Фалеев Николай Иванович
Стихотворения

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Осел и Собака. Басня
    Заяц-обличитель. Басня
    Собачья радость. Басня
    Свободные скоты. Басня
    Отрывок из неприятной метаморфозы. Октава
    Песня о трех соколах
    Ода
    По Мойке
    Карандаш и Циркуляр. Басня
    Лиса-политик. Басня
    Маски. Испанское романцеро
    Небывальщинки
    О блаженстве
    Его карательству. Прощальная ода
    Вирши на открытие Государственной думы
    Песнь торжествующей свиньи. Басня
    Что значит автономный? Нечто вроде басни
    Таинственный купец, или Министровы деньги. Оперетка
    Песня о "кунштюкуции", именуемой в просторечии "свободами"
    Отрывок из новейшей "Голубиной книги".
    <Из "Новых частушек-коротушек про войну">
    <Из "Новых припевок">

  
  
  
  
  
   Н. И. Фалеев
  (Ле-в; Мстислав; Н. Ф.; Нео-Овидий; Ринальдо-Ринальдини; Сила Дворянинович;
   Фарлаф; Чуж-Чуженин)
  
   Стихотворения
  
  ----------------------------------------------------------------------------
   Стихотворная сатира первой русской революции (1905-1907)
   Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание.
   Л., "Советский писатель", 1969
  ----------------------------------------------------------------------------
  
   Содержание
  
   222. Осел и Собака. Басня
   223. Заяц-обличитель. Басня
   224. Собачья радость. Басня
   225. Свободные скоты. Басня
   226. Отрывок из неприятной метаморфозы. Октава
   227. Песня о трех соколах
   228. Ода
   229. По Мойке
   230. Карандаш и Циркуляр. Басня
   231. Лиса-политик. Басня
   232. Маски. Испанское романцеро
   233. Небывальщинки
   234. О блаженстве
   235. Его карательству. Прощальная ода
   236. Вирши на открытие Государственной думы
   237. Песнь торжествующей свиньи. Басня
   238. Что значит автономный? Нечто вроде басни
   239. Таинственный купец, или Министровы деньги. Оперетка
   240. Песня о "кунштюкуции", именуемой в просторечии "свободами"
   241. Отрывок из новейшей "Голубиной книги"
  
   222. ОСЕЛ И СОБАКА
   Басня
  
   Осел вступил однажды в спор
   С цепной Собакой
   И стал доказывать, что всякой
   Свободной мысли есть у нас простор,
   Лишь форму бы она законную имела.
   "Овчарушка, мой свет! -
   Сказал Осел. - Узды для мысли нет,
   Но мысли надо выражать умело
   И почитать закон!.."
   - "А если он, -
   Овчарка возражает,-
   Меня стесняет
   И мой собачий лай
   В торжественную оду превращает?"
   - "А ты, Овчарушка, по правилам полай,
   Хвостом с почтеньем повиляй,
   Сегодня похвали, а завтра повторяй,
   Глядь: послезавтра ты и приобвыкла...
   Когда б ты в дело вникла,
   То поняла б сама,
   Что без закона мысль - анархия и тьма!.."
   При сих словах Овчарка хвост спустила
   И взвыла.
   А наш благонамеренный Осел
   К волкам-блюстителям пошел,
   Чтобы в законе
   Справку раздобыть:
   Имеет ли Овчарка право выть
   В минорном тоне?
  
   <13 июня 1905>
  
  
   238. ЗАЯЦ-ОБЛИЧИТЕЛЬ
   Басня
  
   "Я - Заяц! Я - известный либерал!
   Консерватизм претит моим принципам...
   Весь век я пеной бешеной плевал:
   Дубам сатиры посвящал,
   Читал я обличенья липам,
   Бранил за легкомыслие стрекоз,
   Негодовал на приставанье ос,
   Бранил траву за шум беспечный
   И даже раз дошел до дерзости такой,
   Что Путь на небе Млечный
   Жестоко выругал! О да!.. Я - Заяц злой!..
   И там, где попранные блага,
   Где слабый никнет головой, -
   Там - я, и тем я - свой!..
   О, если б..." Вдруг какая-то бумага
   От ветра шевельнулася в кустах...
   Исчезла заячья отвага,
   Объял его понятный страх...
   Мгновение - и либерала ушки
   Мелькают где-то у опушки...
  
   <7 августа 1905>
  
  
   224. СОБАЧЬЯ РАДОСТЬ
   Басня
  
   На улице две встретились собаки.
   Обнюхались и вместо драки
   На темы модные вступили в разговор.
   "Поверишь ли? У нас в смущеньи целый двор!
   Сказала радостно Дворняга. -
   Я слышала ушком: получена бумага,
   Чтоб нас, собак, пустили на простор
   И что ошейники отныне - сущий вздор,
   А этот вечный наш позор -
   Намордник -
   Сожжению подвергнет дворник...
   Вот то-то будет рай:
   Где хочешь - там гуляй,
   Свободно лай
   И безбоязненно обнюхивай друг друга...
   Жужу! Почтенная Жужу:
   От счастья я грядущего дрожу!
   Подумай: псы такого круга,
   Как мы..."
   - "О! Дивный жданный миг! -
   Жужу Дворняжку перебила. -
   Я чувствую: во мне опять явилась сила,
   Мой дух - могуч! Мой дух - велик!
   И - слышишь ли? - мой лай хрипящий
   Стал музыке подобен настоящей...
   Долой ошейники! долой!
   Теперь, Дворняга, мы с тобой
   Народ уж не пропащий!
   За нас закон...
   Теперь..."
   Из-за угла фургон
   Откуда-то внезапно появился;
   Собачник изловчился,
   Дворнягу сгреб, поймал Жужу...
  
   Читатель, так и быть - тебя я пощажу:
   Мораль - скучна, а мы друзья веселья,
   От скуки я тебя спасу;
   Но знай: филей Жужу пошел на колбасу,
   Дворняжки шкурка - на изделья.
  
