Хлебников Велимир
Хаджи-Тархан

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:


   Велимир Хлебников
  
   Творения, М., 1986
   Оригинал здесь -- http://www.rvb.ru/hlebnikov/tekst/02poemy/204.htm
  
   ХАДЖИ-ТАРХАН
  
   Где Волга прянула стрелою
   На хохот моря молодого,
   Гора Богдо своей чертою
   Темнеет взору рыболова.
   Слово песни кочевое
   Слуху путника расскажет:
   Был уронен холм живой,
   Уронил его святой, --
   Холм, один пронзивший пажить!
   А имя, что носит святой,
   Давно уже краем забыто.
   Высокий и синий, боками крутой,
   Приют соколиного мыта!
   Стоит он, синея травой,
   Над прадедов славой курган.
   И подвиг его, и доныне живой,
   Пропел кочевник-мальчуган.
   И псов голодающих вторит ей вой.
   Как скатерть желтая, был гол
   От бури синей сирый край.
   По ней верблюд, качаясь, шел
   И стрепетов пожары стай.
   Стоит верблюд, сутул и длинен,
   Космат, с чернеющим хохлом.
   Здесь люда нет, здесь край пустынен,
   Трепещут ястребы крылом.
   Темнеет степь; вдали хурул
   Чернеет темной своей кровлей,
   И город спит, и мир заснул,
   Устав разгулом и торговлей.
   Как веет миром и язычеством
   От этих дремлющих степей,
   Божеств морских могил величеством,
   Будь пьяным, путник, -- пой и пей!
   Табун скакал, лелея гривы,
   Его вожак шел впереди.
   Летит как чайка на заливы,
   Волнуя снежные извивы,
   Уж исчезающий вдали.
   Ах, вечный спор горы и Магомета,
   Кто свят, кто чище и кто лучше.
   На чьем челе коран завета,
   Чьи брови гневны, точно тучи.
   Гора молчит, лаская тишь.
   Там только голубь сонный несся.
   Отсель урок: ты сам слетишь,
   Желая сдвинуть сон утеса.
   Но звук печально-горловой,
   Рождая ужас и покой,
   Несется с каждою зарей
   Как знак: здесь отдых, путник, стой!
   И на голубые минареты
   Присядет стриж с землей на лапах,
   А с ним любви к иным советы
   И восковых курений запах.
   Столбы с челом цветочным Рима
   В пустыне были бы красивы.
   Но, редкой радугой любима,
   Она в песке хоронит ивы.
   Другую жизнь узнал тот угол,
   Где смотрит Африкой Россия,
   Изгиб бровей людей где кругол,
   А отблеск лиц и чист и смугол,
   Где дышит в башнях Ассирия.
   Мила, мила нам пугачевщина,
   Казак с серьгой и темным ухом.
   Она знакома нам по слухам.
   Тогда воинственно ножовщина
   Боролась с немцем и треухом.
   Ты видишь город стройный, белый,
   И вид приволжского кремля?
   Там кровью полита земля,
   Там старец брошен престарелый,
   Набату страшному внемля.
   Уже не реют кумачи
   Над синей влагою гусей.
   Про смерть и гибель трубачи,
   Они умчались от людей.
   И Волги бег забыл привычку
   Носить разбойников суда,
   Священный клич "сарынь на кичку"
   Здесь не услышать никогда.
   Но вновь и вновь зеленый вал
   Старинной жаждой моря выпит,
   Кольцом осоки закрывал
   Рукав реки морской Египет.
   В святых дубравах Прометея
   Седые смотрятся олени.
   В зеркалах моря, сиротея,
   С селедкой плавают тюлени,
   Сквозь русских в Индию, в окно,
   Возили ружья и зерно
   Купца суда. Теперь их нет.
   А внуку враг и божий свет.
   Лик его помню суровый и бритый,
   Стада ладей пастуха.
   Умер уж он; его скрыли уж плиты,
   Итоги из камня, и грез, и греха.
   Помню я свет отсыревшей божницы,
   Там жабы печально резвились!
   И надпись столетий в камней плащанице!
   Смущенный, наружу я вышел и вылез,
   А ласточки бешено в воздухе вились
   У усыпальницы -- предков гробницы.
   Чалмы зеленые толпой
   Здесь бродят в праздник мусульман,
   Чтоб предсказал клинок скупой
   Коней отмщенья водопой
   И месть гяуру (радость ран),
   Казани страж -- игла Сумбеки,
   Там лились слез и крови реки.
   Там голубь, теменем курчав,
   Своих друзей опередил
   И падал на землю стремглав,
   Полет на облаке чертил.
   И, отражен спокойным тазом,
   Давал ума досугу разум.
   Мечеть и храм несет низина
   И видит скорбь в уделе нашем
   Красив и дик, зов муэдзина
   Зовет народы к новым кашам.
   С булыжником там белена
   На площади ясной дружила,
   И башнями стройно стена
   И город и холм окружила.
   И туча стрел неслась не раз.
   Невест восстанье было раз.
   Чу! Слышен плач, и стан княжны
   На руках гнется лиходея.
   Соседи радостью полны,
   И под водою блещет шея.
   И помнит точно летописец
   Сии труды на радость злобы,
   И гибель многих вольных тысяч,
   И быстро скованные гробы.
   Настала красная пора
   В низовьях мчащегося Ра.
   Война и меч, вы часто только мяч
   Лаптою занятых морей,
   И волжская воля, ты отрок удач,
   Бросая на север мяч гнева полей.
   "Нас переженят на немках, клянусь!"
   Восток надел венок из зарев,
   За честь свою восстала Русь.
   И, тройку рек копьем ударя,
   Стоял соперник государя.
   Заметим кратко: Ломоносов
   Был послан морем Ледовитым,
   Спасти рожден великороссов
   Быть родом, разумом забытым.
   Но что ж! Забыв его венок,
   Кричим гурьбой: "Падам до ног".
   И в звуках имени Хвалынского
   Живет доныне смерть Волынского.
   И скорбь безглавых похорон
   Таится в песни тех сторон.
   Ты видишь степь: скрипит телега,
   Песня лебедя слышна,
   И живая смерть Олега
   Вещей юности страшна.
   С косой двойною бог скота,
   Кого стада вскормили травы,
   Стоит печально. Все тщета!
   Куда ушли столетья славы?
   Будь неподвижною, севера ось,
   Как остов небесного судна.
   В бурю родились, плывем на авось,
   Смотрим загадочно, грозно и чудно.
   И светел нам лик в небе брошенных писем,
   Любим мы ужас, вой смерча и грех.
   Как знамя мы молодость в бурю возвысим,
   Рукой огневою начертим мы смех.
   Ах, мусульмане те же русские,
   И русским может быть ислам.
   Милы глаза, немного узкие,
   Как чуть открытый ставень рам.
   Что делать мне, мой грешный рот?
   Уж вы не те, уж я не тот!
   Казак сдувал с меча пылинку,
   На лезвие меча дыша,
   И на убогую былинку
   Молилась Индии душа.
   Когда осаждался тот город рекой,
   Он с нею боролся мешками с мукой.
   Запрятав в брови взоры синие,
   Исполнен спеси и уныния,
   Верблюд, угрюм, неразговорчив,
   Стоит, надсмешкой губы скорчив.
   И, как пустые рукавицы,
   Хохлы горба его свисают,
   С деньгой серебряной девица
   Его за повод потрясает.
   Как много просьб к друзьям встревоженным
   В глазах, торгующих мороженым!
   Прекрасен в рубищах их вырез.
   Но здесь когда-то был Озирис.
   Тот город, он море стерег!
   И впрямь, он был моря столицей.
   На Ассирию башен намек,
   Околицы с сельской станицей.
   И к белым и ясным ночным облакам
   Высокий и белый возносится храм
   С качнувшейся чуть колокольней.
   Он звал быть земное довольней.
   В стволах садов, где зреет лох,
   Слова любви скрывает мох.
   Над одинокою гусяной
   Широкий парус, трепеща,
   Наполнен свежею моряной,
   Везет груз воблы и леща.
   Водой тот город окружен,
   И в нем имеют общих жен.
  
   1913
  
  

ПРИТМЕЧАНИЯ

  
   Трое, с. 46; перепеч. I, 115. Печ. по бел. автографу (ЦГАЛИ). Поэма посвящена истории Нижне-Волжского края и Астрахани; см. Парнис 1976 и ЛО 1980; Вроон 1981.
  
   1. Хаджи-Тархан -- старинное название Астрахани (XIII -- XIV вв.) согласно легенде, означает: святой или паломник, побывавший в Мекке (хаджи) и даровавший свободу (тархан) своему рабу.
   2. Богдо (калм. "святой") -- на левом берегу Волги, у оз. Баскунчак, находятся Большая и Малая Богдо. В 1883--1885 гг. отец поэта, В. А. Хлебников, был смотрителем Баскунчакского и Чапчачинского соляных промыслов, затем переведен в Калмыцкую степь попечителем Малодербетовского улуса (см. 274 -- 277).
   3. Слово песни кочевое и сл. -- калмыцкая легенда о горе Богдо: двое святых переносили гору, освященную далай-ламой, с берегов реки Урал на Волгу, один из них, поддавшись греховной мысли, нарушил запрет и был раздавлен горой, оросившейся его кровью, отчего один ее склон -- всегда красный.
   4. Мыт -- линька птиц.
   5. Хурул -- ламаистский монастырь.
   6. Пой и пей -- восходит к строке: "Захарьин! Пей и пой" из стих. "Желание зимы" Г. Державина, в к-ром упомянут "астраханский" кабак; см. также примеч. 199.
   7. Смотрит Африкой Россия и сл.-- средневековые путешественники-арабы сравнивали Волгу (Итиль) с Нилом.
   8. Ассирия -- Хл. сопоставляет с древней ассирийской культурой башни астраханского кремля и Белый город, к-рый в ХVI -- XVII вв. был окружен зубчатыми стенами с башнями.
   9. Там старец брошен престарелый -- противник Разина астраханский митрополит Иосиф (1597 -- 1671) после пыток был сброшен с Раската в кремле.
   10. "Сарынь на кичку!" -- клич "Бурлаки, на нос судна!"; Хл. сближает сарынь и сарыча (ястребиного): "коршун на голову, так разбойники обрушивались на суда" (НП, 331). Ср. раннее стих. В. Каменского "Сарынь на кичку", посвящ. Хл.
   11. В Индию, в окно -- в XVII -- XVIII вв. в Астрахани находилась индийская торговая колония с подворьем. Ср. в неизд. декларации Хл. "Индорусский союз": "В Астрахани, соединяющей три мира -- арийский, индийский и каспийский, треугольнике Христа, Будды и Магомета, волею судьбы образован этот союз" (ЦГАЛИ).
   12. Купца суда и Надпись столетий в камней плащанице и сл.-- дед поэта, купец А. И. Хлебников (1801 -- 1871), захоронен в семейной усыпальнице на городском кладбище.
   13. Чалмы зеленые -- головные уборы этого цвета носят сейиды, потомки Магомета; ср. стих. 142. В Астрахани рядом с православным кладбищем находилось мусульманское.
   14. Игла Сумбеки -- башня Сумбеки (Сююмбеки), с к-рой связано много легенд, названа по имени казанской ханши.
   15. И отражен спокойным тазом -- на голубятне устанавливался таз с водой, отражающий, как в зеркале, полет голубя в небе.
   16. Холм окружила -- Астрахань основана на Заячьем, или Долгом, холме.
   17. Невест восстанье и За честь свою восстала Русь -- "свадебный бунт", восстание стрельцов в 1705 г., вызванное реформами Петра I и слухами, что русских девушек будут выдавать замуж за "немцев".
   18. Ра -- Волга, см. примеч. 145.
   19. "Падам до ног" (польск.) -- "честь имею кланяться"; здесь в букв. знач.: "падать к ногам".
   20. Хвалынское -- летописное название Каспийского моря, в ранней ред. "звездного языка", одно из значений звука-буквы Ха -- смерть.
   21. Волынский А. П. (1689 -- 1740) -- гос. деятель при Петре I, первый губернатор Астрахани (с 1719 г.), боролся с Бироном и иностранным влиянием, казнен.
   22. Живая смерть Олега -- т. е. змея, образ, восходящий к "Песни о вещем Олеге" Пушкина.
   23. Он с нею боролся мешками с мукой -- дядя поэта, Л. А. Хлебников, уговорил купцов пожертвовать мешки с мукой для спасения города от наводнения, за что был удостоен звания почетного гражданина Астрахани.
   24. Храм, с... колокольней -- Успенский собор (нач. ХVIII в.) на территории Астраханского кремля и главные Пречистенские ворота с надстроенной колокольней (кон. XIX -- нач. XX вв.).
   25. Лох -- дикая маслина.
   26. Гусяна (обл.) -- крытая баржа под парусом.
   27. И в нем имеют общих жен -- восточные купцы (индийцы, персы), проживавшие многие годы в Астрахани в ХVI -- XVIII вв., вступали во временные браки с местными женщинами.

Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru