# Из литературных наблюдений

Виктор Александрович Гольцев

## Изъ литературныхъ наблюденій.


Когда пишутся эти строки, по улицамъ Москвы прекратилось движеніе утомленныхъ и встревоженныхъ гимназистовъ и гимназистокъ, реалистовъ, учениковъ городскихъ училищъ и другихъ школьниковъ. Жалко и больно было глядѣть на эти усталыя лица, на эти иной разъ лихорадочно блестѣвшіе глаза. Мы молчали въ "страдную пору", чтобы не вносить въ школьную среду смуты, чтобы не вызвать въ какой бы то ни было степени напрасныхъ надеждъ или новыхъ опасеній у дѣтей, которыя, "разсудку вопреки, наперекоръ стихіямъ", лучшую часть нашего короткаго лѣта вынуждены учить и зубрить съ особеннымъ напряженіемъ. Теперь до новыхъ экзаменовъ далеко и, исполняя просьбу многихъ родителей, я долженъ обратить еще разъ вниманіе учебнаго вѣдомства на необходимость измѣнить порядки и сроки переводныхъ и окончательныхъ испытаній въ нашихъ учебныхъ заведеніяхъ.

Не правда ли, прежде всего, что нѣсколько странно устанавливать одни и тѣ же правила для Одессы и Архангельску, для, Петербурга и Иркутска*

Затѣмъ, для чего нужны экзамены? Если педагогъ въ теченіе учебнаго года не пришелъ къ заключенію, слѣдуетъ или не слѣдуетъ перевести ученика, то можетъ ли онъ убѣдиться въ этомъ въ десять минуть или въ четверть часа на экзаменѣ? Всякому извѣстно, что взять билетъ на экзаменѣ похоже нз то, чтобы взять билетъ въ лоттерею. Масса случаевъ разсказывается объ этомъ ежегодно. На выпускномъ экзаменѣ одного женскаго учебнаго заведенія въ Москвѣ берутъ билеты изъ русской словесности двѣ ученицы: одна -- отлично занимавшаяся все время, страстно любящая предметъ, и другая -- плохенькая и малоспособная. Первой попадается единственный не вполнѣ удовлетворительно приготовленный билетъ, второй -- одинъ изъ многихъ, ей вовсе неизвѣстныхъ. Онѣ помѣнялись и обѣ получили по пяти.

На экзаменѣ дѣти очень часто волнуются, а учителя сердятся. Это -- двѣ арміи, вступающія въ сраженіе. Осматривая поле оконченной битвы, сожалѣя о пострадавшихъ на немъ, изувѣченныхъ или совсѣмъ выбывшихъ изъ строя, многіе и многіе повторяютъ нашъ вопросъ: зачѣмъ нужны экзамены? Въ началѣ теплыхъ (увы, немногихъ у насъ) мѣсяцевъ, послѣ значительнаго утомленія зимними занятіями, требовать отъ дѣтей усиленной работы и нездорово въ физическомъ отношеніи, и вредно въ педагогическомъ. Давно уже предлагаютъ замѣнить экзамены репетиціями (на Кавказѣ такъ и дѣлается). Если эти репетиціи производить дважды въ годъ, передъ Рождествомъ и весною, до половины мая, то и цѣли провѣрки будутъ достигнуты, и здоровье дѣтей перестанетъ подвергаться серьезной опасности. Въ апрѣльской книжкѣ Русской Школы была напечатана очень дѣльная статья г. Шульгина Еще къ вопросу объ экзаменахъ въ гимназіяхъ. Авторъ указываетъ въ ней и на то, что экзаменаторамъ приходится считаться съ излюбленными коньками ассистентовъ, къ которымъ надо подготовлять и подгонять учениковъ. Это, дѣйствительно, довольно распространенное явленіе, и мы знаемъ нѣсколько случаевъ въ Москвѣ, когда неожиданный для учениковъ конекъ вліятельнаго ассистента вносилъ трепетъ и ужасъ въ ряды гимназистовъ и гимназистокъ.

Современный учитель рѣдко хочетъ и можетъ быть педагогомъ. Невольно, изо дня въ день, изъ года въ годъ, занимаясь только однимъ предметомъ (иногда,-- а, можетъ быть, и часто?-- забывая при этомъ всѣ остальные), такой учитель утрачиваетъ способность понимать дѣтскую психологію, прощать неизбѣжные въ дѣтскомъ возрастѣ недостатки. И особенно безпощаденъ онъ на экзаменѣ, потому что за него стоить еще болѣе безпощадная буква правилъ. И отравляется лучшая пора жизни больными и обидными впечатлѣніями, и кладутся основанія безволію, слабонервности, отсутствію путеводныхъ идей... Зачѣмъ?

Наши "консерваторы", пересадившіе къ намъ одряхлѣвшую на Западѣ классическую систему, упорно не хотятъ сознаться въ томъ, что она пришлась не по душѣ русскому обществу, что она совсѣмъ не въ нашемъ народномъ духѣ. Мы, конечно, вовсе не противъ занимствованій у болѣе культурныхъ народовъ,-- наоборотъ, горячо стоимъ за многія подобныя заимствованія; но брать надо то, что находится въ разцвѣтѣ, а не въ упадкѣ. Если все, что выше сказано объ экзаменахъ, относится ко всѣмъ нашимъ учебнымъ заведеніямъ, то слѣдуетъ добавить объ особенно вредномъ характерѣ экзаменовъ въ гимназіяхъ классическихъ. Здѣсь формализмъ и довѣріе къ учителямъ и ученикамъ перешли за Геркулесовы столбы, письменный экзаменъ по классическимъ языкамъ (теперь онъ производится при переходѣ въ седьмой классъ) обставленъ съ таинственностью и строгостью какого-нибудь революціоннаго судилища. Директоръ вносить чуть ли не трижды запечатанный конвертъ, торжественно показываетъ его учащимъ и учащимся, вскрываетъ и прочитываетъ русскій текстъ грядущаго перевода. Затѣмъ директоръ удаляется, двери запираются и, что бы съ ученикомъ ни случилось, его не выпустятъ изъ класса...

А, между тѣмъ, не только противъ подобныхъ пріемовъ, но и противъ классической системы вообще на западѣ Европы и въ особенности въ Германіи все сильнѣе и сильнѣе возвышаются голоса авторитетныхъ ученыхъ и преподавателей. Когда свѣдѣнія такого рода появляются въ либеральныхъ органахъ печати, доморощенные защитники классицизма могутъ объяснять это происками... анархистовъ. Но что они скажутъ по поводу статьи г. Скворцова, напечатанной въ майской книжкѣ Журнала Министерства Народного Просвѣщенія? Авторъ констатируетъ, что профессоръ въ Германіи (Гельмгольцъ, Вирховъ, Трейчке) многократно заявляли, что классическія гимназіи даютъ плохо подготовленныхъ студентовъ. Замѣчательно, что такіе отзывы даютъ профессора и филологическихъ факультетъ (то же замѣчается и у насъ въ Россіи). Родной языкъ находится въ загонѣ, ко всему замѣчается апатія, господствуетъ механическое запомнимъ. Г. Скворцовъ указываетъ далѣе на то, что гимназія перестала быть школой, дѣйствительно подготовляющей къ сознательной и отчетливой университетской работѣ. "Чѣмъ болѣе раздвигалось разстояніе между университетомъ и гимназіей,-- читаемъ мы у г. Скворцова,-- тѣмъ болѣе чувствовалась потребность навести мостъ черезъ ту пропасть, которая ихъ отдѣляй. Его и навели мало-по-малу въ виду такъ называемаго экзамена зрѣлости. Экзаменъ этотъ, который и доселѣ еще служитъ мостомъ для перехода изъ гимназіи въ университетъ, вовсе не есть какая-либо собственно учебная мѣра. Это -- мѣра административная или полицейская, съ учебными интересами въ связи непосредственно не стоящая". Противъ этого экзамена педагогическій міръ Германіи высказывается все рѣшительнѣе. Ученики теперь часто учатся единственно для того, чтобы получить аттестатъ зрѣлости, а учителя для этой только цѣля и учатъ ихъ. Дѣйствительные интересы образованія и воспитанія отодвинуты на задній планъ. А, между тѣмъ, въ усиленныхъ заботахъ въ этомъ направленіи и правительства, и общества мы всего болѣе нуждаемся въ данный историческій моментъ.

Въ печати часто отмѣчается теперь усилившійся интересъ къ народному образованію. Педагогическій Листокъ {Заботы объ обезпеченія народнаго учителя (Педагогическій Листокъ, приложеніе къ журналу Дѣтское Чтеніе, январь -- мартъ 1895 г.).} даже находитъ, что "отличительною чертой нашихъ дней служить, безспорно, новый подъемъ общественной мысли и общественнаго сознанія, выражающихся, въ частности, и въ заботливомъ вниманіи общественныхъ силъ къ вопросамъ народнаго образованія". По вниманіе это, къ величайшему сожалѣнію, оказало еще незначительное вліяніе на обезпеченіе учителей, на достаточное вознагражденіе за ихъ благодѣтельный и тяжелый трудъ. Названный педагогическій журналъ справедливо говорить, что народный учитель, часто семейный человѣкъ, въ большинствѣ случаевъ, получаетъ "безъ преувеличенія лишь столько, чтобы не умереть съ голоду (250 и 300 рублей считаются хорошимъ окладомъ; не мало учителей и учитель ницъ, получающихъ 100--150 рублей въ годъ)". Тяжелое положеніе на родныхъ учителей возбудило вниманіе черниговскаго губернатора, который сказалъ при открытіи губернскаго земскаго собранія, между прочимъ, слѣдующее: "Если бы дѣло не шло объ одной изъ важнѣйшихъ нуждъ, намѣченныхъ мною между прочими, если бы въ зависимости отъ этой нужды не находилось самое дорогое для человѣка -- умственное питаніе съ малыхъ лѣтъ, я, конечно, воздержался бы отъ обращенія со своею просьбой,-- я говорю о той нуждѣ, въ которой находятся учителя и учительницы начальныхъ школъ". Е. К. Андреевскій обратился къ собранію съ просьбой -- любымъ ассигнованіемъ положить основаніе капиталу общества взаимнаго вспомоществованія учителямъ и учительницамъ народныхъ школъ Черниговской губерніи. "Это дѣло,-- прибавилъ просвѣщенный губернаторъ,-- способно сразу поднять и матеріальное благосостояніе педагоговъ, и духовное чувство питомцевъ народныхъ школъ. Какъ только это состоится,-- кончилъ Е. К. Андреевскій,-- я немедленно представлю на благоусмотрѣніе министра уставъ, взявъ за образецъ одинъ изъ такихъ уставовъ, утвержденныхъ въ послѣднее время законнымъ путемъ" {Русскія Вѣдомости, No 39.}. Черниговское губернское земское собраніе немедленно ассигновало для этой цѣли три тысячи рублей.

О той же учительской нуждѣ говорится въ письмѣ народнаго учителя, напечатанномъ въ апрѣльской книжкѣ журнала Образованіе. Тамъ сообщается и о другихъ печальныхъ условіяхъ,-- о тьмѣ и произволѣ, среди которыхъ приходится зачастую дѣйствовать нашимъ миссіонерамъ просвѣщенія. Любопытные и поучительные факты сообщаются и въ Статистикомъ ежегодникѣ Московской губерніи за 1894 годъ. Почти всюду констатируется, что потребность въ образованіи далеко превышаетъ средства ея удовлетворенія. Учителя жалуются и на недостатокъ пособій, и неудовлетворительность нынѣшней обязательной программы, и на тѣсноту и неудобства помѣщенія. Въ высшей степени неудовлетворительно положеніе учителей и учительницъ не только въ сельской школѣ, но и въ городской, даже въ столичной. Мы знаемъ, напримѣръ, что въ Москвѣ нѣкоторые учителя и учительницы принуждены жить въ отвратительныхъ квартирахъ, тѣсныхъ, сырыхъ и холодныхъ.

Надо спѣшить. Въ то время, какъ на западѣ Европы кипитъ неустанная работа на почвѣ многовѣковой культуры, мы двигаемся по-черепашьи едва поднятому полю. Въ Германіи, гдѣ уже трудно находить безграмотныхъ людей, и правительство, и самоуправленіе, и многочисленныя частные общества не щадятъ усилій и средствъ, чтобы все выше и выше поднять уровень народнаго образованія. Мы знаемъ, наприм., изъ отчета, который былъ прочитанъ на двадцать пятомъ съѣздѣ общества народнаго образованія, что этимъ обществомъ въ прошломъ году въ разныхъ концахъ Германіи было устроено почти десять тысячъ лекцій общедоступнаго научнаго и литературнаго содержанія. Въ составъ общества входятъ 147 лекторовъ, многіе изъ которыхъ разъѣзжаютъ по указаніямъ общества для различныхъ чтеній и рефератовъ, другіе занимаются этимъ въ мѣстахъ постояннаго своего жительства.

И всѣ эти усилія далеко не удовлетворяютъ еще лучшихъ людей Германіи. Во сколько же разъ больше усилій надо дѣлать намъ, чтобъ обеспечить за родиной великое государственное значеніе, чтобы поднять достаточную высоту общественную самодѣятельность и личное достоиство? Покойный К. Д. Кавелинъ справедливо говорилъ, что "народное образованіе призвано у насъ пересоздать народныя привычки, понятія, вѣрованія,-- все, что въ народѣ выросло на почвѣ безличности, безправія и невѣжества, что сложилось подъ вліяніемъ историческихъ обстоятельствъ и условій, коренно измѣнившихся и отошедшихъ въ область исторіи" {Крестьянскій вопросъ, стр. 157.}. "Разстанемся одинъ разъ навсегда, -- писалъ далѣе знаменитый ученый и публицистъ,-- съ злосчастною и пагубною мыслью, будто народная школа должна и можетъ служить какимъ бы то ни было другимъ цѣлямъ, кромѣ умственнаго и нравственнаго развитія людей и гражданъ и сообщенія имъ необходимыхъ и полезныхъ въ жизни знаній".


------


Въ газетахъ появились извѣстія, что попечителемъ московскаго учебнаго округа назначается бывшій ректоръ Московскаго университета, одинарный профессоръ по каѳедрѣ римскаго права Н. П. Боголѣповъ. Новый попечитель -- авторъ изслѣдованія О значеніи общенародная гражданахъ права въ римской классической юриспруденціи. Онъ изучилъ благотворное вліяніе естественнаго права, расширявшаго рамки строгаго права и наполнявшаго юридическія формы новымъ и живымъ содержаніемъ. Онъ знаетъ вмѣстѣ съ Ульцпіаномъ, что справедливость, какъ осуществленіе естественнаго права, заключаетъ въ себѣ и благоволеніе, что право есть искусство добраго и справедливаго. Пожелаемъ новому попечителю учебнаго округа большихъ и прочныхъ успѣховъ въ слѣдованіи этимъ путемъ.


О. Т. В.


"Русская Мысль", кн.VI, 1895