   <11 сентября 1905>
  
  
   225. СВОБОДНЫЕ СКОТЫ
   Басня
  
   "Друзья! - так начал речь Пастух
   К стадам, бродившим на поляне. -
   Я бью вам всем челом заране,
   Досель я был и слеп, и глух.
   Средь вас возникло недовольство...
   Простите ж мне тиранство, своевольство:
   Свидетель бог, -
   Я вас стерег,
   Чем только мог,
   От гибельных и вредных заключений:
   Рожком,
   Арканами, кнутом,
   Но всё из чистых побуждений.
   Я заблуждался... Грянул гром!
   Теперь, при всем честном народе,
   Я волю объявляю вам!
   Свободные! Молитесь небесам!
   Я первый кнут бросаю сам!
   Идите же, резвясь, в объятия свободе
   И отдавайте дань природе,
   Где захотите: тут иль там!"
   Замолк Пастух... Разинув глотки,
   Скоты свободные бегут...
   Куда девался облик кроткий?!
   Восторг оваций, счастья нотки,
   Хвосты трубой, мычат, ревут,
   Туда, сюда, - а там и тут
   Уже колючие готовы загородки.
  
   Читатель, мысль тебе не надо пояснять:
   Тех загородок снять
   Скоту буржуйному не по нутру, конечно:
   Для них - что колется, то вечно.
  
   Октябрь или ноябрь 1905
  
  
   226. ОТРЫВОК ИЗ НЕПРИЯТНОЙ МЕТАМОРФОЗЫ
   Октава
  
   Горе, великое горе постигло святую цензуру:
   Прежний владыка, насильник свободной мечты человека, -
   Ныне он только агент полицейский и лишь доноситель,
   Коему вверено прямо по службе следить за печатью,
   Нюхать, где - грех; где - порок; где - свободное, яркое слово;
   Нюхать, следить, доносить. Для таких превращений нежданных
   Форму одежды для цензоров вводят исконно святую:
   Синие вводят очки и гороховый, нежный костюм.
  
   Октябрь или ноябрь 1905
  
  
   227. ПЕСНЯ О ТРЕХ СОКОЛАХ
  
   Во Чернигов, во Саратов, во Тамбов
   Выпускали из столицы соколов.
   А те соколы вояки христианские,
   А на них мундиры адъютантские.
   Наказали им в губернии
   Водворить покой примернее,
   Останавливать издания,
   Угашать все начинания,
   Даже - эх вы, незадачные! -
   Прекращать питьи кабачные
   Властью свыше полномочены.
   Тесаки у них отточены,
   К их услугам вся полиция
   И "народная милиция",
   Что толпою непокорною
   Прозвалася "сотней черною"...
   Адъютанты генеральные
   Происшествия скандальные
   Успокоить отправляются,
   Самовластьем начиняются,
   Аксельбантами погонными
   И деньжатами прогонными.
   Веселитеся в губернии,
   Хулиганы мрачно-чернии!
   Спи спокойно, Русь великая!
   Едет сила, сила дикая!
   Этой силы не убавилось,
   А порядка не прибавилось...
   Во Чернигов, во Саратов, во Тамбов
   Выпускают из столицы соколов.
   И летят они, посольники,
   Молодцы антикрамольники...
  
   Октябрь или ноябрь 1905
  
  
   228. ОДА
   (Посвящается министру внутрироссийской смуты)
  
   О Дурново! С каким смятеньем
   Я созерцаю образ твой
   И, относясь к нему с почтеньем,
   Провозглашаю: ты - герой!
   Ты совместил в себе, великий,
   Министр внутрироссийских смут,
   Дух полицейский, норов дикий,
   Аркан, улыбку, ласку, кнут...
   Тебя приветствую я робко!
   И, грешный, мыслю об одном:
   Ты - только пробка, только пробка
   В бутылке с пенистым вином.
   Сядь поплотней! Уприся в горло!
   Вино кровавое шипит,
   Бурлит, к стене тебя приперло!
   Храни свой министерский вид!
   Министр внутрироссийской смуты!
   Шеф всероссийских палачей!
   О, не дрожи: смутьянов путы
   Бессильнее твоих плетей!
  
   Октябрь или ноябрь 1905
  
  
   229. ПО МОЙКЕ
  
   Там, где Мойка катится,
   Меж гранитных плит, -
   Там стоят два здания...
   Безобразный вид...
   Зданье двухэтажное,
   Близ - городовой,
   С виду - умилительный,
   С черной бородой.
   Далее вдоль улицы,
   Скверные с лица,
   Сыщики и сыщики
   Видны без конца.
   Там, где Мойка катится,
   Меж гранитных плит,
   В зданьи желтокаменном
   Дурново сидит.
   На подъезде - сыщики,
   В зале, за столом,
   Под постелью, вешалкой -
   Словом, полон дом.
   Сыщики ретивые,
   В синих все очках,
   Выражают преданность,
   Выражают страх.
   Дети революции
   Тронут ли его,
   Генерала-сыщика -
   Пьера Дурново?
   Перейдем насупротив...
   Сыщики и тут:
   Гордо подымается
   Здесь военный суд.
   Сыщики и сыщики...
   Кину ль вправо взор:
   Вон - наряд гороховый;
   Вон - стоит дозор...
   Влево - боже праведный! -
   Сыщики кругом:
   В фонарях, за окнами,
   В доме, за углом.
   В суд вхожу ль с опаскою:
   Вижу - судьи в ряд...
   Нет, уж не обманете:
   Сыщики сидят.
   Прокурор старается...
   Ордена, кресты,
   Офицер как будто бы...
   Сыщик, брат, и ты...
   Словом, Мойка бедная
   Сыщиков полна,
   Оттого-то грязная
   У нее волна...
   Оттого-то хочется
   Без конца кричать:
   "Прочь! Довольно сыщиков,
   Сыщиков убрать!"
   Тсс... О муза милая,
   После попоем...
   Сыщики слоняются,
   Сыщики кругом.
  
   Ноябрь 1905
  
  
   230. КАРАНДАШ И ЦИРКУЛЯР
   Басня
  
   Жил некий Карандаш на свете много лет.
   Он популярен был: знавал его поэт,
   Редактор, метранпаж, издатель, литератор -
   Будь то умеренный, свободный, консерватор, -
   Ну, словом, целый свет
   Перед его всевластьем преклонялся.
   А так как "вольный дух" им строго возбранялся
   И с ним борьба взяла немало сил,
   То Карандаш решил
   Помощника себе сыскать, надежного служаку,
   Не дерзкого, не забияку,
   Но человека с умной головой,
   Чтоб таковой
   Меж строк умел бы видеть смуты,
   Чтоб злонамеренные путы
   Писак газетных пресекал,
   А главное - чтоб современные он нужды понимал.
   Прошло немного дней -
   И у дверей
   Цензуры Циркуляр стучится.
   Он - ловок, он - умен,
   Свободомысльем в меру надушен,
   Корректный тон,
   На лбу закон.
   К Карандашу вошел и даже не садится...
   "Я, ваше-ство, известный меценат!
   Редактор мне - и сват, и брат!
   С писателем - друзья мы.
   Читателю не рою ямы...
   Могу отечеству я с честью послужить:
   Статья у вас имеется такая...
   Сто... сто сороковая..,
   По ней я буду жить,
   По ней дела вершить,
   И выйдет так, что всякому печатному уроду
   Дадим свободу:
   Едва назрел вопрос,
   Я весь к его услугам,
   Не буду действовать ни карой, ни испугом,
   Держать по ветру буду нос
   И только восклицать:
   "Нельзя писать
   Того-то и того-с!"
   Поверьте, ваше-ство, я стану общим другом!"
   Тут с дрожью в голосе воскликнул Карандаш:
   "Вы - мой, я - ваш!
   А в единеньи - сила!
   Нас разлучит одна могила,
   А до тех пор пойдем
   Вдвоем!.."
  
   Мораль сей басни надо пояснить:
   С Карандашом трудненько было жить,
   При Циркуляре -
   Нам скоро воспретят писать и о пожаре.
  
   1905
  
  
   231. ЛИСА-ПОЛИТИК
   Басня
  
   "Ах, Мишенька, клянусь, в тебе есть чувств излишек!
   Ведь ты в лесах
   Наводишь ужас, смерть и страх
   На всех зверишек!
   Ты им проходу не даешь,
   Оброк безжалостно дерешь:
   Спокойствия зверям нет ни большим, ни малым...
   Они бегут из наших стран!
   Недаром же зовут тебя отсталым
   И говорят: ты - деспот, ты - тиран!"
   - "Ах, Лисонька! Почто твои нападки?
   Доносят птицы мне, что ты не без греха,
   Что с них берешь ты взятки
   И что на днях еще стянула петуха?.."
   - "Позвольте, кум! Не знаешь ты подкладки.
   И это птичий мир пускает гнусный слух!
   Подумай, кум, ведь сей петух
   Давно уж вел себя как злостный агитатор...
   Он даже кур (ох, вымолвить боюсь!)
   Сзывал вступить в союз!..
   Конечно, реформатор
   Эквивалент достойный получил!..
   За что ж упрек? Я выбилась из сил.
   Работаю отменно,
   Искореняю зло, порок...
   Ох, куманек,
   Скажу я откровенно:
   Ведь твой упрек
   Меня в смущенье повергает,
   Да и притом..."
   - "Кума, да прочий мир болтает,
   Что по ошибке вместе с петухом
   Ты пару кур с цыпленком прихватила
   И будто придушила
   Их под кустом!.."
   - "Ты, кум, медведь с душою медвежонка,
   Твои суждения - суждения ребенка!
   Не захвати я этих кур -
   двух кур
   И с ними тощего цыпленка,-
   Ты поручился бы, чтоб там иль тут
   Не развелось бы смут?
   Ах, Миша, зло уничтожай умело
   И помни, что в борьбе со злом
   Не надо действовать открыто, грубо, смело, -
   Зачем тут гласность, крики, шум?
   Чтобы вести правленья дело,
   Потребен тонкий ум!"
  
   1905
  
  
   232. МАСКИ
   Испанское романцеро
  
   Маскарад у сюзерена...
   Пряный запах, звуки, краски.
   В люстрах - блеск, и в кубках пена.
   Здесь, и там, и всюду маски...
  
   Полночь бьет... Притихла зала...
   И с возвышенного трона
   Сюзерен - с душой шакала -
   Сходит в маске купидона...
  
   С ним - супруга и принцессы,
   Нарядились как весталки...
   Рядом - рыцари-повесы:
   Как монахи, - скорбны, жалки.
  
   У колонн уселся скромно
   В одеяниях прелатов -
   Ряд министров... В позе скромной
   Не узнаешь в них пилатов...
  
   Там шуты все в сборе... Славно!
   Все в нарядах сюзерена,
   В масках шествуют забавно
   И не гнут свои колена...
  
   Музыканты - вот затеи! -
   В капюшонах, как аббаты;
   Словно рыцари, лакеи
   Влезли в рыцарские латы.
  
   Маскарад... Шумите ж, маски!
   Полночь бьет, и близко утро...
   День спешит, линяют краски
   В светлых искрах перламутра...
  
   Торопитесь, сюзерены!
   Пейте, рыцари-повесы!
   Пусть дрожат от звуков стены
   В честь веселья, в честь принцессы!
  
   Крепче вина! Громче звоны?
   Наполняйте же бокалы,
   Сюзерены-купидоны,
   Горе-схимники - вассалы!..
  
   Пейте в масках... Там, далеко.
   Где к морям бегут ступени,
   Где темно и одиноко,
   Где сгустились мрачно тени, -
  
   Там... О, пейте, пейте шумно!
   Там, за гранью ярких красок,
   Там народ кричит безумно:
   "Маски прочь! Довольно масок!"
  
   <1 февраля 1906>
  
  
   233. НЕБЫВАЛЬЩИНКИ
  
   Уж случись-приключись небывальщинки,
   Небывальщинки немалые:
  
   По чисту полю наш флот бежит,
   На дне моря капитал лежит,
   Во Париже - Трепов-президент,
   Готтентоты денег дали под процент,
   Во поднебесьи овес растет,
   Дурново карикатуры издает,
   Городовые разгоняют казаков,
   Казаков амнистированных,
   Всех от казни отвоеванных;
   Витте стал купецкой свахою
   И грозит рабочим плахою;
   Дума мыслит учредительно,
   Жизнь в России восхитительна,
   Рыбы бегают по улицам пешком,
   Ерш Шпионович гуляет петушком,
   Он по форточкам не нюхает,
   Комариный писк не слухает,
   Ходит Ерш Шпионыч франтиком:
   Всё брюшко отделал кантиком...
  
   Уж такие ж небывальщинки!
   Уж такие небывалые!..
  
   <6 марта 1906>
  
  
   234. О БЛАЖЕНСТВЕ
  
   Блаженны сытые брюхом, ибо по брюху встречают.
   Блаженны скачущие, ибо за ними не угонятся.
   Блаженны свирепые, ибо жалости не чувствуют.
   Блаженны разоряющие, ибо строить им не приходится.
   Блаженны немилостивые, ибо милостями осыпаны.
   Блаженны нечистые сердцем, ибо и мыла им не надобно.
   Блаженны изгоняющие правды ради, ибо заселяют землю,
   Блаженны, когда поносят вас, ибо и от поноса есть средства.
   Радуйтесь и веселитесь, ибо ко двору вы пришлись.
  
   <13 марта 1906>
  
  
   285. ЕГО КАРАТЕЛЬСТВУ
   Прощальная ода
  
   "Сахалинец мой сиятельный!
   Монополь-премьер карательный!
   Что тебя так исковеркало?
   Аль гляделся часто в зеркало?"
  
   "Я задумался пред Думою,
   Пред крамолою угрюмою,
   Пред заимствованной суммою!
   Положение неверное,-
   Исторически прескверное!"
  
   "Поводырь наш во беспутии,
   Столп отечества в распутий!
   Граф казенный от Портсмутии!
   Перед Думою кадетскою
   Встань-ка в позу кабинетскую!" {*}
  
   "Встал бы я, да мне неможется!
   Уложил бы, не уложится!
   Разогнал бы, да умножится!
   Для блюдения достоинства
   Не хватает больше воинства..."
  
   "Эко дело незадачное!
   Что ж, сиятельство кабачное,
   Не кидать же место злачное!..
   Плюнь крамоле в рожу мерзкую
   И держись за роль премьерскую!"
  
   "Ох, и плюнул бы внушительно...
   Ох, как плюнуть соблазнительно!
   Да меня, беднягу, скрючило:
   Горемыкинское чучело
   Предназначено премьерствовать,
   А моя судьба - дерньерствовать,
  
   В бриллиантах кавалерствовать
   С пулеметным моим сродником -
   С Дурново Петром угодником...
   И засядем мы за шторами,
   И пребудем там суфлерами!"
  
   <1906>
  
   {* Здесь предполагается кабинет министров, а не другое.}
  
  
   236. ВИРШИ НА ОТКРЫТИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ
   (С настроением)
  
   Гудят колокола, и громыхают пушки...
   Долой молчания великого печать!
   И весел гражданин, и на макушке - ушки,
   И плакать хочется, и хочется кричать...
   О, он на всё глядит влюбленными глазами...
   И с уст его готов сорваться нежный стих!
   О, он готов теперь брататься с казаками
   И даже лобызать в уста городовых!..
   Ни сыщиков кругом, ни страшной черной сотни...
   Впервые так велик к свободе мощный зов!..
  
   Нагнись же, гражданин, и в каждой подворотне
   Узришь припрятанных на случай казаков!
  
   Апрель 1906
  
  
   237. ПЕСНЬ ТОРЖЕСТВУЮЩЕЙ СВИНЬИ
   Басня
  
   Уткнувшись в лужу пятачком
   По самое свиное темя,
   Хавронья хрюкала о том,
   Что возрождается опять свиное племя:
   "Мы начинаем вновь прогресс!
   Нам дела нет до звезд и до небес,
   Мы их совсем не почитаем,
   И самым сущим раем
   Свой хлев испачканный считаем!..
   Настал опять счастливый миг,
   Дух вольнодумства ныне стих,
   И радикальные дворовые собаки
   За вольнодумственные враки
   Все - на цепях!..
   Исчез отныне страх,
   И безбоязненно в печати и искусстве,
   Копытцами постукивая в чувстве,
   На псов мы призываем гнев
   И в одах восхваляем хлев;
   А иногда (коль близко дворник),
   Для развлеченья и утех,
   Собак привязанных толкаем мы в намордник;
   Итак, без всяческих помех
   Мы ходим всюду, где угодно,
   И хрюкаем свободно,
   Без личных счетов и без ссор,
   И скоро весь захватим двор!.."
  
   Читатель, для тебя не надо пояснений:
   И, сидя на цепи, мы слышали не раз
   Торжественный аккорд подобных песнопений:
   Рептильная печать звучит и посейчас.
  
   <7 октября 1906>
  
  
   238. ЧТО ЗНАЧИТ АВТОНОМНЫЙ?
   Нечто вроде басни
  
   Однажды Некто в день скоромный
   Задумался над словом "автономный",
   А так как Некто был фельдфебельский Вольтер
   И с эрудицией огромной,
   Всех орденов российских кавалер,
   То он решил не мудрствовать лукаво,
   Не рыться в словарях, а действовать в карьер,
   И лишь скомандовал: "Направо
   Известною казачьей лавой
   Во весь опор,
   А двери школы - на запор!"
  
   Скажи, читатель, сей прием головоломный
   Ужель не разъяснил, что значит "автономный"?
  
   Октябрь 1906
  
  
   239. ТАИНСТВЕННЫЙ КУПЕЦ,
   ИЛИ МИНИСТРОВЫ ДЕНЬГИ
  
   Оперетка
  
   ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
  
   Гапон - лирический тенор.
   Матюканский - злодей. Бас на вторые роли.
   Рабочий Петров - простак.
   Четверо. Ядро рабочего комитета. Квартет
   Тимирязев - компримарио.
   Купец - бас профундо.
   Гороховое пальто.
   Пресса - закулисный хор.
  
   Рабочие, народ, природа и пр.
  
   Действие происходит в XX веке, в эпоху революции.
  
   АКТ I
  
   Роскошный кабинет.- На стенах портреты всех умерших министров,
   манифесты в рамках, пейзажи из русско-японской войны и вид
   г. Портсмута. - Огромный письменный стол, заваленный репрессиями. -
   На столе ваза с высохшим букетом весенних обещаний. - За
   столом сидит Купец, неимоверного вида, в кафтане, борода лопатой,
   сапоги бутылкой. - За сценой слышно пение хора.
  
   Хор прессы
   (Уныло, на мотив хора странников из "Рогнеды")
  
   Во дни свобод - свободой мы упились;
   Теперь спокойно можем умереть...
   Редакторы по тюрьмам разместились,
   Влечет и нас туда раскинутая сеть.
   Влекут и нас в нирвану дни невзгоды,
   Прильпне язык, и страха полон взор...
   (Пришибленно)
   Долой бесправие, да здравствует свобода
   И учредительный да здр...
  
   Внезапно умолкают. Слышен строгий голос: "Взять их!" и глухой
   говор "народа": "Ишь ты! Запели! Рази можно без начальства петь?
   От хорошей жизни не запоешь!"
  
   Купец
   (Задумчиво)
  
   От хорошей жизни не запоешь! Это верно! Вот почему, когда сделали меня
  премьером, поручили примирять непримиримое и сказали: "Бди!" - мне
  захотелось петь... Никто мной не доволен, а между тем приходится спасать
  Россию. Ах, как хорошо было прежде, когда всё было тихо...
  
   (Облокотился на стол и поет вполголоса: "Ни о чем я,
   Дуня, не тужила...".)
  
   Хор
   (За сценой)
  
   У лукоморья есть столица -
   Там всё навыворот идет.
   Там жизнь как бред и небылица,
   Там жить нельзя со дня свобод...
   Там поп к царю с народом ходит,
   Министр имеет странный вид:
   Идет направо - песнь заводит,
   Налево - сказку говорит...
   (Удаляются.)
  
   Купец
   (Спокойно)
  
   Вот я помолюсь богу, да потом такие вам дополнительные правила против
  печати сочиню!
   (Грозит кулаком.)
  
   Стучат в дверь.
  
   Войдите!
  
   Входит Тимирязев, становится у притолоки в глубине сцены
   и поет тенором.
  
   Тимирязев
  
   Привет тебе и честь, боярин,
   Великий наш премьер!
  
   Купец
   (Подхватывает басом)
  
   Спасибо, друг мой! Благодарен.
   Что скажешь, сэр?
  
   Тимирязев
  
   К тебе, о муж наш именитый,
   Явился некто знаменитый,
   С тобой свиданья просит он...
  
   Купец
  
   А как зовут его?
  
   Тимирязев
   (Таинственно)
  
   Гапон!
  
   Купец
   (Вскочив, громко)
  
   Гапон?
  
   Вместе
   (Удивленно)
  
   Га-пон?!
  
   Входит Гапон, в рясе, вид елейный, лукаво-пронырливый, глаза
   опущены долу, руки смиренно сжаты крестом на груди.
  
   Гапон
   (Вкрадчиво, сладким тенором)
  
   Благословенна будь сия обитель
   И ангел за трапезу вам!
   Аз - грешный господа служитель
   И недостойный раб я сам -
   Н-но...
   (Тихо приближаясь и постепенно переходя в хищный тон)
   Кровно спаян я с народом
   Девятым страшным января,
   И, между нами говоря,
   Я вознесен событий ходом!
   Куда Россию увлекло?
   На путь печальный забастовок...
   Когда, постясь в Монте-Карло,
   Я был прозорлив, был я ловок,
   И за рулеткой говорил,
   Что злой недуг Россию гложет,
   Что от зловредных темных сил
   Ее лишь граф избавить может!
  
   Купец
   (Жмет ему руки)
  
   Святой отец! Как ты мне мил!
  
   Гапон
  
   Да! Да! Я это говорил!
   (Воодушевляясь)
   Когда Дубасов-адмирал
   Палил в пустые баррикады,
   Я за границей уверял,
   Что нам восстания не надо.
   Рабочим-братьям я послал
   Посланье, спаянное кровью;
   Пылая братской к ним любовью,
   Я их к терпенью призывал.
   Я говорил, что буду прав,
   Их успокоят, уничтожат,
   Что только Витте, только граф
   На верный путь наставить может.
  
   Купец
  
   Святой отец, как ты мне мил!
  
   Гапон
  
   Да! Да! Я это говорил!
   Рабочих-братьев так отделав,
   Горю желанием одним:
   Чтобы "гапоновцам" моим
   Открыть одиннадцать отделов!
   Пусть под надзором верных лиц
   Они как дети там танцуют.
   Пусть вред бесплодных небылиц
   Им на собраниях втолкуют.
   Лишь только б нам их всех толкнуть
   На мирный путь!
   (Многозначительно)
   На мирный путь!
  
   Купец
  
   На мирный путь!
   (Мало подумав)
   Что ж тут худого?!
   Согласен я! Даю им слово!
  
   Гапон
  
   Господь тебя превознеси!
   Да только... добрых путь крутенек!..
   Есть просьба!
  
   Купец
  
   Что ж! скорей проси!
  
   Гапон
  
   Тысчонок тридцать нужно денег!
  
   Купец
   (Почесав затылок)
  
   Ну что ж? Я добр. Да и не вор ты!
   Вот на, бери!
   (Кладет деньги на стол.)
   Но чур, молчи!
   Другим всё дело поручи
   И в заграничные курорты
   Беги проворною стопой,
   Как бы преследуемый мной!
  
   Гапон
   (Опуская деньги в глубокий карман рясы)
  
   Блажен бессребреник на свете!
   Блаженны щедрые стократ...
   Зря не истратим деньги эти,
   Спокоен будь, рабочий брат!
  
   Купец
   (Растроганно)
  
   Коль денег будет вам с нехватцем,
   Я дам еще... когда-нибудь!
   Ужель без сердца эта грудь?
   (Бьет себя кулаком в грудь.)
   А ты скажи рабочим-братцам,
   Что деньги эти от лица,
   Помочь хотящего "движенью",
   Ну просто, скажем, от купца,
   Который волей провиденья
   Когда-то даже "красным" слыл,
   Страдал, но сделался богатым,
   Хоть и остался, как и был,
   Социалистом, демократом!
  
   Гапон
  
   Добро! Ударим по рукам!
   Ловцами будем в этой ловле!
  
   Ударяют по рукам.
  
   Тимирязев
   (У двери, в сторону)
  
   Темно... Хоть я министр торговли...
   В отставку скоро я подам!
  
   Купец и Гапон
   (Игривый дуэт)
  
   Что ж тут худого?
   Вместе мы снова!
   Вместе Россию мы будем спасать!
   В этой безделке -
   В маленькой сделке
   Есть гениальности мудрой печать!
   Сметкой охочей
   Вопрос рабочий
   Экономической пустим стезей!
   Маленьким кушем
   Схватку задушим
   И водворим мы в России покой!
   В глазах Европы
   Все мы холопы,
   Но мы устроим в Европе заем.
   Не грубой палке -
   Русской смекалке
   Песнь мы поем.
  
   Тимирязев
  
   Хоть я министр торговли сам,
   Но тут в отставку я подам!
  
   Купец
  
   Итак, дело в шляпе. Можно быть спокойным, что "гапоновцы" пойдут
  навстречу желаниям начальства. Но только знаете ли что, господа? Когда вы,
  отец Гапон, уедете за границу, передайте, пожалуйста, деньги министру
  торговли (указывает на Тимирязева, тот кивает головой), а он будет выдавать
  частями вашему доверенному. У вас есть такой доверенный?
  
   Гапон
  
   Как же, есть! Типичный представитель тех симпатичных благоразумных
  интеллигентов, которые постоянно ходят около рабочих. Он здесь в прихожей
  стоит: я захватил его на всякий случай. Позвать?
  
   Купец
  
   Позовите!
  
   Гапон хлопает в ладоши. Входит Mатюканский. Одет плохо.
   Вид запьянцовский. Смотрит мрачно.
  
   Гапон
   (Купцу)
  
   Вот мой доверенный.
  
   Купец
   (Матюканскому)
  
   Кто ты?
  
   Матюканский
   (Мрачно)
  
   Я - Матюканский.
  
   Гапон
   (Поясняя)
  
   Друг мой!
  
   Мaтюканский
   (Густым пропитым басом)
  
   Честной подпольной работы
   Двадцать три года за мной!
   Я демократом родился -
   Знают, кого ни спроси...
   Чтоб я украл иль напился -
   Боже меня упаси!
  
   Гапон
   (Смеясь)
  
   Он у меня простак,
   Мы сделаем вот так!
  
  Вынимает деньги и показывает их Матюканскому. Матюканский тянется к деньгам,
   но Гапон передает их Тимирязеву.
  
   Гапон
  
   Готов поклясться я хоть с кровли,
   Что будет строг министр торговли.
   Когда отправлюсь я в дорогу,
   Он будет деньги сохранять
   И осторожно, понемногу
   Их демократу выдавать.
  
   Купец
  
   К нему рабочие все близки!
  
   Тимирязев
   (Оглядывая Матюканского)
  
   Но я не выдам без расписки.
  
   Гапон
   (Матюканскому)
  
   Клянись же теперь откровенно и смело
   Служить мне! Ведь плата достойна труда!
  
   Матюканский
   (Тоном бандита из "Риголетто")
  
   Я честный ремесленник темного дела,
   (В низкую ноту)
   И даром я платы не брал никогда!
  
  Повертывается спиной и мрачно выходит. Следом за ним, подозрительно провожая
   его взглядом, выходит Тимирязев. Остаются Купец и Гапон. Оба смотрят друг
   другу в глаза. Немая сцена. Гапон снова принимает смиренный вид. Сложивши
   руки на груди крестом, кланяется Купцу и задом пятится к двери.
  
   Гапон
  
   Прости же, дивный покровитель.
   Душой парю я до небес...
   Благословлю твою обитель...
  
   Купец
   (Загадочно)
  
   Блюди рабочий интерес.
  
   Гапон
   (Всё кланяясь и удаляясь к двери)
  
   Тебе мы благодарны вечно,
   Русь без тебя что темный лес.
   Всё в руцех божиих, конечно...
  
   Купец
   (Еще загадочнее)
  
   Блюди... рабочий... интерес.
  
   Гапон исчезает.
  
   Купец
   (Один)
  
   Уф! Тяжела ты, шапка Мономаха!
  
  (Садится за стол, снимает парик, бороду, кафтан и сапоги, оказывается графом
   Витте и отирает пот.)
  
   Занавес
  
   (Продолжение следует)
  
   <1906>
  
  
   240. ПЕСНЯ О "КУНШТЮКУЦИИ",
   ИМЕНУЕМОЙ В ПРОСТОРЕЧИИ "СВОБОДАМИ"
  
   Гой ты, Чудо иноземное!
   Гой ты, Дитятко дроченое -
   Кунштюкуция немецкая!..
  
   У тебя ль, Дитяти холеной,
   Целый штат министров-нянюшек,
   Целый терем наставителей,
   Сожигателей, душителей,
   Кунштюкуцких насадителей...
  
   И с того, Дитя дроченое,
   Маринованно-моченое,
   В двадцати водах промытое,
   Насадителями битое,
   Оттого ты и безглазное,
   Оттого ты подприказное,
   Прозываешься по-разному:
   По-немецки - Кунштюкуция,
   А по-русски - фигувыкуси...
  
   <1907>
  
  
   241. ОТРЫВОК ИЗ НОВЕЙШЕЙ "ГОЛУБИНОЙ КНИГИ"
  
   Идет Баба косматая,
   Бредет Баба лохматая,
   Неприглядная, немытая,
   В синяках избитая;
   Идет, шатается,
   За фонари хватается,
   Гласом хриплая,гнусавая...
   За ней - свора легавая.
   Бредет Баба перехожая,
   Бежит за ней толпа прохожая...
  
   "Уж ты Баба знаменитая,
   И почто ты такая избитая?
   Немытая?
   Идешь сиротливая,
   Бредешь гнусливая...
   Куда все твои слова подевалися,
   Разбежалися?
   Ведь была ты Венерой Медицейскою..."
  
   "Стала ныне я печатью расейскою!
   Ах, была я свободной,
   Модной,
   Карлам да Амальям неугодной...
   Уж и били меня Карлы с Амальями,
   Уж и поносили меня разными канальями...
   А я Баба живучая,
   Текучая,
   От той брани полнела,
   Добрела...
   Уж и стали бить меня судами-трибуналами,
   Статьями-шандалами...
   Били-били,
   Не убили,
   Принялись Карлы-Амалии
   За дубье, за резину и так далее...
   Били меня, Бабу, били, -
   Не добили!
   Меня, Бабу, изувечили,
   Все слова мои искалечили.
   Не судом,
   Не дубьем -
   Стали бить меня, Бабу, рублем...
   Дали раз, дали два,
   Разбежались слова.
   Остались у меня, Бабы, одни точки,
   Да и на тех - платочки!
   Оттого я - не Венера Медицейская,
   Оттого я - печать полицейская,
   Сиречь всерасейская!..
  
   <1907>
  
   Н. И. ФАЛЕЕВ
  
   Николай Иванович Фалеев - поэт, драматург, журналист, активный
  сотрудник и член редколлегии журнала "Зритель", печатался и в других
  сатирических журналах: "Леший", "Скоморох", "Альманах", "Стрекоза".
  
   222. "Зритель", 1905, No 3, с. 5, подпись: Чуж-Чуженин.
   223. "Зритель", 1905, No 9, с. 6, подпись: Чуж-Чуженин.
   224. "Зритель", 1905, No 14, с. 5, подпись: Чуж-Чуженин.
   225. "Зритель", 1905, No 19, с. 7, подпись: Чуж-Чуженин; в ЦГИА
  ранний вариант этого стихотворения. Намек на обманный характер свобод,
  дарованных Николаем II (здесь: Пастух); автор иронизирует по поводу
  неумеренных восторгов буржуазии (скота буржуйного), приветствовавшей
  манифест.
   226. "Зритель", 1905, No 19, с. 8, подпись: Нео-Овидий. "Метаморфозы"
  (Превращения) - название поэтической книги Овидия. Гороховый костюм - см.
  примеч. 83.
   227. "Зритель", 1905, No 20, с. 5, подпись: Сила Дворянинович. Речь
  идет о командировке в Саратовскую, Тамбовскую и Черниговскую губернии
  генерал-адъютантов Сахарова, Струкова и Дубасова в конце октября 1905 г. с
  целью принятия немедленных мер "для водворения общественного порядка" в
  связи с крестьянскими волнениями. Специально утвержденной инструкцией
  генерал-адъютантам предоставлялась, в сущности, неограниченная власть: под
  их начало передавались войско и полиция, все учреждения должны были
  беспрекословно выполнять их требования, они получали право задерживать,
  арестовывать любого, приостанавливать издание газет и журналов и т. п.
   228. "Зритель", 1905, No 21, с. 3, подпись: Н. Ф.
   229. "Зритель", 1905, экстренный выпуск, 24 ноября, с. 2, подпись:
  Сила Дворянинович. На набережной реки Мойки в Петербурге в те годы
  размещались один из отделов министерства внутренних дел, возглавляемого
  Дурново, Главный военный суд и военно-окружной суд, а также охранное
  отделение.
   230. В. Боцяновский, с. 185. Метранпаж - мастер верстки наборного цеха
  типографии. Сто сороковая статья устава о цензуре и печати предоставляла
  министру внутренних дел право запрещать оглашение или обсуждение в печати
  вопросов государственной важности.
   231. В. Боцяновский, с. 186, подпись: Чуж-Чуженин.
   232. "Маски", 1906, No 1, с. 3, подпись: Фарлаф. Романцеро (романсеро)
  - название сборников испанских романсов. Сюзерен - в эпоху феодализма в
  Западной Европе крупный феодал, государь по отношению к вассалам. Весталка -
  в Древнем Риме жрица богини Весты, давшая обет безбрачия и целомудрия.
  Прелат - титул высшего католического духовенства. Пилат - римский прокуратор
  Иудеи (26-36 н. з.), согласно христианской легенде, утвердил смертный
  приговор Иисусу Христу. Схимник - монах, принявший схиму, которая требует от
  посвященного в нее выполнения суровых аскетических правил.
   233. "Маски", 1906, No 5, с. 6, подпись: Сила Дворянинович. Ерш.
  Шпионович ведет родословную от Ерша Ершовича - героя старорусской повести,
  ловкого проходимца.
   234. "Маски", 1906, No 6, с. 4, подпись: Мстислав. Стилизация
  евангельских заповедей (из Нагорной проповеди Иисуса Христа).
   235. "Леший", 1906, No 2, с. 10, подпись: Чуж-Чуженин. Адресовано С.
  Ю. Витте и написано по поводу его отставки. Горемыкинское чучело -
  Горемыкин. Дерньерствовать (от франц. dernier) - быть последним. Засядем мы
  за шторами и т. д. После смены кабинета Дурново и Витте были назначены
  членами Государственного совета.
   236. "Леший", 1906, No 2, с. 11, подпись: Чуж-Чуженин. Посвящено
  открытию I Государственной думы 27 апреля 1906 г.
   237. "Столичная почта" (СПб), 1906, 7 октября, подпись: Ле-в.
  Торжествующая свинья - см. примеч. 129. Рептильная печать - продажная,
  пресмыкающаяся перед властями пресса.
   238. "Молодые силы", 1906, No 1, с. 13, подпись: Н. Фалеев
  (Чуж-Чуженин). Написано по следам события, происшедшего в октябре 1906 г.:
  по приказу ректора А. А. Мануйлова был закрыт Московский университет, после
  того как общестуденческая сходка постановила 18-20 октября приостановить
  чтение лекций и провести собрания в память павших за свободу.
  Фельдфебельский Вольтер - перефразированное выражение из комедии Грибоедова
  "Горе от ума" ("Фельдфебеля в Вольтеры дам").
   239. "Вольница" (СПб.), 1906, No 1, с. 64, подпись:
  Ринальдо-Ринальдини. Заглавие и содержание стихотворения навеяны фактами,
  сообщенными в разоблачительном письме рабочего Н. Петрова по поводу Гапона:
  Н. Петров, в частности, писал о том, что Матюшенский однажды "принес 3000
  рублей и сказал, что у него есть знакомый купец, который был революционером,
  но теперь старый, но сочувствует освободительному движению, вот он и
  пожертвовал нам деньги и обещал давать еще" (Н. Петров, Правда о Гапоне,
  СПб., 1906, с. 7). В стихотворении говорится о встрече С. Ю. Витте с
  Талоном. Такие предположения неоднократно высказывались в оппозиционной
  печати того времени. Матюканский - Матюшенский. Компримарио - от
  компримировать (лат. comprimere - перен.: удерживать, подавлять,
  обуздывать). Весенние обещания - вероятно, "вес" на" Святополк-Мирского (см.
  примеч. 10). "Рогнеда" - опера А. Н. Серова. У лукоморья есть столица и т.
  д. "Перепев" строк из поэмы А. С. Пушкина "Руслан и Людмила". Поп к царю с
  народом ходит. Намек на события 9 января 1905 г. Дополнительные правила
  против печати. Намек на временные правила о печати 24 ноября 1905 г. (см.
  примеч. 4). Постясь в Монте-Карло и т. д. После событий 9 января Гапон бежал
  за границу; здесь намек на кутежи Гапона, тратившего в Монте-Карло средства,
  которые ему жертвовали на нужды революции. Горю желанием... открыть
  одиннадцать отделов. Речь идет о возобновлении деятельности гапоновских
  организаций. Игривый дуэт Купца и Гапона "Что ж тут худого?.." - в духе
  дуэтов из оперетты С. Джонса "Гейша" (либретто О. Холла и Г. Гринбэнка).
  "Риголетто" - опера Дж. Верди. Тяжела ты, шапка Мономаха - строка из
  трагедии А. С. Пушкина "Борис Годунов".
   240. "Скоморох", 1907, No 1, с. 4, подпись: Сила Дворянинович.
  Кунштюкуция - от нем. Kunststuck (фокус, трюк).
   241. "Утро России" (М.), 1907, 16 сентября, подпись: Чуж-Чуженин;
  "Былое-грядущее" (СПб.), 1907, No 2, с. [1]. "Голубиная книга" - одно из
  самых древних и распространенных произведений, относящихся к жанру духовных
  стихов; рассматривает вопросы о происхождении мира, живых существ и
  различных явлений природы. Карлы да Амальи. Имеются в виду журналисты
  реакционного толка, подобные В. А. Грингмуту. Стали бить меня... рублем. В
  1906 г. широко применялись штрафы в качестве репрессивной меры по отношению
  к оппозиционной печати.
  
  
   Чуж-Чуженин
  
   Муза пламенной сатиры: Русская стихотворная сатира 1880-1910-х годов
   М., "Современник", 1990.- (Сельская б-ка Нечерноземья).
  
   <Из "Новых частушек-коротушек про войну">
   <Из "Новых припевок">
  
   <ИЗ "НОВЫХ ЧАСТУШЕК-КОРОТУШЕК ПРО ВОЙНУ">
  
   1
  
   Деревенские девицы
   Не едали чечевицы...
   Эх, грехи, грехи, грехи,
   Для кобыл дают жмыхи...
   А солдат - не кобылица -
   Ест, одначе, чечевицу!..
  
   2
  
   Развелось в России франтов,
   Развеселых интендантов,
   Как вели они войну
   На российскую казну...
  
   Всю казну в карман забрали,
   Всю в бумажники связали,
   Победили, разгромили,
   Кошельки свои набили...
  
   Интендантская порода
   Воровала провиант,
   А сегодня для народа
   Нацепила красный бант...
  
   <1917>
  
  
   <ИЗ "НОВЫХ ПРИПЕВОК">
  
   1
  
   Все законы - миротворцы,
   Только судьи - крючкотворцы,
   А закон - что дышло:
   Повернешь, и вышло...
  
   2
  
   Выходил один оратор,
   Оказался - провокатор...
   Ох, оратель мой, оратель,
   Сохрани от вас, создатель!
  
   3
  
   У богатого - телята,
   А у бедного - ребята,
   У окопных у солдат
   Ни теляток, ни ребят...
  
   4
  
   Две копейки с полкопейкой
   Получал солдатик в день.
   Коли хошь, отдай цыганке,
   Коли хошь, храни их в банке,
   Коли хочешь, собирай
   Да брильянты покупай!
  
   <1917>
  
   ПРИМЕЧАНИЯ
  
   Чуж-Чуженин (псевд.; наст. фам. Фалеев) Николай Иванович, поэт,
  драматург, журналист. Первая публикация появилась в журнале "Зритель" в 1901
  г. В период революции 1905-1907 гг. был членом редколлегии этого журнала.
  Публиковался во многих сатирико-юмористических журналах: "Волшебный фонарь",
  "Застрельщик", "Леший", сатирической газете "Вихрь", сборнике "Еж",
  "Альманахе" Чехонина и др. В 1917 г. издал сб. стихов "Песенник
  революционного солдата". После Октябрьской революции сотрудничал в советских
  сатирических журналах.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru