# Иностранноге обозрение

Виктор Александрович Гольцев

## ИНОСТРАННОЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Въ печати появилось важное правительственное сообщеніе, разъясняющее то положеніе, которое приняла Россія въ греко-турецкомъ вопросѣ. "Въ общемъ положеніи дѣлъ на турецкомъ Востокѣ,-- сказано въ Правительственномъ Вѣстникѣ {Правительственный Вѣстникъ, 28 января.},-- по сравненію съ прошлымъ совершились значительныя перемѣны: то революціонное броженіе на островѣ Критѣ, противъ котораго Россія первая возвысила свой голосъ, было подавлено совмѣстными усиліями державъ, изъявившими готовность принять всѣ необходимыя мѣры, дабы воспрепятствовать насильственному захвату острова Греціею; полковникъ Вассосъ, со своими эмиссарами и волонтерами, принужденъ былъ покинуть Критъ, гдѣ, благодаря энергичнымъ усиліямъ, возстановлено было сравнительное спокойствіе; критяне не возбуждали болѣе требованій о присоединеніи къ Греціи и съ радостью приняли дарованную имъ автономію; наконецъ, благодаря мощному заступничеству нашего Августѣйшаго Монарха, прекращены были военныя дѣйствія между Турціею и Греціею; уполномоченные эллинскаго правительства отбыли въ Константинополь для совмѣстнаго обсужденія съ турецкими делегатами условій мира (нынѣ благополучно заключеннаго), между тѣмъ какъ европейскіе представители въ Царьградѣ заняты были выработкою основаній для автономнаго управленія островомъ Критомъ, взятымъ всѣми державами подъ ихъ покровительство".

Но для введенія автономіи, прежде всего, надо было установить прочную власть. Всѣ предложенія державъ, имѣвшія въ виду назначеніе на островъ генералъ-губернатора, потерпѣли полную неудачу. Тогда Россія "сочла возможнымъ, при вышеуказанныхъ условіяхъ, поставить на очередь кандидатуру греческаго королевича Георга, назначеніе котораго на постъ критскаго генералъ-губернатора, удовлетворяя вполнѣ законнымъ вожделѣніямъ христіанскаго населенія острова, вмѣстѣ съ тѣмъ, являлось залогомъ успокоенія всего эллинскаго народа, съ тревогою взирающаго на безвѣстность будущей судьбы своихъ единоплеменниковъ".

Предложеніе нашего правительства было встрѣчено сочувственно Франціей, Англіей и Италіей, но встрѣтило сопротивленіе со стороны Германіи, Австро-Венгріи и султана. Послѣдній попрежнему настаиваетъ на томъ, чтобы постъ критскаго генералъ-губернатора былъ замѣщенъ турецкимъ подданнымъ. "На сдѣланныя султаномъ въ этомъ смыслѣ предложенія наше правительство неизмѣнно отвѣчало, что ни одна изъ великихъ державъ не дастъ своего согласія на кандидатуру турецкаго подданнаго и что, въ виду принятаго всѣми иностранными правительствами единодушнаго рѣшенія не допускать увеличенія оттоманскихъ войскъ на островѣ, султанъ лишенъ былъ бы всякихъ средствъ къ водворенію турецкаго генералъ-губернатора на Критѣ.

"Предлагая назначить на этотъ постъ королевича Георга, Россія имѣла въ виду обезпечить цѣлость Оттоманской имперіи, такъ какъ со стороны королевича заранѣе послѣдовало согласіе на признаніе сюзеренныхъ правъ султана, и сохранить миръ на Востокѣ, для чего необходимо было поставить во главѣ управленія Критомъ лицо, которое могло бы водворить тамъ полное спокойствіе и съ должнымъ авторитетомъ поддерживать генералъ-губернаторскую власть, защищая какъ христіанское, такъ мусульманское населеніе острова.

"Таковы единственныя цѣли безкорыстно предложеннаго Россіею рѣшенія критскаго вопроса, разъ навсегда устраняющаго всякій поводъ для державъ къ вмѣшательству, вызываемому періодически возникавшими на островѣ кровавыми событіями".

Изъ этихъ объясненій видно, съ какимъ искреннимъ миролюбіемъ, съ какимъ вниманіемъ къ разумнымъ интересамъ грековъ и съ какою пощадою къ султану выступаетъ наше правительство.

Въ виду сопротивленія Германіи и Австро-Венгріи, рѣшеніе критскаго вопроса опять затягивается, къ явному ущербу для авторитета европейскаго "концерта". Правительственный Вѣстникъ въ такихъ словахъ намѣчаетъ дальнѣйшій образъ дѣйствій нашего министерства иностранныхъ дѣлъ: "Высказавъ откровенно какъ султану, такъ и великимъ державамъ взглядъ свой на настоящее положеніе критскаго вопроса, Россія отнюдь не настаиваетъ на предложенномъ ею рѣшеніи; еслибы какая-либо изъ европейскихъ державъ изыскала иной выходъ изъ затрудненій, который, удовлетворяя требованіямъ султана и державъ, а равно и вожделѣніямъ критянъ, могъ бы впослѣдствіи послужить основаніемъ для окончательнаго рѣшенія критскаго вопроса, то, конечно, русское правительство не преминуло бы дать на это свое согласіе.

"Но столь многосложная задача намъ представляется трудно выполнимою, и вотъ почему Россія не считала возможнымъ принять на себя иниціативу какихъ бы то ни было новыхъ предложеній.

"Оставаясь въ самыхъ лучшихъ отношеніяхъ какъ съ Турціею, такъ и съ тѣми европейскими державами, которыя не отнеслись сочувственно къ ея предложеніямъ, Россія не замедлила предупредить европейскія правительства, что она слагаетъ съ себя отвѣтственность за всѣ неблагопріятныя послѣдствія, которыя могутъ, по ея мнѣнію, возникнуть отъ дальнѣйшихъ проволочекъ въ разрѣшеніи критскаго вопроса, и что для насильственнаго водворенія генералъ-губернаторской власти она ни подъ какимъ видомъ не допуститъ увеличенія на островѣ турецкихъ войскъ и ни въ какомъ случаѣ не приметъ участія въ какихъ бы то ни было понудительныхъ мѣрахъ противъ критскаго населенія, уже такъ давно терпѣливо выжидающаго окончательнаго рѣшенія своей судьбы".

Привѣтствуя миролюбіе и прямодушіе правительственнаго заявленія, мы привѣтствуемъ въ то же время и самый фактъ его появленія. Наше общественное мнѣніе очень заинтересовано событіями на европейскомъ Востокѣ и знать о томъ, что дѣлаетъ и предполагаетъ дѣлать въ этомъ отношеніи императорское правительство, оно можетъ теперь изъ первоисточника. Всеобщее и благодарное сочувствіе, которое возбудило въ обществѣ сообщеніе Правительственнаго Вѣстника, въ свою очередь можетъ только поднять нравственный авторитетъ нашего правительства въ глазахъ Европы.

Къ сожалѣнію, сопротивленіе Германіи и Австро-Венгріи примирительному предложенію Россіи укрѣпитъ упрямство Блистательной Порты и поведетъ къ усложненію и безъ того запутаннаго положенія. Султанъ теперь вполнѣ увѣренъ, что до понудительныхъ по отношенію къ нему мѣръ дѣло не дойдетъ. Германская, австро-нѣмецкая и мадъярская печать говорятъ о кандидатурѣ принца Георга несочувственно, напоминая, что нельзя вознаграждать побѣжденную Грецію. Оффиціозный органъ австрійскаго правительства, Fremdenblatt, высказывается противъ всякихъ понудительныхъ къ Турціи мѣръ; National Zeitung полагаетъ, что соглашеніе между европейскими державами не осуществимо. Скорѣе,-- полагаетъ берлинская газета,-- можетъ случиться, что руководительство этимъ вопросомъ совсѣмъ ускользнетъ изъ рукъ дипломатіи. Вотъ почему слѣдуетъ обождать, какъ поступитъ критское національное собраніе. Если послѣднее выскажется за кандидатуру королевича Георгія, то въ такомъ случаѣ нѣкоторыя великія державы непремѣнно выйдутъ по этому вопросу изъ "европейскаго концерта".

