Головачев Аполлон Филиппович
Наш экономический недуг

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

Нашъ экономическій недугъ.

II *).

*) Русская Мысль, кн. IX.

   Въ первой моей статьѣ я старался выяснить основную причину экономическаго недуга, которымъ страдаетъ наше отечество, и пришелъ къ тому выводу, что мы слишкомъ увлеклись экономическими порядками западной Европы и постарались пересадить къ намъ послѣдніе результаты капиталистической системы производства, тогда какъ главная масса нашего населенія довольствовалась результатами своего собственнаго труда и, слѣдовательно, не представляла удобнаго рынка для сбыта продуктовъ капиталистическаго производства. Вслѣдствіе этого капиталы, какъ внутренніе, такъ и привлеченные извнѣ, обратились не на развитіе производства, а на торговлю, и притомъ главнымъ образомъ на торговлю хлѣбомъ и процентными бумагами. Вся наша торговля и финансовая политика содѣйствовала такому обороту какъ нельзя болѣе, съ одной стороны, устройствомъ значительной сѣти желѣзныхъ дорогъ и созданіемъ цѣлой системы банковыхъ учрежденій, а съ другой -- возвышеніемъ цифры государственнаго бюджета, порождавшимъ нужду въ деньгахъ среди податныхъ классовъ, между тѣмъ какъ денежная система въ хозяйствѣ этихъ классовъ имѣла очень ограниченное примѣненіе. Послѣдствіемъ такого порядка вещей явились громадныя выгоды торговаго класса, въ особенности со времени паденія цѣнности нашей валюты, сильное возвышеніе поземельной ренты и значительное сокращеніе доли труда въ общей массѣ продукта, или, другими словами, обогащеніе ничтожнаго меньшинства на счетъ положительнаго обѣдненія податныхъ классовъ русскаго народа.
   Въ виду такихъ результатовъ, я пришелъ къ тому заключенію, что намъ слѣдуетъ совершенно измѣнить систему нашей финансовой и торговой политики и положительно забыть если не общія начала нашей финансовой политики, такъ какъ ими она не отличалась, то по крайней мѣрѣ тѣ тенденціи, которыя до сихъ поръ господствовали въ нашихъ руководящихъ сферахъ. Но въ какихъ же конкретныхъ формахъ должно выразиться это измѣненіе?-- вотъ вопросъ, разрѣшеніе котораго составляетъ предметъ настоящей статьи.
   Но прежде, чѣмъ приступить къ разрѣшенію этой задачи, мнѣ кажется, необходимо сказать нѣсколько словъ о томъ, какъ относится у насъ общественное мнѣніе къ этому вопросу, какія существуютъ предположенія о необходимыхъ мѣропріятіяхъ, и разсмотрѣть, насколько каждое изъ нихъ достигаетъ цѣли.
   Прежде всего слѣдуетъ замѣтить, что оскудѣніе крестьянскаго сословія признается всѣми: объ этомъ фактѣ, повидимому, нѣтъ спора. Разнорѣчіе идетъ только о степени оскудѣнія: одни говорятъ, что оно очень значительно и идетъ crescendo, а потоку считаютъ его хроническимъ недугомъ и требуютъ радикальныхъ средствъ для его излѣченія; другіе видятъ въ немъ, напротивъ, только временное явленіе, вызванное неурожаями послѣднихъ годовъ и развитіемъ вредныхъ насѣкомыхъ, и поэтому ограничиваются предложеніемъ палліативныхъ средствъ; наконецъ, третьи приписываютъ его пьянству, получившему, по ихъ мнѣнію, значительное распространеніе въ послѣдніе годы, и поэтому сводятъ свои требованія, исключительно, къ ограниченію числа кабаковъ, вѣроятно, полагая, что народъ, какъ малый ребенокъ, потому только и пьянствуетъ, что видитъ много соблазна.
