# Слово в день Благовещения Пресвятые Богородицы

Аноним Филарет

## Слово в день Благовещения Пресвятые Богородицы


## (Говорено в Чудове монастыре, напечатано в Твор. Св. От. и в собр. 1848 г.)


## 1846 год


Рече же Mapиaмь: се раба Господня: буди мне по глаголу твоему. (Лук. I. 38).

Просты, по видимому, сии слова Пресвятые Девы Марии: но как много в них заключается! как многое ими открывается! какая в них видна глубина смирения! какая высота веры! какая солнечная чистота внутреннего чувства! как необъятна их сила! как необозримо их действие!

Дело, которое должно совершиться по благовествующему глаголу Архангела, и по соответствующему глаголу Мариами, -- дело спасительного для нас воплощения Сына Божия, -- не теперь начинается. По малой мере человеческой, несколько тысяч лет ожидало сие дело согласия Девы, чтобы могло совершиться.

Я сказал: по малой мере человеческой; потому что по великой мере Божией дело сие идет от самой вечности. Апостол свидетельствует, что "Бог и Отец Господа нашего Иисyca Христа, благословивый нас всяцем благословением духовным в небесных о Христе, избра нас в Нем прежде сложения мирa" (Еф. I3--4).

Но не нам восходить до сей пренебесной высоты созерцания. Довольно для нас взойдти к началу тайны Христовы, открывшемуся в земном раю.

Когда лукавому искусителю удалось прельстить первых человеков, и разрушить их райское блаженство; когда смерть, прежде возвещенная предохранительно, а потом уполномоченная правосудием, наступала на человека, по следам греха: тогда милосердый в самом правосудии Бог, приостановив ее, благоволил в умирающем уже и погибающем человечестве посеять новое семя жизни и спасения. Чудным образом в слове осуждения, частию скрыл Он, частию открыл, тайну помилования, когда осуждаемому искусителю рек: "вражду положу между тобою, и между женою, и между семенем твоим, и между Семенем тоя; Той твою сотрет главу" (Быт. III. 15).

То есть: ты, дух злобы, мечтаешь, что, прельстив жену, как слабейшую часть человечества, и чрез нее увлекши в преступление и Адама, будешь иметь весь род человеческий твоим всегдашним рабом. Нет! От побежденных тобою человеков восстанет против тебя вражда, противоборство, брань; она продолжится в их потомстве; наконец Тот, Который до времени сокрывается под таинственным наименованием "Семени жены", -- "Той твою сотрет главу", победит тебя решительно, уничтожит твою власть, которая есть область греха и держава смерти, и следственно возвратит человечеству похищенную у него святость и жизнь, безопасную от смерти.

К уразумению таинственного наименования "семени жены" пролагает путь самая необычайность сего наименования. "Семя", без сомнения, означает потомство, или определенное лице в потомстве. Но что значит "семя жены"? В обычае всего рода человеческого, и особенно в древних родословиях видим, что "семя", или потомство, всегда относимо бывает к мужу, а не к жене, и родовое наименование детей или потомков заимствуется от отца или праотца, а не от матери, или праматери. На что же указывается необычайным наименованием "семени жены?" -- Или ни на что, в порядке природы, или на таинство, которое выше природы, -- на рождение, о котором природа спрашивает: "како будет сие, идеже мужа не знаю"? и о котором благодать ответствует: "Дух Святый найдет на тя, и сила Вышнего осенит тя" (Лк.1:34--35), -- на чудесное рождение Сына от жены без мужа, на рождение Христа, Богочеловека, от Девы.

Что Адам уразумел тайну изречения Господня о Семени жены, сие можно примечать из того, что в след за сим он дал жене своей новое имя, которое было бы совсем неблаговременно и неуместно, если бы не относилось к сей самой тайне. "И нарече Адам имя жене своей: жизнь, яко та мати всех живущих" (Быт. III. 20). Жизнь, мати живущих, -- имена сии были бы приличны праматери в состоянии непорочности, поелику тогда она точно раждала бы всех живущих, и никого не раждала бы умирающего: но тогда не дано ей сих имен, а наречена она просто женою. К чему же после грехопадения, когда она будет раждать умирающих, будучи притом сама причиною, что смерть будет общим наследием ее потомства, -- к чему "нарече Адам имя жене своей: жизнь"? Разве в поругание? -- Нет, конечно не в поругание, а вероятнее, в утешение себе и ей, смотря на нее сквозь Божие определение о "Семени жены", сокрушающем главу змия. Отцем, думал он, буду и я; но не буду отцем истинной Жизни; Ее матерью предоставлено быть жене без мужа: итак да наречется ей имя: "Жизнь, яко та мати всех живущих", не сама по себе, но потому, что некогда от Евы будет Дева, и от Девы родится Тот, Который есть "Истина и Живот" (Ин.14:6), и Который имеет силу всех умирающих перерождать в присноживущих.

Из сказанного, надеюсь, усмотрите, братия, что благовещение спасительного для нас воплощения Сына Божия начато не Архангелом в Назарете, но самим Богом в раю: ибо там провозглашено Божие определение о победоносном "Семени жены", то есть, о рождении Христа Спасителя от Девы.

Но если Божие определение о воплощении Сына Божия было уже постановлено и даже провозглашено еще в первые дни мира; то почему оно не исполнялось в продолжение столь многих веков? Не дерзнем приписать себе способности дать на сие полный ответ. "Кто бо разуме ум Господень" (Рим. XI. 34)? Однако можем сказать не обинуясь, что не в Боге причина медленности. "До скорости течет слово Его" (Пс. CXLVII. 4). "Той рече, и Быша: Той повеле, и создашася" (Пс. XXXII. 9). У Вечного всегда все готово. Для Всемогущего всегда все возможно. Тварь медлит по необходимости, потому что движется в определенных кругах времени, которых не может ускорить. В твари свободной не достает готовности для принятия действия Божия, когда в ее воле не достает соответствия воле Божией. Особенно трудно устроять сию готовность в твари падшей и разрушенной, которую нужно восставлять и пересозидать. Таким образом слово Божие о Спасителе мира, как молния, блеснуло над человечеством в первые минуты греховного омрачения, и неоднократно просиявало в последующих откровениях: но мрак греховный продолжал тяготеть, и веки и тысящелетия должны были пройдти, прежде нежели действительно "Слово плоть бысть" (Иоан. I. 14) и "Бог явися во плоти" (1Тим. III. 16). В сие долгое время, благословение, которым Бог Отец благословил нас в небесных о Христе прежде сложения мира, как молниеносный облак носилось над землею, между тем как тайное действие Провидения изыскивало в роде человеческом, и уготовляло благословенную в женах, которая бы могла своею чистотою божественную молнию привлечь, принять, вместить, удержать, не быв опалена огнем Божества, и таким образом чрез себя существенно усвоить всему человечеству благословение Христово.

Не думаете ли, что весьма просто принять благословение Божие, хотя бы то было весьма высокое? -- Не совсем так. Посмотрите на опыт Сарры. Господь глаголет о ней Аврааму: "благословлю же ю, и дам тебе от нея чадо" (Быт. XVII. 16). Видите, что заочно и заблаговременно предваряет ее, чтобы она приготовилась к действительному принятию благословения. Но что же? И после сего предварения, когда обещанное благословение решительно дано в ее присутствии, она, кажется, не нашлась довольно умеющею принять оное. "Рассмеяся же Сарра в себе" (Быт. XVIII. 12). Как бы ни был невинен сей смех: он, кажется, не довольно у места пред словом Божиим, и пред лицем Божиим. И когда Господь обличил ее в сем: она впала в новое замешательство, и как будто думала утаиться от Всеведущаго. "Отречеся же Сарра, глаголющи: не рассмеяхся: убояся бо" (Быт. XVIII. 15).

Не станем однако уничижать Сарру, которая, в меру своего достоинства, прияла свою меру благословения, и соделалась предварительным образом "благословенные в женах", как родившая единородного, как родившая в умерщвлении плоти, хотя впрочем не без мужа, как родившая образ Христов, Исаака, показавшего Аврааму в своем жертвоприношении день жертвы крестные.

Но принесем справедливую дань благоговейного и радостного удивления благословенной в женах, Пресвятой Деве Марии, которая к высочайшему из благословений Божиих, внезапно над нею явившемуся, обрелась в совершенстве уготованною, и тем споспешествовала совершенно столь долго предуготовляемого, призываемаго и ожидаемаго спасительного для нас воплощения Сына Божия.

