# Дворянская партия

Николай Иванович Иорданский

"За два года". Сборникъ статей изъ "Искры". Часть первая.


## Дворянская партія.


(5 апрѣля 1905 года, No 96).


Періодъ революціонныхъ демонстрацій и всеобщихъ стачекъ, начавшійся 9-го января, закончился къ тому моменту, когда рескриптъ Булыгину засвидѣтельствовалъ міру, что самодержавіе готово, при случаѣ, вступить въ переговоры о капитуляціи. Съ этого момента начинается періодъ спѣшной организаціи общественныхъ силъ, готовящихся принять то или другое участіе въ выработкѣ условій созыва народныхъ представителей и самой избирательной комиссіи. Московскій съѣздъ земцевъ сплачиваетъ земскую лѣвую. Съѣздъ адвокатовъ, врачей, профессоровъ, цѣлый рядъ всероссійскихъ и областныхъ союзовъ представителей свободныхъ профессій закладываютъ основаніе для политическаго объединенія всѣхъ элементовъ радикальной демократіи.

Рядомъ съ этими партіями, игравшими до сихъ поръ въ жизни "общества" доминирующую роль, идетъ образованіе новыхъ политическихъ соединеній. Изъ стана оппозиціи и изъ стана консерваторовъ отлагаются различныя группы, освобождающіяся изъ-подъ опеки того или другого "блока" для того, чтобы болѣе самостоятельно выступить на политической аренѣ съ своимъ собственнымъ программнымъ оттѣнкомъ. Земско-дворянская правая выдѣляетъ прежде всего пресловутыхъ предводителей, разразившихся своимъ знаменитымъ политическимъ манифестомъ, который, надо признать, встрѣтилъ гораздо болѣе суровое осужденіе со стороны реакціи, на встрѣчу которой повернули предводители, чѣмъ со стороны либераловъ и демократовъ, противъ которыхъ они выступили прямо. Манифестъ дворянскихъ предводителей, этотъ характерный отвѣтъ дворянства на начавшееся аграрное движеніе, является первой попыткой вчера еще оппозиціонной группы остановить революціонное движеніе въ самомъ началѣ и приступить къ новой концентраціи соціально-охранительныхъ силъ, такъ безжалостно разсѣянныхъ въ разныя стороны бурнымъ процессомъ революціонной логики и быстрымъ ходомъ внутренняго разложенія существующаго порядка. Увы! реакціонныя иллюзіи такъ же мало способны остановить ходъ общественнаго развитія, какъ иллюзіи революціонныя -- ускорить его. Безсильные оживить абсолютизмъ, вожди дворянства только вносятъ своей легкой критикой существующаго лишнюю "смуту" въ атмосферу всеобщаго недовольства и вызываютъ противъ себя острое возмущеніе въ монархическомъ лагерѣ.

Навстрѣчу предводителямъ идетъ "партія земскихъ предателей", группа "шиповцевъ", подчинившаяся 6--7 ноября прошлаго года большинству земскаго съѣзда, но теперь находящая моментъ благопріятнымъ для выполненія своей исторической миссіи -- стать центромъ тяготѣнія для тѣхъ землевладѣльческихъ элементовъ, которымъ "твердая" монархическая власть столь же необходима для охраны ихъ привилегій и ихъ классовыхъ интересовъ, сколько неудобна для нихъ громоздкая бюрократическая машина, внѣ которой -- увы!-- немыслима эта твердая власть. Съ другой стороны, навстрѣчу предводительской "партіи" идетъ та высшая столичная аристократія, которая имѣла во главѣ достаточно опозоренныхъ рыцарей ордена Плеве -- вродѣ Стишинскаго и Штюрмера -- и теперь восчувствовала необходимость готовиться къ организованной общественной борьбѣ на новой аренѣ и начала складываться, какъ сообщаютъ газеты, въ "конституціонную правую". Для всѣхъ этихъ, по существу, консервативныхъ элементовъ рескриптъ 18-го февраля представляетъ болѣе или менѣе полную программу, исчерпывающую ихъ стремленія въ области "реформъ". И если у самодержавной бюрократіи хватитъ еще на столько ловкости, чтобы состряпать какой-нибудь "булыгинскій парламентъ", она пріобрѣтетъ болѣе надежную и солидную опору, чѣмъ та, которую ему могутъ доставить нелѣпые "ташкентцы" и дикіе помѣщики "Московскихъ Вѣдомостей".

