Габбе Петр Андреевич
Стихотворения
Lib.ru/Классика:
[
Регистрация
] [
Найти
] [
Рейтинги
] [
Обсуждения
] [
Новинки
] [
Обзоры
] [
Помощь
]
Оставить комментарий
Габбе Петр Андреевич
(
bmn@lib.ru
)
Год: 1824
Обновлено: 23/03/2020. 17k.
Статистика.
Стихотворение
:
Поэзия
Стихотворения
Скачать
FB2
Ваша оценка:
шедевр
замечательно
очень хорошо
хорошо
нормально
Не читал
терпимо
посредственно
плохо
очень плохо
не читать
Аннотация:
Брату на Кавказ
Бейрон в темнице. Элегия
Песня
П. А. Габбе
Стихотворения
Библиотека поэта. Второе издание
Поэты 1790-1810-х годов
Вступительная статья и составление Ю. М. Лотмана
Подготовка текста М. Г. Альтшуллера.
Вступительные заметки, биографические справки и примечания М. Г. Альтшуллера и Ю. М. Лотмана
Л., "Советский писатель", 1971
Оригинал здесь --
http://www.rvb.ru
СОДЕРЖАНИЕ
Биографическая справка
297. Брату на Кавказ
298. Бейрон в темнице. Элегия
299. Песня
Биографическая справка
Загадочная биография поэта и публициста Петра Андреевича Габбе (1796 -- после 1841) известна нам лишь в самых общих чертах.
1
Один из четырех сыновей мелкого чиновника, коллежского советника А. А. Габбе, он воспитывался, однако, в исключительных условиях: очень рано, еще ребенком, он оказался в атмосфере павловского двора вдовствующей императрицы. Глухие слухи о таинственном и значительно более высоком происхождении П. А. Габбе сопровождали его всю жизнь. Он окончил кадетский корпус, из которого был выпущен в действующую армию в 1813 году, включен в списки Литовского полка и прикомандирован к партизанской "партии" Сеславина. После войны он был направлен в лейб-гвардии Литовский полк, размещенный в Варшаве. Здесь он сблизился с приехавшим позже в Варшаву П. А. Вяземским, который стал литературным наставником Габбе. После отъезда Вяземского из Варшавы Габбе писал ему: "Нарушаю все правила синтаксиса, ибо правила почитаю деспотизмом, и стихи свои оставляю будущему потомству в рукописях. Увы! теперь некому здесь показать своих произведений: пожалуй, станут еще судить по артикулу Петра Великого и музу мою выпишут без выслуги в рядовые".
2
Близкие связи с Константином Павловичем, казалось, обеспечивали Габбе служебное продвижение. Однако жизнь его сложилась трагически. Еще в Петербурге Габбе, видимо, проникся идеями, далекими от тех, которые могли способствовать успехам при варшавском дворе Константина. Во время похода он был принят в походную ложу "Св. Иоанна", а позже, в Петербурге, был членом ложи "Избранного Михаила". Свободолюбивая ориентация обеих этих лож, их связь с зарождением декабризма известны. В Варшаве Габбе вошел в кружок свободолюбивых офицеров, полных решимости сопротивляться деспотизму великого князя.
После неудачных попыток смирить недовольных офицеров великий князь доложил императору о волнениях в Литовском полку и получил распоряжение недовольных "наказать примерно": Габбе и другие офицеры были арестованы, около года провели в заключении в ожидании смертной казни. Видимо, именно в это время Габбе написал элегию "Бейрон в темнице". В 1823 году их лишили чинов и орденов и разослали рядовыми по армейским полкам. Особенно тяжелой была участь Габбе: "Ему дали одежду с умершего солдата, и все лето исправлял он службу как рядовой, поступивший из крестьянского звания. Ему дозволено было писать к родственникам, но через начальников, которые приносили к нему распечатанные письма".
3
В это время, при посредстве Вяземского, он активизирует сотрудничество со столичными журналами. Отдельной брошюрой выходит его книга о мадам де Сталь, ряд стихотворений появляется в "Московском телеграфе", среди них и "Бейрон в темнице". В апреле 1826 года он добился разрешения выйти в отставку без права жительства в обеих столицах и Варшаве.
Несмотря на болезни и материальные трудности, Габбе, видимо, продолжает стремиться к активной роли в литературе. Он даже совершил тайную поездку в Москву, где встретился с Пушкиным.
Просьбы его о возвращении ему прав, орденов и бумаг неизменно отклонялись. Живя в Одессе в 1833 году, он однажды вышел на улицу и начал разбрасывать листовки. Явно желая замять дело, М. С. Воронцов, в доме которого Габбе был своим человеком, представил весь эпизод начальству как результат помешательства. Воронцов ходатайствовал о разрешении Габбе выехать за границу "для излечения". Габбе выехал в Дрезден. Смерть брата оборвала его связи с Россией и лишила его источников существования. Больной, без денег, навсегда изгнанный с родины, он и в самом деле вскоре оказался в дрезденской больнице для душевнобольных. Дата смерти его неизвестна.
Большинство сочинений его оставалось в рукописях и погибло при аресте. Стихи, печатавшиеся в журналах, никогда не были собраны отдельной книгой.
1
Наиболее полный свод биографических данных см.: А. Рогинский, П. А. Габбе, биографический очерк. -- Сб. "Русская филология", Тарту, 1967, с. 83--112.
2
"Русская старина", 1889, No 11, с. 318.
3
А. Рогинский, указ. соч., с. 101.
297.
БРАТУ
НА
КАВКАЗ
К тебе, мой друг, уже два раза
Сбирался я писать в стихах,
К подошве гордого Кавказа,
Где ты на диких высотах
Зрел шалаши на гибель горцев
И в них на страже ратоборцев,
Длиннобородых казаков...
Твой дух не раз там оживлялся,
С родными, ближними прощался
И мчался в шумный рой врагов!
Ты слышал, мнилося, звук трубный,
Литавры, барабаны, бубны,
Глас чаровательный побед.
И тем восторгом обладая,
Который нам война святая
За честь отчизны в душу льет,
Ты пламенел в воображеньи
Так точно, как тебя я зрел
В том незабвенном мне сраженьи,
Где пулей враг тебя задел...
С тобой на берегах Лоары,
Широкой, зеркальной реки,
Любили смелые гусары
И черноморцы-казаки
Врагу несть сильные удары,
Достойные твоей руки!
С тобою часто утешали
За рюмкой доброго Шабли
Мы красоту в немой печали,
Когда она, еще вдали
Увидя северных амуров,
1
Известных всюду бедокуров,
Страшилась их пернатых стрел;
Страшилась -- но совсем напрасно!
Над нашей братьей пол прекрасный
В день самой битвы власть имел:
В открытом поле победитель
Был часто в замке побежден,
И взором томным полонен
Неустрашимых предводитель.
Ты помнишь Аликса, как он,
Не уважая русских сон
И химию
2
имев во власти,
Нас вздумал разложить на части!
Но нет! Вдруг раздалось: "Коней!" --
И мы одеты в броне всей,
При сабле, в бурке и с нагайкой.
И что ж? Убрался химик с шайкой
Своих ночных богатырей,
Хоть нас оставил у огней.
Та память рыцарства, мой милый,
Всегда своей волшебной силой
Останется в отраду мне
И здесь, в сей пасмурной стране,
Где всё так немо, безответно
И где во всей моей судьбе
Ничто для сердца не приметно,
Как мысль о вас -- и о тебе.
Октябрь
1820
1
Les amours du Nord -- так называли в Париже наших казаков.
2
Французский генерал Алике известен сочинениями своими о естественных науках, особливо же о химии.
298.
БЕЙРОН
В
ТЕМНИЦЕ
1
Элегия
Последний солнца луч погас за Апеннином;
На стогнах Павии умолк народный шум.
Шотландии брегов туда за смелым сыном
Несется окрыленный ум.
Ты ль это, коему дивится современник,
Чьей лире внемлет свет, как голосу веков,
Ты ль, в мрачности глухой, дни, как шиллонский пленник,
Ведешь средь тягостных оков?!
Ты ль это, доблестный питомец Альбиона,
Свободы, красоты и мужества поэт,
Ты ль зришься в горести, отторгнутый от лона
Веселий, как другой Манфред?
Но что! Твой ясный лик как будто оживился,
Каким-то счастием взор снова возгорел;
Светильник твой потух, но пред тобой открылся
Небесный свод -- и ты запел:
"Британия! Страна Шекспира и Невтона,
Страна, где я вкусил и жизнь, и бытие,
Где человек, как мир, под сению закона
Свершает поприще свое!
Приветствую тебя из сей темницы дальней,
В глубокой мрачности вздыхаю о тебе,
Твой образ льет елей моей душе печальной
В сей тяжкой, горестной судьбе.
О юность! Ты в мечтах меня обворожила,
О жизнь! Я, кубок твой держав, того не зрел,
Что
пена
лишь
края
той
чаши
серебрила
,
2
И, жизнью упоенный, пел!
Но песни бытия могли ль мне быть заменой?
Воображение звало меня на юг:
Там небо чистое, там бор всегда зеленый
И пышный, ароматный луг.
Туда помчал меня корабль, с стремительностью мысли,
Туда, где некогда жил в неге гордый мавр,
Где скалы над водой ужасные нависли
И вечно зеленеет лавр.
И ты, отечество полубогов, героев,
О Греция, была ль забыта мной когда?
Я пел твой стыд -- и тьмы одушевленных строев
Тебя спасают от стыда.
В окрестностях Афин, на бреге Саламины,
Любил я соловья внимать в тиши ночной;
И горы, и ручьи, и на полях руины
Гласили о веках со мной.
Я видел всё, что зреть и славно, и достойно,
И, жажду знания желая утолить,
Бросался в Геллеспонт и сей пролив спокойно
Дерзал и без любви преплыть.
И ты, о славный град тиранския свободы,
Супруга Адрии,
на
океане
Рим
,
Венеция! Тебя, неся на жертву годы,
Я посвящал мечтам моим.
Я счастлив был, когда поэзией высокой
Слезу участия мог из очей извлечь,
Исхитить из души глас совести глубокой
Иль из руки тиранский меч.
Но
древо
знания
,
увы
!
не
жизни
древо
!
Кто более страдал, лишь тот один мудрец;
Утешить не могла меня прелестна дева,
Ни слава... сей минутный льстец.
В супружестве, в любви поэт непостоянный,
Отец бездетный здесь, отчизны вдалеке,
Кто мог бы к пристани меня вести желанной,
Какой повериться руке?
Сомненье Каина, таинственность Манфреда
Весь наполняют дух, всё сердце тяготят;
Завидна участь мне твоя, певец Готфреда:
Тебя герои защитят.
Ринальдо и Танкред; их меч благочестивый,
Их провидению открытые сердца
Промчат через толпу, поэт боголюбивый,
Тебя вселенной до конца.
Но более я вам завидую, поэты,
Вам, коих чувствия, души небесный жар
Земною лирою ввек не были воспеты,
И вы, не покидая лар,
В сердечной простоте вкушаете блаженство!
Для вас зари восход есть мира торжество;
Для вас прекрасный день есть жизни совершенство,
Природы роскошь, пиршество.
Вы любите цветам и зелени дивиться,
Внимать журчанию ручья и до росы,
Прельщенны соловьем, на берегу забыться,
Не видя, как бегут часы.
Мне, мне другой удел! Колеблемый судьбою,
Как брошенный корабль грозою между скал,
От страха и надежд я гордою душою
Спастись несчастием желал.
Желал -- и вот оно!
Хаос
непостижимый
,
Все
чувствия
души
в
одно
совокупя
,
Теснит
меня
,
и
бог
ужасный
,
но
незримый
,
Гласит
: "
Я
предварял
тебя
!"
Всё кончилось! едва вступил в житейско поле
И из конца в конец то поле пройдено.
Увы!
Есть
смертные
,
кому
в
жестокой
доле
Достигнуть
лета
не
дано
!"
Так пел Бейрон. Лице британца возгорелось,
И на глазах его блеснули две слезы;
Казалось, зарево вечернее зарделось,
Гоня следы дневной грозы.
Темница ветхая вняла певцу Корсара,
И чувство горести тюремщик ощутил;
И узник за стеной божественного дара
Впервые сладости вкусил.
Италия! Земля природы и искусства,
Почто, подобяся Армиде красотой,
Зовешь в сады сии: там услаждаешь чувства
И гроб готовишь золотой?
А вы, о гении, лишенные приюта,
Вы, Бейрон, Дант и Тасс, герои без войны,
Для вас не создана в теперешнем минута,
Но веки в будущем даны.
<1822>
Варшава
1
Сия элегия написана по случаю заточения л<орда> Бейрона в Павии за то, что, когда пришел к нему некоторый военный, с коим вышла у них ссора, то слуга Бейрона, вступясь за своего лорда, убил его противника.
2
Выражения подчеркнутые принадлежат самому Бейрону, упоминаемые же: Шиллонский пленник, Манфред, Каин и Корсар -- суть известные сочинения лорда.
299.
ПЕСНЯ
Опять во власть судьбы предайся,
Броди без дружбы и любви;
Кто сердцу мил, с тем разлучайся,
Кого не любишь, с тем живи.
Давно ль пловец низвержен в море,