А тѣмъ временемъ турецкія войска крѣпко занимаютъ Ѳессалію и творятъ въ ней и въ Эпирѣ всяческія насилія и жестокости,-- истребляютъ цѣлыя греческія деревни, жители избиваются или изгоняются. И, конечно, главная вина въ этомъ отношеніи падаетъ на германское и австро-венгерское правительства. Послѣднее, быть можетъ, потому такъ упорно защищаетъ невыносимое для христіанскаго населенія Турціи status quo, что оно само стремится удержать равновѣсіе внутри расшатавшейся Габсбургской монархіи. Вражда между австрійскими нѣмцами и славянами (въ особенности чехами) нисколько не ослабѣваетъ. Нѣмцы упрямо не желаютъ признавать другія народности Цислейтаніи равноправными себѣ. Нѣмецкіе студенты производятъ вызывающія демонстраціи, всячески оскорбляютъ своихъ славянскихъ товарищей и довели дѣло до того, что правительство пріостановило занятія во всѣхъ австро-нѣмецкихъ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ. Австро-нѣмецкія газеты, безъ различія направленія, привѣтствуютъ постановленіе верхне-австрійскаго областного сейма, которое требуетъ отмѣны изданнаго графомъ Бадени распоряженія о равноправности въ Богеміи и Моравіи нѣмецкаго и чешскаго языковъ. Надобно замѣтить, что большинство этого сейма принадлежитъ къ нѣмецкой католической народной партіи, которая въ парламентѣ до сихъ поръ была въ коалиціи съ славянскими депутатами. "Состоявшійся въ декабрѣ прошлаго года въ Краковѣ австро-славянскій съѣздъ отправилъ вождю католической народной партіи, д-ру Эбенгоху, сочувственную телеграмму и выразилъ ему благодарность за поддержку справедливыхъ національныхъ стремленій австрійскихъ славянъ, вообще, и чешскаго народа, въ частности. Нынѣ же д-ръ Эбенгохъ явился докладчикомъ упомянутой резолюціи верхне-австрійскаго сейма и рѣзко осудилъ распоряженіе о равноправности языковъ" {Новости, No 21.}.

Если нарушенъ будетъ союзъ между клерикалами и славянами, то въ этомъ не будетъ еще большой бѣды для послѣднихъ, лишь бы только они крѣпко держались другъ за друга. Вѣнскій корреспондентъ Новостей справедливо указываетъ на то, что союзъ съ клерикалами никогда не пользовался сочувствіемъ чешскаго народа. "Не слѣдуетъ забывать, что д-ръ Эбенгохъ внесъ въ рейхсратъ законопроектъ о преобразованіи нынѣшней либеральной школьной системы въ реакціонномъ духѣ, а чехи горячо отстаиваютъ народное просвѣщеніе. Если нѣмецкіе клерикалы выйдутъ изъ нынѣшняго парламентскаго большинства, то славяне, вѣроятно, еще тѣснѣе сплотятся и убѣдятся въ томъ, что они предоставлены самимъ себѣ и что вся сила заключается въ солидарности. Безъ славянъ нѣмцы, и въ случаѣ полнаго объединенія, не имѣютъ большинства въ рейхсратѣ. Нѣмцы, конечно, разсчитываютъ на помощь поляковъ; но члены польскаго клуба недавно только высказались въ галицкомъ сеймѣ въ пользу расширенія автономіи земель. Въ правительственныхъ сферахъ увѣряютъ, что баронъ Гаучъ далекъ, вообще, отъ мысли заставить чеховъ перейти въ оппозицію. Ему только хочется путемъ отмѣны непопулярныхъ среди нѣмцевъ апрѣльскихъ распоряженій лишить нѣмецкихъ оппозиціонеровъ повода продолжать, въ случаѣ открытія рейхсрата, обструкціонную борьбу и подготовить почву для улаженія вопроса о языкахъ законодательнымъ путемъ".

