# Стихотворения

Василий Никифорович Григорьев

Грузинка

Бештау

Послание к Н. Ф-у.

Сѣверные цвѣты на 1829. СПб, 1828


http://az.lib.ru


## ГРУЗИНКА.


Она мила невинной красотою:

Ея душа, какъ свѣгъ на темѣ горъ,

Блистающій полуденной порою,

Еще чиста; въ ней тихъ и ясенъ взорь,

Онъ страстію не возмущенъ земною.

Смотрите, вотъ она между подругъ,

Подъ звуки бубнъ, лезгинку пляшетъ съ ними;

И старъ и младъ, толпой тѣснясь вокругь,

Въ ладоши бьютъ съ припѣвами живыми.

Свѣжѣй весны и тополя стройнѣй

Она, всплеснувъ лилейными руками,

Помчалася -- и всё быстрѣй, быстрѣй, --

И вдругъ стоитъ, -- и черными очами

Поводитъ... Но плѣнять недолго ей!

Ея краса мелькнетъ какъ сновидѣнье:

Замѣтили вы юношу въ толпѣ:

Какъ онъ глядѣлъ, съ безумнымъ упоеньемъ,

На обреченную его судьбѣ!

Едва вздохнулъ въ своей свободной долѣ,

Едва узрѣвъ зарю прекрасныхъ лѣтъ,

Она, какъ лань, съ нимъ подъ вѣнецъ пойдетъ,

A отъ вѣнца къ томительной неволѣ.


Григорьевъ.

Тифлисъ.


## БЕШТАУ (*).


Ровесница вѣкамъ первовременнымъ,

Твое чело дерзалъ я попирать!

Какъ весело питомцамъ жизни бреннымъ

Изъ-подъ небесъ отважный взглядъ бросать?

Внизу, какъ адъ, во мглѣ оврагъ зіяетъ,

Въ вѣнцѣ лучей стоитъ надъ нимъ скала,

Слѣдъ вѣчности! здѣсь время отдыхаетъ,

Его коса здѣсь жертвы не нашла.


О жизнь пѣвцовъ, святое вдохновенье,

Я вижу твой незыблемый алтарь!

Какъ змѣй безъ силъ, подъ нимъ шипитъ забвенье,

Земныхъ страстей неодолимый царь.

О сколь блаженъ, кто съ каменной душою

На сей алтарь свой звучный даръ принесъ;

Онъ цѣпь земли отбросилъ за собою,

И чувствовалъ присутствіе небесъ!...

В. Григорьевъ.

(*) Кавказская гора.


"Сѣверные цвѣты на 1827 годъ"


## ПОСЛАНІЕ КЪ Н. Ф--у.


Я былъ на родинѣ твоей,

Гдѣ жизнь тебѣ лишь пѣсни пѣла,

И гдѣ твоихъ цвѣтущихъ дней

Заря безоблачно алѣла,

По прежнему твоихъ луговъ

Весенній злакъ благоухаешь;

По прежнему, віясь съ холмовъ,

Ручей лѣса твои лишаетъ

И трепетно несется въ даль,

Тамъ Волховъ, вспоминаній полный,

Какъ руской старины скрижаль,

Вращаетъ вѣковыя волны.

Онъ -- старецъ; съ утренней зарей,

Когда слетятъ съ него туманы,

Очнутся челны рыбарей,

И засинѣются курганы,

Онъ ластится къ роднымъ брегамъ

И носить на хребтѣ послушномъ

Дары отеческимъ краямъ;

И въ зной, когда въ дубравѣ душно

И солнце жжетъ ковры луговъ

Къ нему толпой приходятъ дѣвы;

Спустивъ на плечи шелкъ власовъ,

Ему поютъ любви напѣвы,

И къ лону хладному тайкомъ,

Рѣзвясь какъ дѣти, припадаютъ,

И прочь, съ блистающимъ челомъ,

Отъ старца шумно убѣгаютъ,


Другъ! память о тебѣ хранитъ

И лѣсъ наслѣдственный, и нива;

Тамѣ и теперь, какъ встарь, шумишь,

Цвѣтетъ развѣсистая ива:

Твою подъ Нею колыбель

Качали тихо дѣтства боги;

И слухъ твой нѣжила свирѣль

Ыдали отъ суетной дороги}

А днесь.... Путь доблестный свершай!

Для Руси зрѣй подъ знаменами!

И въ дань, утѣшь родимый край

Души высокими дѣлами;

Ты вспомнишь о своихъ поляхъ

Подъ вечерь жизни, благодарный

Пріидешь къ нимъ; мигомъ сбросишь въ прахъ

Ярмо суетъ, страстей коварныхъ;

Повѣсишь заслуженный мечъ

И вѣтьви прадѣдовской ивы, --

И дни швои, вполнѣ счастливы,

Какъ тихій Волховъ будутъ течь.

В. Григорьевъ.


"Сѣверные Цвѣты на 1828 год", СПб, 1827