# Муж миссис Пирс

Уильям Уаймарк Джекобс

Alf's Dream.

Перевод Евгени Толкачева (1927).

## В. В. Джекобс


В. Джекобс стоит особняком среди современных юмористов. Он специализировался на особом виде юмора, -- на юморе морском. Как есть художники-маринисты, так и Джекобса вполне можно назвать "юмористом-маринистом". Грубые, суровые и в то же время простодушные моряки с их забавными трагикомическими похождениями в какой-нибудь гавани или таверне -- вот обычные темы рассказов Джекобса. Юмор Джекобса в лучших его вещах действительно "морской" -- крепкий и соленый, как ветер с моря, грубоватый и меткий, как словечки матросского жаргона, которыми густо уснащены страницы его книги.

Этим морским, соленым юмором овеяны включенные в настоящий сборничек рассказы Джекобса -- о судовом поваре, вообразившем себя сновидцем и прорицателем ("Сон в руку"), о старом моряке, которому пришлось разыгрывать богатого дядюшку из Австралии ("Заморский дядюшка"), и о старом холостяке, неудачно пытавшемся при помощи своего племянника-моряка отделаться от своей экономки ("Муж миссис Пирс").

В Англии книги Джекобса можно найти на любом судне, где его читают все, от капитана до кочегара. У нас круг читателей Джекобса, естественно, несравненно уже. Однако бодрый, жизнерадостный и здоровый юмор Джекобса должен прийтись по вкусу и нашему советскому читателю.


## Муж миссис Пирс


-- Деньги всегда достаются мошенникам, -- говорил ночной сторож, -- сколько я знал хороших людей, ни один из них не получал ни полпенни, а непьющим достаются капиталы. Нет ничего утомительнее ожидания чужих денег. Я знал одного парня, который лет сорок ждал, когда умрет бабушка и оставит ему наследство; в конце концов она действительно умерла... простудившись на его похоронах. А другой мой знакомый ждал десятки лет смерти своей богатой тетки и был обвинен в ее убийстве, потому что она покончила самоубийством.

Неверное это дело -- ждать наследства. Иногда люди не умирают, иногда женятся вторично, а иной раз возьмут, да и оставят деньги вдовам и сиротам.

Кстати, по поводу женитьбы, -- мне вспомнился случай с одним молодым человеком, Альфом Симсом. Он был сирота и воспитывался у своего дяди, Джорджа Хэтчарда, шестидесятилетнего вдовца. Альф был более или менее моряком, но скорее менее, чем более, так как у его дяди было кругленькое состояние, и после смерти оно должно было перейти к Альфу. Дядя привык, чтобы племянник жил при нем, Альф не любил работать, и обе стороны были довольны друг другом.

Я, бывало, говорил Альфу, что шестьдесят лет -- опасный возраст для мужчины, в особенности, если он овдовел так давно, что успел позабыть, каково быть женатым. Альф и сам это понимал, у него были мозги в голове, и всегда сам нанимал экономку, избавляя старика от хлопот. Двух из них я видел и смею сказать... словом -- Альф умел выбирать для дяди женский персонал.

Последняя экономка, нанятая Альфом, через две недели после его отплытия умерла от дряхлости. Она скончалась в погребе, доставая Джорджу Хэтчарду пиво на ужин, и он лишился сразу десяти галлонов [галлон -- 4 1/2 литра. (Прим. ред.)] лучшего пива и своей экономки.

Когда через четыре месяца Альф вернулся из плавания, то при первом же взгляде на новую экономку, открывшую ему дверь, он пришел в страшное негодование. Она была моложе шестидесяти и хотя некрасива, но не безобразна. Чиста она была, как палуба, и разодета, как молодой гардемарин.

-- Вы, должно быть, Альфред? -- спросила она.

-- Меня зовут мистер Симс, -- твердо сказал Альф.

-- Я знаю вас по портрету, -- продолжала экономка. -- Входите. Только ноги вытрите.

Альф вытер ноги и вошел в гостиную.

-- Присядьте, -- любезно пригласила экономка.

Альф сел и стал думать, что ему делать.

-- Я всегда люблю, чтобы людям было уютно, -- распространялась экономка, -- так уж у меня заведено. Какая теплая погодя, не правда ли? Джордж наверху, но он сию минуту сойдет.

-- Кто? -- спросил Альф, едва веря своим ушам.

-- Джордж, -- сказала экономка.

-- Джордж? Какой Джордж? -- переспросил Альф.

-- Ну ваш дядя. Что вы думаете, у меня полон дом Джорджей?

Альф уставился на нее и не мог произнести ни слова. Он заметил, что комната сильно изменилась и что на камине красовалась большая фотографическая карточка новой экономки. Он сидел, шаркая подошвами, пока экономка не покосилась на них, я потом встал и пошел наверх.

Когда Альф вошел в комнату дяди, тот, сидя на кровати и прикидываясь, что не слышал его прихода, просто пожал ему руку, точно они и не разлучались.

-- Мне надо кое что тебе сообщить, Альф, -- сказал он. -- Я влопался и сделал глупость; не знаю, как ты это примешь.

-- Взяли и попросили новую экономку стать вашей женой, не так ли?

Дядя замотал головой.

-- Совсем я не просил, клянусь тебе, не просил ни разу.

-- Хорошо, значит, вы на ней не женитесь? -- Альф вздохнул с облегчением.

Дядя опять замотал головой.

-- Она обошлась безо всяких предложений, -- сказал он тихо и мрачно. -- Дернул меня чорт обнять ее случайно за талию -- и все кончено.

-- Как же вы могли сделать это случайно? -- вскипел Альф.

-- Ну, как я тебе объясню? Если бы я знал как, это не было бы случайно, не так ли?

-- Так вы не хотите на ней жениться? Вам незачем на ней жениться, раз вы не хотите.

Джордж Хэтчард посмотрел на Альфа и усмехнулся.

-- Если б ты знал ее, как я, ты бы не порол такого вздора. Сойдем лучше вниз, а то она догадается, что мы говорим о ней.

Они спустились вниз в столовую. За чаем бедный Альф скоро уверился в правильности дядиных замечаний. Миссис Пирс (так величали экономку), обращаясь к его дяде, каждый раз называла его "мой дорогой", а после чаю села с ним рядом на кушетку и взяла его за руку.

Альф не спал пол-ночи, думая, как бы ему выкурить миссис Пирс, и наутро проснулся все с той же заботой на уме. Каждый раз, встречая дядю, он заговаривал с ним об этом и убеждал его отказать миссис Пирс, уплатив ей месячное жалованье вперед, но Джордж Хэтчард не решался.

-- Она меня притянет к суду и разорит. У нее от меня куча любовных писем.

-- Любовных писем? Как? Ведь вы живете на одной квартире! -- удивился Альф.

-- Это ее штуки! -- оправдывался дядя. -- Однажды утром она мне подсунула письмо под дверь, и мне пришлось ответить. Она не хотела пойти вниз и приготовить мне завтрак, пока я не напишу ответа. Теперь я каждое утро должен посылать ей письмо.

-- И вы подписываетесь своим именем? -- немного подумав, спросил Альф.

-- Нет, -- ответил дядя и покраснел.

-- Как же тогда вы подписывались?

Дядя покраснел еще сильней.

-- Не все ли тебе равно? Почерк мой, -- и этого достаточно. Я попробовал было раз написать левой рукой. Послушал бы ты, как она заголосила.

-- Ежели бы ее первый муж был жив, она не могла бы выйти за вас, -- проговорил Альф мечтательно.

-- Да, -- раздраженно ответил дядя, -- и будь я старой бабой, она тоже не могла бы выйти за меня. Ты знаешь не хуже моего, что он пятнадцать лет назад погиб при крушении "Вечерней Звезды".

-- Да, поскольку ей известно, -- говорил Альф, -- но ведь четверо спаслись, почему ж бы не спастись и пятому? Ведь его могли подобрать? Скажите ей, что вам снилось это три ночи подряд, и что у вас явилась какая-то странная уверенность, что он жив.

-- Да приснись мне это хоть пятьдесят раз, ничего не выйдет, -- сказал Джордж Хэтчард. -- Тише! С ума ты, что ль, сошел? Она может услышать.

-- Ее первый муж жив, -- объявил радостно Альф.

-- Что? -- изумился дядя.

-- Он уплыл на обломке и был подобран чуть живой и отвезен в Мельбурн. Теперь он живет в Австралии и стал овцеводом.

-- Что ты мелешь?

-- Факт, -- ответил Альф. -- Я знаю одного человека, который встречался с ним и разговаривал. Она не может выйти за вас, пока он жив, ведь не может?

