# Стихотворения

Дмитрий Михайлович Цензор

"Одинокой души одинокий певец..."

Осень

Облако

Поток

Две Элегии

"На памятникъ Чехову"


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія т-ва "Общественная Польза", Больш. Подъяческая, 39.

1906.


* * *


Одинокой души одинокій пѣвецъ,

Полюбившій печаль обездоленныхъ дней!

Ты взошелъ высоко и увидѣлъ конецъ

Всѣхъ земныхъ, многоцѣльныхъ путей...

И постигнувъ земной безнадежный удѣлъ,

Ты покинулъ вершины безжизненныхъ скалъ

И бродилъ среди насъ и клеймить насъ хотѣлъ,

Но жалѣлъ... И, жалѣя, прощалъ.

О, мы знали тоску, мы умѣли страдать,

Насъ холодная тьма обвивала кольцомъ!

И, какъ дѣтямъ больнымъ утомленная мать,--.

Обѣщалъ ты намъ счастье... потомъ.

Какъ ночной огонекъ, запылавшій въ степи,

Увлекалъ и томилъ твой мерцающій свѣтъ...

Незабвенный сердцамъ одинокихъ людей,

Одинокій и скорбный поэтъ!

Дмитрій Цензоръ.


## Осень.


(Сонетъ).


Я вижу изъ окна: гирлянды облаковъ

Изъ слитковъ золотыхъ плывутъ по синевѣ.

Идетъ ихъ поздній блескъ желтѣющей листвѣ,

Печально-праздничной гармоніи цвѣтовъ.

Приходятъ сумерки. Ложатся по травѣ

И вѣютъ холодомъ покинутыхъ угловъ.

Деревьямъ жаль тепла. Небреженъ ихъ покровъ

Поблекшій, шелковый, въ причудливой канвѣ...

И прошлаго имъ жаль. И помнитъ старый садъ

Больную дѣвушку въ тѣни своихъ вѣтвей...

Былъ нѣженъ и глубокъ ея печальный взглядъ...

Пустынно и мертво тоскуетъ глушь аллей,

И въ золотѣ вершинъ дрожитъ послѣдній свѣтъ,

Какъ память о быломъ, чему возврата нѣтъ.


## Облако.


Средь утра тихаго въ весеннихъ небесахъ

Несется облако куда-то издалека,

И гаснетъ, и горитъ горячій лучъ востока

Въ серебряныхъ краяхъ.

Свободный гость небесъ, завиденъ жребій твой.

Сомнѣній и тоски тебѣ чужда тревога,

Лазурью для тебя окована дорога

Безстрастною судьбой.

Когда нибудѣ и я тоску земной мечты

Покину, какъ кошмаръ, какъ цѣпи роковыя,

И такъ же, можетъ быть, въ тѣ выси голубыя

Умчуся, какъ и ты.

Но все жъ мнѣ будетъ жаль, безумно жаль тогда

Родной земли моей ошибокъ и страданій

И горькихъ слезъ ея среди святыхъ желаній

И тяжкаго труда.


## Потокъ.


Лѣсной гигантъ загромаздилъ

Потокъ громадами ступеней,

И быстрый бѣгъ остановилъ

Того, кто съ гордостью поилъ

Орловъ и жаждущихъ оленей...

И сталъ потокъ. Едва сочась,

Волна свои журчала пени

И мутнымъ прудомъ разлилась,

Полна спокойствія и лѣни.

Но брызнулъ дождь. Потокъ прорвалъ

Громады дерзкія ступеней

И въ даль, свѣтлѣя, побѣжалъ

На радость жаждущихъ оленей.


II.


Посмотри: надъ той горою

Звѣзды факелы зажгли,

И отъ скалъ сѣдыхъ туманы

Опустились до земли.

Тишина, и сонъ, и нѣга,

И торжественный покой,

А вдали гремитъ и ропщетъ

Моря гнѣвнаго прибой.

Что жъ онъ плачетъ, негодуя,--

Иль завидуетъ землѣ,

Иль отнять цвѣты онъ хочетъ

Задремавшіе во мглѣ.


## Двѣ Элегіи.


I.


Трепетали ночныя созвѣздія.

Крылья ночи на землю легли...

И молилъ я у неба возмездія

За великія скорби земли.

Гдѣ-то вѣтви сплетались терновыя,

И пылала святая тоска;

Гдѣ-то души лучистыя, новыя

Потушила слѣпая рука...

И пустынями, кровью залитыми,

Я дошелъ до родимыхъ руинъ --

И поникъ надъ могильными плитами,

Въ темнотѣ, побѣжденный, одинъ...

Трепетали ночныя созвѣздія.

Ночь была въ молчаливомъ краю...

И молилъ я у неба возмездія

За разбитую душу мою.


II.


Былъ поздній часъ въ исходѣ Сентября.

Въ чужомъ краю грустилъ я молчаливо.

Вдали закатъ пурпунностью горя,

Блѣднѣлъ и гасъ надъ надъ зеркаломъ залива.

А въ сторонѣ, какъ холмъ изъ янтаря,

Садъ облеталъ и грезилъ сиротливо...

Былъ тихій часъ въ исходѣ Сентября,

Когда вездѣ такъ грустно и красиво.

И вотъ потухъ вечерній небосклонъ,

И лунный дискъ планетою огромной

Надъ садомъ всталъ. Волшебный Оріонъ

Уже мерцалъ моей душѣ бездомной...

И жизнь моя казалась мнѣ -- какъ сонъ,

Какъ марево безбрежности истомной...

Давно потухъ вечерній небосклонъ,

И стала даль загадочной и темной.

Я былъ тогда забытъ и одинокъ,

Въ пустынѣ дней гонимый ураганомъ...

Темнѣла ночь, и вѣтеръ заволокъ

Мерцанье звѣздъ и задышалъ туманомъ,

И, шелестя, ложился на песокъ

Засохшій листъ и мчался въ танцѣ странномъ...

И понялъ я, что духъ мой одинокъ,

Что жизнь была ошибкой и обманомъ.

Дмитрій Цензоръ.