# Грамматин Н. Ф.: биографическая справка

Николай Федорович Грамматин

ГРАММАТИН, Грамотин Николай Фёдорович [13(24).11.1786, д. Матвеевское Кинешемского у. Костром. губ.-- 17(29).1.1827, Кострома], поэт, переводчик, филолог. Из среднепоместной дворян. семьи. С 1802 обучался в Моск. ун-тском благородном пансионе, к-рый окончил с отличием в 1807. В пансионе сблизился с Д. В. Дашковым и М. В. Милоновым. Здесь началась и лит. деятельность Г.: в 1804 в пансионских изд. "Утренняя заря", "И отдых в пользу" появились его переводы и ориг. стихотворения. Лит. занятия способного юноши поддержал И. И. Дмитриев. В эти же годы возникают дружеские отношения с А. Ф. Мерзляковым и В. А. Жуковским. Г. получил основат. языковую и филол. подготовку, по выходе из пансиона составил 1-й том "Нового английско-рос. словаря" (М., 1808); в 1809 был удостоен степени магистра за "Рассуждение о древней рус. словесности..." (М., 1809) -- один из наиб, ранних трудов по др.-рус. лит-ре. В середине того же года переехал в Петербург и определился в Экспедицию о гос. доходах. В столице сблизился с кругом ж. "Цветник" (А. Е. Измайловым и др.), поместил в нем ряд стих. В 1810 вышел в отставку и уехал в Костром, губ. В 1811 по приглашению Дмитриева, в это время мин. юстиции, возвратился (на короткое время) в Петербург и поступил на службу в Мин-во юстиции (получил чин коллеж. ас.). Тогда же выпустил итоговое собр. своих ранних стих.-- сб. "Досуги" (ч. 1, СПб., 1811, ч. 2 не вышла), поев. Дмитриеву. С 1811 Г.-- д. чл. ВОЛСНХ (Науч. б-ка ЛГУ, архив Вольного об-ва, No 204, д. 64); лит. близость к карамзинистам не помешала ему стать в том же году чл.-сотр. Беседы любителей рус. слова. С сер. 1812 -- в Костроме, дир. Костром. г-зии и уч-щ. В 1818 вышел в отставку. Последние годы жил преим. в своем костром. имении Гуленево, не оставляя лит. и науч. занятий (сотрудничал в осн. в "Сыне отечества" и "Вест. Европы"), работал над переводом и изучением "Слова о полку Игореве". В конце жизни вместе с братом Алексеем отпустил часть крепостных "на волю, имея... намерение и остальных отпустить" (Савичев Н., Их дело не пропало.-- "Сев. правда", 1975, 13 дек.; по материалам ЦГАОР, ф. 109).

В лит. деятельности Г. ярко отразились преромантич. веяния; на его поэтич. опыты оказало большое воздействие творчество Жуковского и особенно Мерзлякова. Г. считал, что древняя устная нар. словесность по силе выразительности превосходит позднейшую "книжную" и должна служить основой для обновления лит-ры. Отсюда его попытки творить в нар. духе -- баллада "Услад и Всемила" (1810), многочисл. стилизации нар. песен, в к-рых "чувствительность" соединяется с лексич. архаикой. Этим же обусловлено и его обращение к изучению и переводам ср.-век. европ. эпоса. Недооценка нац. специфики поэтич. творчества др. народов, вообще свойственная этому периоду рус. лит-ры, приводила к тому, что Г. почти во всех своих пер. использовал стиль, насыщенный рус. фольк. лексикой, фразеологией и образностью, и разл. имитации рус. нар. стиха, усматривая в нем метр, наиб. адекватный эпич. содержанию; аналогичные опыты осуществлялись В. В. Капнистом, Н. И. Гнедичем, А. X. Востоковым. (От этого взгляда Г. не отказался и после дискуссии о переводе в "Чтении", 1813--15). Подобным образом им переведены "Древние галльские песнотворения" Оссиана -- Дж. Макферсона (отд. песни -- в 1804), "Краледворская рукопись" чеш. филолога В. Ганки (1820, обе наиб. полно -- в изд. 1829), "Суд Любуши" (из "Зеленогорской рукописи") и др. В подлинности утих лит. мистификаций Г., подобно большинству современников, не сомневался.

Те же принципы воплотились и в пер. "Слова о полку Игореве", воспринятого сквозь призму "оссиановской" поэзии (1821; 2-е доп. изд., М., 1823; вкл. пер. "Суд Любуши"). В обширных "ист. и критич. примечаниях" к пер., как и в сопутствующих статьях ("Критич. рассуждение о "Слове о полку Игоревом"" -- ВЕ, 1822, No 18), содержались попытки разъяснения нек-рых лингвистич. и смысловых "темных мест" "Слова"; отд. этимологич. экскурсы Г. вызвали иронич. заметку А. С. Пушкина -- "Буквы, составляющие славенскую азбуку...".

"Русский склад" и фольклорно-эпич. мотивы Г. использовал и в гл. ориг. своем произв.-- поэме "Освобожденная Европа" (ВЕ, 1815, No 3; в изд. 1829 вошла под загл. "Песнь воинству Александрову"), осмысляя события антинаполеоновских войн в русле эпич. героики. Застывшие формы поэзии Г. уже в 20-е гг. воспринимались как архаичные (см. рец. на изд. 1829: МТ, 1829, No 21).

Изд.: Стихотворения, ч. 1--2, СПб., 1829 (посмертное наиб, полное изд.); Песни и романсы; Поэты 1790--1810.

Лит.: Пушкин (ук.); Вигель (ук.); БЗ, 1859, No 8--11, 13--14 (письма к Г. разных лиц); Дмитриев,с. 211; Андроников В. А., Памяти Г.-- "Костром. старина", в. 6, 1905; Трубицын (ук.); Головенченко Ф. М., "Слово о полку Игореве". Ист.-лит. и биогр. очерк, М., 1955 (ук.); Соколов А. Н., Очерки по истории рус. поэмы XVIII и 1-й пол. XIX в., М., 1955, с. 376--79, 674--75; Азадовский М. К., История рус. фольклористики, т. 1, М., 1958 (ук.); Левин Ю. Д., Оссиан в рус. лит-ре -- конец XVIII -- первая треть XIX в., Л., 1980 (с. 67--74 и ук.; библ. переводов Г. из Оссиана); Мартынов И. Ф., Б-ка рус. поэта и филолога преддекабрист. поры Г.-- В кн.: Вторая всесоюзная науч. конференция "Книга в России до сер. XIX в. Библиотеки. Читатель". Тезисы, Л., 1981. + Некролог: <Грамматин А. Ф., Бартенев Ю. Н.> -- СО, 1827, No 23--24. Брокгауз; Венгеров. Источ.; Смирнов-Сокольский; Муратова (1, ук.); Касторский В. В., Писатели-костромичи, Кострома, 1958; Мат-лы свода памятников истории и культуры РСФСР. Костром, обл., M., 1976, с. 46; Масанов.

Архивы: ИРЛИ, ф. 265, оп. 2, д. 4422 (мемуарно-биогр. заметка M. M. Попова); ГБЛ, ф. 398; ГА Костром, обл., ф. 105; Ист.-арх. музей Костром, обл.; ЦГИА, ф. 1343, оп. 51, д. 125 (дело о выдаче Г. новой дворян, грамоты в 1815: его отец в 1801 был сослан, лишен чинов и "дворян, достоинства" за истязание крепостного); ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., 1827 г., д. 32.


О. А. Проскурин.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 2. М., "Большая Российская энциклопедия", 1992