Настаивая на раздѣленіи Богеміи на области нѣмецкія и чешскія, австрійскіе централисты выступили теперь съ лозунгомъ: вонъ изъ Праги. Такъ какъ населеніе богемской столицы въ подавляющемъ большинствѣ чешское, то нѣмцы предлагаютъ перевести и нѣмецкій университетъ, и управленіе замкнутою областью нѣмецкаго языка въ другой городъ. Чешскія газеты энергически возстаютъ противъ этихъ замысловъ. Politik называетъ образъ дѣйствій австро-нѣмецкихъ централистовъ національнымъ нигилизмомъ, и, дѣйствительно, высокомѣрному, грубому, эгоистическому націонализму австрійскіе нѣмцы приносятъ въ жертву основныя требованія справедливости и такіе принципы государственнаго устройства, безъ которыхъ немыслима культурная народная жизнь въ концѣ девятнадцатаго столѣтія.

Въ Германіи попрежнему съ напряженнымъ вниманіемъ и съ тревогой слѣдятъ за развивающейся національною борьбой въ Цислейтаніи {Отмѣтимъ при этомъ, что трансильванскіе нѣмцы горячо протестуютъ противъ настойчиваго стремленія омадъярить населяемую ими область.}. National Zeitung сомнѣвается, чтобы перенесеніе вопроса о равноправности языковъ въ ландтагъ было искуснымъ ходомъ правительства, потому что не примирительный духъ вѣетъ теперь въ Богеміи. Берлинская газета утверждаетъ, что распоряженіе графа Бадени объ языкахъ угрожаетъ національному существованію австрійскихъ нѣмцевъ. Было бы понятно, еслибы National Zeitung сказала: это распоряженіе угрожаетъ нѣмцамъ, какъ господствующей національности. Но къ утратѣ такого положенія австро-нѣмецкимъ централистамъ неизбѣжно придется привыкать. National Zeitung робко совѣтуетъ австрійскимъ нѣмцамъ нѣкоторую умѣренность, предостерегаетъ ихъ отъ плохихъ послѣдствій, къ которымъ можетъ привести тактика Вольфа и другихъ буяновъ австро-нѣмецкаго національнаго нигилизма.

Frankfurter Zeitung замѣчаетъ, что соглашеніе народа съ народомъ (von Volk zu Volk) не можетъ состояться въ богемскомъ ландтагѣ уже по тому одному, что представительство въ немъ построено на неправильныхъ началахъ: депутатовъ выбираетъ преимущественно привилегированное меньшинство, дворянство, клиръ, крупная промышленность, чиновничество. Это справедливо, но Frankfurter Zeitung забываетъ прибавить, что такого порядка представительства крѣпко держатся именно австрійскіе нѣмцы, что всякое расширеніе избирательной системы, каждый шагъ, приближающій ее ко всеобщей подачѣ голосовъ, былъ бы выгоденъ для славянскаго большинства Австрійской имперіи.

Та же Frankfurter Zeitung, напоминая объ извѣстномъ письмѣ проф. Ягича, въ которомъ онъ называлъ взгляды Моммзена на Австрію анахронизмомъ и утверждалъ, что она не можетъ быть ни нѣмецкимъ, ни славянскимъ государствомъ, находясь между Германіей и Россіей,-- говоритъ и объ отвѣтѣ знаменитаго ученаго. Моммзенъ присоединяется къ мнѣнію Ягича и говоритъ теперь, что именно такимъ онъ представляетъ себѣ будущее Австріи: думать въ настоящее время объ ея германизированіи было бы утопіей. Но Моммзенъ полагаетъ, что отношенія великой державы требуютъ извѣстнаго единства и что это единство можетъ дать только нѣмецкій элементъ. Эти объясненія во всякомъ случаѣ неизмѣримо далеки отъ рекомендаціи Моммзена колотить по чешской башкѣ ad majorent Germaniae gloriam.

Нѣмецкая печать очень занята бюджетомъ, который внесенъ министромъ финансовъ въ прусскую палату депутатовъ. Бюджетъ въ высшей степени благопріятенъ. Доходы на 1898--99 годъ (съ 1 апрѣля по 1 апрѣля) исчисляются въ 2.187.527,384 марки, обыкновенные расходы въ 2.055.891,380 м. Значительно увеличились доходы съ государственныхъ желѣзныхъ дорогъ и отъ прямыхъ податей (отъ подоходнаго налога). Увеличено сравнительно съ прошлымъ годомъ погашеніе долговъ (на 4.960,026 марокъ). Значительно увеличены расходы на народное образованіе и на медицинскую часть (на 12.421,257 марокъ, преимущественно на народное образованіе, въ особенности на увеличеніе содержанія учителямъ и учительницамъ въ народныхъ школахъ, именно 5.798,000 марокъ). Чрезвычайные расходы подняты на 131.636,104 мар., причемъ огромная сумма идетъ на погашеніе долговъ (65% милл.) и годъ кончится безъ дефицита. Мало этого: министръ финансовъ Микель предполагаетъ поступленія съ большою осторожностью, такъ что можно предвидѣть болѣе или менѣе значительный перевѣсъ доходовъ надъ расходами.