   Само собою разумѣется, что правительственныя сферы не могутъ не прислушиваться къ голосу общественнаго мнѣнія: отчасти онѣ стараются оріентироваться въ этомъ нестройномъ хорѣ различныхъ мнѣній и ознакомиться съ дѣйствительнымъ положеніемъ дѣлъ, тѣмъ болѣе, что наше финансовое положеніе далеко не утѣшительно и, несмотря на возросшую цифру доходовъ до небывалыхъ въ прежніе годы размѣровъ, дефицитъ, заявленный при началѣ года въ 50.000.000 рублей, долженъ, повидимому, превзойти 100.000.000 руб. Въ виду такого положенія дѣлъ, жалобы на несоразмѣрность выкупныхъ платежей со стоимостью крестьянскихъ надѣловъ и на скудость сихъ послѣднихъ не могли не обратить на себя вниманія, тѣмъ болѣе, что эти жалобы подтверждались не только значительными недоимками во многихъ мѣстностяхъ, но и оффиціальными статистическими изслѣдованіями. Съ другой стороны, значительныя прибыли по ликвидаціи прежнихъ кредитныхъ учрежденій,-- прибыли, остававшіяся въ оборотахъ государственнаго банка,-- приносили уже достаточный доходъ и, слѣдовательно, создавали готовыя средства для облегченія выкупныхъ платежей если не повсемѣстно, то по крайней мѣрѣ тамъ, гдѣ они наиболѣе обременительны. Вслѣдствіе этого создается правительственная коммиссія, которая находитъ возможнымъ понизить выкупные платежи на сумму 9.000.000 руб. и полагаетъ отнести эту сумму на пониженіе платежей сѣверныхъ губерній съ тѣмъ, чтобы по возможности уравнять ихъ съ арендною платой за землю. Хотя означенная цифра пониженія имѣетъ значеніе и по отношенію ко всей массѣ выкупныхъ платежей, такъ какъ составляетъ болѣе 20% общей ихъ суммы, но коммиссія не предложила общаго пониженія, имѣя въ виду, что несоразмѣрность выкупныхъ платежей съ арендною платой за землю мѣшаетъ разрѣшенію другихъ государственныхъ вопросовъ, а именно -- о паспортной системѣ и о переселеніяхъ. Такой взглядъ коммиссіи нельзя не признать правильнымъ, тѣмъ болѣе, что накопленіе недоимокъ вызываетъ самыя гибельныя послѣдствія дня крестьянскаго хозяйства. Разъ значительная недоимка имѣетъ мѣсто, крестьянинъ уже перестаетъ заботиться объ улучшеніи своего хозяйства, изъ опасенія видѣть свое имущество проданнымъ за недоимку; онъ не только не увеличиваетъ количества необходимаго для удобренія земли скота, но доводитъ его до minimum'а, а вступивши на этотъ скользкій путь, очень скоро раззоряется. Земля перестаетъ быть для него средствомъ обезпеченія его быта и, наоборотъ, становится положительнымъ бременемъ, отъ котораго онъ ищетъ возможности освободиться. Въ виду важности такого положенія дѣлъ, которое подрываетъ самые источники государственнаго дохода, правительство рѣшилось подвергнуть проектъ коммиссіи обсужденію экспертовъ, приглашенныхъ изъ среды земскихъ дѣятелей. Къ сожалѣнію, этотъ совѣтъ, какъ и слѣдовало ожидать, не привелъ ни къ какимъ полезнымъ результатамъ. Я говорю, какъ и слѣдовало ожидать, на томъ основаніи, что 12 человѣкъ ни въ какомъ случаѣ не могли представлять собою интересовъ цѣлой Россіи, тѣмъ болѣе, что выборъ ихъ былъ сдѣланъ безъ участія заинтересованной стороны, да и самый вопросъ поставленъ былъ слишкомъ узко, такъ какъ пониженіе выкупныхъ платежей можетъ облегчить положеніе только населенія сѣверныхъ губерній и вовсе не имѣетъ значенія тамъ, гдѣ крестьяне страдаютъ отъ скудости крестьянскихъ надѣловъ, что въ особенности вредитъ населенію средней полосы Россіи.
   Хотя оффиціальныхъ извѣстій о совѣщаніяхъ созванныхъ экспертовъ я не имѣю въ виду, но, благодаря статьѣ г. Колюпанова, помѣщенной въ сентябрской книжкѣ Русской Мысли, можно составить себѣ довольно обстоятельное мнѣніе о характерѣ этихъ совѣщаній. Впрочемъ, это можно сказать только по отношенію къ мнѣнію большинства, къ которому принадлежалъ авторъ статьи, въ виду подробнаго изложенія соображеній, на которыхъ основывалось большинство экспертовъ. Что же касается остальныхъ мнѣній, заявленныхъ въ коммиссіи, то они изложены безъ всякихъ мотивовъ, что не вполнѣ соотвѣтствуетъ тому обѣщанію, которое далъ авторъ на первой страницѣ своей статьи, говоря, что различныя мнѣнія будутъ переданы съ полною объективностью. При оцѣнкѣ мнѣній, мотивировка ихъ имѣетъ громадное значеніе, а потому я не могу не пожалѣть, что авторъ не исполнилъ своего обѣщанія.
   Не имѣя въ виду подробно разбирать мнѣніе большинства, я тѣмъ не менѣе нахожу нужнымъ замѣтить, что самый первый вопросъ, т. е. исходная точка, избранная большинствомъ, была совершенно ошибочна. Этотъ первый вопросъ состоялъ въ томъ, что такое по существу своему выкупной платежъ, тогда какъ слѣдовало поставить вопросъ: чѣмъ долженъ быть выкупной платежъ? Рѣшеніе вопроса, что такое по существу своему выкупной платежъ, нисколько не подвигало экспертовъ впередъ при разрѣшеніи задачи, имъ предложенной. Они были призваны не для того, чтобъ оправдывать и объяснять сущность Положенія 19 февраля 1861 года,-- цѣль ихъ призыва была совершенно иная. Двадцатилѣтній опытъ доказалъ, что Положеніе не вполнѣ оправдало возлагавшіяся на него надежды, что въ немъ встрѣчаются ошибочныя положенія и есть немало пробѣловъ. Послѣдствія этихъ недостатковъ законодательства вызываютъ положительное оскудѣніе народа, игнорировать которое правительство не могло. Одною изъ причинъ такогб оскудѣнія было признано несоотвѣтствіе выкупныхъ платежей съ цѣнностію и доходностію земли. Эксперты не отрицаютъ этого, но они говорятъ, что это будто бы такъ и быть должно, такъ какъ составители Положенія 19 февраля опредѣлили оцѣночную сумму не по стоимости земель, а по капитализаціи повинностей,-- слѣдовательно, въ выкупной платежъ входитъ не только цѣнность земли, но и стоимость крестьянскаго труда. Положимъ, что гг. эксперты совершенно правы, и я даже готовъ согласиться съ ними, что составители Положенія сознательно приняли такой способъ оцѣнки, имѣя въ виду вознаградить помѣщика за потерю личнаго труда крестьянина, и только изъ приличія не высказали этого въ Положеніи, а заявили, что личный трудъ не подлежитъ выкупу. Но вѣдь порядокъ вещей, возникшій изъ такого положенія, и привелъ большинство крестьянъ къ положительному оскудѣнію, признанному не только правительствомъ, но и экспертами, и послѣдніе призваны были отнюдь не къ изслѣдованію, какимъ образомъ произошло то или другое постановленіе редакціонныхъ коммиссій. Правительство не нуждалось даже въ указаніи, въ чемъ состояла ошибочность постановленій редакціонныхъ коммиссій: двадцатилѣтній опытъ достаточно указалъ, что ошибка эта состояла именно въ той системѣ оцѣнки, которая была принята редакціонными коммиссіями.-- и правительство рѣшило исправить эту ошибку, привести выкупные платежи въ соотвѣтствіе съ цѣнностію и доходностію земли и исключить изъ суммы выкупныхъ платежей элементъ личныхъ повинностей крестьянъ. Стало-быть задача экспертовъ состояла только въ томъ, чтобъ указать способъ наиболѣе правильнаго распредѣленія ассигнованныхъ суммъ между различными мѣстностями нашего отечества. Но большинство гг. экспертовъ (если возможно только назвать большинствомъ шесть человѣкъ изъ двѣнадцати) вовсе не поняло своей задачи и принялось обсуждать вопросъ, что такое и какъ составился выкупной платежъ. Изъ чего бы онъ ни составился, онъ будетъ носить характеръ несправедливости до тѣхъ поръ, пока изъ него не будетъ исключенъ элементъ личной повинности. Вся путаница понятій въ крестьянскомъ вопросѣ происходитъ отъ коренной ошибки редакціонныхъ коммиссій, которыя изъ чисто-государственнаго вопроса сдѣлали вопросъ сословный и возложили на большинство крестьянъ выкупъ не только земли, но и личныхъ повинностей. При правильной постановкѣ вопроса часть выкупной ссуды необходимо должна была упасть на средства государственнаго казначейства, крестьяне же должны были принять на себя уплату только той части, которая соотвѣтствовала цѣнности земли. Такъ былъ разрѣшенъ вопросъ въ Австріи, несмотря на печальное положеніе въ то время австрійскихъ финансовъ. Государственные люди Австріи не опасались принять на счетъ государства подобное обязательство, вполнѣ понимая производительность подобной временной затраты. У насъ было не такъ и намъ приходится черезъ 20 лѣтъ исправлять старыя ошибки, что, конечно, будетъ гораздо труднѣе.
   Еслибы гг. эксперты понимали свою задачу и дѣйствительное положеніе дѣлъ, то имъ бы слѣдовало представить правительству, что въ настоящую минуту ограничиваться палліативною мѣрой пониженія выкупныхъ платежей невозможно, а необходимо взяться за радикальное измѣненіе условій государственнаго хозяйства, и что пониженіе выкупныхъ платежей только при такомъ измѣненіи и можетъ принести пользу.
   Вмѣсто того, исходя изъ положенія, что выкупные платежи составляютъ повинность, большинство предложило сдѣлать одновременное пониженіе съ каждой окладной души по 1 руб. 26 коп. Какъ видитъ читатель, по мнѣнію гг. экспертовъ, ларчикъ очень просто открывался. Вся задача разрѣшалась простымъ дѣленіемъ суммы, предположенной для пониженія выкупныхъ платежей, на число душъ крестьянъ, выкупившихъ свои надѣлы и имѣющихъ поступить на обязательный выкупъ. Мнѣ кажется, что ариѳметическое дѣленіе могло быть произведено и безъ призыва экспертовъ,-- для этого, конечно, нашлось бы достаточное число свѣдущихъ людей въ министерствахъ.
   Ясно, что гг. эксперты рѣшительно не поняли своей задачи и просто примкнули къ мнѣнію г. Самарина, который еще прежде проводилъ тотъ же взглядъ въ газетѣ Русь, подробно разобранный въ Русской Мысли. Соглашаясь съ авторомъ этого разбора, я не буду утруждать читателя дальнѣйшимъ изложеніемъ мнѣнія большинства гг. экспертовъ, а замѣчу только, что я имѣлъ полное основаніе сказать, что первая попытка совѣщанія съ гг. экспертами привела къ полному фіаско, такъ какъ предложенная ими палліативная мѣра при настоящемъ положеніи дѣлъ не принесетъ ни малѣйшаго облегченія и какъ-то очень плохо вяжется съ повышеніемъ акциза на вино: одинъ сборщикъ возьметъ съ крестьянина менѣе, за то другой потребуетъ болѣе. Въ результатѣ же окажется еще одна неосуществившаяся надежда. Полумѣры ни къ чему другому и не ведутъ.
   Ожидать, что мѣры къ ограниченію пьянства могутъ привести къ улучшенію экономическаго положенія народа, было бы также слишкомъ наивно. Прежде всего я думаю это на томъ простомъ основаніи, что никакого особеннаго пьянства въ русскомъ народѣ не существуетъ, чему доказательствомъ служитъ лучше всего незначительное количество потребленія вина въ Россіи. Во всѣхъ европейскихъ государствахъ потребленіе это превышаетъ русское, несмотря на то, что по климатическимъ условіямъ и въ виду растительной пищи, употребляемой нашимъ крестьяниномъ, слѣдовало бы ожидать большаго потребленія спиртныхъ напитковъ. Вовторыхъ, на томъ основаніи, что если пьянство и существуетъ, то оно есть только слѣдствіе, а отнюдь не причина бѣдности. Между тѣмъ и правительственная коммиссія, и гг. эксперты, предлагая сокращеніе числа питейныхъ заведеній, предлагаютъ мѣры не противъ причины порождающей потребность, но противъ средствъ ея удовлетворенія, забывая, что если потребность существуетъ, то средства къ ея удовлетворенію всегда найдутся, несмотря ни на какія запрещенія. Въ-третьихъ, потому, что всѣ мѣры къ ограниченію возможности удовлетворенія существующей потребности поведутъ только къ монополіи и къ возвышенію цѣны на вино и, слѣдовательно, вызовутъ еще дальнѣйшее раззореніе крестьянъ, а съ ними и дальнѣйшее развитіе пьянства на счетъ правильнаго потребленія вина. Я бы понялъ обсужденіе кабацкаго вопроса, еслибы гг. эксперты задались изысканіемъ мѣръ къ удешевленію вина, къ достиженію такого порядка, при которомъ виноторговцы не могли бы взимать съ народа въ свою пользу другаго налога, гораздо болѣе обременительнаго, чѣмъ казенный налогъ. Что такой налогъ дѣйствительно взимается съ народа, это видно изъ слѣдующихъ соображеній: въ теченіе 1879 года акцизомъ оплаченнаго вина у насъ было 71.000.000 ведръ, продано же, конечно, гораздо болѣе. Продается вино по цѣнѣ отъ 6 до 10 рублей за ведро. Принимая среднюю цѣну въ 8 рублей, и количество ведръ только одного оплаченнаго акцизомъ вина, оказывается, что народъ уплатилъ 568.000.000 рублей, между тѣмъ какъ правительство въ томъ году получило 228.000.000 всего питейнаго дохода, да стоимость вина могла обойтись со всѣми расходами и барышомъ виноторговцевъ не дороже 71.000.000 рублей. Такимъ образомъ оказывается, что на долю торговцевъ достается еще особый налогъ въ 269.000.000 рублей помимо казеннаго. Въ виду этихъ цифръ очень понятно, почему нѣкоторые земскіе органы желали бы забрать въ свои руки регулированіе питейной торговли. Вѣдь подобное право можетъ предоставить никакъ не менѣе выгодъ, чѣмъ любая концессія желѣзной дороги, въ особенности когда опредѣленіе количества питейныхъ заведеній будетъ предоставлено земскимъ учрежденіямъ. А кону не памятна погоня земскихъ дѣятелей за концессіями желѣзныхъ дорогъ!...
   Вотъ еслибы гг. эксперты возбудили вопросъ о возможности избавить народъ отъ подобнаго рода эксплуатаціи, тогда они сослужили бы дѣйствительную службу Русскому государству и русскому народу. Но тогда имъ бы слѣдовало говорить не о стѣсненіяхъ винной торговли, но о развитіи въ ней конкурренціи, такъ какъ только одно широкое развитіе конкурренціи и можетъ понизить существующія цѣны на вино, избавить народъ отъ громаднаго налога въ пользу кабатчиковъ и вмѣстѣ съ тѣмъ ввести правильное потребленіе вина въ ущербъ пьянству.
   Правильная организація переселеніи также не можетъ разрѣшить нашего гордіева узла, такъ какъ отъ нея можно ожидать успѣха только по прошествіи десятковъ лѣтъ; кромѣ того дѣло это требуетъ значительныхъ затратъ какъ со стороны самихъ переселенцевъ, такъ и со стороны государственнаго казначейства, положеніе котораго настолько затруднительно, что удовлетвореніе даже смѣтныхъ расходовъ требуетъ экстраординарныхъ ресурсовъ, а изысканіе ихъ, при настоящемъ положеніи дѣлъ, становится вопросомъ. Поэтому всякій новый расходъ для государственнаго казначейства просто не мыслимъ, а безъ его содѣйствія переселеніе крестьянъ, наиболѣе въ этомъ нуждающихся, становится положительно невозможнымъ. Кромѣ того, по программѣ г. министра государственныхъ имуществъ, высказанной въ коммиссіи экспертовъ, вопросъ о переселеніи не можетъ принять значительныхъ размѣровъ, между тѣмъ какъ только въ восьми губерніяхъ черноземной полосы, въ числѣ бывшихъ владѣльческихъ крестьянъ, оказывается болѣе 500.000 душъ, владѣющихъ надѣломъ менѣе 2-хъ десятинъ на душу, и, конечно, половина этого населенія должна нуждаться въ переселеніи. Въ виду означенныхъ соображеній разсчитывать на улучшеніе экономическаго положенія отъ правильнаго разрѣшенія вопроса о переселеніяхъ едва ли возможно. Наконецъ, переселеніе это есть только крайнее средство для выхода изъ бѣдственнаго положенія и по существу своему представляетъ только временное улучшеніе: оставленный переселенцами пробѣлъ быстро пополнится вслѣдствіе прироста населенія. Поэтому это не есть разрѣшеніе вопроса объ улучшеніи быта сельскаго населенія, это -- только отсрочка его рѣшенія, которое будетъ тѣмъ затруднительнѣе, чѣмъ болѣе будетъ отсрочиваться.
   Нужно ли послѣ того говорить о такихъ мѣропріятіяхъ министерства государственныхъ имуществъ, какъ облегченія крестьянамъ доступа на торги по сдачѣ казенныхъ оброчныхъ статей и продажѣ казеннаго лѣса на срубъ? Что до меня касается, то я хорошо знаю крестьянскій бытъ и процедуры торговъ, чтобъ ожидать отъ подобныхъ мѣръ какихъ бы то ни было результатовъ въ пользу крестьянъ. Мнѣ не разъ случалось присутствовать на подобныхъ торгахъ и видѣть, какъ крестьяне -- дѣйствительные владѣльцы оброчной статьи или покупщики лѣса -- присутствуютъ на торгахъ и, имѣя даже ручательства своихъ обществъ, де участвуютъ въ торгахъ изъ опасенія, что кулаки набьютъ цѣны и результатомъ ихъ попытокъ будетъ лишь то, что имъ же придется платить гораздо дороже тѣмъ же кулакамъ. къ тому же правило о платежѣ оброчной суммы впередъ къ 1-му января и къ 1-му іюля каждаго года дѣлаетъ для крестьянъ положительно невозможною съемку казенныхъ оброчныхъ статей. Крестьянинъ охотно заплатитъ двойную и болѣе сумму, но по снятіи хлѣба или травы, впередъ же не можетъ заплатить и дешевой цѣны. Наконецъ, величина оброчной статьи и необходимость входитъ въ соглашеніе съ цѣлымъ сельскимъ обществомъ или со многими домохозяевами заставляетъ его избѣгать прямыхъ условій съ казною. Значительная разница въ арендной платѣ, получаемой казною и съемщикомъ казенныхъ оброчныхъ статей, бываетъ слѣдствіемъ того, что послѣдній отдаетъ каждому крестьянину столько земли, сколько онъ въ состояніи обработать, и затѣмъ получаетъ плату по уборкѣ хлѣба или травы. Если министерство найдетъ возможнымъ примѣнить подобныя же условія, тогда, но только тогда, крестьяне будутъ брать казенныя земли въ аренду. Но главное, что пугаетъ крестьянъ, это торги и ихъ утвержденіе. Крестьяне охотно надбавятъ цѣну противъ съемщика, если имъ предложатъ взять эти земли безъ торговъ и съ платежомъ денегъ по снятіи хлѣба, но вовсе не пойдутъ на торги на основаніи нынѣ существующихъ условій. Въ отношеніи лѣсныхъ участковъ затрудненій для крестьянъ едва ли не болѣе, такъ какъ здѣсь условія вырубки и очистки участковъ еще сложнѣе. Здѣсь прижать крестьянина еще легче. Господинъ министръ государственныхъ имуществъ предполагалъ облегчить крестьянамъ доступъ къ торгамъ, предписавъ производить ихъ въ волостныхъ правленіяхъ. Но я замѣчу на это, что всякое злоупотребленіе при торгахъ гораздо возможнѣе въ волостномъ правленіи, чѣмъ въ управленіи государственныхъ имуществъ, а потому въ этомъ перемѣщеніи я никакого облегченія не вижу. Частныя лица при сдачѣ своихъ, земель никогда не прибѣгаютъ къ торгамъ, и тѣмъ не менѣё получаютъ гораздо болѣе высокую арендную плату,-- зачѣмъ же нужны аукціонные торги вѣдомству государственныхъ имуществъ? Этого я не понимаю.
   Итакъ, не только каждое изъ перечисленныхъ мною мѣропріятій, но и всѣ они вмѣстѣ далеко не разрѣшаютъ вопроса объ улучшеніи быта нашего сельскаго населенія. Всѣ подобные палліативы только затягиваютъ дѣло и ведутъ все къ^ольшему и большему раззоренію крестьянъ. Если при господствующей торговой и финансовой политикѣ даже такая мѣра, какъ освобожденіе 20.000.000 людей отъ крѣпостной зависимости, не вызвала прочнаго и постояннаго улучшенія быта, то какимъ образомъ можно разсчитывать, что сбавка какихъ-нибудь двухъ или трехъ рублей съ работника можетъ оказать какое-нибудь вліяніе на развитіе крестьянскаго благосостоянія?
   Нѣтъ, не подобныхъ мѣропріятій по государственному хозяйству требуетъ настоящее положеніе дѣла. Кромѣ обѣдненія народныхъ массъ, на которое литература давно уже указывала, въ настоящее время мы встрѣчаемся уже съ финансовымъ, торговымъ и желѣзнодорожнымъ кризисами. Нашъ финансовый горизонтъ окутанъ тучами, готовыми разразиться, а между тѣкъ намъ приходится разсуждать о возстановленіи главнаго источника государственнаго дохода, который находится далеко не въ авантажѣ и не въ состояніи дать новыхъ средствъ для поддержанія шаткаго положенія государственнаго хозяйства; напротивъ, этотъ главный источникъ самъ требуетъ не только льготъ, но и затратъ, чтобы не впасть въ окончательное раззореніе. Въ виду такого положенія дѣлъ, пора же перестать утѣшаться иллюзіями, въ родѣ урожая настоящаго года, и взглянуть истинѣ прямо въ глаза. А если мы сдѣлаемъ это, то увидимъ вотъ что: въ началѣ года, несмотря на доходный бюджетъ въ 628.000.000 руб., былъ предусмотрѣнъ дефицитъ въ 50.000.000 рублей, и этотъ дефицитъ, вслѣдствіе сверхсмѣтныхъ расходовъ и недоборовъ въ таможенномъ, питейномъ и податномъ налогахъ, можетъ превзойти 100.000.000 руб.; въ виду этого сдѣланъ новый заемъ, облигаціи котораго послѣ блестящей подписки не только не повысились въ цѣнѣ, но упали въ сравненіи съ подписною цѣной на 2%; при такомъ положеніи былъ новый заемъ невозможенъ, а между тѣмъ въ декабрѣ предстоитъ уплата краткосрочныхъ обязательствъ государственнаго казначейства на 50.000.000 руб. Государственный банкъ находится тоже не въ благопріятныхъ обстоятельствамъ: при наличной кассѣ въ 30.000.000 руб. кредитными билетами, онъ имѣетъ на текущемъ счету суммъ министерства финансовъ, которыя могутъ понадобиться каждый часъ, до 73.000.000 рублей, а въ перспективѣ ему предстоитъ постоянное истребованіе денегъ въ провинцію, которое, по обыкновенію, должно продолжиться до декабря мѣсяца. Сверхъ того, вслѣдствіе указа 1-го января настоящаго года, онъ обязанъ уничтожить кредитныхъ билетовъ на 50.00.000 рублей, которые онъ уже и получилъ изъ государственнаго казначейства облигаціями новаго займа, разобранными въ одинъ день. Какъ удовлетворитъ государственный банкъ всѣ эти обязательства -- понять трудно, точно также какъ трудно понять и то, чѣмъ будетъ покрытъ и дефицитъ по бюджету настоящаго года.
   Въ виду всѣхъ этихъ обстоятельствъ позволительно поставить вопросъ: не слишкомъ ли много мы тратили до сихъ поръ? Не слишкомъ ли быстро возрасталъ нашъ бюджетъ?... Обратимся къ цифрамъ: въ 1867 году, за который мы имѣемъ уже обстоятельный отчетъ государственнаго контроля, нашъ расходъ простирался до 424.000.000 руб., а на нынѣшній 1881 годъ нашъ расходный бюджетъ исчисленъ въ 674.000.000 руб., съ присоединеніемъ же сверхсмѣтныхъ расходовъ, конечно, будетъ не менѣе 700.000.000 р. Я говорю не менѣе 700.000.000 на томъ основаніи, что одни расходы на текинскую экспедицію, по всей вѣроятности, пополнятъ эту сумму. Поэтому въ какія-нибудь 13 лѣтъ нашъ расходный бюджетъ выросъ на 65%. Такого громаднаго возрастанія расходовъ не представляетъ ни одно государство. Даже Франція, выдержавшая несчастную войну и заплатившая неслыханную въ лѣтописяхъ контрибуцію, и та не увеличила свой расходный бюджетъ въ такой пропорціи. Теперь спрашивается, возрасло ли съ 1867 года народное благосостояніе настолько, чтобы наши главные плательщики податей и налоговъ могли безъ обремененія выносить возвышеніе бюджета на 65%, и возможно ли въ виду существующаго дефицита дальнѣйшее увеличеніе существующихъ налоговъ? Отвѣтъ на этотъ вопросъ заключается въ самыхъ попыткахъ къ улучшенію экономическаго положенія сельскаго люда. Еслибъ это положеніе улучшалось, то этихъ попытокъ, конечно, не могло бы существовать, въ особенности со стороны правительста. Но если онѣ есть, то отсюда прямой выводъ, что не только невозможно дальнѣйшее расширеніе нашего бюджета, но необходимо его сокращеніе.
   Намъ могутъ возразить, что тяжесть нашего бюджета зависитъ отъ неравномѣрнаго распредѣленія податей и налоговъ и что реформы въ этомъ смыслѣ могли бы не только сохранить государственному казначейству настоящія его средства, но и представить возможность ихъ увеличенія. Я не могу, конечно, отвергать значеніе этого возраженія: дѣйствительно, неравномѣрность распредѣленія податнаго бремени есть весьма серьезный недостатокъ нашей финансовой системы, но для того, чтобы финансовыя реформы возымѣли свое дѣйствіе и принесли благіе результаты, необходимо время, и притомъ довольно продолжительное: новые источники доходовъ не могутъ съ перваго раза доставить средства, способныя замѣнить прежнія обременительныя подати. При введеніи каждаго новаго налога необходима извѣстная осторожность въ опредѣленіи размѣра обложенія, во-первыхъ для того, чтобъ опредѣлить вліяніе этого налога на другія статьи государственныхъ доходовъ, во-вторыхъ для того, чтобы выработать наиболѣе удобныя формы его взиманія, въ-третьихъ въ тѣхъ видахъ, чтобы не вызвать съ перваго же раза сильнаго противодѣйствія со стороны плательщиковъ налога и уклоненія отъ уплаты его, что могло бы повести къ ошибочному заключенію о значеніи новаго налога и возможной цифрѣ его поступленія. Кромѣ того, всякій новый налогъ вызываетъ измѣненія въ условіяхъ какой-либо отрасли хозяйства и эти измѣненія тѣмъ сильнѣе, чѣмъ выше цифра обложенія. Поэтому какъ бы ни былъ способенъ объектъ о