# Иностранное обозрение

Виктор Александрович Гольцев

## ИНОСТРАННОЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Вопросъ о децентрализаціи сильно занимаетъ въ настоящее время парламентъ, правительство и общественное мнѣніе Франціи. Печальныя послѣдствія бюрократической централизаціи давно уже даютъ себя чувствовать во Франціи, многіе дальновидные государственные люди и публицисты давно уже указывали на вредъ для общаго развитія страны сосредоточенія власти въ Парижѣ и ея механически-подчиненнаго положенія въ провинціи. Современное французское самоуправленіе не удовлетворяетъ живымъ потребностямъ народа; административныя учрежденія и теперь, при республикѣ, какъ и при имперіи, не даютъ простора для своевременнаго удовлетворенія нарождающихся общественныхъ нуждъ.

Изъ многочисленныхъ статей, появляющихся теперь о децентрализаціи, очень выдается этюдъ Леона Окока, члена института, бывшаго предсѣдателя одного изъ отдѣленій государственнаго совѣта {Leon Aucoc: "Les controverses sur la décentralisation administrative". Étude historique (Revue politique et parlamentaire, 1895, avril, mai).}.

Уроки исторіи, такъ начинаетъ Оконъ, слишкомъ часто бываютъ потерянными и для людей, и для народовъ, Но необходимо безъ устали напоминать эти уроки.

Фюстель де-Куланжъ, указывая на то, какъ возникла административная централизація въ Римской имперіи, заключаетъ, что люди инстинктивно любятъ централизацію: имъ доставляетъ удовольствіе знать, что тотъ, кому они повинуются, повинуется самъ. Подвергаясь угнетенію со стороны своей прямой власти, они думаютъ, что это дѣлается безъ вѣдома власти далекой и высшей, что она защититъ ихъ. Эту стадію политическаго развитія, съ большею или меньшею продолжительностью, проходятъ всѣ народы.

За періодомъ анархіи, феодализма, развитія коммунъ во Франціи вновь наступила эпоха усиленія и господства административной централизаціи. Этотъ процессъ шелъ, все развиваясь, до первой революціи. Мѣстное самоуправленіе падало подъ вліяніемъ многихъ условіи, среди которыхъ важное мѣсто занимали ошибки и смуты, вносившіяся въ жизнь коммунъ. Свобода въ нихъ,-- говоритъ Гизо,-- отличалась такою бурностью, несла съ собою столько опасеній и страховъ, что люди готовы были, ища спокойствія и безопасности, отказаться отъ своего самоуправленія. Новѣйшій изслѣдователь Люшеръ {Luchaire: "Les communes franèaises à l'époque des Capétiens directs".} придаетъ въ процессѣ паденія средне-вѣкового самоуправленія гораздо большее значеніе враждебному къ нимъ отношенію короля и церкви.

Объединеніе страны, которое преслѣдовали французскіе короли, не исключало широкаго участія общества въ государственныхъ дѣлахъ,-- на первыхъ порахъ, по крайней мѣрѣ. Къ сожалѣнію, для Франціи,-- говоритъ Ококъ,-- роль генеральныхъ штатовъ скоро начала понижаться и центральная власть устранила, наконецъ, надъ собою всякій общественный контроль {О генеральныхъ штатахъ во Франціи у Picot: "Histoire des états généraux", 2 édition, 1868.}. Исчезли и провинціальныя собранія. Бюрократія и централизація торжествовали. Извѣстны печальныя послѣдствія этого торжества.

Съ паденіемъ первой имперіи во Франціи началось движеніе въ пользу созданія выборныхъ учрежденій мѣстнаго самоуправленія. Въ концѣ 1815 года, въ палатѣ депутатовъ, Виллель выступилъ съ сильными нападеніями противъ централизаціи. Онъ возобновилъ эти нападенія въ 1818 г., при энергичной поддержкѣ Дювержье де-Горанна и Ройе-Коллара. Община, какъ и семья,-- говорилъ послѣдній,-- существуетъ до государства. Политическій законъ ее находитъ, а не создаетъ. Законными правителями въ общинѣ могутъ быть только избранные ею люди.

