "Протекціонная система Англіи, но словамъ одного современнаго экономиста,-- была искуственнымъ средствомъ фабриковать фабрикантовъ, капитализировать національныя средства производства и существованія, насильственно ускорить переходъ стараго способа производства къ новѣйшимъ крупно-фабричнымъ формамъ. Налагая помощью пошлинъ контрибуцію на свой народъ въ видахъ обогащенія фабрикантовъ, эта система насильственно уничтожала всю промышленность въ колоніяхъ и подвластныхъ странахъ, начиная съ Ирландіи и кончая отдаленнѣйшими колоніями. Но та-же колоніяльная система ускорила развитіе англійской торговли и мореплаванія. Изъ рукъ Голландіи Англія вырвала господство на всѣхъ океанахъ, создавъ флотъ и обучивъ моряковъ въ колоніяльныхъ моряхъ. Такая система, создавъ монополію торговыхъ компаній, была сильнымъ рычагомъ сосредоточенія капиталовъ. Сокровища, добытыя внѣ Европы, возвращались въ метрополію и здѣсь превращались въ капиталъ". Такъ характеризуетъ эту систему одинъ изъ изслѣдователей происхожденія капитала. Если міръ, въ силу какихъ-бы то ни было законовъ, переходилъ къ той системѣ крупнаго капиталистическаго хозяйства, представительницей котораго служитъ въ настоящее время Англія, то и вся колоніальная система была продуктомъ этого-же хозяйства. Вотъ почему цитируемый нами писатель говоритъ: "колоніяльнал система, государственные долги, тяжесть налоговъ, протекціонизмъ, торговыя войны -- все это были отпрыски настоящаго мануфактурнаго періода; они развились до гигантскихъ размѣровъ во время періода дѣтства крупной промышленности". Принципы торговой и промышленной системы, примѣняемой внутри Англіи довольно безцеремонно, явились во всей наготѣ своей въ колоніяхъ. Расширеніе торговли, покровительство фабрикантамъ метрополіи, захватъ рынковъ, обращеніе колоній въ плантаціи, гдѣ-бы обработывалось сырье для Англіи бѣлымъ или чернымъ колонистомъ -- все равно, вотъ былъ конечный результатъ системы. Открытіе американскихъ серебряныхъ и золотыхъ рудниковъ, порабощеніе и погребеніе въ рудникахъ туземнаго населенія, завоеваніе и опустошеніе Остъ-Индіи, обращеніе Африки въ мѣсто охоты за чернокожими,-- всѣ эти событія были зарею европейской колоніальной системы и англійскаго капиталистическаго хозяйства. За ними послѣдовала торговая война европейскихъ націй, поприщемъ которой служилъ весь земной шаръ. Началась она отпаденіемъ нидерландцевъ отъ Испаніи, и продолжается въ наше время въ видѣ войнъ за опіумъ противъ Китая. Эти способы первоначальнаго накопленія послѣдовательно являлись одинаковыми въ Испаніи, Португаліи, Голландіи и Франціи, по Англія лучше всѣхъ ими воспользовалась. Въ концѣ XVII вѣка они систематически соединились въ колоніальную систему,-- систему кредита торговымъ компаніямъ, протекціонизмъ купцовъ и насажденіе рабства въ колоніяхъ. Способы эти соотвѣтствуютъ времени и основываются на грубѣйшей силѣ, какъ вся тогдашняя колоніяльная политика. Всѣ они опираются на организованную общественную силу государства -- метрополіи, и утверждаютъ промышленное господство, не останавливаясь ни предъ какими насильственными средствами.

Прежде всего жертвою старой промышленной колоніальной политики былъ безправный туземецъ; его обирали и обращали въ рабство. "Исторія голландскаго колоніальнаго хозяйства, пишетъ Гоуайтъ, въ своей "Colonisation and Christianity",-- представляетъ безпримѣрную картину измѣнъ, подкуповъ и убійствъ". Ничего не можетъ быть характеристичнѣе воровства людей на Целебесѣ для доставленія рабовъ въ Яву. Украденныхъ молодыхъ людей сажали въ потаенныя тюрьмы. Англичане заимствовали у своихъ предшественниковъ выгодное предпріятіе торговли рабами, которыхъ перевозили изъ Африки въ свои колоніи и обращали на плантаціи Вестъ-Индіи и Америки. Въ этотъ періодъ созданія англійской торговой предпріимчивости общественное мнѣніе`Европы потеряло остатокъ всякаго чувства стыда и совѣсти. Европейскіе народы даже стали цинически хвастаться торговлею людьми. Въ 1795 г. англичанинъ Эйкинъ, писалъ, что "торговля невольниками возбуждаетъ до страсти духъ коммерческой предпріимчивости, создаетъ знаменитыхъ моряковъ и приноситъ большіе барыши". Особенно процвѣтала торговля людьми между Африкой и Вестъ-Индіей. Не довольствуясь собственными колоніями, Англія утрехтскимъ миромъ вытребовала у Испаніи право производить торговлю рабами между Африкой и испанской Америкой: она получила до 1743 года право снабжать испанскую Америку ежегодно 4,800 негровъ. Это право дало ей возможность въ то-же время заниматься контрабандой. Ливерпуль развился и получилъ значеніе, благодаря торговлѣ невольниками. Таково было первоначальное накопленіе богатствъ въ метрополіи. Потребность въ заведеніи рабовладѣльческихъ плантацій шла объ руку съ развитіемъ англійскаго фабричнаго хозяйства. Хлопчатобумажная промышленность въ Англіи, вводя рабство дѣтей на фабрики, дала въ тоже время толчекъ для превращенія патріархальныхъ рабовладѣльцевъ американскихъ штатовъ въ коммерческую систему эксплуатаціи. Учрежденіе невольничества въ Америкѣ и всѣ его послѣдствія должны считаться обоюднымъ грѣхомъ ея съ Англіей. "Безъ рабства капиталистъ пропалъ-бы въ англійскихъ колоніяхъ", писалъ Уэкфильдъ. Въ 1710 г. въ англійской Вестъ-Индіи на 10 рабовъ приходился только 1 свободный. "Извѣстно, пишетъ Легуа,-- что европейскіе народы въ 2 1/2 столѣтія переселили въ свои владѣнія болѣе ста милльоновъ африканцевъ". И въ этой спекуляціи значительная доля принадлежала Англіи. Сто милльоновъ рабовъ -- вотъ была изнанка старой колоніяльной системы, вотъ та давняя связь, которая существовала между возвышеніемъ промышленности метрополіи и ея колоніяльными захватами.


"Дѣло", No 8, 1872