Не безъ разсчета на эту новую опору, правительство увеличило безконечный рядъ "совѣщаній" и "комиссій", разрабатывающихъ "назрѣвшія реформы" новымъ "особымъ совѣщаніемъ", объ образованіи котораго сообщаетъ рескриптъ отъ 30-го марта на имя тайнаго совѣтника Горемыкина. Исходя изъ того, что "въ нѣкоторыхъ (!) внутреннихъ губерніяхъ Имперіи хозяйственное положеніе крестьянскаго сословія въ значительной степени поколеблено", рескриптъ признаетъ необходимымъ "незамедлительно приступить къ изысканію средствъ для устраненія этого прискорбнаго явленія". При этомъ рекомендуется, какъ "непремѣнное условіе", "охраненіе частнаго землевладѣнія отъ всякихъ на него посягательствъ". Въ программѣ "Совѣщанія" намѣчается "облегченіе возможности переселенія" и "завершеніе отграниченія крестьянскихъ надѣловъ отъ земель прочихъ владѣльцевъ, дабы тѣмъ самымъ вящшимъ образомъ утвердить въ народномъ сознаніи убѣжденіемъ неприкосновенности всякой частной собственности".

Какъ видите, новое совѣщаніе едва ли не будетъ занято гораздо больше вопросомъ объ охранѣ помѣщичьяго землевладѣнія противъ "всякихъ на него посягательствъ", чѣмъ нуждами "крестьянскаго сословія". Совѣщаніе Горемыкина, смѣняющее собой слишкомъ "либеральное" совѣщаніе Витте о сельскохозяйственной промышлености, упраздненное въ тотъ же день 30-го марта, должно попробовать "отписаться" отъ крестьянскаго движенія мелкими "улучшеніями". Нечего и говорить, что вліяніе его "трудовъ" на дѣйствительную жизнь будетъ не большимъ, чѣмъ вліяніе работъ комиссіи Коковцева по рабочему вопросу. Являясь новымъ свидѣтельствомъ неутомимости бюрократіи по части изобрѣтеній новыхъ рецептовъ для излеченія общественныхъ недуговъ, рескриптъ 30 марта сыграетъ одну только роль -- возбудитъ новые толки въ крестьянской средѣ и, слѣдовательно, усилитъ волненія въ ней.

Задача -- осуществить крестьянскую "реформу" "при непремѣнномъ условіи сохраненія частнаго землевладѣнія отъ всякихъ на него посягательствъ" является, по существу своему, задачей противорѣчивой. Реформа, въ которой нуждается крестьянство, какъ сословіе, есть, прежде всего, освобожденіе крестьянской земельной собственности, до сихъ поръ полукрѣпостной.

Внѣ созданія свободнаго крестьянства немыслимо укрѣпить его "поколебленное хозяйственное положеніе". А освободить крестьянскую собственность и крестьянское хозяйство немыслимо безъ "посягательствъ" на священное право собственности помѣщичьей. Вотъ почему крестьянство въ своемъ стремленіи къ устраненію пережитковъ крѣпостного права и къ улучшенію своего матеріальнаго положенія, является въ настоящее время потенціально-революціоннымъ. Вотъ почему, вопреки всѣмъ реакціоннымъ предразсудкамъ и иллюзіямъ, налипшимъ на крестьянское движеніе, оно не можетъ не кончить рѣзкимъ столкновеніемъ съ существующимъ государственнымъ порядкомъ, слишкомъ тѣсно связаннымъ съ "частнымъ землевладѣніемъ", чтобы отказаться хоть на время отъ охраны его противъ "посягательствъ".


Н. Негоревъ.