# Об Иосифе Ленгиеле

Бела Иллеш

Текст издания: "Литературная газета", No 50, 1933.

## Бела Иллеш. Об Иосифе Ленгиеле


Иосиф Павлович Ленгиель, он же Йожеф Лендел (1896--1975)


В венгерской пролетарской литературе Иосиф Ленгиель занял благодаря своей первой книге совершенно особое место. Трудно сказать -- роман эта книга или воспоминания; художественный репортаж или, быть может (с моей точки зрения), счастливое сочетание этих форм.

Книга "Улица" -- история дома венгерской коммунистической организации, показанная как бы сквозь лупу. Это -- история венгерской пролетарской революции, но не расширенная, а сознательно суженная. Отображены ошибки и их причины, последствия этих ошибок, героические поступки людей, люди, совершавшие ошибки и записавшие свои героические подвиги в истории венгерского рабочего движения собственной кровью.

"Вишградская улица" -- несмотря на простой язык, гладкий стиль и ясную образность -- книга для сравнительно узкого круга читателей; но для этого круга -- это лакомый кусочек. Люди, интересующиеся мельчайшими деталями партийной организации, любящие запах "кухни" революции, никогда не забудут книги Ленгиеля. Чем меньше интересуется человек этими вопросами, тем холоднее воспримет он работу Ленгиеля. Эта книга написана для партийного актива.

Новое произведение Ленгиеля -- роман. Тема его -- проблема будничной жизни широчайших масс: социалистическое строительство, кризис капитализма и влияние этих факторов на личную жизнь человека, стоящего по ту или другую сторону баррикады. Вы скажете -- слишком большая тема. Ее хватит для дюжины романов. Но если кто-нибудь может наглядно показать эту проблему в разрезе, в котором с исключительной быстротой вместе с событиями показаны все новые и новые люди -- настоящие люди, стоящие крепко в современности, обладающие всеми особенностями своего класса. -- причем статичными они не становятся, -- тогда книга эта может быть столь же ценной, как дюжина романов.

Соответствует ли роман Ленгиеля требованиям, которые он сам себе поставил при выборе темы? В общем -- да. Не без ошибок, конечно. Но ошибки эти ослабляют силу произведения очень незначительно.

Первое мое замечание -- политического порядка. Ленгиель, боясь схематичности, зашел слишком далеко. Герой его романа Райзиг, (ставший из немецкого офицера инженером большой любитель спорта, педантичный, чистоплотный человек, ненавидит и презирает буржуазию справа -- с точки зрения феодальных кругов. Райзиг, работающий затем на советских гигантах, становится из националиста -- коммунистом. Это превращение происходит благодаря окружению людьми, превращенными революцией из бессознательных и грязных существ в борцов рабочего класса, и, с другой стороны, благодаря сравнению с пустотой и безвыходностью своих прежних сородичей по классу.

Райзиг сегодня еще только любопытный тип, интересный одиночка, но это не образец героя социалистического строительства. Но... Ленгиель убеждает нас в том, что Райзиг должен пройти через все это, чтобы после большой борьбы притти к коммунистической партии. И он убеждает нас, действительно, что те слои трудящихся, которые последовали за Гитлером, сделали это, потому что приняли социальную демагогию национал-социалистов за чистую монету. Лучшие из рядов этой обманутой массы очень скоро пойдут по пути Райзига.

Будут говорить, что герой романа Ленгиеля -- не герой, а только зритель. Если мы будем рассматривать только тему, то нам оно так и покажется, и это в глазах читателя будет ошибкой. Ибо только тог, кто по-настоящему углубится в роман, заметит, что при отображении борьбы между строителями социализма и их врагами сюжет резко распадается на две части: автор рисует грубыми чертами, грубым голосом и с большим размахом самую борьбу, но он тихо, придушенным голосом говорит о внутренней коллизии, которую переживает Райзиг, размышляя и понимая; это и дает ключ к пониманию этих форм классовой борьбы.

Он работает, как машина: точно, умело. Вокруг него тысячи людей работают лучше машины и пример, но десять человек работают над тем, чтобы машина производила не так хорошо и не отняла у человека любовь к работе. Райзиг своего места найти не может.

Проходит довольно много времени, пока его классовые предрассудки и в'евшиеся убеждении побеждены лучшими чувствами. Эта борьба, внутренняя борьба Райзига должна была быть нарисована резче, она должна была быть расширена до кризиса, который пережили перешедшие к фашизму. Ленгиель отвечает, что нужно следить за тем, что он написал, а не за тем, чей портрет он давал. Но это не верно. Если кто-нибудь принялся серьезно разрешать большею задачу (как это он делает в своем романе), тот должен говорить обо всех связях и выводах.

Роман Ленгиеля -- крупное произведение. Это не привычное и давно известное, ставшее схематическим, противопоставление той и другой стороны. В работе Ленгиеля звучит существо той и другой стороны. Он не дает деталей, он дает содержание борьбы, ее методов и тех влияний, которые эта борьба оказывает на солдат того и другого лагеря. Автор с потрясающей силой рисует развитие человека, бывшего еще недавно сельским рабочим, его взгляды, желания. стремления и революционные превращения. Отображение это не эпично, не широко, оно основано на несокрушимой вере и убеждениях. С хорошим юмором автор показывает жизнь бывших людей, их "погибшие сны". Резко обрисованы фигуры вредителей, хорошо показана их безграничная внутренняя слабость. Книга Ленгиеля -- его первая значительная работа.

За последнее время вышел ряд значительных иностранных революционных произведений на русском языке: книги Токунаги. Каханы, Сэндера, Сяо, Гергеля, не нашедшие то. о отклика, который они заслуживают. Наши критики не нашли времени изучить вопросы, которые эти писатели затрагивают, и даже не подумали о том. чтобы обратить на них внимание рабочего-читателя.

А жаль! Рабочий-читатель, безусловно. прочтет эти произведения наших заграничных товарищей с большой радостью, и книги эти принесут большую пользу для воспитания рабочих в духе интернационализма.

Книга Ленгиеля еще не вышла из печати. Эта рецензия -- указание и предварительный протест против такого отношения.


"Литературная газета", No 50, 1933