Законопроекты, представленные въ 1829 году Мартиньякомъ, шли на встрѣчу этимъ общественнымъ потребностямъ. Но министерство Мартиньяка было замѣнено кабинетомъ Полиньяка и вслѣдъ затѣмъ разразилась іюльская революція.

Конституція 1830 года заключала въ себѣ обѣщаніе основать департаментское и городское самоуправленіе на выборной системѣ. Это обѣщаніе выполняли законы 28 марта 1831 г. и 18 іюля 1837 г.-- для коммунъ и законы 22 іюня 1833 г. и 10 мая 1838 г.-- для департаментовъ. Права, предоставленныя самоуправленію, были, однако, не велики, вмѣшательство же центральной власти и мѣстной администраціи черезъ-чуръ велико. Меры, кромѣ того, назначались,-- правда, изъ числа выборныхъ членовъ муниципальнаго совѣта,-- королемъ или префектомъ, смотря по важности коммуны. Общественное мнѣніе не было удовлетворено. Лучшіе знатоки иностранной и французской политической жизни требовали дальнѣйшаго расширенія самоуправленія. Токвиль писалъ, что въ общинѣ лежитъ сила свободныхъ народовъ. Для свободы общинныя учрежденія все равно, что начальныя школы для пауки.

Послѣ революціи 1848 года законы о департаментскомъ и муниципальномъ самоуправленіи подверглись пересмотру. Временно, по закону 3 іюля 1848 г., муниципальнымъ совѣтамъ общинъ съ населеніемъ менѣе 6,000 ч., если, притомъ, эти общины не были центрами департамента или округа, предоставлено было право выбирать меровъ и ихъ помощниковъ. Съ наполеоновскимъ режимомъ дѣло измѣнилось. Въ 1852 году правительство стало опять назначать меровъ, даже не изъ числа муниципальныхъ совѣтниковъ Власть префектовъ и подпрефектовъ была усилена. Знаменитые публицисты, какъ Жюль Симонъ, Лабулэ, Леонсъ де-Лавернь, Ремиза, Прево-Парадоль, продолжали энергично бороться за расширеніе мѣстнаго самоуправленія, противъ административной опеки.

Не мѣшаетъ упомянуть, что рѣшительнымъ врагомъ бюрократіи, энергичнымъ защитникомъ широкаго самоуправленія, по образцу англійскаго, выступилъ тогда извѣстный Лепле, столь превозносимый теперь нашими "консерваторами".

Въ 1870 году, когда вторая имперія уже сильно шаталась, правительство рѣшило сдѣлать уступки общественному мнѣнію и составило коммиссію для разработки вопроса о преобразованіи мѣстныхъ учрежденій. Франкогерманская война прервала занятія этой коммиссіи. Но они повели къ закону 22 іюля 1870 г., по которому правительство должно было назначать меровъ изъ выбранныхъ членовъ муниципальнаго совѣта. Другимъ закономъ генеральнымъ совѣтамъ департаментовъ предоставлено было право выбирать своихъ президентовъ (коммиссія полагала предоставить всѣмъ коммунамъ, кромѣ Парижа и Ліона, право выбирать меровъ).

Новѣйшее законодательство Франціи въ дѣлѣ мѣстнаго самоуправленія составляютъ законы 10 августа 1871 года, 5 апрѣля 1884 и 22 марта 1890 года. Они расширяютъ функціи самоуправленія, дозволяютъ департаментамъ сноситься другъ съ другомъ въ вопросахъ общаго интереса; то же разрѣшено дѣлать и коммунамъ. Новая парламентская коммиссія тщательно разрабатываетъ вопросы мѣстнаго самоуправленія и можно надѣяться, что изъ ея трудовъ выйдетъ законопроекть, который правильно и прочно поставитъ во Франціи учрежденія мѣстнаго самоуправленія {Въ іюльской книжкѣ названнаго выше журнала помѣщена интересная замѣтка Solïes: "Les conseils généraux et la décentralisation".}.


