# Стихотворения

Николай Васильевич Гоголь

Новоселье

Акростих

Из поэмы "Россия под игом татар"

Италия

"И с Матреной наш Яким..."

"Все бобрами завелись..."

"Да здравствует нежинская бурса!.."

## Николай Васильевич Гоголь


## Полное собрание сочинений в четырнадцати томах


## Том 9. Наброски, конспекты, планы


## Стихотворения


## Новоселье*


"Невесел ты!" -- "Я весел был, --

Так говорю друзьям веселья, --

Но радость жизни разлюбил

И грусть зазвал на новоселье.

Я весел был -- и светлый взгляд

Был не печален; с тяжкой мукой

Не зналось сердце; темный сад

И голубое небо скукой

Не утомляли -- я был рад...

Когда же вьюга бушевала

И гром гремел и дождь звенел

И небо плакало -- грустнел

Тогда и я: слеза дрожала,

Как непогода плакал я...

Но небо яснело, гроза бежала --

И снова рад и весел я...

Теперь, как осень, вянет младость.

Угрюм, не веселится мне,

И я тоскую в тишине,

И дик, и радость мне не в радость.

Смеясь, мне говорят друзья:

"Зачем расплакался? -- Погода

И разгулялась и ясна,

И не темна, как ты, природа".

А я в ответ: -- Мне всё равно,

Как день, все измененья года!

Светло ль, темно ли -- всё одно,

Когда в сем сердце непогода!"


## Приписываемое Гоголю


## Акростих*


Се образ жизни нечестивой,

Пугалище монахов всех,

Инок монастыря строптивый,

Расстрига, сотворивший грех.

И за сие-то преступленье

Достал он титул сей.

О, чтец! имей терпенье,

Начальные слова в устах запечатлей.


## Из поэмы "Россия под игом татар"*


Раздвинув тучки среброрунны,

Явилась трепетно луна.


## Италия*


Италия -- роскошная страна!

По ней душа и стонет и тоскует.

Она вся рай, вся радости полна,

И в ней любовь роскошная веснует.

Бежит, шумит задумчиво волна

И берега чудесные целует;

В ней небеса прекрасные блестят;

Лимон горит и веет аромат.

И всю страну объемлет вдохновенье;

На всем печать протекшего лежит;

И путник зреть великое творенье,

Сам пламенный, из снежных стран спешит;

Душа кипит, и весь он -- умиленье,

В очах слеза невольная дрожит;

Он, погружен в мечтательную думу,

Внимает дел давно минувших шуму.

Здесь низок мир холодной суеты,

Здесь гордый ум с природы глаз не сводит;

И радужней в сияньи красоты,

И жарче, и ясней по небу солнце ходит.

И чудный шум и чудные мечты

Здесь море вдруг спокойное наводит;

В нем облаков мелькает резвый ход,

Зеленый лес и синий неба свод.

А ночь, а ночь вся вдохновеньем дышит.

Как спит земля, красой упоена!

И страстно мирт над ней главой колышет,

Среди небес, в сиянии луна

Глядит на мир, задумалась и слышит,

Как под веслом проговорит волна;

Как через сад октавы пронесутся,

Пленительно вдали звучат и льются.

Земля любви и море чарований!

Блистательный мирской пустыни сад!

Тот сад, где в облаке мечтаний

Еще живут Рафаэль и Торкват!

Узрю ль тебя я, полный ожиданий?

Душа в лучах, и думы говорят,

Меня влечет и жжет твое дыханье, --

Я в небесах, весь звук и трепетанье!..


## Коллективные шуточные стихотворения


## "И с Матреной наш Яким..."*


И с Матреной наш Яким

Потянулся прямо в Крым.


## "Все бобрами завелись..."*


Все бобрами завелись,

У Фаге все завились --

И пошли через Неву,

Как чрез мягку мураву.


## "Да здравствует нежинская бурса!.."*


Да здравствует нежинская бурса!

Севрюгин*, Билевич* и Урсо*,

Студенты первого курса,

И прочие курсы все также.

Без них обойтиться как же!?

Не все они теперь в Петербурге:

В карете в Стамбул уехал один, другой в Оренбурге,

А те же, что прочих здоровьем пожиже,

Всё лето водами лечились, а зиму проводят в Париже.

Женились одни и в сладком дремлют покое,

Учители в корпусе двое,

Известный лгунишка бумаги в юстиции пишет, --

(Чорт его колышет!)1

Артистов, поэтов меж них есть довольно,

Читаешь, сердцу становится больно.

А те, что в гусарах, не храброго люди десятку --

Коней объезжают в манеже, гнут короля и десятку.

1 На этот раз Иван Григорьевич (Пащенко. -- Ред. ) никак не ложился под стих. Примечание А. С. Данилевского.


## Комментарии


В настоящий IX том, которым завершается Полное собрание сочинений Н. В. Гоголя (в X--XIV томах публикуются его письма), входят стихотворения Гоголя, различные его мелкие отрывки и черновые наброски, материалы Гоголя по русской и всеобщей истории, русскому языку, географии, этнографии и фольклору, а также записные книжки Гоголя (кроме двух записных книжек, опубликованных в VII т. академического издания как материал к работе Гоголя над "Мертвыми душами"). Впервые публикуются в настоящем томе полностью конспекты Гоголя по всеобщей истории, которые служили ему при подготовке к лекциям в Петербургском университете и из которых Н. С. Тихонравовым, В. И. Шенроком и Г. П. Георгиевским были опубликованы лишь незначительные отрывки. Значение этих конспектов заключается в том, что они свидетельствуют о серьезном внимании Гоголя-историка к политическим, юридическим и социальным отношениям и о реалистических чертах его исторического мировоззрения в целом. Конспекты эти показывают вместе с тем, насколько тщательно и серьезно готовился Гоголь к своим лекциям по истории, и опровергают взгляды представителей старой либерально-буржуазной науки о недостаточных специальных знаниях Гоголя-историка.

Кроме исторических конспектов Гоголя, впервые вводятся в собрание его сочинений материалы для объяснительного словаря русского языка, над составлением которого Гоголь работал в последние годы жизни, а также материал, связанный с работой Гоголя над изучением географии и этнографии России в период работы над вторым томом "Мертвых душ". Текст записных книжек Гоголя, опубликованных Н. С. Тихонравовым и В. И. Шенроком по копиям, с пропусками, печатается по подлинникам.

Не включены в собрание сочинений: 1) интересовавшие Гоголя тексты, которые представляют собой выписки из сочинений других авторов, в том числе стихотворения Ломоносова, Державина, Пушкина, переписанные Гоголем, выписки из Киевской летописи, а также собранные им русские и украинские песни; {Собранные Гоголем песни подготовлены для издания в виде отдельного сборника.} 2) тексты, связанные с занятиями Гоголя языками, каллиграфией и т. д.; 3) небольшое число текстов узко бытового и моралистического характера ("Размышление о божественной литургии" и др.), опубликованных в прежних изданиях, но не представляющих литературного интереса (описание этих текстов см. в каталоге Гос. библиотеки СССР им. В. И. Ленина; "Рукописи Н. В. Гоголя". Сост. проф. Г. Георгиевский и А. Ромодановская. М., 1940; см. также "Описание рукописей и изобразительных материалов Пушкинского дома. Вып. I. Н. В. Гоголь". Сост. Е. Хмелевская. М. -- Л., 1951).


## НОВОСЕЛЬЕ.


## ИСТОЧНИКИ ТЕКСТА.


РП -- Письмо П. И. Мартоса к П. И. Бартеневу от 16 февраля 1866 г. (ЦГЛА ). Копия с автографа, по которому стихотворение было помещено в лицейском журнале "Метеор".

РА -- Автограф стихотворения, без 9 средних строк (ЛБ ). Печатается по РП ; варианты по РА .

По свидетельству Петра Ивановича Мартоса, учившегося в Нежинской гимназии высших наук в одно время с Гоголем, стихотворение было написано Гоголем в Нежине и под названием "Новоселье" помещено в 1826 г. в школьном рукописном журнале "Метеор", который издавал Мартос. Сохранившийся беловой автограф стихотворения дает другое название -- "Непогода". Неизвестно, какая редакция стихотворения -- сохраненная Мартосом или дошедший до нас автограф -- является более поздней. Однако, так как автограф, по которому стихотворение печаталось до сих пор, не дает полного текста стихотворения (в нем вырезаны средние 9 строк), в настоящем издании стихотворение печатается по тексту письма Мартоса, а разночтения автографа даются в отделе "Вариантов".

Дошедший до нас автограф стихотворения был, повидимому, переписан Гоголем еще в нежинские годы и подарен его ближайшему другу -- А. С. Данилевскому. Об этом свидетельствует приписка Данилевского на рукописи: "Я нашел эти стихи, к сожалению, разорванные, они еще писаны в Нежине на школьной скамейке. А. Данилевский".

По автографу стихотворение напечатано впервые Н. С. Тихонравовым в книге "Сочинения Н. В. Гоголя. Дополнительный том ко всем предшествовавшим изданиям сочинений Гоголя". Вып. I, М., 1892 ("Библиотека для чтения", приложение к журн. "Царь-Колокол", III), стр. 3--4. Полный текст стихотворения найден Н. И. Арнольдом и опубликован им в "Литературном наследстве", т. 58, стр. 773--774.


## АКРОСТИХ


Напечатан впервые П. А. Кулишом в "Записках о жизни Н. В. Гоголя", СПб., 1856, т. I, стр. 24, вместе со следующим рассказом старшего товарища Гоголя по Нежинской гимназии Г. И. Высоцкого: "Охота писать стихи высказалась впервые у Гоголя по случаю его нападок на товарища Бороздина, которого он преследовал насмешками за низкую стрижку волос и прозвал расстригою Спиридоном. Вечером, в день именин Бороздина, 12 декабря (в день св. Спиридона; это была шутка, так как Бороздина звали Федором. Ред. ), Гоголь выставил в гимназическом зале транспарант собственного изделия с изображением чорта, стригущего дервиша, и со следующим акростихом" (следует текст стихотворения). Стихотворение было сообщено Высоцким Кулишу на память, почти через тридцать лет после окончания гимназии, поэтому считать текст стихотворения точным и целиком принадлежащим Гоголю с уверенностью нельзя: стихотворение могло быть написано и кем-либо другим из нежинских гимназистов или явиться плодом коллективного творчества. Во второй строке стихотворения сделано исправление: вместо "Пугалище дервишей всех", как напечатано у Кулиша (по цензурным соображениям), восстановлено по смыслу: "Пугалище монахов всех", -- см. В. Гиппиус. "Н. В. Гоголь в письмах и воспоминаниях". М., 1931, стр. 12.


## ИЗ ПОЭМЫ "РОССИЯ ПОД ИГОМ ТАТАР".


Опубликовано Г. П. Данилевским в его статье-воспоминаниях "Знакомство с Гоголем" ("Исторический вестник", 1886, XII, стр. 496) по припоминанию матери Гоголя, которую Данилевский посетил вскоре после смерти писателя, в мае 1852 г. Приводя эти две строки, Данилевский писал: "По словам его матери, он (Гоголь) в Нежинском лицее написал стихотворение "Россия под игом татар". Эту никогда не напечатанную вещь Гоголь тщательно переписал в изящную книжечку, украсил ее собственными рисунками и переслал матери из Нежина по почте. Из всего содержания этой поэмы, увезенной им впоследствии из Яновщины и, вероятно, истребленной, мать покойного вспомнила мне только окончание, а именно следующие два стиха". Так как воспоминания Данилевского содержат ряд неточностей и несвободны от элементов вымысла (характерно, что "Россию под игом татар" Данилевский называет сначала "стихотворением", а несколько ниже -- "поэмой"), печатаем опубликованные им строки в разделе "Приписываемое".


## ИТАЛИЯ


Стихотворение напечатано впервые без подписи в журнале "Сын отечества и Северный архив", 1829, т. II, No XII, стр. 301--302 (цензурное разрешение 22 февраля 1829 г., вышел в свет 23 марта). Рукописей его не сохранилось. Печатается по тексту "Сына отечества".

Стихотворение "Италия" было впервые приписано Гоголю, на основании свидетельства А. С. Данилевского и других друзей писателя, П. А. Кулишом в статье "Несколько черт для биографии Н. В. Гоголя" ("Отечественные записки", 1852, No 4, отд. VIII, стр. 200) и включалось во все издания сочинений Гоголя, начиная с издания Н. П. Трушковского (т. VI, СПб., 1856, стр. 370). Несмотря на отсутствие рукописей, большая авторитетность свидетельств Кулиша и Данилевского делает почти несомненной принадлежность стихотворения Гоголю.

И. Н. Ждановым было высказано предположение, что "Италия" первоначально была частью поэмы Гоголя "Ганц Кюхельгартен" (И. Н. Жданов. Н. В. Гоголь. Литограф. курс лекций 1896--1897, СПб., стр. 130).


## КОЛЛЕКТИВНЫЕ ШУТОЧНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ


I и II. Оба отрывка сообщены П. В. Анненковым в его статье "Воспоминания о Гоголе. Рим, летом 1841 года" в "Библиотеке для чтения", 1857, No 2, Отд. "Науки", стр. 136. По рассказу Анненкова, они относятся к началу 1836 г. -- ко времени до отъезда Гоголя за границу. О происхождении их Анненков пишет: "... особенно любил Гоголь составлять куплеты и песни на общих знакомых. С помощью Н. Я. Прокоповича и А. С. Данилевского, товарища Гоголя по лицею, человека веселых нравов, некоторые из них выходили карикатурно метки и уморительны. Много тогда было сочинено подобных песен. Помню, что несколько вечеров Гоголь беспрестанно тянул (мотивы для куплетов выбирались из новейших опер -- из Фенеллы, Роберта, Цампы) кантату, созданную для прославления будущего предполагаемого его путешествия в Крым, где находился стих:

И с Матреной наш Яким

Потянулся прямо в Крым.

В памяти у меня остается также довольно нелепый куплет, долженствовавший увековечить подвиги молодых учителей из его знакомых, отправлявшихся каждый день на свои лекции на Васильевский остров. Куплет, кажется, принадлежал Гоголю безраздельно:

Все бобрами завелись..." (и т. д.).

Упоминаемые в первом отрывке Яким и его жена Матрена Нимченко -- слуги Гоголя. См. о них в т. X, стр. 421; "молодые учителя", которых имел в виду Гоголь, во втором отрывке -- Н. Я. и В. Я. Прокоповичи (см. там же, стр. 448). Фаге -- петербургский парикмахер.

III. Да здравствует нежинская бурса! Стихи сочинены совместно Гоголем и его лицейским товарищем А. С. Данилевским в Париже и включены последним в его письмо к Н. Я. Прокоповичу и И. Г. Пащенко в Петербург от 5 декабря 1836 г. Подлинник письма Данилевского, по которому печатаются стихи, находится в ПБЛ (альбом Гербеля, стр. 437). Впервые стихи были напечатаны Н. В. Гербелем в его статье: "Н. Я. Прокопович и отношение его к Н. В. Гоголю" ("Современник", 1858, т. LXVII, No 2, стр. 279). О происхождении стихов Данилевский пишет в том же письме: "Вчера едва мы, я и Гоголь, сели за чайный столик, как явился наш portier (человек весьма интересный, отставной воин и карлист) и положил письмо на стол с надписью на мое имя. Окончив чай и закурив сигару, я расположился в креслах, Гоголь стал позади меня; распечатав письмо, я вытащил во-первых твои (Н. Я. Прокоповича. -- Ред. ) каракули, а потом листок с красивым почерком Ивана Григорьевича (Пащенко. -- Ред. ). Да, мой милый Николай, ты нехотя, предаваясь воспоминаниям, написал нечто вроде элегии, глубокой траурной элегии в прозе, нечто имеющее для меня образ осеннего листа, из которого, будь я поэт, выкроил бы двадцать элегий по форме; ты, Иван Григорьевич, написал не элегию -- скорее что-то вроде куплетов, по крайней мере письмо твое навело нас на куплеты еще весьма неоконченные, плохие покамест, но обещающие впереди много. Вот их начало: (следуют стихи. -- Ред. ). Может быть, продолжали бы куплеты еще и далее, но сегодня приехал Симановский (товарищ Гоголя и Данилевского по лицею. -- Ред. ), и вдохновение, как робкая птица, улетело".

Севрюгин , Федор Емельянович -- преподаватель музыки, пения и танцев в Нежине; Билевич , Михаил Васильевич -- профессор политических наук, возглавлявший реакционную часть профессуры; здравица в его честь провозглашена иронически; Урсо , Осип Демьянович -- учитель фехтования. В дальнейшем тексте стихотворения имеются в виду следующие лица: "В Стамбул" уехал К. М. Базили, "водами лечились" Гоголь и Данилевский, "женились" и "дремали в покое" С. Г. и Л. Г. Милорадовичи, "учители в корпусе" были Н. Я. и В. Я. Прокоповичи, "в юстиции" служил И. Г. Пащенко, офицерами -- Н. Ф. Романович и Ф. К. Бороздин, "артистами" были А. Н. Мокрицкий и А. И. Горонович, поэтами -- Н. В. Кукольник и В. И. Любич-Романович; см. о них в т. X наст. изд. (по указателю).