Если праведная Сарра предвестие о рождении от нея Исаака, необыкновенном, однако не сверхъестественном, приняла с замешательством; если, при подобном предвестии о рождении предтечи Господня, праведный Захария не верил, и требовал знамения: то колико выше самых праведников является Пресвятая Дева Мария, когда благовещение о рождении от Нея Христа Спасителя сверхъестественном, непостижимом, божественном, приемлет без замешательства, без недоверия! Прежде благовещения, при начале небесного явления, Она "смутилась" на несколько мгновений, и остановилась в размышлении, может быть, потому, что не тотчас узнала небесного вестника, потому, что дала место духовному правилу, и нам предписанному, чтобы "искушать духи, аще от Бога суть" (1Ин. IV. 1); потому, что затруднена была необычайным приветствием. Впрочем смущение пред сильною похвалою не есть недостаток достоинства. Но, что весьма дивно, когда Она услышала несравненно более сильное слово благовещения: "Дух Святый найдет на тя; -- зачнеши во чреве, и родиши Сына; -- раждаемое свято, наречется Сын Божий; -- царствию Его не будет конца" (Лк. 1:31--35): тогда уже нет смущения. Велия тайна не возбуждает Ее к испытанию, и неиспытанность тайны не останавливает в принятии таинственного благовещения. Беспримерно высокое назначение не вземлет ее из глубины смирения: призванная быть Материю Господа видит себя, как и прежде, только рабою Господнею. С другой стороны, Ее глубоко смиренное о себе мнение не препятствует Ей веровать беспримерно высокому назначению. Не видно даже никакой борьбы между сими перекрестными направлениями, никакого колебания мыслей и чувствований. Как чистая и тихая вода тихо и чисто приемлет свет солнца, и отвечает ему отсветом: так душа Пресвятые Девы тихо и чисто приемлет слово Божественного откровения, и ответствует ему словом послушания: "се раба Господня: буди мне по глаголу твоему".

Довольно для внимательных. Не требуйте многого, испытующие и любопытствующие. "Вертоград заключен сестра моя невеста, вертоград заключен, источник запечатлен" (Песн. IV. 12), сказал Дух Святый о Своей невесте, первенствующей над девственными и чистыми душами, богоблагодатной Деве Марии. Довольно, если взором ума, как бы сквозь ограду, приникли мы в Ее таинственный вертоград, узрели некоторые цветы Ее добродетелей, ощутили благоухание благодати Ее. Надобно позаботиться о том, чтобы наши помышления не были подобны некоторым неблагородным насекомым, которые бесполезно кружатся около цветов, или оскорбляют их красоту своим прикосновением; но чтобы уподобились пчелам, которые приближаются к цветам с смиренною песнию, и не оскорбляющим прикосновением извлекают из них сладкую и здравую пищу.

Благоговейно приникая в тайну воплощения Бога Слова, да поет всякая душа христианская с Церковию Христовою: "чистую славно почтим, людиe, Богородицу, огнь Божества приимшую во чреве неопально". Научимся от Нея подобающим образом встречать Божия посещения, принимать божественные тайны.

Если встречает тебя приветствие и похвала, особенно возвышенная и духовная: остерегись неразборчиво принимать и наслаждаться; ибо не всегда легко узнаешь, точно ли приносит оную вестник истины. Позволительно при сем смутиться: но поспеши удержать смущение, и в молчании призвать в помощь Бога, чтобы тебе не быть прельщену похвалою ложною, или чтобы и неложную похвалу не превратило в отраву самолюбие и превозношение.

Когда слышишь благовестие божественных догматов и благодатных таинств: берегись не только неверия Фомина, но и маловерия Захариина, и замешательства Саррина. Вспомни слово Архангела, "яко не изнеможет у Бога всяк глагол" (Лк.1:37); и недопусти, чтоб изнемогла твоя вера.

Если знамение Провидения, посылаемое иногда в одежде нечаянного случая, возвещает тебе жребий приятный, возвышенный, славный, не трудно тебе будет сказать: "буди мне по глаголу твоему". Но не забудь потом, чтобы не взирать на себя мечтательно, как на господина многих вещей и многих людей, а чтобы взирать на себя всегда смиренно, как на раба единого всеобщего Владыки: "се раб Господень".

Поелику же может тебя постигнуть предвестие и не приятное, но угрожающее скорбию, лишением, уничижением: уготовляй себя предусмотрительно, чтобы уметь и сие принять. Не пререки ропотно, и не возопий нетерпеливо. Какая в том добродетель, чтобы охотно принимать приятное? Но скорбное принять благодушно, по благоговению к воле Божией, -- вот подвиг, вот добродетель, вот залог награды! Обучай не уста свои, но свое сердце, чтобы оно могло свободно выговаривать слова готовящагося ко кресту Спасителя: "Отче, -- не моя воля, но Твоя да будет" (Лук. XXII. 42).

Зрите и разумейте, что радостное благовещение открывает начало спасения; а горький крест приближает к совершению оного и к вечной славе воскресения, которой и да сподобит всех нас Господь наш Иисус Христос, благодатию Бога Отца и Святого Духа. Аминь.