------


Непрекращающаяся борьба между Швеціей и Норвегіей продолжаетъ привлекать вниманіе западно-европейской и нашей печати. Мы неоднократно высказывали, что въ этой распрѣ справедливость на сторонѣ Норвегіи, что наше сочувствіе норвежскому народу объясняется и тѣмъ, что онъ настроенъ миролюбивѣе и по отношенію къ нашему отечеству дружественнѣе, чѣмъ шведскій народъ. Мы съ интересомъ обратились къ недавно вышедшей брошюрѣ г. Берендтса, если не ошибаемся, профессора въ Ярославскомъ юридическомъ лицеѣ, гдѣ вопросъ о шведско-норвежской уніи подвергается историческому изученію и критической оцѣнкѣ {Э. Берендтсъ: "О шведско-норвежской уніи". Историко-политическій этюдъ. Ярославль, 1895 г.}. Это изученіе и эта оцѣнка спокойствіемъ и безпристрастіемъ, къ сожалѣнію, не отличаются. Статьи норвежской независимой печати называются русскимъ изслѣдователемъ "нахальными и грязными" выходками. Авторъ усиливается доказать, что теперешнее положеніе Норвегіи установлено международными договорами и что она не имѣетъ права самостоятельно измѣнить это положеніе. Такую точку зрѣнія можно въ данномъ случаѣ назвать шведской, но отнюдь не научной. "Принадлежность Норвегіи королю Швеціи, en toute propriété et souverainité,-- говоритъ г. Берендтсъ,-- устанавливаетъ безусловную субординацію Норвегіи". Странно читать у современнаго профессора такое архаическое утвержденіе. Не вытекаетъ ли изъ этой безусловной субординаціи и право короля Швеціи продавать своихъ норвежскихъ подданныхъ? Въ то же время, г. Берендтсъ признаетъ, что статья пятая Нильскаго трактата 1815 года, обѣщавшая сохранить права и привилегіи норвежцевъ, не связываетъ шведскаго короля, ибо "обѣщаніе не есть юридически безусловное международное обязательство". Хорошаго мнѣнія ярославскій профессоръ объ юридической силѣ и нравственномъ значеніи международныхъ договоровъ, въ которыхъ обѣщанія играютъ такую важную роль! Если бы государство, обѣщавшее соблюдать женевскую конвенцію, напримѣръ, стало ее нарушать, неужели это не составило бы вопіющаго преступленія?

Любопытно, что г. Берендтсъ самъ признаетъ въ другомъ мѣстѣ своей брошюры (стр. 33), что устройство уніи на тѣхъ или иныхъ условіяхъ считалось великими державами внутреннимъ дѣломъ Скандинавіи. Это не мѣшаетъ нашему ученому автору требовать, чтобъ эти державы заявили, что Кильскій трактатъ 1814 года, вопреки желанію норвежскаго народа, долженъ остаться основой политическаго устройства Скандинавіи. Не говоря уже о томъ, что въ самой брошюрѣ г. Берендтса приведены образцы неясности этого договора и доказательства обширныхъ правъ, почти полной самостоятельности, которою Норвегія можетъ по договору пользоваться,-- какое основаніе и какой разсчетъ можетъ имѣть Россія для того, чтобы выступить противъ національныхъ стремленій дружественнаго и миролюбиваго народа? Въ Швеціи мы замѣчаемъ тяготѣніе къ тройственному союзу, и желать поэтому усиленія ея военнаго и политическаго значенія со стороны русскаго по меньшей мѣрѣ странно, добиваться же этого, выступая противъ хорошо къ намъ расположеннаго народа, и нелѣпо, и несправедливо.