Frankfurter Zeitung справедливо замѣчаетъ, что избытокъ государственныхъ доходовъ долженъ бы идти, кромѣ погашенія долговъ, на культурныя цѣли. Микель опасается обязываться расходами на долгіе сроки, такъ какъ финансовое положеніе Пруссіи можетъ и ухудшиться и тогда для ихъ покрытія пришлось бы прибѣгнуть къ новымъ налогамъ. До нѣкоторой степени это основательно, хотя именно культурныя затраты, под держивая общее экономическое благосостояніе, и предохраняютъ отъ непріятныхъ бюджетныхъ неожиданностей. Frankfurter Zeitung кромѣ того упрекаетъ Микеля въ томъ, что, будучи столь осторожнымъ, какъ прусскій министръ финансовъ и въ государствѣ, хозяйство котораго находится въ столь благопріятномъ состояніи, онъ не противодѣйствуетъ долговременному и тяжелому обремененію всей Германіи, неизбѣжному въ томъ случаѣ, если въ парламентѣ пройдетъ проектъ чрезвычайнаго усиленія военнаго флота. Имперскіе финансы напряжены и безъ того значительно болѣе прусскихъ {Frankfurter Zeitung, No 12.}.

National Zeitung, указывая на то, что блестящее состояніе прусскихъ финансовъ объясняется благопріятными условіями производства и торговли, не зависящими отъ правительства вообще и финансоваго управленія въ частности, признаетъ большія заслуги Микеля въ дѣлѣ упорядоченія и усиленія прямыхъ налоговъ (въ особенности подоходнаго) {National Zeitung, No 21.}. Органъ націоналъ-либеральной буржуазіи, въ противоположность демократической Frankfurter Zeitung, весьма одобряетъ прусскаго министра финансовъ за то, что онъ отказывается быстро повышать расходы на культурныя цѣли. National Zeitung видитъ въ стремленіи къ такому повышенію нежелательный ростъ государственной централизаціи. Намъ этотъ терминъ представляется въ данномъ случаѣ совершенно неудачнымъ: почему, напримѣръ, увеличеніе жалованья народному учителю на сто или на двѣсти марокъ будетъ увеличеніемъ государственной централизаціи {Отмѣтимъ, что въ бюджетъ внесено четыреста тысячъ марокъ на усиленіе германскаго элемента въ Познани и въ Западной Пруссіи.}?

Сознаніе необходимости придти на помощь культурному подъему народа быстро растетъ въ германскомъ обществѣ. На конгрессѣ для устройства народныхъ развлеченій, недавно происходившемъ въ Берлинѣ, указывалось на необходимость широкихъ мѣръ въ этомъ отношеніи. Трудящимся классамъ, у которыхъ такъ мало досуга и такъ мало средствъ, необходимо облегчить доступъ въ музеи и галлереи, необходимо основать новыя учрежденія подобнаго рода, слѣдуетъ развить и усилить чтенія и вечера какъ съ научно-воспитательною цѣлью, такъ и для чистаго, разумнаго отдыха и развлеченія. Уже многое дѣлается въ этомъ отношеніи въ Германіи, но поле для работы -- необозримое, и всѣхъ прусскихъ сбереженій не хватило бы у Микеля для полнаго удовлетворенія духовныхъ потребностей народа {Для интересующихся вопросомъ укажемъ, что въ Германіи издается газета, сосредоточивающая свѣдѣнія объ учрежденіяхъ для рабочихъ (Zeitschrift der Centralstelle für Arbeiter-Wohlfahrtseinrichtungen).}.


-----


Когда пишется это обозрѣніе, весь образованный міръ прикованъ къ процессу Золя и ждетъ съ напряженнымъ вниманіемъ приговора присяжныхъ. Жива ли старая великодушная Франція, такъ страстно любившая справедливость?

