# Собрание сочинений Генрика Ибсена. Томы пятый и шестой. Изд. И. Юровского. Спб. 1897 г

Генрик Ибсен

Собраніе сочиненій Генрика Ибсена. Томы пятый и шестой. Изд. I. Юровскаго. Спб. 1897 г. Ц. за 6 томовъ по подпискѣ 4 р., съ пер. 5 р. Съ выходомъ этихъ двухъ томовъ полное собраніе сочиненій Ибсена на русскомъ языкѣ закончено. Каково бы ни было достоинство переводовъ, собранныхъ и изданныхъ г. Юровскимъ, читатели имѣютъ теперь возможность познакомиться съ великимъ норвежскимъ писателемъ и провѣрить на личномъ опытѣ тѣ разнорѣчивые выводы, заключенія и толки, объектомъ которыхъ давно служитъ Ибсенъ какъ въ иностранной, такъ и въ нашей литературѣ. По вѣрному замѣчанію г. Мережковскаго, "каждый разговоръ объ Ибсенѣ -- настоящее литературное сраженіе. Равнодушные зрители очень быстро превращаются или въ пламенныхъ враговъ Ибсена, или въ столь же пламенныхъ друзей поэта". Причины такого рѣзко-противоположнаго отношенія къ нему заключаются въ обиліи темъ, имъ затронутыхъ, что даетъ возможность каждому брать изъ нихъ болѣе себѣ близкое, а съ другой стороны -- въ чрезвычайной рѣзкости рѣшеній Ибсена. Въ основѣ его характера лежитъ какая-то угловатость, почти дикая суровость, отталкивающая однихъ и тѣмъ болѣе привлекающая другихъ. Въ каждой его драмѣ нѣтъ и намека на желаніе автора привлечь зрителей на свою сторону, угодить имъ или убѣдить ихъ, но нѣтъ и тѣни оригинальничанья,-- авторъ правдивъ и оригиналенъ, потому что таковъ его талантъ.

Ибсена нельзя подвести ни подъ какую мѣрку, и эта необычайность его раздражаетъ большинство читателей, привыкшихъ жъ опредѣленнымъ взглядамъ, мнѣніямъ и правиламъ. Для Ибсена ничего этого не существуетъ, онъ самъ по себѣ, и къ нему надо подходить, какъ къ совершенно особому, новому міру. Понравится ли вамъ здѣсь, это другой вопросъ, во всякомъ случаѣ для автора не существующій. Съ другой стороны, въ этомъ и заключается привлекательность Ибсена. Въ какомъ бы мѣстѣ вы ни раскрыли эти шесть томиковъ, вы сразу наталкиваетесь на нѣчто, поражающее съ перваго шага, и въ тоже время нѣчто такое, къ чему нельзя относиться равнодушно. Онъ увлекаетъ читателя мало-по-малу въ свой міръ, отъ котораго вы не можете оторваться, хотя бы вы искренно возмущались на каждомъ шагу. И очень часто, вслѣдъ за возмущеніемъ наступаетъ раздумье, которое склоняетъ читателя на сторону автора, этого угрюмаго пессимиста, почти мизантропа, человѣка съ чрезвычайно рѣзкой индивидуальностью. Какъ есть люди, о которыхъ принято говорить, что они -- безличны, такъ есть люди обратнаго типа, съ чрезмѣрно развитой индивидуальностью, не укладывающеюся ни въ какія рамки, -- и къ такимъ принадлежитъ Ибсенъ. "Самый сильный человѣкъ тотъ, кто стоить одиноко", такимъ гордымъ заявленіемъ заканчивается одна изъ самыхъ характерныхъ пьесъ Ибсена. "Если всѣ завѣты альтруизма и братства возстаютъ противъ этого возвеличенія личности,-- говоритъ по этому поводу г. А. Веселовскій въ своемъ этюдѣ объ Ибсенѣ,-- невольный интересъ привлекаетъ къ отщепенцу, сильному духомъ среди мельчающихъ и дряблыхъ современниковъ... Не такова ли участь самого Ибсена?-- замѣчаетъ онъ далѣе.-- Вокругъ него, въ соціальномъ движеніи и литературномъ творчествѣ поднимались разнообразные вопросы, обозначались теченія мысли, особенно на порогѣ новаго вѣка, но въ одиночествѣ, вдали отъ партій и школъ, долгое время даже вдали отъ родной страны, стоялъ писатель, одаренный всѣми качествами вождя и проповѣдника, способнаго вести за собой массу, думалъ свою думу, говорилъ свои рѣчи, не заботясь о томъ, пойдутъ ли онѣ въ разрѣзъ съ общимъ мнѣніемъ". Въ развитіи его творческой дѣятельности на каждомъ шагу даетъ себя чувствовать эта чрезмѣрность индивидуальности художника, "рано задумавшагося надъ противорѣчіями и несправедливостями жизни* отдававшаго всѣ силы исканію правды, ошибавшагося, уходившаго въ сторону отъ избраннаго пути, но чуждаго всякихъ сдѣлокъ съ рутиной и выразившаго въ драмахъ и свой протестъ, и свои надежды".

Въ пятый томъ вошли, кромѣ упомянутаго этюда г. Веселовскаго, въ которомъ дана болѣе блестящая, чѣмъ глубокая характеристика Ибсена, драмы: "Строитель Сольнессъ", "Джонъ Габріель Воркманъ" и "Врагъ народа". Эти произведенія принадлежатъ различнымъ періодамъ, чѣмъ и объясняется рѣзкое различіе въ формѣ, къ которой прибѣгаетъ авторъ. "Врагъ народа" -- драма, не имѣющая ничего символическаго, тогда какъ "Строитель Сольнессъ" цѣликомъ символическое произведеніе. Докторъ Штокманъ и его противники, представители общества, которому "врагъ народа" бросаетъ свой гордый вызовъ, это -- живыя личности, взятыя изъ окружающей среды. Тогда какъ Сольнессъ и Гильда, при всей художественности, только символъ вѣчныхъ стремленій человѣческой души къ идеалу. "Джонъ Габріель Воркманъ", самое послѣднее по времени произведеніе Ибсена, слабѣе другихъ. Въ немъ не чувствуется той ибсеновской цѣльности и самобытности, какъ, напр., въ произведеніяхъ, составляющихъ содержаніе шестого тома, "Брандъ", "Перъ Гинтъ" и "Росмерсгольмъ", самыхъ характерныхъ и странныхъ, болѣе всего привлекающихъ однихъ и отталкивающихъ другихъ отъ Ибсена. Не мѣсто, конечно, въ небольшой рецензіи вдаваться въ подробный разборъ этихъ замѣчательнѣйшихъ произведеній норвежскаго драматурга. Замѣтимъ только, что "Брандъ" и "Перъ Гивтъ" вызвали больше всего восторговъ и осужденій, и до сихъ поръ критика не установила для нихъ сколько-нибудь общаго взгляда. Всякій критикъ понимаетъ ихъ по своему, что лучше всего свидѣтельствуетъ о глубинѣ и значительности этихъ произведеній.


"Міръ Божій", No 6, 1897