-----


Австрійская клерикально-консервативная Vaterland высказывается въ пользу возстановленія конституціи съ либеральными нѣмецкими централистами. По этому поводу Politik напоминаетъ, что эта партія ничему не научилась и ничего не забыла, что главнымъ пунктомъ ея программы, попрежнему, остается господство надъ славянскими племенами Цислейтаніи {Politik, 6 August.}. Въ пользу одного изъ этихъ племенъ, впрочемъ, австрійскіе нѣмцы сдѣлали уже рядъ существенныхъ уступокъ и готовы пойти и на дальнѣйшія сдѣлки. Мы имѣемъ въ виду, конечно, поляковъ, добившихся автономіи и въ свою очередь тѣснящихъ галиційскихъ русскихъ. Теперь, когда имперскимъ министромъ иностранныхъ дѣлъ назначенъ полякъ, графъ Голуховскій, а кандидатомъ на постъ цислейтанскаго министра-президента считается другой полякъ, нынѣшній намѣстникъ Галиціи, графъ Бадени,-- польское вліяніе должно еще болѣе возрости. Но, судя по прежнему образу дѣйствій польскихъ депутатовъ рейхсрата, другимъ австрійскимъ славянамъ съ ихъ стороны не будетъ сколько-нибудь значительной поддержки. Нѣмцы-централисты считаютъ Галицію потерянною для ихъ господства и не будутъ мѣшать господствовать тамъ полякамъ, а поляки станутъ поддерживать дѣйствующую въ Цислейтаніи политическую систему, которая даетъ въ государствѣ привилегированное положеніе нѣмецкому меньшинству. При такихъ условіяхъ Габсбургская монархія обречена будетъ на внутреннюю борьбу, которая задерживаетъ ея культурное развитіе и уменьшаетъ международное значеніе. Очень интересныя замѣчанія о пагубномъ значеніи для Австро-Венгріи дуализма, отдавшаго одну половину имперіи въ руки мадьяръ, а другую въ руки нѣмцевъ, находимъ мы въ двухъ статьяхъ Альбера Лефевра въ La Quinzaine {Albert Lefaivre: "Le Dualisme en Autriche-Hongrie" (La Quinzaine, 1 Août et 15 Août).}. Несмотря на то, что этотъ журналъ служитъ цѣлямъ римско-католической церкви, въ статьяхъ А. Лефевра много справедливаго. Авторъ осуждаетъ безнравственное начало владычества одного племени надъ другимъ, причемъ духовно уродуется подчиненное племя, производятся систематическія попытки насильственно омадьярить или онѣмечить славянъ и румынъ. Между тѣмъ, численность (намъ неоднократно приходилось уже на это указывать) рѣшительно на сторонѣ соединенныхъ славянъ и румынъ. Въ Транслейтаніи на шесть милліоновъ мадьяръ приходится три съ половиною милліоновъ словаковъ, 2.300,000 кроатовъ и сербовъ, 3.400,000 румынъ. Правда, въ культурномъ отношеніи эти племена стоятъ ниже мадьяръ (это въ особенности справедливо по отношенію къ славянамъ), но культурное превосходство не заключаетъ въ себѣ основанія для господства надъ другимъ племенемъ въ юридическомъ отношеніи. Кромѣ того, превосходство это преходяще, такъ какъ обусловливается историческими обстоятельствами. Оно исчезнетъ, когда падутъ стѣсненія, теперь наложенныя мадьярами на національное развитіе славянъ и румынъ. Что касается Цислейтаніи, то пренебрежительно относиться къ чешской культурѣ, считать чеховъ низшею расой могутъ только озлобленные и ослѣпленные представители пангерманской идеи.

Авторъ упомянутыхъ нами статей видитъ единственно въ федерализмѣ благополучный исходъ для Габсбургской имперіи изъ ея тяжелой внутренней борьбы. Но до монархической Швейцаріи этому государству далеко, теперь дальше, чѣмъ было до созданія дуализма: мадьяры стремятся къ полной политической самостоятельности и къ постоянному руководительству внѣшнею политикой Австро-Венгріи; со времени установленія могущественной Гогенцоллернской имперіи австрійскіе нѣмцы меньше чѣмъ когда-либо склонны признать равноправность съ собою чеховъ или словенцевъ.

Альберъ Лефевръ горячо призываетъ старо-и младочеховъ забыть свои разногласія, дружно добиваться своихъ правъ. Примѣняя къ чехамъ стихи Грилльпартцера, обращенныя къ Радецкому, онъ говоритъ:

"In deinem Lager ist Oesterreich" *).

*) Австрія въ твоемъ лагерѣ.

Въ этихъ словахъ заключается большое преувеличеніе, но крупную роль въ новѣйшей исторіи Австріи чехи уже играютъ. Газеты передаютъ слухи о томъ, что будущее министерство графа Бадени имѣетъ въ виду снять въ Прагѣ осадное положеніе и вообще относиться благопріятнѣе къ разнымъ домогательствамъ чешскаго народа. Въ такомъ случаѣ это будетъ возобновленіемъ тактики графа Таафе. Но австрійскіе нѣмцы продолжаютъ относиться къ чехамъ и другимъ цислейтанскимъ славянамъ съ прежнею упрямою враждебностью. Очень характерно воззваніе отъ редакціи, которое печатается на страницахъ вѣнской Deutsche Zeitung. Газета заявляетъ, что "борется противъ всего враждебнаго германскому народу: противъ славянства, ожидовѣнія (Verjudung) и клерикализаціи, за свободу духа и за просвѣщеніе, за работающій народъ и его соціальные интересы". Свобода духа и угнетеніе другихъ національностей, интересы народа, во только нѣмецкаго народа,-- какое грубое издѣвательство надъ основными требованіями либерализма и просвѣщенія!

Естественно, что австро-нѣмецкая централистская печать ликовала вмѣстѣ съ большею частью германской по поводу двадцатипятилѣтія германскихъ побѣдъ надъ французами. Deutsche Zeitung выражаетъ при этомъ сожалѣніе, что не всѣ нѣмцы входятъ въ составъ Германской имперіи. Газета констатируетъ, что среди нѣмцевъ живуча ненависть къ врагамъ германскаго народа и его національнаго развитія {Deutsche Zeitung, 1 September.}.

Другая вѣнская газета, демократическая Neues Wiener Tagblatt, признается, что австрійскіе нѣмцы, въ виду воинственныхъ ликованій нѣмцевъ Гогенцоллернской имперіи, относятся къ послѣднимъ съ нѣкоторою завистью {Neues Wiener Tagblatt, 1 September.}. Восхваляя государственныя и культурныя заслуги австрійскихъ нѣмцевъ, демократическая газета горячо возстаетъ противъ реакціоннаго и "славянскаго" отпечатка во внутренней политикѣ Цислейтаніи. Этотъ "славянскій" отпечатокъ, какъ извѣстно, заключается въ томъ, что въ министерство графа Таафе чехи у себя на родинѣ пріобрѣли нѣкоторыя изъ тѣхъ политическихъ правъ, которыя давно уже принадлежали богемскимъ нѣмцамъ. Не составляетъ ли именно реакціи стремленіе австро-нѣмецкихъ либераловъ не дать славянамъ одинаковыхъ государствѣ правъ съ господствующимъ теперь нѣмецкимъ племенемъ? Правда, чехи (старо-чешская партія) вступали въ союзъ съ клерикалами и консерваторами, чтобы добиться своихъ національныхъ правъ, въ которыхъ имъ отказываютъ либералы-централисты; но вина въ этомъ падаетъ на послѣднихъ. Кромѣ того, отъ подобнаго упрека совершенно свободна первенствующая теперь въ Богеміи младо-чешская партія. Естественно, что радоваться поминкамъ седанской побѣды и другихъ военныхъ успѣховъ германскаго народа чехи и другія австро-славянскія племена не имѣютъ никакого основанія.

Въ самой Германіи эти поминки ознаменовались протестами противъ нихъ со стороны соціалъ-демократіи. Протесты эти выражались въ рѣзкой формѣ и задѣвали императора Вильгельма I. Читатели знаютъ изъ газетъ, что такой образъ дѣйствія соціалъ-демократовъ вызвалъ гнѣвную рѣчь императора Вильгельма II (онъ постоянно читаетъ, по сообщенію нѣмецкихъ газетъ, главный органъ германскихъ соціалъ-демократовъ, Vorwärts). Freisinnige Zeitung считаетъ отношеніе соціалъ-демократіи къ національнымъ военнымъ торжествамъ неправильнымъ и находитъ, что эта партія много проиграла бы вслѣдствіе этого въ глазахъ народа, если бы не угрозы со стороны правительства, которыя превращаютъ антипатію въ сочувствіе къ гонимымъ.

