Чеславский Иван Богданович
Колдун, старинная Донская повесть. Сочинение И. Ч. С. П. бург. В тип. Эдуарда Праца и К. 1838

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   Колдунъ, старинная Донская повѣсть. Сочиненіе И. Ч. С. П. бургъ. Въ тип. Эдуарда Праца и Ко. 1838. Въ 8-ю д. л. 48 стр.
   Еще повѣсть, и притомъ повѣсть въ стихахъ, старинная, Донская, съ страшнымъ заглавіемъ, ничего незначущею виньеттою и прекраснымъ стихомъ Шиллера вмѣсто эпиграфа:

"Du musst glauben, du musst wagen" etc.

   Эта старинная Донская повѣсть еще особенно замѣчательна тѣмъ, что написана въ Тобольскѣ. Начало повѣсти теряется въ отдаленной древности; извѣстно только, по собраннымъ нами свѣдѣніямъ, что она въ 1833 г. посвящена С. Б. Бронсискому, въ 1835 выпущена изъ ценсуры и въ 1838 г. напечатана и появилась въ книжныхъ лавкахъ. Авторъ "Колдуна" говоритъ въ предисловіи, будто нечего и доказывать, что всѣ юродивые, колдуны, чародѣи минувшаго времени, подобно описанному имъ, были люди, и признается, что трудно написать народную повѣсть, не увлекаясь съ пламеннымъ, безграничнымъ своенравіемъ воображенія въ міръ фантастическій, трудно написать ее по всѣмъ условіямъ поэзіи, а еще труднѣе удержать ея прежнюю форму, размѣръ стиховъ, разговорный языкъ и бы тѣ древняго времени, и проч. и проч. Не смотря на это, онъ отнюдь не старается избѣгнуть суда критики, а напротивъ стремится обнаружить прямое желаніе воспользоваться замѣчаніями опытныхъ литераторовъ; наконецъ увѣряетъ, что онъ нисколько не былъ увлеченъ надеждами на литературную извѣстность и довольствовался одною мимолетною отрадою жизни въ очаровательномъ мірѣ поэзіи.
   Насчетъ этого можно бы замѣтить г-ну И. Ч. многое, а между прочимъ и то, что его міръ поэзіи, помѣщаясь на нѣсколькихъ страницахъ весьма плохихъ стиховъ, очень некрасивъ; но кто можетъ разувѣрить господъ такъ-называемыхъ поэтовъ? Вотъ, напримѣръ, этотъ "Колдунъ" -- Богъ-знаетъ-что такое. Но, сколько мы поняли, вотъ въ чемъ дѣло.
   Жилъ-былъ колдунъ (старинный, Донской), который прикидывался волкомъ, кошкой, совой, сорокой и разной подобной дрянью, носился блуждающимъ огнемъ, ѣздилъ на метлѣ, леталъ къ Кіевской вѣдьмѣ, помогалъ ей ставить избушку на курьи ноги, вызывалъ на бой чудо-юдо (но не дрался съ нимъ), жилъ у царь-дѣвицы, объѣзжалъ съ бабою-ягою въ ступѣ цѣлый свѣтъ, проспалъ около трехъ-сотъ лѣтъ въ плѣну у огненнаго змѣя и наконецъ поселился на Дону.
   Дальше --
   Жила была Марія казачка (у насъ послѣ Пушкина заведено называть всѣхъ казачекъ Марьями), и шла она къ Колдуну въ лѣсъ просить его помощи для больной матери. Старинный Донской Колдунъ дѣлается изъ чудовища добродѣтельнѣйшимъ человѣкомъ и отправляется съ Маріею. На дорогѣ онъ утѣшаетъ ее, разсуждаетъ съ нею о благочестіи и прочемъ, и когда они приходятъ въ хату, въ которой жила мать Маріи, то застаютъ ее здоровою и какъ ни въ чемъ небывалою. Познакомившись съ матерью, Колдунъ сталь свой человѣкъ у нея въ домѣ и навѣщалъ ее каждый день. Разъ онъ не пришелъ. Проходитъ день, два, три, восемь дней -- его все нѣтъ. "Вѣрно бѣдняжка, старинный Донской Колдунъ захворалъ" думаетъ мать и посылаетъ дочь свою въ лѣсъ лечить его. Марія отправляется. Наступаетъ ужасная буря, на стр. 42-й:
   
   Вотъ: зашепталъ дремучій лѣсъ;
   Въ чащѣ, въ дуплистой липѣ взвыла,
   Ночуя бурный часъ, сова,,
   Н надмогильная трава (въ лѣсу!)
   Какъ будто съ ней заговорила;
   Нахохлясь, прятались въ листахъ (?)
   Пѣвицъ (*) пернатыхъ хороводы;
   Лѣниво зыблясь въ берегахъ,
   Широкій Донъ покоилъ воды,--
   Но въ нихъ темно какъ въ небесахъ,
   И день печаленъ въ тучахъ бурныхъ.....
   *) Г. И. Ч. вѣрно не слыхалъ, что птицы женскаго рода, самки, не поютъ никогда.
   
   
   Наконецъ Марія въ ужасъ падаетъ безъ силъ, безъ чувствъ
   
   Не на сырой, пушистый мохъ,
   Не въ паетъ лѣснаго привидѣнья
   И не въ могилу мертвеца! (есть видно могилы и живыхъ)
   Кудажь?.... Въ объятія чужія
   Ей незнакомаго ловца!
   
   На ловца и звѣрь бѣжитъ. Этотъ ловецъ "старинный Донской Колдунъ". Онъ, помолодѣлъ, переплывъ чрезъ глубокую рѣку, чтобы Марья могла упасть въ его объятія.-- Что уже послѣ этого случилось, мы никакъ не могли разобрать, а непремѣнно случилось что-нибудь. Извольте читать сами настр. 46-й:
   
   Но чтожъ?.... Марія прояснила
   Сіяньемъ чистой красоты
   Его любимыя мечты,
   И вновь его животворила...
   Спадетъ завѣса клеветы.....
   . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
   Она теперь его подруга,
   Его надежды воскресить,
   Разсѣетъ мрачную угрюмость;
   И обновленной жизни юность
   Блаженствомъ страсти закипитъ.
   
   Видно, старинный Донской Колдунъ женился. Это новость въ нашей фантастической литературѣ! До появленія этой книжки мы не слыхивали, чтобъ христіанки выходили за колдуновъ.
   Итакъ, вотъ вамъ весь "Колдунъ" въ полной формѣ. Вы знаете его содержаніе, видите образцы стиховъ и потому вѣрно не назовете насъ несправедливыми, если мы скажемъ, что эта "старинная Донская повѣсть" весьма плохая повѣсть. Но, вмѣсто ея, мы можемъ рекомендовать вамъ --

Русскій Инвалидъ". Литературныя прибавленія, 1838, No 28

   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru