# Слово по освящении храма Живоначальной Троицы, что на Покровке, на Грязях

Аноним Филарет

## Слово по освящении храма Живоначальной Троицы, что на Покровке, на Грязях


## (Говорено сентября 12-го дня)


## 1826 год


Иже обрете благодать пред Богом, и испроси обрести селение Богу Иаковлю. Соломон же созда Ему храм. Но Вышний не в рукотворенных церквах живет. (Деян. VII. 46--48).

Так пред сонмищем Иудейским рассуждал о храме Божием архидиакон Стефан, "муж, -- по свидетельству Евангелиста Луки, -- исполненный веры и Духа Свята" (Деян. VI. 5). Когда святый Стефан говорил, речь его клонилась к обличению жестоковыйных иудеев: но когда святой Лука написал речь его в книге Деяний апостольских, она, без сомнения, относится к наставлению христиан.

Наставление, заключающееся в вышеприведенных словах Стефана, может быть благовременно при настоящем торжестве освящения, благочестивым усердием воссозданного и возобновленного, храма Божия.

"Иже обрете благодать пред Богом, и испроси обрести селение Богу Иаковлю". Сие говорит Стефан о царе Давиде, который, как повествует вторая книга Царств (2Цар. VII. 2), чрез пророка Нафана просил от Бога позволения, вместо подвижной и, вероятно, уже ветхой скинии, создать новый, неподвижный храм. Должно заметить, что богодухновенный проповедник, прежде нежели сказал о намерении Давида создать храм, предварительно упомянул о благодати Божией к Давиду: "иже обрете благодать пред Богом". Чрез сие Дух Святый, глаголавший устами Стефана, дает разуметь, что самое намерение или желание создать храм Божий, самая мысль о сем родилась не просто, подобно многим человеческим помышлениям и желаниям, но в человеке облагодатствованном под осенением Духа Божия. Следственно, можно сказать, что первоначальная мысль создать храм Божий была мысль Божия в человеке.

"Соломон же созда Ему храм", продолжает святой Стефан. Если намерение создать храм было дар благодати в Давиде: то нет сомнения, что исполнение сего намерения -- создания храма -- было также дело благодати в Соломоне. Сам Бог предназначил Соломона к сему делу, и сказал о нем чрез Нафана: "той созиждет дом имени Моему" (2Цар. 7:13). И дабы показать, что сие назначение, и назначенное дело, было в высшей степени благодатное, Бог сказал о Соломоне в то же время чрез того же Пророка: "Аз буду ему во Отца, и той будет Ми в сына" (2Цар. 7:14).

Не усомнимся присовокупить к сему и еще заключение, что если создание храма Божия было действие благодати, то и храм созданный есть дело благодати; если началом его была благодать, то и концем его должно быть распространение благодати в человеках. Ибо не можно и подумать, чтобы благодать Божия употребила свое действие на то, что ее недостойно, или несообразно с ее намерениями о человеках.

Христиане! Между храмом иудейским, к которому первоначально относятся предыдущие размышления, по руководству слов святого Стефана, и между храмом христианским, в котором теперь мы находимся, разность та, что храм иудейский, во дни неплодства Церкви, был один во вселенной, а храмы христианские, во времена многочадия Церкви, разродились повсюду во множестве, и что сокрывавшееся во храме иудейском под покровом сеней обрядовых и гаданий пророческих, в христианских храмах является во свете откровенного слова Божия, в силе и могущественном действии Святого Духа чрез божественные Таинства. Посему благодать храма иудейского по превосходству принадлежит храму христианскому.

Итак, благо тому из нас, кто в сердце своем обрел благочестивое желание создать или воссоздать и обновить храм Богу христианскому. В сем желании обрел он благодать, и, послужив благодати усердным исполнением сего желания, обрести может "благодать возблагодать" (Ин. 1:16), то есть за благодатный подвиг получить благодатное воздаяние: ибо благодать не может быть не благодарна для служащих делам ее.

Благо и тому, кто любит созданный храм и охотно посещает его: ибо он любит дело благодати, посещает обитель благодати; следственно, в сей любви, в сем усердии носит уже и сам в себе семя благодати, которое, будучи в храме напаяемо из источников благодати, каковы суть Слово Божие и Таинства Божественные, может принести обильный плод просвещения, мира и спасения душевного.

Возвратимся к рассуждению святого Стефана. "Соломон же созда храм Ему", сказал он, и тотчас присовокупляет: "но Вышний не в рукотворенных церквах живет". Какой внезапный оборот мыслей! Что глаголеши, проповедниче Божий? Как можем мы разуметь тебя, или как согласить тебя самого с собой? Если же Вышний не живет в рукотворенных церквах: на что же созидал Ему рукотворенную церковь Соломон, на что желал сего Давид, на что благодать вдохнула Давиду желание сего, на что Сам Вышний назначил Соломона для исполнения оного? Правда, и Соломон -- создатель храма с неким недоумением говорит к Богу: "аще истинно вселится Бог с человеки на земли? Аще небо, и небо небесе не довлеют Ти, кольми паче храм сей, его же создах имени Твоему" (3Цар. VIII. 27). Почему и просил он не обитания Божия во храме, но благодатного призрения на храм: "да будут очи Твои отверсты на храм сей день и нощь" (3Цар. VIII. 29). Но не больше ли того, на что дерзала смиренная молитва, даровал Бог, когда "исполни слава Господня храм" (3Цар. VIII. 11), и когда Бог изрек о нем сие обетование: "будут очи Мои ту, и сердце Мое во вся дни" (3Цар. IX. 3)? Там ли не живет Бог, где сердце Его во вся дни?

Для разрешения сих недоумений, и для правильного уразумения слов святого Стефана вспомним, что речь его, как выше сказано, клонилась к обличению иудеев. Они, видев чудесный облак, который осенил храм во время освящения его, слышав обетование, по которому Бог "сердце" Свое положил во храме, подумали, что храм Иерусалимский соделался не только твердым и постоянным на предопределенное время, но и непременным на веки селением Божиим; что и город Иерусалим, и народ иудейский, имея у себя святой храм, по сему самому также святы, неприкосновенны, неподвержены оставлению от Бога. Сии неосновательные и грубые, но набожностию прикрытые мысли сделались у иудеев пищею нечестия и беззакония. Бог живет у нас во храме, говорили они: и не заботились о том, что нет Бога пред очами их. Надеясь на место святое, язык грешный, по выражению пророка Исаии, "людие исполненные грехов" бесстрашно "прилагали беззаконие к беззаконию" (Иса. I. 4--5). Когда им угрожали, что умножившиеся между ними грехи погубят их, они либо не внимали сему, либо гневались на сие, прельщая себя надеждою, что святое место спасет их. Святые мужи церкви иудейской давно усмотрели сие заблуждение своего народа и неоднократно с ревностию обличали оное. Тот Исаия, которого и приводил во свидетельство святой Стефан, опровергая дерзкую надежду беззаконников на святой храм, говорит от лица Самого Бога: "Небо престол Мой, земля же подножиеног Моих: кий дом созиждете Ми? и кое место покоища Моего" (Ис. 66:1). И вместо ложной надежды на одну видимую и чуждую святыню, внушая истинное упование на благодать Божию, в послушании приемлемую человеком, и соделывающую его самого храмом Божиим, пророк присовокупляет также от лица Божия: "на кого воззрю? токмо на кроткого и молчаливого, и трепещущего словес Моих" (Ис. 66:2). Так и чрез Иеремию говорит Бог: "не надейтеся на себе в словесех лживых, понеже весьма не упользуют вас, глаголюще: храм Господень, храм Господень, храм Господень есть" (Иерем. VII. 4).

Подобно сему и писатель Маккавейской книги рассуждает, что "не ради места язык, но языка ради место Господь избра" (2Мак. V. 19). Следственно, если народ не пользуется благодатию святого места к своему освящению, то не приемлемая благодать удаляется, святыня скрывается и на месте селения Божия может явиться мерзость запустения. В таковом духе обличения сказал и святый Стефан, что "Вышний не в рукотворенных церквах живет" (Деян. VII. 48): то есть не заключается вездесущее Божие существо во храмах, хотя в них благодать присутствует; не привязано благодатное присутствие Божие ко храмам, хотя им даровано; не в том собственно живет благодать, что есть рукотворенное во храмах, но, будучи сама духовна, проходит она сквозь рукотворенное и сокровенно ищет оживить собою также духовное, то есть внутреннего человека. Если человек жестоковыен, невнимателен, нечувствителен, упорен против Духа Святого: то и в отверстом рукотовренном храме благодатное жилище Божие для него заперто; рукотворенная церковь не освящает и не спасает того, кто с своей стороны не подвизается, чтобы соделать себя живою церковию живого Бога.

Но перестанем изъяснять слова Стефана. Довольно сказать: чему он учил, тому же его и наш Божественный и единственный Наставник научает в следующих словах: "грядет час и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною: ибо Отец таковых ищет покланяющихся Ему" (Иоан. IV. 23).

Что скажем на сие, христиане? Скажем ли с некоторыми: на что же нам и церковь рукотворенная? Не довольно ли знать одну церковь нерукотворенную в сердце? Остережемся. Сие значило бы метаться из одной крайности в другую; сие значило бы на место грубой жестоковыйности плотской поставить гордое упорство духовное. Сам Основатель духовной Церкви -- Христос и Его Апостолы, не посещали ль рукотворенного храма? Не рукотворенные ли виды хлеба и вина предал Он для совершения божественного и боготворного Таинства тела и крови Его? Не будьте так грубы, чтобы останавливаться на одном рукотворенном; но и не будьте так горды, чтобы пренебрегать рукотворенное, чрез которое Бог творит чудеса благодати.

Но если кто, простояв уреченный час в церкви рукотворенной по образу христиан, позволяет себе прочее время жизни проводить в страстях и пороках, по подобию язычников, -- кто покланяется пред видимым рукотворенным образом святыне Божией, но не старается преобразиться внутренно во образ Божий правдою и преподобием истины; кто дает фимиам в кадило, но не приносит Богу в огне любви благоухания молитвы; кто слышит в храме звуки слова Божия и думая, что тем исполнил дело Церкви, беспечно забывает оное; видит служение Таинств, но не жаждет душею причащения чрез них благодати Божией: всякому таковому и мы со святым Стефаном говорим: "Вышний не в рукотворенных церквах живет"; не в стенах, знамениях, звуках, обрядах состоит благочестие и жизнь благодатная, жизнь Божия в человеке; дабы найти сию жизнь, надобно, в ограде храма, при занятии чувств и мыслей освященными знамениями, божественными звуками слова, священнодействиями Таинств, "покланяться" Отцу небесному "духом и истиною"; а также и вне храма всю жизнь свою посвятить исполнению воли Божией, и соделать оную непрерывным богослужением.

Вера, молитва и внимание к заповедям Божиим и к собственным делам нашим да помогут нам, братия, "обрести благодать пред Богом, и испросить обрести селение Богу Иаковлю", то есть, обрести благодать нерукотворенного храма, или "вселение Христа верою в сердца наша" (Еф. III. 17). Аминь.