Есенин Сергей Александрович
Поэма о 36

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.22*52  Ваша оценка:



                            Сергей Есенин

                                 Поэма о 36

               Много в России
               Троп.
               Что ни тропа -
               То гроб.
               Что ни верста -
               То крест.
               До енисейских мест
               Шесть тысяч один
               Сугроб.

               Синий уральский
               Ском
               Каменным лег
               Мешком,
               За скомом шумит
               Тайга.
               Коль вязнет в снегу
               Нога,
               Попробуй идти
               Пешком.

               Добро, у кого
               Закал,
               Кто знает сибирский
               Шквал.
               Но если ты слаб
               И лег,
               То, тайно пробравшись
               В лог,
               Тебя отпоет
               Шакал.

               Буря и грозный
               Вой.
               Грузно бредет
               Конвой.
               Ружья наперевес.
               Если ты хочешь
               В лес,
               Не дорожи
               Головой.

               Ссыльный солдату
               Не брат.
               Сам подневолен
               Солдат.
               Если не взял
               На прицел, -
               Завтра его
               Под расстрел.
               Но ты не иди
               Назад.

               Пусть умирает
               Тот,
               Кто брата в тайгу
               Ведет.
               А ты под кандальный
               Дзин
               Шпарь, как седой
               Баргузин.
               Беги все вперед
               И вперед.

               Там за Уралом
               Дом.
               Степь и вода
               Кругом.
               В синюю гладь
               Окна
               Скрипкой поет
               Луна.
               Разве так плохо
               В нем?

               Славный у песни
               Лад.
               Мало ли кто ей
               Рад.
               Там за Уралом
               Клен.
               Всякий ведь в жизнь
               Влюблен
               В лунном мерцанье
               Хат.

               Если ж, где отчая
               Весь,
               Стройная девушка
               Есть,
               Вся, как сиреневый
               Май,
               Вся, как родимый
               Край, -
               Разве не манит
               Песнь?

               Буря и грозный
               Вой.
               Грузно бредет
               Конвой.
               Ружья наперевес.
               Если ты хочешь
               в лес,
               Не дорожи
               Головой.

                       *

               Колкий, пронзающий
               Пух.
               Тяжко идти средь
               Пург.
               Но под кандальный
               Дзень,
               Если ты любишь
               День,
               Разве милей
               Шлиссельбург?

               Там, упираясь
               В дверь,
               Ходишь, как в клетке
               Зверь.
               Дума всегда
               об одном:
               Может, в краю
               Родном
               Стало не так
               Теперь.

               Может, под песню
               Вьюг
               Умер последний
               Друг.
               Друг или мать,
               Все равно.
               Хочется вырвать
               Окно
               И убежать в луг.

               Но долог тюремный
               Час.
               Зорок солдатский
               Глаз.
               Если ты хочешь
               Знать,
               Как тяжело
               Убежать, -
               Я знаю один
               Рассказ.

                       *

               Их было тридцать
               Шесть.
               В камере негде
               Сесть.
               В окнах бурунный
               Вспург.
               Крепко стоит
               Шлиссельбург,
               Море поет ему
               Песнь.

               Каждый из них
               Сидел
               За то, что был горд
               И смел,
               Что в гневной своей
               Тщете
               К рыдающим в нищете
               Большую любовь
               Имел.

               Ты помнишь, конечно,
               Тот
               Клокочущий пятый
               Год,
               Когда из-за стен
               Баррикад
               Целился в брата
               Брат.
               Тот в голову, тот
               В живот.

               Один защищал
               Закон -
               Невольник, влюбленный
               В трон.
               Другой этот трон
               Громил,
               И брат ему был
               Не мил.
               Ну, разве не прав был
               Он?

               Ты помнишь, конечно,
               Как
               Нагайкой свистел
               Казак?
               Тогда у склоненных
               Ниц
               С затылков и поясниц
               Капал горячий
               Мак.

               Я знаю, наверно,
               И ты
               Видал на снегу
               Цветы.
               Ведь каждый мальчишкой
               Рос,
               Каждому били
               Нос
               В кулачной на все
               "Сорты".

               Но тех я цветов
               Не видал,
               Был еще глуп
               И мал,
               И не читал еще
               Книг.
               Но если бы видел
               Их,
               То разве молчать
               Стал?

                       *

               Их было тридцать
               Шесть.
               В каждом кипела
               Месть.
               Каждый оставил
               Дом
               С ивами над прудом,
               Но не забыл о нем
               Песнь.

               Раз комендант
               Сказал:
               "Тесен для вас
               Зал.
               Пять я таких
               Приму
               В камеры по одному,
               Тридцать один -
               На вокзал".

               Поле и снежный
               Звон.
               Клетчатый мчится
               Вагон.
               Рельсы грызет
               Паровоз.
               Разве уместен
               Вопрос:
               Куда их доставит
               Он?

               Много в России
               Троп.
               Что ни тропа -
               То гроб.
               Что ни верста -
               То крест.
               До енисейских мест
               Шесть тысяч один
               Сугроб.

                       *

               Поезд на всех
               Парах.
               В каждом неясный
               Страх.
               Видно, надев
               Браслет,
               Гонят на много
               Лет
               Золото рыть
               В горах.

               Может случиться
               С тобой
               То, что достанешь
               Киркой,
               Дочь твоя там,
               Вдалеке,
               Будет на левой
               Руке
               Перстень носить
               Золотой.

               Поле и снежный
               Звон.
               Клетчатый мчится
               Вагон.
               Вдруг тридцать первый
               Встал
               И шепотом так сказал:
               "Нынче мне ночь
               Не в сон.

               Нынче мне в ночь
               Не лежать.
               Я твердо решил
               Бежать.
               Благо, что ночь
               Не в луне.
               Вы помогите
               Мне
               Тело мое
               Поддержать.

               Клетку уж я
               Пилой...
               Выручил снежный
               Вой.
               Вы заградите меня
               Подле окна
               От огня,
               Чтоб не видал
               Конвой".

               Тридцать столпились
               В ряд,
               Будто о чем
               Говорят,
               Будто глядят
               На снег.
               Разве так труден
               Побег,
               Если огни
               Не горят?

                       *

               Их оставалось
               Пять.
               Каждый имел
               Кровать.
               В окнах бурунный
               Вспург.
               Крепко стоит
               Шлиссельбург.
               Только в нем плохо
               Спать.

               Разве тогда
               Уснешь,
               Если все видишь
               Рожь,
               Видишь родной
               Плетень,
               Синий, звенящий
               День,
               И ты по меже
               Идешь?

               Тихий вечерний
               Час.
               Колокол бьет
               Семь раз.
               Месяц широк
               И ал.
               Так бы дремал
               И дремал,
               Не подымая глаз.

               Глянешь, на окнах
               Пух.
               Скучный, несчастный
               Друг,
               Ночь или день,
               Все равно.
               Хочется вырвать
               Окно
               И убежать в луг.

               Пятый страдать
               Устал.
               Где-то подпилок
               Достал.
               Ночью скребет
               И скребет,
               Капает с носа
               Пот
               Через губу в оскал.

               Раз при нагрузке
               Дров
               Он поскользнулся
               В ров...
               Смотрят, уж он
               На льду,
               Что-то кричит
               На ходу.
               Крикнул - и будь
               Здоров.

                       *

               Быстро бегут
               Дни.
               День колесу
               Сродни.
               Снежной январской
               Порой
               В камере сорок
               Второй
               Встретились вновь
               Они.

               Пятому глядя
               В глаза,
               Тридцать первый
               Сказал:
               "Там, где струится
               Обь,
               Есть деревушка
               Топь
               И очень хороший
               Вокзал.

               В жизни живут лишь
               Раз,
               Я вспоминать
               Не горазд.
               Глупый сибирский
               Чалдон,
               Скуп, как сто дьяволов,
               Он.
               За пятачок продаст.

               Снежная белая
               Гладь.
               Нечего мне
               Вспоминать.
               Знаю одно:
               Без грез
               Даже в лихой
               Мороз
               Сладко на сене
               Спать".

               Пятый сказал
               В ответ:
               "Мне уже сорок
               Лет.
               Но не угас мой
               Бес,
               Так все и тянет
               В лес,
               В синий вечерний
               Свет.

               Много сказать
               Не могу:
               Час лишь лежал я
               В снегу,
               Слушал метельный
               Вой,
               Но помешал
               Конвой
               С ружьями на бегу".

                       *

               Серая, хмурая
               Высь,
               Тучи с землею
               Слились.
               Ты помнишь, конечно,
               Тот
               Метельный семнадцатый
               Год,
               Когда они
               Разошлись?

               Каждый пошел в свой
               Дом
               С ивами над прудом.
               Видел луну
               И клен,
               Только не встретил
               Он
               Сердцу любимых
               В нем.

               Их было тридцать
               Шесть.
               В каждом кипела
               Месть.
               И каждый в октябрьский
               Звон
               Пошел на влюбленных
               В трон,
               Чтоб навсегда их
               Сместь.

               Быстро бегут
               Дни.
               Встретились вновь
               Они.
               У каждого новый
               Дом.
               В лежку живут лишь
               В нем,
               Очей загасив
               Огни.

               Тихий вечерний
               Час.
               Колокол бьет
               Семь раз.
               Месяц широк
               И ал.
               Тот, кто теперь
               Задремал,
               Уж не поднимет
               Глаз.

               Теплая синяя
               Весь,
               Всякие песни
               Есть...
               Над каждым своя
               Звезда...
               Мы же поем
               Всегда:
               Их было тридцать
               Шесть.

               <1924>

---------------------------------------------------------------------------

Примечания

Газета "Заря Востока", Тифлис, 1925, N686, 25 сентября.

баргузин - северо-восточный ветер на Байкале.

чалдон - здесь: коренной сибиряк.


Оценка: 9.22*52  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru