# Дельвиг А. А.: биографическая справка

Антон Антонович Дельвиг

ДЕЛЬВИГ Антон Антонович [6(17).8.1798, Москва -- 14(26).1.1831, Петербург], поэт, критик, журналист. Из старинного, но обедневшего рода обрусевших лифляндских баронов; отец -- плац-майор в Москве (с 1806), с 1816 -- ген.-майор, позднее служил в Кременчуге и Витебске. Д. был первым ребенком в большой семье (трое братьев и пять сестер). Учился в частном пансионе, с 1811 --в открывшемся Царскосельском лицее, к поступлению в к-рый его готовил А. Д. Боровков. На вступит. экзамене (12 авг.) познакомился с А. С. Пушкиным; знакомство вскоре переросло в тесную дружбу; Д. был самым близким из друзей будущего поэта. По воспоминаниям Пушкина, в лицее Д. развивался медленно, не отличаясь способностями к наукам; "на 14-м году он не знал никакого иностр. языка" (XI, 273); подобные же характеристики давали ему и преподаватели (см.: Гастфрейнд, с. 285--87). Общеизвестной была леность и флегматичность Д., сочетавшаяся, однако, с живостью ума и воображения и с независимостью и даже дерзостью поведения, нередко навлекавшей на него наказания (Шляпкин И. А., К биографии A. С. Пушкина, СПб., 1899, с. 6--17; Арк. Я<хонтов>, Мат-лы для биографии барона Д.-- ВВ, 1903, No 4).

В лицее Д. начинает писать стихи, читает Горация (под руководством проф. Н. Ф. Кошанского), внимательно штудирует "Собрание русских стих.", изд. B. А. Жуковским (1810--11). С помощью В. К. Кюхельбекера (к-рого Д. объявлял позднее своим поэтич. наставником -- стих. Д. "К Кюхельбекеру", 1817) Д. знакомится с нем. поэтами сентимент. и преромантич. направления: Ф. Шиллером, Ф. Г. Клопштоком, Г. А. Бюргером, Л. К. Г. Гёльти (Пушкин, XI, 273; Кюхельбекер, с. 50--51 ). Ориентация на нем. преромантич. традицию, в противоположность "классической" французской, стояла в прямой связи с характерным для Д. повыш. вниманием к нац. лит. истокам; по свидетельству дир. лицея Е. А. Энгельгардта, "русскую литературу он изучил лучше всех своих товарищей" и воинственно отстаивал ее красоты ("Совр.", 1863, No 8, отд. 1, с. 377; Мейлах Б. С., Характеристики воспитанников лицея в записях Е. А. Энгельгардта.-- Пушкин. Иссл., т. 3, М.--Л., 1960, с. 352--53). Уже в лицейские годы чтение Гёльти подсказывает Д. замысел "рус. идиллии" "Отставной солдат" (осуществлен только в 1829) с совр. нац.-патриотич. содержанием (Отеч. война 1812). В кругу лицеистов Д. считается одним из первых поэтов; в особенности ценятся его стихи "К Диону", "К Лилете" (оба -- 1814), в к-рых, как и в стих. "К Дориде" (1815), Пушкин находил "необыкновенное чувство гармонии" и "классич. стройности" (XI, 274), характерное для зрелой лирики Д. Стихи Д. неизменно присутствуют в рукоп. лицейских сб-ках; сам он -- пост, участник и соиздатель (совм. с Кюхельбекером, А. Д. Илличевским, Пушкиным и др.) рукописных ж. "Неопытное перо" (1812), "Юные пловцы" (1813) (оба не сохр.). Юный лицеист дебютирует в печати патриотич. одой "На взятие Парижа" (ВЕ, 1814, No 12; подпись Русский). В 1814--15 его стихи уже постоянно печатаются в "Вест. Европы" и "Рос. музеуме" В. В. Измайлова; он публикует и критич. ст. "Известность рос. словесности" ("Рос. музеум", 1815, No 10--11), посв. не вышедшей в свет работе Кюхельбекера (на нем. яз.), где разбирались нар. песни из сб-ка Кирши Данилова и "Слово о полку Игореве". В лицейской лирике определилось тяготение Д. к малым лирич. формам; его поэтич. учителями были Г. Р. Державин, Жуковский, И. И. Дмитриев, а также А. X. Востоков, с его метрич. экспериментами в антич. духе и опытами рус. нар. стиха.

Окончив в 1817 лицей (Д. принадлежит "Прощальная песнь воспитанников имп. Царскосельского лицея", 1817, ставшая лицейским гимном), Д. уехал к родителям в г. Хорол Полтав. губ.; по возвращении служил в Деп. горных и соляных дел (с сер. 1817 до нач. 1819), в канцелярии Мин-ва финансов (1819--21, с 1820 тит. сов.), в имп. Публичной б-ке (1821--25) пом. библиотекаря, под начальством будущего президента Акад. художеств А. Н. Оленина и И. А. Крылова, но осн. время отдавал лит. занятиям. Входил в поэтич. группу, сложившуюся вокруг Пушкина; помимо лицеистов (сам Д., Кюхельбекер) к ней примкнули Е. А. Баратынский и позднее П. А. Плетнёв, ставшие близкими друзьями Д. Он был первым, кто еще в лицее объявил Пушкина наследником Державина и главой нарождающегося поэтич. движения ("На смерть Державина", 1816; "К А. С. Пушкину", 1816 или 1817). Группа, обозначившая себя как "союз поэтов", провозгласила дух поэтич. независимости, дружеского единения, наслаждения радостями жизни. В лирике Д. утверждаются гедонистич. и эротич. мотивы, темы дружеского пира, свободной любви (нередко с антич. реквизитом) и, с др. стороны, звучат мотивы обществ, и религ. вольномыслия; его стих. "Поэт" (1820) стало декларацией независимости и высокого предназначения поэта. Своего рода манифестом кружка были дружеские послания Д., адресованные Кюхельбекеру, Баратынскому ("К Евгению", 1819; "Евгению", 1820; "К Е.", 1821), Плетнёву ("Ответ", 1820), Н. И. Гнедичу, Ф. Н. Глинке, равно как и послания, обращенные к нему. Поэты систематически собираются у Плетнёва, Жуковского, позднее у И. И. Козлова и А. Ф. Воейкова; Д. бывает и в обществе гвардейских гусар, стоявших в Царском Селе. Он посещает также и лит.-полит. кружки, куда входили будущие декабристы: "Священную артель" А. Н. Муравьёва и И. Г. Бурцова (1813--17), "Зеленую лампу", масон. ложу Избранного Михаила, и пользуется устойчивой репутацией "либералиста" (Цявловский М. А., Статьи о Пушкине, М., 1962, с. 47--58). В 1818 избран в ВОЛСНХ, в 1818--20 печатается в органе Об-ва -- ж. "Благонамеренный". В ВОЛСНХ "союз поэтов" составляет обособленную группу, противостоящую осн. ядру, группировавшемуся вокруг А. Е. Измайлова и не принимавшему новых, романтич. веяний; однако на первых порах группы сосуществуют; Д. и Баратынский даже входят в салон С. Д. Пономарёвой -- интимный дом. кружок, объединявший преим. старшее поколение Об-ва (стихи Д. 1821--23 -- "На смерть собачки Амики", 1821, "С. Д. П<ономарев>ой."", 1823, "К Софии", 1823, и, по-видимому, ряд других отражают его недолгое, но сильное увлечение Пономарёвой). С 1820, однако, начинается борьба группы А. Е. Измайлова с "союзом поэтов", к-рому предъявляются обвинения в ориентации на метафоризм и "мистицизм" "новой школы" Батюшкова -- Жуковского, эпикуреизме (отсюда полемич. кличка "вакхич. поэты") и полит, либерализме; в "Благонамеренном" печатаются направленные против "новой школы", и в частности против Д., статьи, пародии и памфлеты Н. А. Цертелева, А. Измайлова, О. М. Сомова, Б. М. Фёдорова и др.; Д. ответил на них полемич. выступлениями (напр., "К А. Е. И<змайлову>", 1822 или 1823; пародийный перепев "Смальгольмского барона" Жуковского -- "До рассвета поднявшись, извозчика взял...", 1824), распространявшимися в списках. Конфликт повлек за собой отход Д. от ВОЛСНХ; он переносит свою деятельность в ВОЛ PC (д. чл. с осени 1819), где примыкает к левому крылу; уже в 1820 выступает против обществ, и лит. консерватизма В. Н. Каразина, сближается с Ф. Глинкой, Гнедичем, К. Ф. Рылеевым (к-рого он рекомендовал к избранию; Д. посвящена дума Рылеева "Петр Великий в Острогожске", 1823), А. А. Бестужевым; в 1823--24 участвует в их альм. "Полярная звезда". При дальнейшем размежевании Об-ва Д. остался в числе умеренных (Ф. Глинка, Гнедич, Плетнёв). Д. не разделял общеста-полит. радикализма декабристов (о тайном об-ве и его целях он, по-видимому, не знал), но причиной размежевания были не столько идеологич. разногласия, сколько организац. борьба внутри Об-ва и лит. конкуренция: в 1823 Д. предпринял издание альм. "Сев. цветы", к-рый воспринимался как соперничавший с "Полярной звездой".

В 1820-е гг. Д. окончательно формируется как поэт. Он захвачен общим интересом к театру, участвует в коллективных переводах "Медеи" И. Б. Лонжепьера (1819) и тираноборч. трагедии А. Гиро "Маккавеи" (1823; не закончен) ; занят проблемами нар. ист. драмы (Пушкин в восп., I, 167). Однако, как и ранее, в его творчестве абсолютно преобладают лирич. жанры: элегия, романс, антологич. стихотворение, послание и в особенности идиллия и "рус. песня". Ориентируясь на эстетику преромантич. периода (И. Г. Гердер, И. И. Винкельман), Д. ищет в идиллии и антологии исторически и культурно определенный тип чувства, мышления и поведения человека античности, к-рый предстает ему как воплощение физич. и духовной гармонии ("Купальницы", 1824; "Друзья", 1826); одновременно этот "тип" соотнесен и с руссоистским идеалом "естественного человека". Наивная патриархальность у Д., однако, эстетизирована; иск-во для героев идиллий Д. оказывается органической, стихийно проявляющейся сферой деятельности ("Изобретение ваяния", 1829). Сам тесно связанный с рус. художниками и худож. критиками (в 1825 Д. намеревается сотрудничать в "Журнале изящных иск-в" В. И. Григоровича), Д. вводит в свои стихи широкий круг худож. ассоциаций и в самой поэтике пытается достигнуть "скульптурности", пластичности по образцу греч. эпиграммы. Идиллии Д. считались одним из высших его худож. достижений; они отразили искания рус. романтич. эстетики и противостояли традиц. образцам сентиментального жанра (В. И. Панаев). Пушкин считал их образцовым воплощением духа древней поэзии, ее "роскоши", "неги", "прелести более отрицательной, чем положительной, к-рая не допускает ничего напряженного в чувствах; тонкого, запутанного в мыслях; лишнего, неестественного в описаниях" (XI, 58), и учитывал их опыт в собств. худож. исканиях. По-видимому, с тяготением к классич. формам связано и обращение Д. к форме сонета; ему принадлежат такие образцы сонетного творчества, как "Вдохновение" (1822) и др.

Др. доминирующим лирич. жанром Д. были элегия, романс (широко известны "Элегия" -- "Когда, душа, просилась ты...", 1821 или 1822; "Романс" -- "Прекрасный день, счастливый день...", 1823) и в особенности лит. имитации фольк. песен; в 1820-е гг. он переходит от песен сентиментально-романсного типа к миниатюрам, воссоздающим формы мышления и поэтику подлинных рус. фольк. образцов. В отличие от мн. своих предшественников, Д. не обрабатывал конкретные тексты, а создавал на их основе ориг. произв., наполняя новым, чаще всего драм, содержанием (несчастная любовь, разлука, измена -- ср. "Ах ты, ночь ли, ноченька", 1820 или 1821; "Соловей мой, соловей", 1825; "Русская песня" -- "Как за реченькой слободушка стоит...", 1828; "Не осенний частый дождичек", 1829). Песни Д. были попыткой создать нац. "антологию" на тех же основах, что и в "подражаниях древним"; отсюда и строгая выдержанность их поэтики, что иногда ставилось Д. в упрек. Несмотря на "эстетизацию" песенного фольклора и "очищение" его в соответствии с нормами поэтич. языка 1820-х гг., Д. сумел уловить и ввести в рус. поэзию мн. худож. открытия русской нар. лирич. песни (принципы создания поэтич. атмосферы, символику, композиц. особенности) ; среди рус. поэтов 1820-х гг. он был одним из лучших знатоков и интерпретаторов нар. песни. Высокую оценку песням Д. давали Пушкин и А. А. Бестужев, видевший в них симптом обращения лит-ры к нац. традиции.

К сер. 1820-х гг. Д. получает прочную лит. репутацию. Он постоянно переписывается с Пушкиным (переписка сохр. не полностью), в апр. 1825 посещает его в Михайловском; эти и др. лит. связи обеспечивают материалом "Сев. цветы на 1825" (вышли в янв. 1826), превратив их в один из лучших альманахов времени. Успех книжки побудил Д. продолжить издание, Д. предполагал перейти на положение проф. литератора, издал "Эду" и "Пиры" Баратынского (с помощью Плетнёва), но после краткой отставки (июнь -- июль 1825) был вынужден вновь поступить на службу чиновником для особых поручений в Мин-ве внутр. дел (с 1826 коллеж. ас). 30 окт. 1825 Д. женился на Софье Мих. Салтыковой и поселился на Миллионной ул. (ныне ул. Халтурина, д. 26; об адресах Д. см.: Шубин В. Ф., Поэты пушкинского Петербурга, Л., 1985, с. 318-- 19). Восстание 14 декабря 1825 и следствие, почти не затронув Д. формально, было пережито им как личная драма; демонстративно осудив заговорщиков в письмах 1826 (посылаемых по почте), он сохранил к прежним друзьям привязанность и сочувствие, одним из немногих пришел молча проститься с осужденными в день казни и высылки 13 июля 1826; в стих. "Снова, други, в братский круг" (19 окт. 1826, к лицейской годовщине) он вспоминает о Пушкине и Кюхельбекере, за судьбу к-рых особенно опасался (строку из этого стих., как и из лицейского гимна Д., Пушкин перефразировал в стих. "Во глубине сибирских руд...", 1827).

С кон. 1826 -- нач. 1827 дом Д. становится точкой притяжения лит. сил, чему во многом способствует освобожденный из ссылки Пушкин; в 1826 Д. сближается с Сомовым, к-рый становится ближайшим его помощником по "Сев. цветам"; за исключением сравнительно непродолжит, отлучек: в Москву (кон. янв., сент. 1828; нач. янв.-- сер. февр. 1830), Ревель (лето 1827), Харьков (февр.-- нач. июля 1828; командировка на следствие в связи со злоупотреблениями в заготовке провианта для войск), в имение родителей Д. в Тульской губ. (июль--авг. 1828; здесь Д. задержала смерть отца), на Иматру (июнь 1829; вместе с А. П. Керн, Сомовым, В. П. Лангером и М. И. Глинкой) -- Д. постоянно находится в столице. Круг его общения все время расширяется. В его квартире образуется лит.-муз. салон, где не последнюю роль играла С. М. Дельвиг, серьезно занимавшаяся музыкой; пост. посетители -- Пушкин, Плетнёв, В. Ф. Одоевский, Илличевский, Л. С. Пушкин, А. Н. Вульф, Керн, "младшие" поэты -- A. И. Подолинский, В. Н. Щастный, М. Д. Деларю, Е. Ф. Розен. По восп. Анд. И. Дельвига, здесь говорили только по-русски, обсуждали произв. рус. и иностр. писателей, устраивали дом. концерты, устные рассказы и импровизации (Лотман Ю. М., Три заметки о Пушкине.-- В кн.: Вторичные моделирующие системы, Тарту, 1979; Левашова О. Е., Музыка в кружке Д.-- "Вопросы музыкознания", т. 2, М., 1956). В нач. 1827 у Д. часто бывает Д. В. Веневитинов, в 1828 -- А. Мицкевич.

Семь книжек альм. "Сев. цветы" (1825--31) и "Подснежник" (1829), вышедшие из кружка Д., отражают его историю, эволюцию и лит. взаимоотношения (см. об этом: В а ц у р о. "Сев. цветы"). Возникнув как изд., объективно соперничающее с "Полярной звездой" (мнение о прямой полемичности -- см. переизд. "Полярной звезды", М.--Л., 1960, с. 827--28, 838 и след.-- нельзя считать достаточно обоснованным), "Сев. цветы" включали близкий круг авторов (Пушкин, Вяземский, Баратынский, Плетнёв, И. А. Крылов, писатели круга Жуковского -- Д. В. Дашков, Воейков, В. А. Перовский, Козлов, знакомые Д. по ВОЛРС Гнедич, Ф. Глинка, А. А. Крылов, B. И. Туманский и др.). После 14 дек. 1825 и прекращения "Полярной звезды" альм. Д. стал осн. средоточием лит. сил Петербурга и Москвы (С. Е. Раич, Д. П. Ознобишин, С. П. Шевырёв), включив также и худож. критику (ст. В. И. Григоровича "О состоянии художеств в России" -- первый систематич. очерк истории рус. иск-ва). Стабилизация кружка в 1827--28 и ближайшее участие в нем Пушкина приводит к расцвету альманаха. В книжке на 1828--31 появляются "Последняя смерть" и др. произв. Баратынского, стих. Веневитинова, Вяземского, фрагменты из "Илиады", "Торжество победителей" Жуковского, "Вечерний звон" Козлова, басни И. А. Крылова и т. д. Пушкин печатает ок. 40 произв., в т. ч. стих.: "Не пой, красавица, при мне", "Воспоминание", "Дар напрасный, дар случайный...", "Зимний вечер", "Я вас любил...", "На холмах Грузии..." и др. Ближайшее участие в альманахе принимает и младшее лит. поколение кружка Д. (Деларю, Подолинский, Розен, Щастный), для к-рого Д. является наставником и критиком, формирующим лит. среду. В отделе прозы печатаются О. И. Сенковский, В. Ф. Одоевский, 3. А. Волконская, в 1831 -- Н. В. Гоголь. Начиная с 1828 "Сев. цветы" печатают годичные обзоры лит-ры Сомова, в значит, мере отражающие лит. позицию Д., в т. ч. неприятие лит.-эстетич. установок "Моск. вест." (любомудров).

В 1828 Д. переходит на службу в Хоз. деп., а с кон. 1829 -- в Деп. Гл. управления духовных дел иностр. исповеданий (чиновник особых поручений). В 1829 он выпускает свой единств, сб. "Стихотворения барона Дельвига", включающий (со строгим отбором) стихи начиная с лицейских лет. Сб-к вызвал как безусловно положит. (СП, 1829, 13 апр.), так и критич. отклики (ср. ст. Кс. Полевого в "Моск. телеграфе", 1829, No 11 ; замечания на нее М. Л(ихонина) -- там же, No 14); рецензент "Моск. вест." (1830, ч. 6, подпись В.), признавая в поэзии Д. естественность и "чувство", решительно отказывал ей в оригинальности и глубине (ср. также: "Галатея", 1829, No 19). Ряд критиков (Н. И. Надеждин, П. С. Савельев) отдавали предпочтение песням А. Ф. Мерзлякова, как более соответствующим требованию народности; с развернутой защитой песен Д. выступил Сомов (см. в кн.: Рус. лит-ра и фольклор. 1-я пол. XIX в., Л., 1976, с. 103--12; статья Р. В. Иезуитовой). Более единодушно критика приняла идиллии Д., в частности "Конец золотого века" (1828), где Д. в значит, степени реформировал жанровую природу идиллии, введя трагич. конфликт: крушение патриархально-идиллич. мира под губительным воздействием городской цивилизации (тема "железного века", к к-рой обращались затем и Баратынский, и Пушкин). В кон. 1820-х гг. Д. вынашивает (оставшиеся неосуществленными) замыслы бытовой повести (в прозе) и драмы нар.-мифол. и социального содержания ("Ночь на 24 июня", не оконч.).

В кон. 1829 Д., Пушкин, Вяземский, Жуковский и др. замысливают издание газеты -- органа своей лит. группы. "Лит. газ.", редактором и издателем к-рой стал Д., начала выходить с 1 янв. 1830 с периодичностью раз в 5 дней (72 номера в год); включала прозу, стих., библиографию (рус. и иностр.), опыты науч. прозы (М. А. Максимович, Иакинф Бичурин, В. Ф. Одоевский). Полит, известия разрешены не были. Ближайшие сотрудники -- Д., Пушкин, Вяземский, Сомов. Первые 10 номеров редактировались Пушкиным (вместе с Сомовым); Д. отсутствовал в Петербурге до середины февраля. Широкий круг участников "Лит. газ." в осн. формировался из авторов "Сев. цветов". Наряду со стихами, прозой, лит. критикой (разделы "Библиография" и "Смесь") помещались переводы из Э. Т. А. Гофмана, Л. Тика, Ш. Нодье, Стендаля, П. Мериме, Ж. Г. Жа-нена, К. Ф. ван дер Вельде и др.

Сразу по выходе "Лит. газ." отделила себя от "Сев. пчелы" (Пушкин. Иссл., т. 6, с. 288, 295--96) и в значит. мере от др. петерб. и моск. изданий -- в статье Пушкина "В одном из наших журналов" (ЛГ, 1830, 11 янв.; XI, 89), к-рая была воспринята как кружковая декларация и вызвала многочисл. полемич. отклики (в "Сев. пчеле", "Моск. телеграфе", "Моск. вест.", "Сев. Меркурии", "Сыне отечества и Сев. архиве"); т. о., с первых номеров газета приняла вынужденно полемич. характер. Осн. объект ее критики -- идеологич. и эстетич. основы бурж. конформизма Ф. В. Булгарина и его "нравств.-сатирич." и ист. роман. Полемика приобрела полит. аспект; кульминационной ее точкой был написанный в ответ на пасквили Булгарина памфлет Пушкина "О записках Видока" (1830, 6 апр.), прозрачно намекавший на связи Булгарина с III отделением. Др. противником "Лит. газ." был "Моск. телеграф" Н. А. Полевого с его бурж. радикализмом; в полемиках 1830--31 Полевой выступал против "Лит. газ." в союзе с Булгариным. Эстетич. и критич. декларации Полевого рассматривались в газете как призыв к ревизии ценностей, созданных передовой дворян, культурой, и замене их продукцией массового спроса ("торговая словесность"). Со своей стороны, противники обвиняли "Лит. газ." в сословной замкнутости, эстетич. элитарности, кружковом характере ("лит. аристократизм"); обвинение в защите сословных привилегий носило в значит, мере демагогич. характер. Как противники "Лит. газ." выступили "Галатея" Раича и особенно "Сев. Меркурий" М. А. Бестужева-Рюмина; холодно-благожелат. отношение к ней установилось в среде "Моск. вест.". К кон. 1830 преим. полемич. направление газеты и недостаток значит, лит. материалов привели к снижению ее первонач. уровня; Пушкин и Вяземский выражают недовольство ее "вялостью" (Пушкин А. С., Письма, т. 3, М.--Л., 1935, с. 7, 168--69).

В "Лит. газ." появилось абсолютное большинство критич. статей Д. (анонимно, см. в изд. 1986). В рец. на "Димитрия Самозванца" Булгарина (1830, 7 марта), приписанной Булгариным Пушкину и ставшей причиной систематич. травли поэта в "Сев. пчеле", Д. критикует роман за худож. беспомощность и внеисторичность. Проблемы ист. характеров, нар. трагедии и т. д. Д. ставит и в др. рецензиях (на трагедию Н. В. Станкевича "Василий Шуйский" -- 1830, 5 июля, "Бориса Годунова" Пушкина -- незаконч., 1831, 1 и 6 янв.). Анализ "нравств.-сатирич. романа" как архаич. жанра, не соответствующего совр. эстетич. критериям, Д. дает в рец. на "Я куба Скупалова" (ром. П. П. Свиньина, приписываемый также А. К. Бошняку,-- 1830, 16 мая). В прямой связи с этими выступлениями стоят рецензии Д. на коммерч. издания (песенники, романы лубочного характера), представляющие нижний пласт "торговой словесности". Следствием экспансии торговли в лит-ру Д. считает и падение уважения к иск-ву, стилистич. неряшливость, погоню за скоропреходящим успехом, ориентацию на лит. эффекты, что он связывает с деятельностью Полевого (рец. на "нравств.-сатирич." ром. в стихах "Купеческий сынок..." -- 1830, 3 окт.). Эти черты Д. отмечает и в соч. молодых писателей, в т. ч. принадлежащих к его кружку; утверждая эстетич. принципы Пушкина и Баратынского, он выступает и против поэтики "неистовой словесности" в романтич. поэме 1830-х гг.: рец. на "Нищего" Подолинского (1830, 1 апр.) и "Рождение Иоанна Грозного" Розена (1830, 2 дек.), приведшие к лит. конфликту и разрыву обоих поэтов с кружком.

Полемич. выступления "Лит. газ." в значит, степени подорвали престиж булгаринских изданий и обществ, репутацию Булгарина, однако (отчасти по доносам самого Булгарина) обратили на себя внимание правительства. Анонимные заметки "С некоторых пор журналисты наши..." и "Новые выходки противу так называемой лит. нашей аристократии..." (ЛГ, 1830, 25 июня, 9 авг.), по свидетельству А. И. Дельвига, написанные совместно Д. и Пушкиным (вопрос об авторстве Пушкина дискуссионен) и рассматривавшие вопрос о социальной и культурной роли дворянства в ист. контексте рев. событий во Франции в 1789, вызвали раздражение А. X. Бенкендорфа, к-рый сделал Д. в резкой форме выговор и предупредил, что за газетой будет особый надзор. 13 нояб. 1830 она была запрещена за помещенное в No 61 четверостишие К. Делавиня о жертвах Июльской рев-ции во Франции; только 1 дек., после хлопот Д. Н. Блудова и Жуковского, она была возобновлена, уже под ред. Сомова (ц. р. от 8 дек. 1830).

Прекращение "Лит. газ." и конфликт с Бенкендорфом (обвинившим Д. в противоправительств. замыслах и пригрозившим репрессиями) тяжело сказались на моральном и физич. состоянии Д., изнуренного пост, болезнями, материальными затруднениями и семейными неурядицами, связанными с пост, увлечениями С. М. Дельвиг (к ней, вероятно, обращено стих. 1829 или 1830 "За что, за что ты отравила..."). Заболев в очередной раз в янв. 1831, он скончался в неск. дней от "гнилой горячки". Смерть Д. была началом распада его кружка и очень болезненно переживалась Пушкиным ("... никто на свете не был мне ближе Дельвига <...> Без него мы точно осиротели"), Плетнёвым, Сомовым и Баратынским (см.: Пушкин. Письма, т. 3, с. 8--9, 171--75 и след., по ук.). Четвертый номер "Лит. газ." за 1831 (от 16 янв.) вышел с опозданием и был издан как траурный -- с "Некрологией" Плетнёва и стих. Гнедича, Деларю и Туманского памяти Д. В 1831 Пушкин собирает последнюю книжку "Сев. цветов" (на 1832) в пользу братьев Д., начинает набрасывать его биографию и в последующие годы жизни вспоминает о нем в антологич. стихах; по-видимому, с восп. о Д. связано и стих. "Я памятник себе воздвиг..." (Алексеев М. П., Пушкин и мировая лит-ра, Л., 1987, ук.). Архив Д. не сохранился (был сожжен друзьями Д. после его смерти из опасения обыска).

Изд.: Соч., СПб.. 1893 (биогр. очерк Вал. В. Майкова); Полн. собр. стих., [Л.], 1934 (БПбс: ред. и прим. Б. Томашевского; 2-е изд., Л., 1959); Соч., Л., 1986 (вкл. также статьи, письма; вступ. ст. и комм. В. Э. Вацуро; поправка: "Рус. речь", 1988, No5). Письма: Муратова (1); Гофман M. Л., Письма барона Д. к невесте.-- В кн.: Сб. Пушкин. Дома на 1923 г., П., 1922; Хмелевская Е. М, Письма Д.-- В кн.: Памятники культуры. 1979, Л., 1980.

Биогр. мат-лы: Пушкин в восп. (восп. Подолинского, А. И. Дельвига, Керн, Розена, В. А. Эртеля); Пушкин (ук.); Дельвиг А. И., Полвека рус. жизни, т. 1, М.--Л., 1930; Кирпичников А. И., Жуковский и Д. в изображении современника <Н. М. Коншина>.-- PC, 1897, No 2, с. 277--79: Вульф А. Н., Дневники, М., 1929; Гаевский В. П., Дельвиг.-- "Совр.", 1853, No 2, 5; 1854, No 1, 9; Бобров Е. В., Барон Д. о Н. А. Полевом.-- ИзвОРЯС, 1906, т. 11, кн. 4: Грот К. Я., Пушкинский лицей (1811--1911), СПб., 1911 (ук.); Гастфрейнд Н. А., Товарищи Пушкина по имп. Царскосел. лицею, т. 2, СПб., 1912, с. 281--381: Верховский Ю., Барон Дельвиг. Мат-лы биогр. и лит., П., 1922; Модзалевский Б. Л., Пушкин, Л., 1929, с. 123--273; Базанов В. Г., Ученая республика, М.--Л., 1964 (ук.); Левкович Я. Л., Лицейские "годовщины".-- В кн.: Стих. Пушкина 1820--1830-х гг., Л., 1974; Вацуро В. Э., С. Д. П. Из истории лит. быта пушкинской поры, М., 1989.

