# Еще несколько слов о стихах "Анджело", не дозволенных к печатанию Императором Николаем I

Николай Иванович Черняев

## Н. И. Черняевъ.


## Критическія статьи и замѣтки о Пушкинѣ.


ХАРЬКОВЪ.

Типографія "Южнаго Края", Сумская ул., No 13.

1900.


## Еще нѣсколько словъ о стихахъ "Анджело", не дозволенныхъ къ печатанію Императоромъ Николаемъ I.


Прочитавъ въ No 8359 "Новаго Времени" за текущій, 1899 годъ, въ отдѣлѣ "Среди газетъ и журналовъ", извлеченія изъ моихъ замѣтокъ о текстѣ "Анджело" и о тѣхъ стихахъ его, которые доселѣ замѣняются издателями сочиненій Пушкина точками, П. А. Ефремовъ помѣстилъ въ No 157 "Русск. Вѣдомостей" чрезвычайно интересную статью, подъ заглавіемъ: "Пропуски въ поэмѣ Пушкина Анджело",-- статью, разъясняющую, почему Пушкинъ находилъ нужнымъ въ 1834 году предпринять исправленное изданіе этой новеллы и почему онъ упрекалъ книгопродавца Смирдина въ прошеніи, поданномъ въ Главный Комитетъ цензуры, въ томъ, что "Анджело" былъ напечатанъ въ"Новосельѣ" въ 1833 году, "неисправно и съ своевольными поправками".

Прежде всего, исправляю свой промахъ (стр. 197), указанный мнѣ П. А. Ефремовымъ: подлинная рукопись "Анджело" поступила въ Императорскую публичную библіотеку, въ числѣ другихъ автографовъ Пушкина, еще въ 1884 году и напечатана въ "Отчетѣ" библіотеки за названный годъ, изданномъ въ 1887 году. Она описывается въ "Отчетѣ" такъ:

"в) Анджело. (Повѣсть, взятая изъ Шекспировской трагедіи: Measure for measure). 1833. Черновая рукопись въ 8-ю д. л., 20 листовъ (изъ которыхъ лл. 19 и 20 бѣлые). Въ этой рукописи находятся стихи (въ части ІІ-й, гл. VI), выпущенные по волѣ Государя Императора Николая Павловича, при печатаніи этого произведенія, которые здѣсь и приводятся: {Они напечатаны далѣе курсивомъ Н. Ч.}


(Клавдіо).


Да такъ... и страсти въ немъ кипятъ съ такою силой!

Иль въ этомъ нѣтъ грѣха; иль изъ семи грѣховъ

Грѣхъ это меньшій.

Тамъ * вѣрно не казнятъ,-- Какъ? Для одного мгновенья

Ужель себя губить рѣшился бъ онъ на вѣкъ?

Нѣтъ, я не думаю. Онъ умный человѣкъ.

Ахъ, Изабелла!

* Сперва было написано: Богъ, вѣрно, не казнитъ.


(Клавдіо).


Такъ... однакожъ... умереть,

Идти невѣдомо куда -- во гробѣ тлѣть

Въ холодной тѣснотѣ... Увы! земля прекрасна

И жизнь мила. А тутъ войти въ нѣмую мглу,

Стремглавъ низвергнуться въ кипящую смолу,

Или во льду застыть, иль съ вѣтромъ быстротечнымъ

Носиться въ пустотѣ, пространствомъ безконечнымъ...

И все, что грезится отчаянной мечтѣ...

Нѣтъ нѣтъ; земная жизнь въ болѣзни, въ нищетѣ,

Въ печаляхъ, въ старости, въ неволѣ... будетъ раемъ

Въ сравненьи съ тѣмъ, чего за гробомъ ожидаемъ". *

* Сверху написано еще: Для такого прегрѣшенья.

Далѣе изъ. "Отчета" оказывается, что первая часть "Анджелло" помѣчена 24-мъ, вторая -- 26-мъ, а третья -- 27-мъ октября {Г. Ефремовъ ошибается, утверждая, будто "Отчетъ" привелъ только послѣднюю числовую помѣту: "27 (октября), Болд. (Болдино), 1833". Въ "Отчетѣ" приведены всѣ три числовыя помѣты, сдѣланныя поэтомъ.}, и что строка, замѣщаемая во второй главѣ второй части точками была означена Пушкинымъ черточками.

"Рукопись эта, говоритъ П. А. Ефремовъ: была недоступна всѣмъ издателямъ сочиненій Пушкина 1887 г. Не знаю, какъ было съ литературнымъ фондомъ и съ А. С. Суворинымъ, но мнѣ тогда А. Ѳ. Бычковъ отказалъ въ ея просмотрѣ на томъ основаніи, что "пропуски" изъ нея будутъ украшеніемъ "Отчета" библіотеки.

"Когда послѣ напечатанія "Отчета" А. Ѳ. Бычковъ дозволилъ мнѣ, наконецъ, ознакомиться съ рукописью, то я могъ возстановить правильное чтеніе двухъ пропусковъ въ VI гл. 2-й части и отмѣчаю курсивомъ въ приводимой теперь выпискѣ. Первый пропускъ (2 У2 стр.).

Изабела. Такъ завтра, Клавдіо, ты къ смерти будь готовъ.

Клавдіо. Да, такъи страсти въ насъ кипятъ съ такою силой!

Иль въ этомъ нѣтъ грѣха, иль изъ семи грѣховъ

Грѣхъ это меньшій... Какъ?.. Такого прегр123;шенья

Тамъ вѣрно не казнятъ... Для одного мгновенья

Ужель себя сгубить рѣшился-бъ онъ навѣкъ?

"Второй пропускъ (4 строки):

Клавдіо. Стремглавъ низвергнуться въ кипящую смолу,

Или во льду застыть, иль съ вѣтромъ быстротечнымъ

Носиться въ пустотѣ пространствомъ безконечнымъ,

И все, что грезится отчаянной мечтѣ...

Нѣтъ, нѣтъ: земная жизнь -- въ болѣзни, нищетѣ,

Въ печаляхъ, въ старости, въ неволѣ... будетъ раемъ

Въ сравненьи съ тѣмъ, чего за гробомъ ожидаемъ.

"Въ "Отчетѣ" первый пропускъ былъ приведенъ въ такомъ неопрятномъ видѣ:

Иль въ этомъ нѣтъ грѣха; иль изъ 7-ми грѣховъ

Грѣхъ это меньшій.

Тамъ вѣрно не казнятъ -- Какъ? для одного мгновенья.

"По рукописи, озаглавленной: Анджело (Повѣетъ, взятая изъ шекспировской трагедіи "Measure of Measure") я отмѣтилъ у себя 65 болѣе или менѣе значительныхъ варіантовъ противъ печатнаго текста, причемъ въ 4-мъ стихѣ ХІ-ой строфы 1-й части и въ рукописи, и въ 1-мъ изданіи читается: "и смѣлѣй Была часъ отъ часу. Подумай!.. говорила: Подумай, если тотъ, чья праведная сила"... но начиная съ посмертнаго изданія вмѣсто перваго "подумай", печатается "помилуй", такъ какъ издатели, вѣроятно, не одобрили повторенія одного и того же слова.

Кромѣ того въ V строфѣ 1 ч. вмѣсто 9-го стиха: "Пора намъ зло пугнуть Въ балованномъ народѣ" и пр. было первоначально:

Моею строгостью гнушаться въ вашей волѣ,

Но быть въ бездѣйствіи законы не должны --

Какъ розга на дѣтей для виду только въ школѣ,--

Недолго будутъ ихъ бояться шалуны.

Также въ XII строфѣ 2 ч. пять незачеркнутыхъ стиховъ въ отвѣтѣ Изабелы замѣнены въ печати однимъ стихомъ: "Онъ не готовъ еще... подумай въ самомъ дѣлѣ". Самъ ли Пушкинъ при печатаніи сократилъ эти стихи или они тоже были ему указаны -- неизвѣстно. Вотъ они:

Онъ не готовъ еще... Казнить его не можно...

Ужели Господу пошлемъ неосторожно

Мы жертву наскоро?.. Мы даже и цыплятъ

Не бьемъ до времени... такъ скоро не казнятъ...

Спаси, спаси его!.. Подумай, въ самомъ дѣлѣ...

Замѣтимъ, что тутъ въ третій разъ повторяется слово "подумай", которое посмертные издатели (см. выше) въ одномъ повтореніи предыдущей строфы замѣнили словомъ: "помилуй".

Есть и еще нѣсколько "полныхъ" измѣненныхъ или замѣненныхъ въ печати стиховъ".

Изъ всего этого видно, что первое полное и исправное изданіе "Анджело" впервые появится въ Академическомъ изданіи Пушкина, печатаемомъ подъ редакціей вице-президента Академіи наукъ, Л. Н. Майкова. Анненковъ, имѣвшій подъ руками рукопись Пушкина, не воспользовался ею и оставилъ нетронутыми всѣ пробѣлы и искаженія, съ какими "Анджело" былъ напечатанъ въ"Новосельѣ". Г. Ефремовъ настаиваетъ на томъ, что 6 1/2 стиховъ, замѣщаемыхъ обыкновенно въ 6-й главѣ второй части "Анджело" точками, были не разрѣшены къ печати Императоромъ Николаемъ Павловичемъ и замѣнены точками по указаніямъ самого поэта. "Оказывается, говоритъ г. Ефремовъ: что я былъ совершенно правъ, опираясь на прошеніе Пушкина, который, именно "наполнилъ точками всѣ мѣста, отмѣченныя Государемъ", и прямо указалъ на нихъ въ своемъ "прошеніи". Но въ томъ-то и дѣло, что въ прошеніи, которое было подано Пушкинымъ въ Главный Комитетъ цензуры въ 1834 году по поводу затрудненій, встрѣченныхъ имъ во время переговоровъ о второмъ, несостоявшемся изданіи "Анджело", нѣтъ прямыхъ указаній на тѣ или другіе стихи, отмѣченные Императоромъ. Правда, въ "Отчетѣ" Публичной Библіотеки точки, о которыхъ идетъ рѣчь, объясняются тѣмъ-же предположеніемъ, какого держится и г. Ефремовъ. Но это предположеніе опирается, очевидно, съ одной стороны, на то самое прошеніе, на которое ссылается г. Ефремовъ и которое не можетъ имѣть въ данномъ случаѣ рѣшающаго значенія, а съ другой стороны -- на ошибочное и самимъ-же г. Ефремовымъ опровергнутое мнѣніе о томъ, что "Анджело" былъ напечатанъ Смирдинымъ безъ всякихъ пропусковъ, за исключеніемъ стиховъ, замѣщенныхъ точками. Рукопись "Анджелло", находящаяся въ Публичной Библіотекѣ -- черновая. Ни изъ "Отчета", ни изъ статьи г. Ефремова не видно, чтобы на ней имѣлись какія-либо отмѣтки, сдѣланныя Государемъ. По всей вѣроятности, онъ читалъ "Анджело" по другой рукописи: черновой рукописи поэтъ ему не представилъ-бы. Въ виду всего этого, вопросъ: какія именно мѣста не были разрѣшены къ печати Императоромъ, остается вопросомъ. Изъ статьи г. Ефремова видно, что, кромѣ 6 1/2 стиховъ, замѣщавшихся доселѣ въ "Анджело" точками, въ двѣнадцатой главѣ второй части этой новеллы, пять незачеркнутыхъ стиховъ въ отвѣтѣ Изабелы были замѣнены въ печати однимъ стихомъ. "Самъ-ли Пушкинъ при печатаньи сократилъ эти стихи или они были ему указаны,-- неизвѣстно",-- говорить г. Ефремовъ. Если почтенный библіографъ не находитъ достаточныхъ основаній для того, чтобы высказаться положительно въ томъ или другомъ смыслѣ о причинѣ, вслѣдствіе которой 5 незачеркнутыхъ стиховъ, изъ отвѣта Изабелы Анджело оказались замѣненными однимъ стихомъ; если онъ считаетъ возможнымъ предположить, что это было сдѣлано по желанію самого Пушкина безъ всякаго на него давленія извнѣ,-- то почему-же онъ думаетъ, что 6 1/2 стиховъ въ тирадахъ Клавдіо были выброшены по распоряженію Николая Павловича? Если не будетъ найдена та рукопись "Анджело", которая была представлена Пушкинымъ Государю и на которой Государь дѣлалъ свои отмѣтки, вопросъ о неразрѣшенныхъ имъ къ печати мѣстахъ "Анджело" навсегда останется открытымъ, но не имѣющимъ, впрочемъ, особеннаго значенія, такъ какъ описаніе рукописи, сдѣланное г. Ефремовымъ, приводить къ убѣжденію, что хотя "Анджело"былъ напечатанъ Смирдинымъ крайне неряшливо и съ цѣлымъ рядомъ произвольныхъ отступленій отъ текста, но съ весьма незначительными сокращеніями. Впрочемъ, и тутъ слѣдуетъ сдѣлать оговорку: при окончательной отдѣлкѣ "Анджело", Пушкинъ могъ вставить въ него стихи, которыхъ нѣтъ въ черновой рукописи. Замѣтимъ, кстати, что слова Изабелы, приводимыя г. Ефремовымъ, составляютъ весьма близкій переводъ соотвѣтственнаго мѣста изъ второй сцены второго дѣйствія "Мѣры за мѣру". Въ переводѣ Ѳ. Миллера оно читается такъ:

Какъ? завтра? О, какъ скоро! Пощадите:

Онъ не готовъ. Мы птицу убиваемъ,

Когда придетъ пора. Ужели Богу

Служить мы будемъ съ меньшею заботой,

Чѣмъ собственной утробѣ? О молю,

Подумайте о томъ... и т. д.

Если допустить, что отвѣтъ Изабелы Анджело былъ урѣзанъ по требованію Императора Николая Павловича, то особенное вниманіе, обращенное имъ на этотъ отвѣтъ, нельзя ничѣмъ будетъ объяснить, кромѣ нежеланія допускать въ печати обсужденія вопроса о смертной казни и опасенія, что слова Изабелы могутъ быть примѣнены съ неблагопріятными для правительства выводами къ казнямъ декабристовъ, которыя въ первой половинѣ 30-хъ годовъ были еще у всѣхъ въ памяти.