Реакціонныя германскія газеты, конечно, торжествуютъ и съ восторгомъ комментируютъ слова императора Вильгельма II, видя въ нихъ указаніе на то, что правительство вновь собирается приступить къ исключительнымъ мѣрамъ противъ соціалъ-демократіи. Очень радуется и органъ князя Бисмарка, Neustte Nachrichten. За то главный органъ католической партіи центра, Germania, рѣшительно отказывается бороться съ соціалъ-демократіей путемъ полицейскихъ насилій и уголовныхъ наказаній. Такимъ образомъ, для какого-либо исключительнаго закона у правительства опять не окажется большинства въ парламентѣ.

Значеніе партіи центра, на себѣ испытавшей бисмарковскіе исключительные законы, не уменьшилось отъ этого испытанія, несмотря на то, что партія потеряла такого искуснаго вождя, какимъ былъ покойный Виндгорстъ. Недавній католическій съѣздъ въ Мюнхенѣ показываетъ, что возростаетъ международное значеніе этой партіи. На съѣздѣ (въ концѣ августа) были представители венгерскихъ, голландскихъ и нѣкоторыхъ другихъ иностранныхъ католиковъ. Голландскій делегатъ указывалъ именно на увеличивающееся международное значеніе германскаго парламентскаго центра. Представитель мадьярскихъ католиковъ, графъ Фердинандъ Зиши, былъ восторженно встрѣченъ собраніемъ. Описавши современное положеніе Венгріи, ораторъ просилъ симпатій нѣмецкихъ католиковъ къ католикамъ Транслейтаніи, которые борятся съ своимъ правительствомъ, вводящимъ гражданскій бракъ и полную равноправность всѣхъ вѣроисповѣданій. Собраніе отнеслось къ рѣчи графа Зиши весьма сочувственно. Между многими постановленіями его слѣдуетъ отмѣтить обычно повторяющееся требованіе возстановленія свѣтской власти папъ {Neue Freie Presse, 30 August.}.


-----


Надежды турецкаго правительства, что съ паденіемъ министерства Розбери Англія откажется отъ вмѣшательства въ армянскія дѣла, совершенно не оправдались. Наоборотъ, требованія лорда Салисбюри опредѣленнѣе и гораздо энергичнѣе заявленій его предшественника. Россія и Франція поддерживаютъ Великобританію, и это дружное воздѣйствіе, эту хотя и временную, но культурную лигу нельзя не привѣтствовать. Блистательная Порта до сихъ поръ и не подумала исполнить постановленія берлинскаго трактата о введеніи реформъ въ турецкой Арменіи. Отъ времени до времени въ европейскую печать проникали извѣстія о звѣрствахъ курдовъ и турокъ, которые грабили и убивали армянъ. Общественная совѣсть возмущалась этими дикими насиліями, но дипломатія не вмѣшивалась, соперничество между Россіей и Англіей препятствовало какому-либо энергическому шагу европейскихъ державъ. Теперь, повидимому, турецкое правительство не отдѣлается формальными отписками. Несомнѣнно, что Англія и Россія, какъ культурныя христіанскія государства, имѣютъ общій интересъ, чтобы дикое своеволіе и буйный грабежъ уступили мѣсто въ турецкомъ управленіи началамъ справедливости и законности. Требованія Англіи, Россіи и Франціи поддерживаются Германіей и Австро-Венгріей. Pester Lloyd замѣчаетъ, что въ реформахъ заключается спасеніе Турціи, гарантія ея развитія. Старотурки, полные невѣжественнаго мусульманскаго фанатизма, склонны теперь искать защиты въ союзѣ съ Россіей, еслибъ она выступила сторонницей аналогическихъ началъ. Pester Lloyd предостерегаетъ Абдулъ-Гамида, что промедленіе можетъ стоить Турецкой имперіи очень дорого, что введеніемъ элементовъ областного самоуправленія султанъ можетъ оживить силы "больного человѣка" {Pester Lloyd, 4 September.}. Это мнѣніе одной изъ наиболѣе вліятельныхъ мадьярскихъ газетъ не пройдетъ, конечно, незамѣченнымъ въ турецкихъ правящихъ сферахъ.


В. Г.


"Русская Мысль", кн.IX, 1895