Всѣ подробности этого знаменитаго дѣла читатели знаютъ изъ газетъ, и мы коснемся его лишь въ нѣсколькихъ словахъ.

13 января н. ст. въ газетѣ ВAurore появилась прогремѣвшая на весь міръ статья J'Accuse... Это настоящій пламенно и честно написанный обвинительный актъ противъ правительства и военныхъ властей, нарушившихъ въ процессахъ Дрейфуса и Эстергази основныя требованія законности. Правительство, послѣ долгаго колебанія, привлекло Золя и редакцію газеты L'Aurore къ суду, но только по самому маловажному изъ обвиненій, открыто брошенныхъ мужественнымъ писателемъ въ лицо властей. Другихъ вопросовъ, тѣсно и даже неразрывно связанныхъ съ правильностью или неправильностью оправданія военнымъ судомъ Эстергази, подсудимымъ и свидѣтелямъ не позволено касаться. Реакціонныя и клерикальныя вѣянія чувствуются во всемъ этомъ дѣлѣ. Свойственный французамъ шовинизмъ, подкрѣпленный милитаризмомъ, выходитъ изъ скрытаго состоянія наружу, и неразумный культъ "арміи" приноситъ свои горькіе плоды.

Что касается до правосудія въ собственномъ смыслѣ слова, до юридической стороны въ дѣлѣ Эмиля Золя, то вотъ компетентное въ этомъ отношеніи мнѣніе русскаго юриста, сенатора Закревскаго (въ Юридической Газетѣ). "Дѣло Дрейфуса-Эстергази,-- говоритъ г. Закревскій,-- особенно любопытно для юриста, такъ какъ оно съ поразительною наглядностью подтверждаетъ, какъ опасно гдѣ-либо, когда-либо и подъ какими-либо предлогами отступать отъ коренныхъ началъ правосудія, примѣшивать къ дѣлу суда политическіе вопросы и не соблюдать существенныхъ обрядовъ судопроизводства".

Г. Закревскій, указывая на то, что правительство не охотно выступило противъ Эстергази, склоняясь къ мысли, что его обвиненіе вызывалось компаніей евреевъ, съ горечью спрашиваетъ: "Кто могъ бы подумать нѣсколько лѣтъ тому назадъ, двадцать, тридцать лѣтъ, что на французской землѣ, которая родила Вольтера и сыны которой гордятся тѣмъ, что они первые торжественно признали передъ міромъ, что всѣмъ людямъ, независимо отъ происхожденія и отъ убѣжденій, отъ племени и отъ религіи, принадлежать одни и тѣ же человѣческія права,-- что тамъ, въ этой скептической и свободной Франціи, раздадутся дикіе крики: `"жидъ, жидъ, эту его! бей жида!"... Пусть бы это дѣлалось въ другихъ обществахъ, не имѣющихъ такого прошедшаго, какъ французское. По Франціи стыдно проявлять подобные признаки зоологическаго регресса".

Каждый добросовѣстный человѣкъ отъ всей души присоединится къ слѣдующимъ словамъ г. Закревскаго: "Когда вы идете въ судъ, когда вы отводите туда подчиненнаго вашего, взводя на него тяжкое обвиненіе, требуя для него строгаго, на основаніи закона, наказанія, то являйтесь же съ опрятными средствами,-- съ доказательствами, не боящимися свѣта, дѣйствуйте способами, дозволенными законами цивилизованнаго "міра, въ особенности не шепчитесь съ судьями, не совращайте ихъ вашими "агентурными свѣдѣніями". Все это, кажется, было нарушено въ дѣлѣ Дрейфуса, да къ тому же еще -- судъ офицерскій, военный, особенно'склонный къ патріотическимъ увлеченіямъ, приходящій въ восторгъ при возгласахъ о "чести мундира",-- изъятіе изъ общаго порядка судопроизводства, а всякія такія изъятія никогда не вселяли къ себѣ особеннаго довѣрія. Въ Англіи, напримѣръ, когда военный судъ приговоритъ подсудимаго къ тяжкому наказанію, то хотя такой приговоръ и окончательный и не подлежитъ обжалованію, но, въ случаѣ просьбы подсудимаго о помилованіи, по существующей практикѣ, все производство отсылается, распоряженіемъ министра внутреннихъ дѣлъ, на разсмотрѣніе коллегіи изъ двѣнадцати гражданскихъ судей, которые и даютъ свое заключеніе".

