Головачев Г. Ф.
Северо-Американские Соединенные Штаты

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Статья первая.

   

СѢВЕРО-АМЕРИКАНСКІЕ СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ.

Статья первая.

Географическое обозрѣніе Соединенныхъ-Штатовъ.-- Богатство произведеній.-- Основаніе колоній.-- Отношенія ихъ къ Англіи.-- Война съ Франціею.-- Ограниченіе торговли.-- Штемпельный уставъ.-- Первое собраніе штатовъ.-- Распри въ парламентъ.-- Постановленіе о торговлѣ чаемъ.-- Возмущеніе въ Бостонѣ.-- Положеніе конгресса 1774 года.-- Начало войны за независимость.-- Вашингтонъ, предводитель республиканской арміи; образъ его дѣйствій.-- Отношеніе Франціи къ Англіи и къ Соединеннымъ-Штатамъ.-- Успѣхи Американцевъ.-- Миръ съ Англіею 1782 года.-- Дѣйствія Вашингтона, избраннаго президентомъ.-- Конституція Соединенныхъ-Штатовъ.-- Вторичное избраніе Вашингтона.-- Джонъ Адамсъ.-- Томасъ Джеферсонъ.-- Заслуги его и характеръ.-- Партія федералистовъ и республиканцевъ.-- Пріобрѣтеніе Луизіаны.-- Слава Джеферсона и послѣдніе дни его.

   Нѣтъ страны на земномъ шаръ, которая возбуждала бы столько противоположныхъ мнѣній, столько разнообразныхъ толковъ, какъ Сѣверо-Американскіе Соединенные-Штаты. Одни представляютъ эту страну какимъ-то обѣтованнымъ краемъ, поприщемъ не стѣсненнаго посторонними условіями развитія человѣческаго общества; другіе же, напротивъ, описываютъ ее самыми черными красками, порицаютъ все, начиная съ климата, пораждающаго различныя болѣзни, и оканчивая демократическимъ правленіемъ, происшедшимъ будто-бы отъ безначалія; они видятъ тамъ только борьбу партіи, раздробленіе сектъ, равнодушіе къ искусствамъ и наукамъ, безмѣрную страсть къ богатству, всегда тревожное, корыстное стремленіе къ матеріальнымъ благамъ, исключающее всякую духовную дѣятельность, отсутствіе истины и воспріимчивости высшаго образованія, недостатокъ исторіи и всѣхъ великихъ поэтическихъ воспоминаній и пр., и пр., и пр. Все это вмѣстѣ произвело самое сбивчивое, превратное понятіе о Соединенныхъ-Штатахъ. Но такъ какъ дѣятельность этого государства имѣетъ огромное вліяніе на современное человѣчество, то мы рѣшились представить въ нашемъ журналѣ безпристрастный очеркъ этой любопытной страны, который бы далъ читателямъ нашимъ болѣе точное о ней понятіе. Главнымъ источникомъ статьи нашей служила книга Раумера: Die Vereinigten Staaten von Nordamerica (Двѣ части. Лейпцигъ. 1845). Въ вѣрности описанія ручается имя автора, знаменитаго своими историческими трудами и соединяющаго съ глубокимъ взглядомъ историка тонкую наблюдательность внимательнаго путешественника. Сверхъ-того, мы заимствовали нѣкоторыя подробности изъ слѣдующихъ книгъ: 1) "Beitrдge zur Charakteristik der Vereinigten Staaten von Nord-Amerika". Von Dr Wilhelm von Grisson. Hamburg. 1844. 2) "Travels in North-America". By Charles Lyell. Два тома. Лондонъ. 1845. 3) "Narrative of the United States Exploring Expedition during the years 1838--1842". By Charles Wilkies. Пять томовъ. 1845.
   Географическое состояніе и историческое развитіе Соединенныхъ-Штатовъ будутъ предметомъ нашей первой статьи.