-- Разумеется, нет, -- сказал Джордж Хэтчард, -- но ты уверен, что не ошибаешься?

-- Уверен.

-- Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, -- прошептал Джордж Хэтчард.

-- Конечно, -- говорит Альф, -- но она не догадается. Вот что мы сделаем: вы запишете все, что она рассказывала вам о себе, и передадите мне, а я скоро найду того самого парня, который будто бы встречался с ее мужем. Он, если нужно, встретил бы и дюжину мужей.

Джордж Хэтчард сперва не понимал, а когда понял, то не захотел участвовать в обмане, -- не потому, что дело было нечистое, а потому, что боялся миссис Пирс. Но в конце концов он записал все, что знал о ней: ее девичью фамилию, где она родилась и т. д., а в добавление сказал Альфу, что если он посмеет сыграть такую злую шутку с невинной любящей женщиной, то он никогда ему этого не простит.

-- Мне бы надо пару золотых, -- сказал Альф.

-- Ну нет, -- ответил дядя, -- я к этому делу непричастен, предупреждаю тебя.

-- На мои личные расходы, -- пояснил Альф.

-- А, хорошо... -- и Джордж Хэтчард пошел наверх в свою спальню и вернулся с тремя гинеями [гинея -- 21 шиллинг, около 10 рублей. (Прим. ред.)].

-- Если не хватит, -- сказал он, -- дай мне знать и ты получишь еще.

Весь следующий день старику никак не удавалось поговорить с Альфом, ибо миссис Пирс была, что называется, вездесуща и не оставляла их наедине. На третий день дядя улучил момент, когда экономка вышла из комнаты, и спросил Альфа:

-- Надеюсь, ты не приступал еще к той злой затее, о которой ты мне говорил?

-- Разумеется, нет, -- сказал Альф, подмигнув, так сказать, про себя, -- зачем же, раз вы сказали, что не надо?

-- Правильно. Меня огорчает этот брак из-за тебя, Альф. Ведь я собирался оставить тебе мое скромное состояние, но теперь мне придется оставить его ей. Я думаю, что молодому человеку лучше самому пробиваться в люди.

-- И я так думаю, -- ответил Альф.

-- Миссис Пирс вчера спрашивала меня, когда ты опять уйдешь в море.

Альф вздохнул.

-- Она, должно быть, тебя недолюбливает, -- продолжал старик, -- Это очень неприятно, -- ты мой единственный племянник. Да, я забыл тебе сообщить, что у ее первого мужа, Чарли Пирса, была бородавка на левом ухе. Она часто говорила мне об этом.

-- В самом деле? -- воскликнул Альф.

-- Да, бородавка на левом ухе и шрам на лбу, по которому его треснул один из приятелей.

Альф кивнул головой и опять подмигнул. Джордж Хэтчард, правда, не подмигнул в ответ, но потрепал его по плечу и сказал, что он пополнел и похорошел и с каждым днем становится все больше похож на свою мать.

-- Вчера я видел сон, -- сказал Альф. -- Мне снилось, что мой знакомый, которого звали Биль Флерри, но который в моем сне называл себя как-то иначе и не был еще со мной знаком, приходит вечером сюда в столовую, где все мы сидим за ужином, и тут же Джо Морган с женою, приходит и говорит, что первый муж миссис Пирс будто бы жив и здоров.

-- Очень странный сон, -- говорит его дядя, -- но при чем там были Джо Морган и его жена?

-- Они были свидетели, -- говорит Альф.

Джордж Хэтчард чуть не скатился со стула.

-- Продолжай, -- сказал он, потирая ногу. -- Странное дело, я как раз собирался пригласить Морганов к ужину на ближайшую среду.

-- Не лучше ли во вторник?

-- Ну да, я ж так и сказал -- во вторник, -- подтвердил дядя, глядя через голову Альфа, чтоб не видеть, как тот опять подмигивает. -- Чем же кончился твой сон, Альф?

-- А кончился он тем, что вы и миссис Пирс были совершенно подавлены тем, что не могли пожениться. Последнее, что я видел перед тем, как проснуться, были ее чемоданы, стоявшие на крыльце в ожидании извозчика.

Джордж Хэтчард хотел расспросить подробнее, но тут как раз вошла миссис Пирс.

Джордж Хэтчард был в таком нервном и возбужденном состоянии, что Альф опасался, как бы экономка чего-нибудь не заподозрила. Во вторник утром он дрожал как в лихорадке, что она объяснила простудой, велела ему лечь в постель и хотела положить ему горчичник. Джордж боялся возражать, но, пока она возилась на кухне, улизнул на улицу и вылечил свою лихорадку тремя стаканами виски. Альф сам едва спасся от горчичника, так она разозлилась.

За обедом она все время дулась, но после обеда несколько отошла, а когда вечером явились Морганы, и она увидела, что у миссис Морган безобразно распух и покраснел нос, она пришла в наилучшее расположение духа. Весь ужин она говорила об этой опухоли, давая советы миссис Морган и рассказывая об одном своем знакомом, у которого тоже был красный опухший нос, так как он любил выпить.

-- Для меня мой нос хорош, -- сказала, наконец, миссис Морган.

-- Он не лишает ее аппетита, -- заметил Джордж Морган, пытаясь все обратить в шутку, -- а это самое главное.

Миссис Морган встала и хотела уйти, но потом опять села на свое место и заговорила о платье миссис Пирс и о том, как оно красиво сшито. И она попросила миссис Пирс дать ей выкройку, потому, мол, что она хотела бы сделать себе такое же, когда станет старухой.

-- Люблю, когда люди одеваются по возрасту, -- сказала она с приятной улыбкой.

-- Я думаю, вам тоже был бы к лицу более темный цвет, -- сказала миссис Пирс.

-- Да, но позже, лет через двадцать, -- возразила миссис Морган.

Миссис Пирс с досады залила пивом скатерть и так огорчилась, что добрых десять минут сидела как истукан.

После ужина сели играть в карты на орехи, -- по два ореха за пенни, -- и стало веселее. Все смеялись и разговаривали, а Джордж Морган делал вид, будто крадет орехи у миссис Пирс. Вдруг Джордж Хэтчард поднял руку.

-- Кажется, кто-то стучит с улицы, -- сказал он.

Альф бросился открывать, и в коридоре раздался мужской голос, спрашивавший, здесь ли живет миссис Пирс. Через минуту в комнату вошел Альф в сопровождении Биля Флерри.

-- Тут вас спрашивает один джентльмен, по имени Смит, -- сказал он, глядя на миссис Пирс.

-- Что вам угодно? -- довольно резко спросила экономка.

-- Это она! -- сказал Биль, поглаживая свою длинную седую бороду и возводя глаза к потолку. -- Вы меня не помните, миссис Пирс, но я встречался с вами много лет назад, когда бедный Чарли Пирс жил в Попларе.

-- Ну что ж из этого? -- спросила миссис Пирс.

-- Не торопитесь, сейчас объясню, -- говорит Биль Флерри, -- Два месяца я уже вас разыскиваю. К тому же мою новость я должен выложить осторожно, чтобы вы не упали в обморок от радости.

-- Вздор! -- миссис Пирс презрительно скривила губы. -- Я не из тех, что грохаются в обморок.

-- Надеюсь, вы не сообщите нам ничего неприятного? -- любезно сказал Джордж Хэтчард, наливая гостю стакан виски.

-- Наоборот, -- ответил Биль, -- это для нее самая лучшая новость за пятнадцать лет.

-- Скажите, наконец, что вам нужно? -- воскликнула миссис Пирс.

-- Сейчас объясню. Шесть месяцев тому назад я был в Мельбурне. Однажды я бродил по улицам и заглядывал в окна магазинов, как вдруг увидел знакомое лицо. Оно было много старше, чем когда я его видел в последний раз, усы как-будто поседели, но все-таки, сказал я самому себе...

-- Я уже знаю, чем кончится, -- сказала миссис Морган, краснея от волнения.

-- ...Я сказал самому себе, -- продолжал Биль Флерри, -- или это привидение, или же это не кто иной, как Чарли...

-- Дальше! -- воскликнул Джордж Хэтчард, упершись кулаками в стол и выкатив глаза на рассказчика.

-- ...Пирс! -- изрек Биль Флерри.

Стало так тихо, что вы услышали б, как падает булавка. Все сидели, глядя на незваного гостя, а Джордж Хэтчард вынул носовой платок и поднес его к лицу.

-- Но ведь он погиб при крушении "Вечерней Звезды", -- сказал, наконец, Джордж Морган.

Биль Флерри ничего не ответил. Он налил рюмочку виски и подал ее миссис Пирс, но она оттолкнула его руку, и он, раза два тряхнув головой, осушил ее сам.

-- Это был не он, это не мог быть он! -- бормотал Джордж Хэтчард. -- Я не верю! Это слишком жестоко.

-- Говорю вам, это был он, -- сказал Биль. -- Когда корабль пошел ко дну, он уцепился за обломок реи и плыл два дня, пока его не подобрали рыбаки и не отвезли на Новую Зеландию. Он рассказал мне все и просил меня, если я встречу где-нибудь его жену, передать ей поклон.

-- Поклон? -- возмутился Джо Морган и даже подскочил, -- Почему же он не известил жену о том, что жив?

-- Я ему так и сказал, -- ответил Биль Флерри, -- но он заявил, что имел на то свои причины.

-- Ах, еще бы! -- подхватила миссис Морган и прибавила, обращаясь к Джорджу Хэтчарду: -- Значит, теперь вы с ней не можете пожениться?

-- Пожениться! -- подскочил Биль Флерри, тогда как Джордж Хэтчард испустил такой стон, что сам удивился. -- Да это было бы ужаснейшим грехом! Как вовремя я ее нашел!

-- Надеюсь, вы не знаете, где он сейчас находится? -- упавшим голосом сказала миссис Пирс, обращаясь к Билю.

-- Не знаю, мадам. Но думаю, вы найдете его где-нибудь в Австралии. Он постоянно меняет имя и место, но уверяю вас, вы имеете столько же шансов его найти, как и всякий другой.

-- Для меня это страшный удар, -- сказал Джордж Хэтчард, закрывая платком глаза.

-- Знаю, -- отозвалась миссис Пирс. -- Но все вы, мужчины, таковы. Смею сказать, не подвернись такого случая, вы придумали бы что-нибудь еще.

-- О, как вы можете это говорить! -- с укором сказал Джордж Хэтчард. -- Ничто на свете не помешало бы мне жениться на вас.

-- Отлично! В таком случае мы сможем, наконец, сыграть свадьбу.

-- Но вы не можете вступить в брак, -- осадил ее Альф.

-- Это -- двумужество, -- прибавил Джо Морган.

-- Вас засадят на шесть месяцев, -- обрадовалась его жена.

-- Не огорчайся, дорогой, -- спокойно сказала миссис Пирс,

подсев к Джорджу Хэтчарду, -- этот господин ошибся.

-- Ошибся! -- вскричал Биль Флерри. -- Я же вам сказал, что я с ним разговаривал. Это был Чарли Пирс, самый настоящий, и не кто другой: шрам на лбу и бородавка на левом ухе и все прочее.

-- Удивительно, -- проговорила миссис Пирс. -- Не понимаю, откуда вы все это взяли?

-- Откуда я взял? -- Биль смерил ее уничтожающим взглядом. -- От него самого!

-- Ах, конечно, -- сказала миссис Пирс, -- как я не догадалась! Но в таком случае это еще удивительней, потому что, видите ли, он не поехал тогда на "Вечерней Звезде".

-- Что? -- проговорил Джордж Хэтчард. -- Да вы сами рассказывали мне...

-- Знаю. Но я сделала это исключительно щадя ваши чувства. Чарли должен был уйти в море с "Вечерней Звездой", но его предупредили.

-- Как предупредили?

-- Да, -- сказала миссис Пирс, -- в ночь накануне отъезда произошло какое-то дурацкое недоразумение с бриллиантовым кольцом, и он получил пять лет одиночки. Он назвался в суде другим именем, и, ясное дело, все подумали, что он утонул с кораблем. А когда он умер в тюрьме, я предпочла не выводить людей из заблуждения.

Миссис Пирс достала носовой платок, и, пока она его разворачивала, Биль Флерри встал и вышел на цыпочках. Альф встал вслед за ним секунды две спустя. Когда перед уходом Джордж Морган с супругой в последний раз оглянулись назад, -- Джордж Хэтчард делал отчаянные, душераздирающие попытки улыбнуться.


------------------------------------------------------------------


Источник текста: Заморский дядюшка = The old man of the sea. Рассказы / В. В. Джекобс; Пер. с англ. Е. Толкачева. Под ред. М. Зенкевича. -- Москва; Ленинград: Земля и фабрика, 1927 (Ленинград: гостип. в аренде М. Волковича). -- 32 с.; 17 см. -- (Библиотека сатиры и юмора).