# "Гавриилиада"

Владислав Фелицианович Ходасевич

## В. Ф. Ходасевич


## "Гавриилиада"


Ходасевич В. Ф. Собрание сочинений: В 4 т.

Т. 3: Проза. Державин. О Пушкине.

М.: Согласие, 1997.

OCR Ловецкая Т.Ю.

"Гавриилиада" -- один из больших бассейнов, куда стекаются автореминисценции и самозаимствования из более ранних произведений. В свою очередь, она питает позднейшие. Я приведу лишь наиболее выразительные случаи, оставляя в стороне параллели фонетические, как рифмы и аллитерации, и чисто стилистические, как архаизмы и т.п.

1. "Романс", 1814:

Она внимательные взоры

Водила с ужасом кругом.

"Друзьям", 1816:

И томных дев устремлены

На вас внимательные очи.

"Гавриилиада", 1821:

И знатоков внимательные взоры...*

{Впоследствии, в 1829 г. ("Зима. Что делать нам в деревне?.."):

Сначала косвенно-внимательные взоры...}

2. "Послание к Юдину", 1815:

...Но быстро привиденья,

Родясь в волшебном фонаре,

На белом полотне мелькают,

Как тень на утренней заре.

"Гавриилиада":

На полотне так исчезают тени,

Рожденные в волшебном фонаре.

Красавица проснулась на заре...

3. "Усы", 1816:

...Одной рукой

В восторгах неги сладострастной

Летаешь по груди прекрасной,

А грозный ус крутишь другой.

"Гавриилиада":

Одной рукой цветочек ей подносит,

Другою мнет простое полотно

И крадется под ризы торопливо...

Ее груди дерзнул коснуться он.

4. "Любовь одна...", 1816:

И к радостям и к неге неизвестной

Стыдливую преклонит красоту.

"Гавриилиада":

И к радостям на ложе наслаждений

Стыдливую склонили красоту.

5. "Руслан и Людмила", II, 1817--1818:

"Не стану есть, не буду слушать,

Умру среди твоих садов".

Подумала -- и стала кушать.

"Гавриилиада":

...Подумала Мария:

Не хорошо в саду, наедине,

Украдкою внимать наветам змия...

. . . . . . . . . . . . . . . .

Подумала -- и ухо преклонила.

6. "Руслан и Людмила", IV, 1818:

Но, между тем, никем не зрима,

От нападений колдуна

Волшебной шапкою хранима...

"Гавриилиада":

...Вдали забав и юных волокит,

Которых бес для гибели хранит,

Красавица, никем еще не зрима...

7. "Руслан и Людмила", V, 1818--1819:

Она мне возвратила вновь

Мою утраченную младость.

"Погасло дневное светило...", 1820:

Моя потерянная младость.

"Гавриилиада":

Но молодость утрачена твоя {*}.

{* Впоследствии этот мотив повторяется много раз:

Мой проклиная век, утраченный в пирах...

("Андрей Шенье", 1825)

Свой дар, как жизнь, я тратил без вниманья.

("19 октября 1825 г.")

Мои утраченные годы.

("Воспоминание", 1828)

Но тяжело, прожив полвека,

В минувшем видеть только след

Утраченных безумных лет.

("Евгений Онегин", VIII, 1830)

Что ты значишь, скучный шепот?

Укоризну или ропот

Мной утраченного дня?

("Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы", 1830)

Я помышлял о юности моей,

Утраченной в бесплодных испытаньях...

("Вновь я посетил...", 1835)

Почти одновременно с "Гавриилиадой", в черновике послания к Алексееву, было: "В моей утраченной весне..."

Впервые этот мотив прозвучал еще в 1816 г., в послании к кн. А. М. Горчакову. Примечательно, что там говорится еще в настоящем времени: "Я слезы лью, я трачу век напрасно". Впоследствии неизменно звучит прошедшее: "утраченный", "потерянный".}

8. "Руслан и Людмила", эпилог, 1820:

Чем кончу длинный мой рассказ?

"Гавриилиада":

Аминь, аминь! Чем кончу я рассказы?

Посмотрим теперь обратные заимствования -- из "Гавриилиады" в более поздние произведения.

1. "Гавриилиада":

...Любви, своей науки,

Прекрасное начало видел я...

"Первое послание цензору", 1822:

Дней Александровых прекрасное начало {*}.

{* Через двенадцать лет, 2 апреля 1834 г., он записал в дневнике: "Сперанский у себя очень любезен. -- Я говорил ему о прекрасном начале царствования Александра".}

2. "Гавриилиада":

И дерзостью невинность изумлять.

"Евгений Онегин", гл. I, строфа 11, 1823:

Шутя невинность изумлять.

3. "Гавриилиада":

Поговорим о странностях любви

(Не смыслю я другого разговора),

В те дни, когда от огненного взора

Мы чувствуем волнение в крови,

Когда тоска обманчивых желаний

Объемлет нас и душу тяготит,

И всюду нас преследует, томит

Предмет один и думы, и страданий --

Не правда ли? в толпе младых друзей

Наперсника мы ищем и находим,

С ним тайный глас мучительных страстей

Наречием восторгов переводим.

Когда же мы поймали на лету

Крылатый миг небесных упоений

И к радостям на ложе наслаждений

Стыдливую склонили красоту,

Когда любви забыли мы страданье

И нечего нам более желать, --

Чтоб оживить о ней воспоминанье,

С наперсником мы любим поболтать.

С этих пор тема наперсничества становится у Пушкина частой. Разберемся в том, как она трактуется.

По мысли, высказанной в приведенном отрывке, одна из "странностей любви" заключается в том, что мы всегда ищем наперсника: сперва -- чтобы поверять любовь, потом -- "чтоб оживить о ней воспоминанье".

В том же году, когда написана "Гавриилиада", Пушкин написал послание к Н. С. Алексееву. В послании говорится:

Оставя счастья призрак ложный,

Без упоительных страстей,

Я стал наперсник осторожный

Моих неопытных друзей.

Вдали штыков и барабанов,

Так точно старый инвалид

Встречает молодых уланов

И им о битвах говорит.

Здесь одновременно даны оба вида наперсничества: друзья рассказывают Пушкину о своих нынешних любвях, он с ними вспоминает свои минувшие. Тут -- наперсничество взаимное. Текстуальных совпадений с "Гавриилиадой" здесь, однако же, нет. Через два года, в 18 и 19 строфах II главы "Евгения Онегина", Пушкин повторяет общий тезис "Гавриилиады" и заимствует ситуацию из послания к Алексееву. Слушая рассказы Ленского, Онегин становится на то место, которое сам Пушкин занимал по отношению к "неопытным друзьям". Разница лишь в том, что Пушкин в качестве "старого инвалида" сам "говорил о битвах", Онегин же только слушает Ленского -- впрочем, охотно и прилежно. Самое же сравнение с инвалидом повторено буквально:

Мы любим слушать иногда

Страстей чужих язык мятежный,

И нам он сердце шевелит;

Так точно старый инвалид

Охотно клонит слух прилежный

Рассказам юных усачей,

Забытый в хижине своей.

Как видим, из "Гавриилиады" здесь повторена только тема. Текстуальные совпадения восходят не к поэме, а к посланию Алексееву, которому "Гавриилиада", вероятно, была посвящена {23 марта того же 1821 г., когда написаны "Гавриилиада" и послание к Алексееву, Пушкин обратился с посланием к Дельвигу ("Друг Дельвиг, мой парнасский брат..."). В то время он изображал себя инвалидом не только в любви, но и в поэзии. Поэтому в конце послания говорится:

Но все люблю, мои поэты,

Фантазии волшебный мир,

И, чуждым пламенем согретый,

Внимаю звуки ваших лир...

Так точно, позабыв сегодня

Проказы, игры прежних дней,

Глядит с лежанки ваша сводня

На шашни молодых б...

И по ходу мысли, и по построению образа, и по способу уподобления эти стихи следует сопоставить со стихами: "Так точно старый инвалид..." и т.д.}. Однако, спустя еще год, "Гавриилиада" откликается в "Евгении Онегине" уже более явственно -- и опять в связи с темой наперсничества. Влюбленной Татьяне некому поверить свою тайну. Ее наперсницей становится книга. И как в "Гавриилиаде" было сказано:

Наперсника мы ищем и находим, --

так в 10 строфе III главы "Онегина" читаем:

Татьяна в тишине лесов

Одна с опасной книгой бродит.

Она в ней ищет и находит

Свой тайный жар, свои мечты...

Здесь будет нелишним припомнить, что два стиха из вышеупомянутой 18 строфы II главы "Евгения Онегина":

Мы любим слушать иногда

Страстей чужих язык мятежный --

позднее в свою очередь откликнулись в стихотворении "Наперсник" (1828):

Страстей безумных и мятежных

Так упоителен язык.

4. "Гавриилиада":

Поговорим о странностях любви.

"19 октября 1825 г.":

Поговорим о бурных днях Кавказа,

О Шиллере, о славе, о любви.

5. "Гавриилиада":

На вражью грудь опершись бородой...

"Пред рыцарем блестит водами...", 1826:

На грудь опершись бородой...

6. "Гавриилиада":

Я узнаю того, кто нашу Еву

Привлечь успел к таинственному древу...

"Евгений Онегин", гл. VIII, строфа 27, 1830:

О люди! все похожи вы

На прародительницу Еву:

Что вам дано, то не влечет;

Вас непрестанно змий зовет

К себе, к таинственному древу...

Примечательно, что в черновике было: "к погибельному древу", но затем Пушкин вернулся к старому эпитету из поэмы, от которой усиленно отрекался.

7. "Гавриилиада":

...двух девственных холмов

Под полотном упругое движенье.

"Домик в Коломне", 1830:

...сердце девы томной

Ей слышать было можно, как оно

В упругое толкалось полотно.

8. "Гавриилиада":

Умеете вы хитростью счастливой

Обманывать вниманье жениха

И знатоков внимательные взоры.

Черновой набросок, 1830:

И девицы без блонд и жемчугов

Прельщали взоры знатоков.


## КОММЕНТАРИИ


"Гавриилиада". -- Б. 1923. Кн. 3. С. 194--205; ПХП. С. 60--70.

Идейной интерпретации поэмы Ходасевич посвятил отдельную статью (см. т. 2 наст. изд.).

С. 422. "Мои утраченные годы". -- Из рукописного продолжения, не вошедшего в печатный текст "Воспоминания".

"Но тяжело, прожив полвека..." -- Варианты XI строфы восьмой главы.

"Я помышлял о юности моей..." -- Из черновых вариантов "Вновь я посетил...", отброшенных в беловой редакции.

...в 1816 г., в послании к кн. А. М. Горчакову. -- Послание датируется 1817 г.

С. 423. Вдали штыков и барабанов,

Так точно старый инвалид

Встречает молодых уланов

И им о битвах говорит.

-- В современных изданиях эти четыре стиха не включаются в окончательный текст послания, а печатаются среди вариантов.

С. 426. И девицы без блонд и жемчугов

Прельщали взоры знатоков.

-- Из вариантов "Домика в Коломне".