# Предисловие

Эмиль Фаге

## Предисловие. к книге "Чтение хороших старых книг"


В этих "мыслях, во время чтения" -- мне кажется так надо назвать мои очерки -- не следует ждать собственно ни последовательности, ни системы.

Очерки эти напоминают заметки на полях, которые перечитываются впоследствии, -- заметки, писавшиеся день за днем и касающиеся то Корнеля, то Расина, то Бюффона, то Гюго, смотря по тому, какого из этих писателей мне приходила фантазия открыть, с кем вздумалось возобновить знакомство. И в зависимости от своего расположения духа в данный день я набрасывал то размышления о сущности текста, о мыслях и чувствах, вызываемых ими, то заметки об искусстве и манере писать, свойственной данному писателю, о его стиле и, так сказать, его приемах. Таким образом получился скорее ряд литературных разговоров, чем критических статей.

Тем не менее я считаю свою книжку полезной и заполняющей некоторый пробел. Общие мысли о литературной эпохе или об авторе служат, так сказать, введением в чтение. Они указывают читателю точки зрения, на которые он может стать, на которые ему, быть может, полезно стать, читая великое произведение, и следствием того будет такое же чтение известного отрывка из великого творения, каким было мое чтение. Следовательно, трудно найти занятие более субъективное, лично интересующее человека, и часто мой читатель станет противопоставлять свое впечатление моему и заметит, что чтение данной страницы привело его в совершенно иное настроение и возбудило иные мысли, чем во мне. Но я считаю это в делах литературных весьма полезным. Вы вообще с удовольствием прочли "Общественный договор" Руссо или "Войну и мир", но затем начинаете раздумывать, и вас тянет перечесть то или иное место великих писателей. Размышления приглашают вас перечитать эти места столь же медленно и вдумчиво, вникая, так сказать, во все мелочи, как делал при этом я. Вы взвесите, может быть, станете даже оспаривать мои толкования, и это еще несколько задержит вас. Я считаю подобное чтение весьма полезным. Все мы вообще читаем слишком быстро, увлекаясь желанием -- впрочем похвальным -- прочесть все, или, по крайней мере, все нас интересующее, что уже составляет значительное количество книг. Мы читаем слишком быстро и, благодаря этому стиль, даже самый язык, для нас совершенно пропадает, потому что мы спешим схватить на лету мысль, не заботясь о том, как она выражена. Таким способом мы лишаем сами себя большого удовольствия и, кроме того, идем против своего намерения и обманываем самих себя потому, что при таком чтении собственно даже не схватываем настоящим образом идеи, так как она заключается в оттенках, а язык и слог не только внешнее украшение, но анализ идеи.

Итак, читать медленно не значить останавливаться на грамматических или стилистических замечаниях, но вникать в смысл, вникать глубоко, вполне усваивать себе идею таковою, как она есть, а не создавать себе из нее неясного образа, как бы смотрящего на нас издалека. По некоторым преданиям Елены вовсе не было в Трое, и в городе Дарданусе витал только ее призрак. Сколько же читателей проработали, не десять, а тридцать, сорок лет, чтобы овладеть этим призраком Елены.

Книжка, выпускаемая мною, -- я не преувеличиваю ее значения -- укажет ее читателям на необходимость приобрести хорошую привычку читать медленно и перечитывать, а может быть, даже побудит их к тому. Я всегда бываю очень рад, когда кто-нибудь из моих читателей указывает мне ошибку во французском языке, сделанную мною, а в особенности -- не могу не признаться, -- если при том оказывается, что ошибку-то он делает сам. И в том и в другом случае мне это указывает, что меня читали внимательно, что в видимой враждебности скрывается внимание, а это всегда лестно. Также мне было бы приятно, если бы какой-нибудь читатель, -- а лучше, если бы их нашлось несколько или много, -- вступил со мною в спор по поводу того, как я понимаю или чувствую такую-то страницу Расина и Вольтера. "Вот и отлично, -- сказал бы я при этом, -- он перечитывал и перечитывал медленно. Он отдавал себе отчет, уразумел все, что мог; может быть, понял даже лучше меня; во всяком случае он понял больше, чем прежде, и получил пользу для своего ума благодаря мне. Я оказал небольшую услугу".

Два друга ежедневно гуляли вместе и беседовали. И один, не любивший скучать, говорил часто другому при расставании: "Погуляем еще немного и попытаемся в чем-нибудь не согласиться". Он был очевидно философ-перипатетик [Перипатетики -- последователи философии Аристотеля, занимавшиеся, преимущественно, истолкованием учения основателя школы, которая существовала до III века от Р. X. Прозваны так вследствие обыкновения Аристотеля преподавать свою философию во время прогулки по Лицею]. Я люблю до известной степени и в довольно широких размерах, чтобы мой читатель применял ко мне такую философию. Вы сами знаете, что основателем эвристической [Эвристический (гевристический) метод или сократический -- обучать посредством вопросов] школы был сам Сократ.


Э. Фагэ


Июнь 1911 г.


-------------------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: Чтение хороших старых книг / Акад. Э. Фагэ ; Под ред. А.Ф. Гретман. -- Москва: "Звезда" Н. Орфенов, 1912. -- 368 с.; 28 см. -- (Наука, искусство, литература; No 17).