-----

   Всѣ земли Сѣверо-Американскихъ Соединенныхъ-Штатовъ отъ южной оконечности Флориды до Сѣверной оконечности Мены лежатъ на протяженіи 24 градусовъ широты, т. е. 360 географическихъ миль, что равняется разстоянію отъ Неаполя до Дронтгейма (въ Норвегіи) или, принимая мѣста, лежащія подъ соотвѣтствующими градусами широты, разстоянію отъ Берна до Ѳивъ (въ Верхнемъ-Египтѣ). Самое большое протяженіе ихъ отъ востока къ западу заключается между восточною границею штата Мены, подъ 45о сѣверной широты, до устья рѣки Колумбіи въ Тихомъ-Морѣ, т. е. болѣе 50 градусовъ долготы. Самое большое протяженіе отъ востока къ западу равняется разстоянію, заключающемуся между восточною границею Европейской Россіи и западнымъ берегомъ Ирландіи. По причинѣ обширнаго пространства, занимаемаго Соединенными-Штатами, и малоизвѣстности нѣкоторыхъ земель, поверхность ихъ у разныхъ писателей полагается различная; принимая среднее число этихъ различныхъ вычисленій, можно положить ее въ 112,000 географическихъ квадратныхъ миль {Дерби въ своемъ "View of the United States" полагаетъ поверхность въ 2,257,000 квадратныхъ англійскихъ миль или 1/20 всей земной поверхности; Тукеръ въ 2,369,000. Не возможно опредѣлить, которое исчисленіе вѣрнѣе, до-тѣхъ-поръ, пока границы Орегонской-Области не будутъ точно опредѣлены.}, то-есть, пространство въ десять или одиннадцать разъ болѣе Франціи.
   Разсматривая морскіе берега Соединенныхъ-Штатовъ, мы видимъ, что западный берегъ не имѣетъ никакого значенія, потому-что по немъ стелется Орегонская-Область, которая, по всѣмъ вѣроятностямъ, долго еще не будетъ заселена. Тѣмъ важнѣе берега Атлантическаго-Моря: они опредѣляются четырьмя вдающимися въ твердую землю заливами различной величины. Первый простирается отъ рѣки Сабины (на границѣ съ Техасомъ) до южной оконечности Флориды; второй отсюда до мыса Гаттераса въ Сѣверной-Каролинѣ; третій, до мыса Кода, въ Массачусетсѣ; четвертый, до губы Пассамакводи, на границѣ Мены и Новаго-Брауншвейга. Сѣверные заливы, по своимъ гаванямъ, удобнѣе южныхъ, и это имѣло существенное вліяніе на развитіе Соединенныхъ-Штатовъ. Только Новый-Орлеанъ, при устьѣ Миссисиппи, имѣетъ величайшую важность въ торговомъ отношеніи и Мобиль при устьѣ Алабамы также имѣетъ большое значеніе. Можно упомянуть также Сант-Огюстинъ въ Флоридѣ, Саванну въ Георгіи, Чарлстоунъ въ Южной-Каролинѣ; по всѣ они далеко не имѣютъ важности Бальтимора, Филадельфіи и Нью-Йорка. Бостонъ до-сихъ-поръ составляетъ главную гавань Сѣвернаго-Залива Морской берегъ отъ Флориды до Нью-Джерзи представляетъ низменную, большею частію болотистую и песчаную страну, которая при обработываніи требуетъ постояннаго вниманія и неутомимой дѣятельности; къ западу отъ этихъ береговъ возвышаются горы Аллегани, дробящіяся на различныя цѣпи, пересѣченныя потоками и отдѣляющія восточный берегъ отъ обширной рѣчной долины -- Миссисиппи. Далеко, по ту сторону этой рѣки, воздымаются высокія, остроконечныя вершины Скалистыхъ-Горъ и за ними къ Верхнему-Миссури тянется пространная, покрытая солончаками степь, напоминающая пустыни африканскія. Высочайшія вершины Аллегани находятся въ Нью-Гемпширѣ и измѣняются между 3, 4 и 7 тысячѣ футовъ; но высочайшія горы Сѣверной-Америки находятся при истокахъ Колумбіи и имѣютъ до 16 тысячъ футовъ; огнедышащихъ горъ нѣтъ между ними, но въ самомъ наружномъ видѣ ихъ нерѣдко видны слѣды вулканическихъ переворотовъ. Горы Сѣверной-Америки далеко уступаютъ горамъ Южной; но за то озера Сѣверной не имѣютъ подобныхъ себѣ на земномъ шарѣ. Мы назовемъ пять величайшихъ: Онтаріо имѣетъ поверхности 582 мили, Эріэ 397, Гуроново 760, Мичиганъ 744, Верхнее 1800. Глубина ихъ большею частію весьма-значительна, такъ что во многихъ мѣстахъ на 1800 футовъ не доставали дна; въ-слѣдствіе этого они, вмѣстѣ съ ихъ стокомъ (Рѣкою-Съ.-Лаврентія), по приблизительному вычисленію содержатъ въ себѣ половину всей прѣсной воды на землѣ. Они окружены со всѣхъ сторонъ холмами и песчаными берегами. Дно озеръ Мичигана и Гуронова на триста футовъ ниже уровня моря, а водная поверхность на 618 футовъ выше его. Стокъ этихъ колоссальныхъ водныхъ бассейновъ составляетъ текущая съ запада къ востоку Рѣка-Св.-Лаврентія. Верховье ея находится такъ близко къ верховью Миссисиппи, и они отдѣлены горами на такое малое пространство, что при высокой водѣ суда въ 70, 80 тоннъ приходятъ чрезъ Иллинойсъ въ Миссисиппи. Приливъ на колоссальномъ потокѣ св. Лаврентія идетъ вверхъ до 400 англійскихъ миль, такъ-что корабли въ 600 тоннъ достигаютъ Монреаля, а линейные Квебека.
   Какъ ни любопытна европейская семилѣтняя война по личному характеру Фридриха II и храбрости, съ которою Пруссія отстаивала свои притязанія, и потомъ самое бытіе, отъ многочисленныхъ враговъ, тѣснившихъ се отвсюду, какъ ни многознаменательно въ исторіи міра примыкающее къ этой войнѣ господство Англичанъ въ Остшідіи, по едва-ли не важнѣе для человѣчества ослабленіе господства романскихъ народовъ въ другихъ частяхъ свѣта, и усиленіе германскаго элемента (особенно въ Америкъ), начавшееся съ этого времени. Тогда немногіе предвидѣли будущее, даже и въ настоящее время многіе опускаютъ изъ вида безконечную важность этого всемірно-историческаго событія, и замѣчательно, что Верженнъ, Французскій министръ иностранныхъ дѣлъ, уже въ 1775 году предвидѣлъ будущую независимость всѣхъ европейскихъ колоній и предсказалъ вліяніе Германцевъ даже на Южную-Америку {Раумера Beiträge V. 216.}.
   Въ-продолженіе семилѣтней войны, Англія сдѣлала много издержекъ, налагала подати, входила въ долги; по окончаніи войны, первою заботою ея было приведеніе въ порядокъ финансовъ, погашеніе долговъ и возстановленіе торговыхъ законовъ. Содѣйствовать этому преимущественно должна была Америка, ибо она, чрезъ пріобрѣтеніе обширныхъ областей, одна воспользовалась всѣми выгодами войны; при извѣстіи объ этомъ, велика была радость въ Америкѣ и признательность къ Англіи естественна и справедлива. Вмѣстѣ съ тѣмъ, Американцы выказали сознаніе величія своей силы и могущества своей дѣятельности; къ этому присоединилась мысль, что, по уничтоженіи могущества Франціи, въ будущемъ не нужна уже самая помощь Англіи.
   При укорененіи такого естественнаго мнѣнія, при безпрерывно-возрастающей важности и значительности колоній, метрополія должна была бы дѣйствовать кротко и умѣренно. Напротивъ, всѣ усилія ея клонились къ строгому примѣненію въ Америкѣ англійскихъ навигаціонныхъ и таможенныхъ законовъ, что безъ всякой осторожности приводилось въ исполненіе чиновниками; такимъ образомъ, производство многихъ предметовъ совершенно запрещено было въ Америкѣ для того, чтобъ упрочить ихъ монополію въ Англіи.
   Еще прежде войны, и потомъ, послѣ ея, сѣверныя колоніи вели значительную торговлю съ испанскою Америкою, и, продавая издѣлія англійскихъ мануфактуръ, вывозили золото и серебро. Это было противно буквальному смыслу англійскаго навигаціоннаго акта, но не противно общему духу его, потому-что и тогда уже въ немъ обнаружилось много несообразностей. Несправедливо было одно теоретическое изслѣдованіе вопроса объ отношеніи означенной торговли къ старымъ законамъ, при которомъ не принимали въ соображеніе продолжительныхъ привычекъ, потребностей, склонностей, средствъ исполненія и т. д. Въ-слѣдствіе усиленныхъ жалобъ со стороны Американцевъ, запрещеніе этой торговли было отмѣнено, но ее обложили такими высокими пошлинами, что въ дѣйствительности она стала невозможна. Новыя жалобы на подобныя распоряженія, на возрастающій произволъ чиновниковъ, на притязанія солдата, и т. д., не только остались недѣйствительными, но Англія еще наложила торговыя пошлины на шелковые и бумажные товары, сахаръ, ко"ге, вино и т. д. Все это утверждали въ парламентѣ для покровительства Америкѣ, хотя въ то мгновеніе ей не угрожала никакая опасность. Каждый новый налогъ, появлявшійся въ Америкѣ, былъ вдвойнѣ обременителенъ по разнымъ стороннимъ обстоятельствамъ. Важнѣе всего было то, что платежи должны были дѣлаться чистыми деньгами съ устраненіемъ колоніальныхъ ассигнацій, и споры, сюда относившіеся, рѣшались не общимъ правомъ и не судомъ присяжныхъ, по судомъ адмиралтейства.
   Прежде, всѣ законы объ исключительной торговлѣ и соединенныхъ съ нею поборахъ почитались общими, вынужденными необходимостію постановленіями, а вовсе не относились до опредѣленныхъ податей. Означенныя мѣры, равно какъ и другія, съ ними соединенныя, повели къ ближайшему разсмотрѣнію теоретическаго и практическаго вопроса о системѣ податей и тщательному изслѣдованію отношеній метрополіи къ колоніямъ.
   Въ іюнѣ 1764 года, Массачусетсъ, а вслѣдъ за нимъ и другіе штаты начали оспаривать право парламента относительно наложенія подати на Американцевъ; съ-тѣхъ-поръ, вопросъ объ этомъ правь сдѣлался средоточіемъ всѣхъ распрей. Обѣ стороны согласны были, что Америка должна отчасти содѣйствовать къ покрытію издержекъ, которыя повела за собою послѣдняя разорительная война. Но когда Великобританія утверждала, что парламентъ имѣетъ неоспоримое и законное право налагать подати во всѣхъ частяхъ монархіи, Американцы возражали, что Британская-Монархія распространилась въ такихъ огромныхъ размѣрахъ, интересы ея разнообразныхъ частей такъ не сходны между собою, что ихъ невозможно подчинить одинакому управленію, и американскіе представители должны дѣйствовать въ пользу Америки, великобританскіе въ пользу Великобританіи, ибо только жители какой-нибудь страны могутъ понимать и нужды ея.
   Въ Англіи обнаружилось негодованіе, какъ осмѣлились колоніи не повиноваться Британцамъ, побѣдоноснымъ на всемъ земномъ шарѣ, какъ осмѣливались онѣ не признавать всемогущества парламента и измѣнять постановленія метрополіи! Требованіе Американцевъ (продолжали недовольные) пользоваться правами Британцевъ -- вовсе не противоречитъ праву британскаго парламента налагать подати. Этимъ податямъ подчиненъ каждый Британецъ, а американскія привилегіи освобождаютъ ихъ только отъ налоговъ, назначаемыхъ королемъ. Съ американской точки зрѣнія, Ливерпуль, Манчестеръ и другіе англійскіе города, неприсылающіе депутатовъ въ парламентъ, не должны также платить податей; но они платятъ ихъ безъ возраженій, и этому должны слѣдовать Американцы.
   Недостаточность англійскаго государственнаго постановленія (возражали Американцы), не можетъ служить для насъ образцомъ; не должно забывать также, что интересы отдаленной существенно-различной части свѣта не допускаютъ тѣхъ условій, которыми руководствуется какой-нибудь близь-лежащій англійскій городъ. Должно обращать вниманіе на вновь-возникающій случайныя и мѣстныя отношенія, и правила, данныя во время возстановленія колоній, не могутъ оставаться во всей силѣ, когда эти колоніи пережили много лѣтъ и сдѣлались могущественны; но, какъ кажется, этого не хотятъ признать и дѣлаютъ безпрерывныя ограниченія изъ пустаго опасенія, или корыстныхъ видовъ. Во всякомъ случаѣ и тогда уже здравый умъ, предусмотрительность и умѣренность могли безъ насильственныхъ мѣръ найдти настоящую средину; но этихъ качествъ не доставало главамъ англійскаго правительства: опасеніе, чтобъ Америка не разорвала наложенныхъ на нее цѣпей, повело къ гибельнымъ опытамъ затянуть крѣпче эти цѣпи.
   При такомъ положеніи, существовали только три пути примиренія: колоніи должны были сдѣлаться независимыми, или сохранить свои законодательныя собранія, или присылать депутатовъ въ британскій парламентъ. Четвертый случай -- подчиненіе Америки податямъ безъ всякаго представительства и безъ участія въ законодательной власти; былъ совершенно несообразенъ съ духомъ британскаго государственнаго постановленія.
   Мысль о совершенной независимости Америки отъ Англіи могла представиться отдѣльнымъ лицамъ, но она не распространилась еще надъ множествомъ, и въ сущности отъ благоразумія послѣдующихъ мѣръ зависѣлъ вопросъ, возрастетъ.ли она быстро или не распространится еще долгое время. Въ Англіи, никто не хотѣлъ допустить идеи различнаго законодательнаго собранія; самое допущеніе въ парламентъ небольшаго числа заморскихъ депутатовъ казалось Англичанамъ большимъ снисхожденіемъ; впрочемъ, и Американцы замѣтили, что положеніе ихъ будетъ незавидное, потому-что въ верхней палатѣ не будетъ американскихъ лордовъ, которые бы позаботились о благѣ отчизны.
   Въ такомъ положеніи были дѣла, когда, въ мартъ 1765 года, лордъ Гренвиллъ предложилъ подчинить Америку штемпельному сбору. Всѣ восхваляли это предложеніе и старались уничтожить противорѣчія, которыя представляли этому закону малое народонаселеніе и разсѣянныя жилища Америки. Чарльсъ Тоуншендъ (Tounshend), канцлеръ казначейства, сказалъ при этомъ случаѣ: "Американцы, взлелѣянные нашими попеченіями, достигшіе нашими стараніями силы и благосостоянія и охраняемые нашимъ оружіемъ, не будутъ роптать, если должны будутъ оказать небольшое пособіе для облегченія огромныхъ расходовъ метрополіи". Напрасно замѣтили нѣкоторые, что штемпельная подать и потому безсмысленна для малонаселенной Америки, что побочныя издержки по сбору ея въ десять разъ должны превышать налогъ; напрасно американскіе уполномоченные представляли невозможность исполненія подобнаго закона, -- никто не хотѣлъ ихъ слушать; предложено было постановить закономъ, чтобъ впредь колоніи безусловно уплачивали подати, которыя налагали на нихъ парламентскіе акты, и чтобъ впредь не принимать никакого прошенія относительно облегченія налоговъ.
   Въ справедливомъ негодованіи противъ такого легкомысленнаго и односторонняго взгляда на торговыя отношенія, полковникъ Барръ (возражавшій въ парламентѣ Тоуншенду) воскликнулъ: "Не попеченія Англіи, но ея нетерпимость и тираннія были причинами основанія колоній; пренебреженіе къ нимъ развило ихъ силы, вмѣшательство ея только стѣсняло путь колоній, а непріятелей всякаго рода они отражали собственными силами. Народъ преданъ королю; но онъ требуетъ своихъ правъ, -- да остережется каждый нарушать ихъ!"
   Не смотря на это энергическое воззваніе, въ нижней палатѣ только 40 голосовъ было противъ штемпельнаго устава, въ верхней -- ни одного. Большая часть смотрѣла на этотъ налогъ, какъ на весьма-естественный и нисколько не противозаконный; 22 марта 1765 г., онъ получилъ королевское утвержденіе, и едва-ли кто сомнѣвался въ Англіи, чтобъ онъ могъ встрѣтить сопротивленіе въ Америкѣ. Но такъ-какъ исполненіе новаго закона отложено было до 1 ноября, то Американцы успѣли оправиться отъ перваго смущенія; составились политическіе союзы, и въ колоніяхъ появилось множество брошюръ, объяснявшихъ несправедливость штемпельнаго устава со всевозможныхъ точекъ зрѣнія. Въ маѣ 1765 года, собрался законодательный совѣтъ Виргиніи и рѣшилъ, по предложенію Патрика Генри, не повиноваться. Совѣтъ объявилъ каждаго, кто согласится на исполненіе новаго закона, врагомъ отечества, и постановилъ, чтобъ подати налагались только областными собраніями. Между-тѣмъ, какъ нѣкоторые одобряли подобную смѣлость, а другіе осуждали ее, штатгальтеръ распустилъ собраніе, но не могъ остановить распространенія извѣстій о случившемся, не могъ остановить подражателей.
   Во многихъ мѣстахъ (въ Бостонѣ, Нью-Портѣ, Нью-Йоркѣ, Портсмутѣ, Нью-Кэстлѣ и др.) взволнованная толпа начинала производить насилія. Вездѣ уничтожали штемпельную бумагу, грабили домы сборщиковъ и заставили ихъ подъ присягою отказаться отъ должностей.
   Не смотря на то, что умѣренные граждане охуждали насильственные поступки, дѣйствія Американцевъ становились все смѣлѣе и смѣлѣе; общественное мнѣніе рѣшительно возстало противъ Англіи; вездѣ раздавались жалобы на постановленія парламента, и чѣмъ болѣе находили въ нихъ несправедливости, тѣмъ опредѣленнѣе выражались областные совѣты; всѣ члены ихъ говорили, что владычество Англичанъ губитъ Америку, что только распоряженія Англіи побуждаютъ Францію къ нападеніямъ, и что торговля -- жизнь колоніи -- падетъ отъ тиранніи парламента. Всѣ эти жалобы и неудовольствія пріобрѣли большее единство и удвоенную важность съ октября 1765 года, когда 28 уполномоченныхъ собрались изъ девяти провинцій (Массачусетсъ, Родэйлэндъ, Коннектикутъ, Нью-Йоркъ, Нью-Джерзи, Пенсильванія, Делаваръ и Мэрилэндъ) и положили, чтобъ въ Америкѣ подати назначались только чрезъ ея уполномоченныхъ, а королю и парламенту представлены были всѣ отягощенія, которыми удручены колоніи. Нью-Гемпширъ обѣщалъ также участвовать въ дѣйствіяхъ союза; прочія области не прислали депутатовъ, потому-что встрѣтили сильное сопротивленіе въ своихъ штатгальтерахъ. Въ одно время съ принятіемъ этихъ государственныхъ мѣръ, образовались добровольные союзы, положившіе не покупать англійскихъ мануфактурныхъ издѣлій до уничтоженія штемпельнаго устава и общими силами противиться всякому насилію.
   Такое общее, правильно-организованное сопротивленіе возбудило живое вниманіе въ Англіи, и каждая партія объясняла по-своему событія, волновавшія колоніи. Г. Ноджентъ (Nugent), въ-послѣдствіи лордъ Клэръ, замѣтилъ: "одно перечное зерно въ сознаніи права сильнѣе мильйоновъ, неимѣющихъ этого сознанія". Лордъ Гренвиль доказывалъ, что непослушаніе Американцевъ безсмысленно, что право наложенія податей есть необходимость, существенная часть общей, сообразной съ законами власти парламента, что покровительство и послушаніе взаимно-необходимы, и что самонадѣянность Американцевъ происходитъ отъ духа партій и внутреннихъ несогласій, волнующихъ самый парламентъ. На это лордъ Чэтэмъ воскликнулъ съ свойственною ему смѣлостью: "Радуюсь, что Америка оказала сопротивленіе; ибо еслибъ три мильйона подданныхъ до такой степени потеряли всю силу, все благородство, чтобъ добровольно отречься отъ правъ своихъ, то они сдѣлались бы слѣпыми орудіями правительства для порабощенія другихъ. Приведите законы ваши въ исполненіе силою въ колоніяхъ, стѣсняйте ихъ торговлю, ихъ мануфактуры, но безъ согласія ихъ не берите у нихъ денегъ изъ ихъ же кармановъ. На это вы не имѣете никакого права, и только въ добромъ дѣлѣ, на здоровой почвѣ, Англія можетъ стереть въ атомы Американцевъ (crush to atomy). На это замѣтилъ г. Никольсенъ Кальвертъ: "Въ дѣлахъ такого рода мало принесетъ пользы разборъ того, правы ли Американцы или нѣтъ; они увѣрены, что правы (they think themselves so)".
   Немногія высказанныя здѣсь мысли содержали въ себѣ матеріалъ для будущихъ безчисленныхъ споровъ и разбирательствъ; онѣ опредѣлили надолго теоретическое и практическое положеніе партій, и даже въ наше время съ небольшими перемѣнами сохранили великое вліяніе на общественное мнѣніе.
   Въ то время, касательно отношеній метрополіи къ колоніямъ не было еще общей системы, опредѣленной наукою, не было также достаточнаго числа историческихъ примѣровъ, которые бы упрочили этимъ отношеніямъ твердость и результатамъ ихъ правильность. Это отсутствіе современной теоріи и практики было причиною произвольныхъ, ни на чемъ неоснованныхъ постановленій; а такъ-какъ ни одинъ государственный человѣкъ не могъ провидѣть будущаго и не могъ руководить правителей колоній, то они жили со-дня-на-день и несправедливо обнаруживали изумленіе, когда предъ ними совершались событія новыя и неожиданныя, выходившія изъ порядка ежедневной жизни. Древніе имѣли лучшее понятіе объ этихъ отношеніяхъ; доказательствомъ служатъ слѣдующія слова Ѳукидида {См. Ист. Ѳукидида 1, 34.}: "Каждая колонія почитаетъ метрополію, если видитъ отъ нея доброе, и чуждается ея, если терпитъ несправедливо; ибо переселенцы отправляются не для рабства, но для пользованія равными правами съ тѣми, которые остаются дома."
   Правители не хотѣли исполнить этого истиннаго и святаго правила древности, запутывали всѣ дѣла и наносили вредъ собственнымъ своимъ планамъ. Маркизъ Рокингэмъ, человѣкъ благоразумный и благонамѣренный, вступилъ въ управленіе лѣтомъ 1765 г.; онъ нисколько не раздѣлялъ намѣреній Гренвиля и съ большимъ вниманіемъ слушалъ тѣхъ, которые утверждали, что невозможно оставить безъ удовлетворенія жалобы какъ Американцевъ, такъ равно и англійскихъ купцовъ, пострадавшихъ отъ стѣснительныхъ мѣръ парламента, что невозможно ожидать слѣпаго, безусловнаго повиновенія отъ людей, предки которыхъ такъ давно оставили отечество и вытерпѣли множество бѣдствій для упроченія своей независимости.
   Послѣ продолжительныхъ парламентскихъ преній, штемпельный уставъ былъ наконецъ отмѣненъ (18 марта 1766 г.) въ нижней палатѣ большинствомъ 275 противъ 167, и въ верхней большинствомъ 105 противъ 75; въ то же время, особеннымъ актомъ подтверждена была неограниченная законодательная власть парламента и вмѣнено въ обязанность исполнителямъ ея дѣйствовать кротко и умѣренно.
   При вѣсти объ отмѣнѣ штемпельнаго устава, общая радость обнаружилась въ Америкѣ, торговля ожила, множество благодарныхъ писемъ отправилось въ Англію и по-видимому все успокоилось. Относительно же удерживанія парламентомъ права налагать подати, большинство полныхъ радости и надежды Американцевъ держалось мнѣнія, что парламенту ничего не оставалось дѣлать для внѣшняго спасенія своего достоинства, но что буквальное значеніе этого права никогда не можетъ быть примѣнено къ Америкѣ. Время запрещенія, наложеннаго на торговлю, пробудило въ Америкѣ гордую увѣренность, что въ этомъ отношеніи все зависитъ отъ нея-самой, а не отъ Англіи: изъ того, что Англія доставляетъ Американцамъ множество товаровъ, еще не слѣдуетъ, чтобъ маленькій островъ могъ мечтать объ ограниченіи чѣмъ-либо дѣйствій полу-міра. Таковы были мнѣнія и надежды Американцевъ.
   Въ іюлѣ 1766 года, значительная перемѣна произошла въ англійскомъ министерствѣ; мѣсто Рокингэма заступилъ тори, герцогъ Графтонъ; Четэмъ, по болѣзненному состоянію своему, мало имѣлъ вліянія надѣла, и управленіе финансами находилось въ рукахъ Чарльса Тоуншенда, человѣка съ блестящими дарованіями, но легкомысленнаго и непостояннаго. Онъ вообразилъ, что поступилъ чрезвычайно-дальновидно и глубоко, налагая подати на Америку не непосредственно, не прямо, но чрезъ ея торговлю, какъ уже часто удавалось ему прежде. Въ-слѣдствіе этого, когда онъ предложилъ, въ 1767 году, наложить пошлину на стекло, бумагу, краски и чай въ колоніяхъ, то предположеніе это почти безъ возраженій принято было парламентомъ.
   Едва услышали о томъ Американцы, они объявили, что не хотятъ признавать никакого различія въ формъ налоговъ; не было уже сомнѣнія, что Англія, добровольно отказываясь отъ прямыхъ налоговъ, постарается вознаградить себя налогами косвенными. Они справедливо замѣтили, что запрещеніе производить какіе-либо предметы торговли (какъ, на-прим., шляпы), съ принужденіемъ покупать только англійскіе, безъ сомнѣнія, заключаетъ въ себѣ налогъ, и новыя пошлины точно такъ же могутъ разорить Американцевъ, какъ и штемпельный поборъ. Тотчасъ же представители народа согласились не покупать англійскихъ товаровъ до уничтоженія упомянутыхъ пошлинъ; разумѣется, такое насильственное средство возбудило сильное негодованіе Англичанъ. Штатгальтерамъ казались еще опаснѣе энергическія объявленія законодательныхъ собраній противъ каждаго налога, объявляемаго британскимъ правительствомъ, и стараніе ихъ, при успѣшномъ сопротивленіи, приступить къ болѣе-тѣсному союзу. Когда штатгальтеры распустили эти собранія, то составились частные союзы недовольныхъ, которые вскорѣ приняли правильную форму и дружно пошли къ принятымъ цѣлямъ, болѣе всего поддерживая запрещеніе пріобрѣтать англійскіе товары. Занятіе Бостона и другихъ мѣстъ англійскими солдатами (въ сентяб. 1766), увеличило неудовольствіе, нисколько не возвысивъ силы правительства.
   При такихъ обстоятельствахъ, англійское правительство измѣнило вторично принятыя имъ мѣры. Въ апрѣлѣ 1770 г., большинствомъ 350 голосовъ противъ 62, положена была отмѣна части пошлинъ, наложенныхъ въ 1767 году. Пошлины на стекло, бумагу и краску должны были прекратиться, а на чаи возвыситься тремя пенсами на фунтъ. Большая часть подтверждали, что такимъ образомъ тягость налога уничтожится, но принципъ права будетъ спасенъ; на это Гренвилль замѣтилъ, что строгость его будетъ лучшимъ средствомъ; что послѣ нея лучшимъ будетъ рокингэмово безусловное уничтоженіе податей, но что эта средняя мѣра хуже всего. Другіе говорили, что трудно продолжать борьбу, когда нигдѣ не видать успѣха, а Боркъ воскликнулъ: "Не могу понять, что за достоинство поддерживать глупости!" Не заботясь объ этихъ и подобныхъ тому возраженіяхъ, лордъ Нортъ (заступившій, въ сентябрѣ 1770 г., мѣсто Тоуншенда) объявилъ, что совершенное уничтоженіе пошлинъ тогда только можетъ быть приведено въ исполненіе, когда "Америка будетъ у ногъ Англіи". Хвастовство такого рода было, конечно, недостойно государственнаго человѣка и произвело самое непріятное впечатлѣніе въ Америкѣ. Со всѣмъ тѣмъ, союзы противъ покупки англійскихъ товаровъ окончились и сохранились только противъ пошлинъ на чай.
   При новомъ распоряженіи, требованіе на чай въ колоніяхъ значительно уменьшилось, и отъ-того большіе запасы его накопились въ магазинахъ ост-индской компаніи; въ-слѣдствіе чего правительство дозволило этой компаніи безпошлинный вывозъ его во всѣ земли. Прежде-установленная пошлина равнялась шиллингу на фунтъ, а такъ-какъ американскій налогъ на чай состоялъ только изъ трехъ пенсовъ, то и при уплатѣ означенныхъ трехъ пенсовъ на фунтъ, чай сдѣлался шиллингомъ дешевле; тогда всѣ были увѣрены, что Американцы съ благодарностію пріимутъ доставленныя имъ выгоды и съ охотою будутъ покупать чай. Вмѣсто того они сказали: "Не-уже-ли мы за ничтожное облегченіе податей продадимъ права свои? не-уже-ли мы покажемъ себя ниже