Не менѣе горячаго сочувствія возбуждаютъ и такія замѣчанія г. Закревскаго: "Дрейфуса и Эстергази судили во мракѣ,-- никто до сихъ поръ не знаетъ, какіе обстоятельства и мотивы положены были въ основаніе обвинительнаго и оправдательнаго приговоровъ. Благодаря этому мраку, осталось неопровергнутымъ чудовищное заявленіе, что Дрейфусъ былъ осужденъ на основаніи доказательствъ, не предъявленныхъ при судебномъ слѣдствіи, показанныхъ судьямъ только въ совѣщательной комнатѣ, когда подсудимый уже не могъ представить никакихъ опроверженій. Если это такъ было,-- а но послѣднимъ газетнымъ извѣстіямъ, генералъ Мерсье въ томъ сознался,-- то судъ надъ Дрейфусомъ не былъ судомъ, а застѣнкомъ, воспроизведеніемъ испанской инквизиціи. Если въ дѣйствительности было допущено подобное вопіющее нарушеніе всякихъ формъ процесса, то хотя бы не только бывшій военный министръ Бильо поклялся на трибунѣ, что онъ убѣжденъ въ виновности Дрейфуса, но еслибы всѣ министры Франціи принесли такую же клятву,-- что всѣ они въ совокупности и каждый въ отдѣльности въ томъ же убѣждены,-- тѣмъ не менѣе, оставалось бы только пригласить этихъ министровъ посыпать головы свои пепломъ, ибо ни одно уважающее себя правительство не должно допускать такихъ безобразій. Никакіе крики о "чести арміи" не въ силахъ заглушить голоса людей, которымъ дороги начала правосудія, такъ какъ безъ нихъ ни одинъ цивилизованный народъ жить не можетъ".

Вся независимая и добросовѣстная печать Запада и Россіи стоитъ на сторонѣ Золя, за котораго высказываются лучшіе люди Франціи, которому тысячами шлютъ привѣтствія изъ Италіи, Бельгіи, Австріи и другихъ странъ. Органы, всегда бывшіе дружественными къ кабинету Мелина-Ганото, какъ L'Indépendance Belge, рѣшительно осуждаютъ его.образъ дѣйствія въ процессахъ Дрейфуса, Эстергази и Эмиля Золя. Бывшіе министры юстиціи въ правительствѣ Французской республики,-- сенаторъ Трарье и Тевенэ,-- въ сильныхъ выраженіяхъ высказываются противъ допущеннаго въ этихъ дѣлахъ неправосудія. Бьёрнстерне-Бьёрнсонъ обратился къ Золя съ краснорѣчивымъ письмомъ, въ которомъ говоритъ, что завидуетъ ему {Это письмо напечатано въ L'Awore 19 Janvier.}. "Какъ бы я хотѣлъ,-- пишетъ знаменитый поэтъ и политическій дѣятель,-- быть на вашемъ мѣстѣ, чтобы оказать отечеству и человѣчеству такую услугу, какую вы имъ оказываете!" Дѣло Золя можетъ отнынѣ называться и иначе: нравственная смерть кабинета Мелина-Ганото.


------


PS. Мы получили изъ Софіи (Болгарія) горячій протестъ, подписанный г. Сташевскимъ, противъ нелѣпицъ и небывальщинъ, взводимыхъ на болгаръ Русскимъ Вѣстникомъ (сентябрь прошлаго года). Въ чрезмѣрномъ усердіи подражать Каткову и вездѣ видѣть ржондъ народовый, журналъ этотъ нашелъ, что поляки чуть ли не наполняютъ Болгарію. Дѣйствительно, въ Македоніи, Болгаріи и Сербіи оказывается масса поляковъ, т.-е. сельскихъ сторожей (отъ слова поле). Ссылки Русскаго Вѣстника на Гласъ Македонскій категорически опровергаются въ полученномъ нами протестѣ.


В. Г.


"Русская Мысль", кн.II, 1898