Лит.: Белинский (ук.); Рыбинский В. С, Барон Д. Его жизнь и лит. деятельность.-- ФЗ, 1896, No 1, 3; Шервинский С, Барон Д. и рус. нар. песня.--РА, 1915, кн. 2, с. 139--64; его же, "In mortem passeris Lesbiae" и "На смерть собачки Амики".-- РА, 1915, кн. 3, с. 306--14; Розанов И. Н., Поэты 20-х гг. XIX в. М., 1925, с. 30--61; Успенский В., О Дельвиге.-- Рус. поэзия XIX в., Л., 1929; Андреев Н., Фольклор и лит-ра.-- "Лит. учеба", 1936, No 2; Такшина Г. В., Из истории изучения лит.-критич. деятельности Д.-- "Уч. зап." [Курск. пед. ин-та], т. 94, 1972; Рождественский Вс. А.. В созвездии Пушкина, М., 1972, с. 167--84; Вацуро. "Сев. цветы" (в прил.-- роспись содержания альм.); его же, Д. и иск-во.-- В сб.: "Сов. искусствознание", в. 22, М., 1987; его же, Заметки к пушкинским восп. о Д.-- "Zeitschrift fЭr Slawistik", 1987, Bd 32, No 1; Сенчина Л. Т., Метрика и строфика Д.-- В кн.: Рус. стихосложение XIX в., М., 1979; Совалин В. С., О связи ритмики с жанровыми признаками в стих. Д.-- В кн.: Преемственность в развитии жанров рус. лит-ры. Сб. трудов, М., 1979; Коровин В. И., Поэты пушкинской поры, М., 1980, с. 56--72; "Сев. цветы" на 1832 г., М., 1980 (послесловие и комм. Л. Г. Фризмана); Рассадин СБ., Спутники, М., 1983, с. 9--58; Павлова Н., Статья Д. о "Борисе Годунове".-- В кн.: Совр. проблемы рус. филологии, Саратов, 1985; Lettenbauer W., Das Bild der aetas aurea bei A. Del'vig.-- In: Festschrift fur Dmytro Cyzevskyj zum 60. Geburtstag am 23. MДrz 1954, В., 1954, S. 164--70; Mersereau J. jr., Baron Delvig's "Northern Flowers". 1825--1832. Literary Almanac of the Pushkin pleiad, L,-- [a. o.], [1967]; Коehler L., A. A. Delvig. A classicist in the time of romanticism, The Hague -- P., 1970.

О "Лит. газ.". Изд.: "Литературная газета" А. С. Пушкина и А. А. Дельвига. 1830 год. No 1 -- 13, М., 1988 (послесл. и общая ред. В. Н. Касаткиной, подг. текста и комм. Т. К. Батуровой).

Лит.: Блинова E. M., "Лит. газ." А. А. Дельвига и А. С. Пушкина. 1830--31. Указатель содержания, М., 1966 (вступ. ст. М. П. Еремина; рец. З. В. Кирилюк -- РЛ, 1967, No 3); Замков Н., К истории "Лит. азеты" барона Д.-- PC, 1916, No 5; Степанов Н. Л., "Лит. газ." -- В кн.: Очерки по истории рус. журналистики и критики, т. 1, Л., 1950, с. 383--401; Виноградов В. В., Проблемы авторства и теория стилей, М., 1961; Галин Г., К истории запрещения "Лит. газ." Д.-- В кн.: Из истории рус. и заруб. лит-ры, Саранск, 1964, с. 72--84; его же, Поэты-декабристы на страницах "Лит. газ." 1830--1831 гг.-- "Уч. зап. Мордов. гос. ун-та", Саранск, 1967, в. 61, с. 114--34; Пушкин. Итоги и проблемы изучения, М.--Л., 1966, с. 217--27 (ст. В. Э. Вацуро); Вацуро В. Э., К изучению "Лит. газ." Дельвига -- Сомова.-- В кн.: Пушкин. Временник. 1965, Л., 1968; Еремин М. П., Пушкин-публицист, 2-е изд., доп., М., 1976, с. 131--83; Michel L. Р., Die "Literaturnaja gazeta" A. A. Del'vigs (1830--1831). Studien zur russischen literarischen Publizistik unter besonderer BerЭcksichtigung der Literaturkritik, Munster, 1982. См. также библ. при статьях П. А. Вяземский, О. М. Сомов, А. С. Пушкин. + Брокгауз; Венгеров. Источ.; ЛЭ; КЛЭ; Рус. писатели; Иванов; Муратова (1).

Архивы: ЦГАЛИ, ф. 171; ГПБ (ук.); ИРЛИ (в разных фондах автографы стихов и статей, письма).


В. Э. Вацуро.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 2. М., "Большая Российская энциклопедия", 1992