Бунин Иван Алексеевич
Из переписки В. Н. Буниной и Т. М. Ландау

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

"ЖАЛЬ, ЧТО ТАК РАНО КОНЧИЛИСЬ НАШИ БАБЬИ ВЕЧЕРА"

(Из переписки В. Н. Буниной и Т. М. Ландау)

  
   И. А. Бунин: Новые материалы. Вып. I
   М., "Русский путь", 2004.
   Публикация Ек. Рогачевской
   OCR Ловецкая Т. Ю.
  
   Переписка И. А. Бунина с его верным другом и постоянным корреспондентом М. А. Алдановым (наст. фамилия Ландау; 1889--1957) известна исследователям и широкому читателю -- отдельные фрагменты ее не раз публиковались в отрывках и извлечениях {Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным / Публ. М. Э. Грин // Новый журнал. 1965. No 80. С. 258--287; 1965. No 81. С. 110--147; Fedoulova R. Lettres d'Ivan Bunin a Mark Aldanov // Cahiers du Monde Russe et Soviétique, 1981. No 22. P. 471-- 488; 1982. No 23. P. 469--500; Переписка И. А. Бунина с М. А. Алдановым / Публ. А. Звеерса // Новый журнал. 1983. No 150. С. 159--191; 1983. No 152. С. 153--191; 1983. No 153. С. 134--172; 1984. No 154. С. 97--108; 1984. No 155. С. 131--146; 1984. No 156. С. 141--163; "Этому человеку я верю больше всех на земле". Из переписки И. А. Бунина и М. А. Алданова / Вступ., публ., подгот. текста и примеч. А. Чернышева // Октябрь. 1996. No 3. С. 115--156; 40 лет назад скончался Иван Бунин. А 60 лет назад он стал нобелевским лауреатом / Публ. О. Коростелева // Независимая газета. 1993. 9 ноября. No 214. С. 7.}. Письма Алданова и его жены И. А. Бунину и В. Н. Буниной хранятся в Отделе рукописей библиотеки Эдинбургского университета (Великобритания; Gen 565 {Письма хранятся в 11 папках под одним шифром и распределяются по папкам следующим образом: Gen 565 (1) 265/17 35 писем, 4 открытки Бунину, 1921 -- 1925; Gen 565 (2) 262/17 45 писем, 10 открыток Бунину, 1926--1931; Gen 565 (3) 262/17 44 письма, 21 открытка Бунину, 1932--1939; Gen 565 (4) 262/17 44 письма, 5 открыток Бунину, 1940--1946; Gen 565 (5) 262/17 43 письма, 5 открыток, 1 телеграмма Бунину, 1947--1949; Gen 565(6) 262/1759 писем, 1 открытка, 1 телеграмма Бунину, 1950--1953; Gen 565 (7) 42 письма, 6 открыток Буниной, 1921--1932; Gen 565 (8) 50 писем, 8 открыток Буниной, 1933--1953; Gen 565 (9) 62 письма, 4 открытки, 2 телеграммы Буниной, 1954--1957; Gen 565 (10) 14 писем, 3 открытки Буниной от Т. М. Ландау, 1929?--1959?; Gen 565 (11) 3 письма Бунину (одно -- отрывок письма от неизвестного корреспондента из Америки).}), куда они были переданы наследником Буниных писателем Л. Ф. Зуровым. Этот фонд охватывает период с 1921 по 1959 г. Письма Буниных Алданову и некоторые машинописные копии алдановских писем Буниным составляют часть алдановского фонда Бахметевского архива Колумбийского университета (США; фонд М.А. Алданова {Публикуемые здесь письма В. Н. Буниной хранятся в коробке No 3 Алдановского фонда Бахметевского архива Колумбийского университета.}). О передаче своего архива этому хранилищу Алданов договорился еще при жизни. Условия передачи на хранение своей переписки с Буниными М. Алданов обсуждал с Верой Николаевной после смерти И. А. Бунина {Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным / Публ. М. Э. Грин // Новый журнал. 1965. No 81. С. 144.}. К сожалению, вся довоенная часть архива Алданова, как он сам неоднократно сообщал своим корреспондентам, попала в руки гестапо и погибла во время Второй мировой войны. Таким образом, мы располагаем только письмами Алданова до 1941 г., и лишь с 1941 г. сохранилась двухсторонняя переписка {См., например, письмо Алданова Вере Николаевне от 7 декабря 1953 г.: "У меня есть письма только с 1940 года, все старое досталось немцам. Да и между 1942-ым и 1945 годом письма ведь не доходили. Иван Алексеевич писал пером, без копий. Значит, его писем ко мне за двадцать лет с начала эмиграции и до войны больше нигде нет. Это огромная потеря. Не знаю, сохраняли ли Вы мои письма".}. Алданов писал отдельно как Ивану Алексеевичу, так и Вере Николаевне. Независимо от "своих" (как между собой называли мужей жены) вели переписку и Вера Николаевна и Татьяна Марковна Ландау (урожд. Зайцева; 1893--1968 {Благодарим Л. А. Мнухина за любезно предоставленную информацию о годе рождения Т. М. Ландау.}). Переписка эта сохранилась лишь во фрагментах, поскольку этим письмам, видимо, не придавалось особого значения, и те "женские" письма, которые уцелели среди "писательских", сохранились случайно. Несмотря на то что эти фрагменты не составляют целостной картины, они могут служить ценным дополнительным материалом для реконструкции жизни Буниных и русской эмиграции в целом. Письма 1--7, 10, 12, 13, 14, 17, 20--27 сверены по рукописным оригиналам, письма 8, 9, 11, 15, 16, 18, 19 -- по копии с микрофильма.
   Первое письмо Татьяны Марковны отправлено из Парижа почти сразу после переезда Алдановых из Берлина в Париж. В декабре 1940 г. Алданову и его жене удалось бежать в Америку, где они и провели все военные годы. В 1946--1950 гг. Алдановы приезжали во Францию несколько раз и останавливались на различные сроки, а с 1950 г. поселились в Ницце. Татьяна Марковна переселилась в Париж уже после смерти мужа в 1957 г. Бунины же жили в начале 1920-х в Париже, но в 1925--1928 гг. все больше и больше времени проводили на юге. Переехав в Грасс окончательно в 1928 г., они вернулись в Париж только после окончания войны, весной 1945 г.
   Выражаю благодарность И. З. Белобровцевой, Р. Дэвису, Л. А. Мнухину, А. Рогачевскому за ценные дополнения к комментариям, а также администрациям библиотеки Эдинбургского университета и Бахметевского архива Колумбийского университета за содействие настоящей публикации.
  

1

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

3 сентября 1925 г. Париж1

  
   3 сентября
  
   Дорогая Вера Николаевна,
   Теперь я Вам уже не так скоро ответила, тут уж не взыщите, времени не было: как только приехала2, началась стирка, уборка -- знаете наши обычные занятия. Т.е. извините, Вы ведь теперь дама -- временная дама. Вы, пожалуй, даже не знаете, что такое плита или тряпка? Люба3 недавно вернулась из Chaville4. Неудивительно, что она Вам не ответила. Она и мне за месяц не удосужилась даже открытку послать. Она теперь буквально мученица, хотя я ей очень завидую. Но смотрю на нее прямо с ужасом: ни минуты покоя, ребенок5 всю ночь кричит, они его по очереди на руках носят, чтоб укачать -- не дай Бог никому. Я еще никого не видала. Люба видела Осоргину6, кот<орая> вчера только вернулась. В Париже пусто, хотя уже холодно, тоскливо, мне так не хотелось возвращаться! Как это Вы ухитрились с Иваном Алексеевичем быть в хорошем настроении? С чего это Вы? Мы этим не грешим, наоборот. Если Вам так весело, пишите, может быть, и на нас повлияете. Сердечный привет Ивану Алексеевичу и Вам.
   Т. Ландау.
  
   <приписка М. А. Алданова:>
   Дорогая Вера Николаевна, Иван Алексеевич. Шлем сердечный привет. "Дни" появятся только 15 сентября7. Я заказал рецензию о "Мит<иной> любви"8 Даманской9, а сегодня получил письмо от Степуна. Он нам выделяет о Мите целый подвал10 {<На полях: > Не сомневаюсь, что подвал Степуна будет очень лестный. Другого мы не пропустим.}. Авг<уста> Филипп<овна> придет в ярость. Она ненавидит Степуна. Ну, да устроимся. Не забывайте нас.
   Ваш М. Ландау.
   -- -- --
   1 Год установлен по содержанию.
   2 В августе 1925 г. Ландау отдыхали в Руане (см. письмо Алданова В. Н. Буниной от 22 августа 1925). Видимо, в письме речь идет о возвращении после отдыха.
   3 Любовь Александровна Полонская (урожд. Ландау; 1893--1963), сестра Алданова. Далее в письмах ее также называют Люба.
   4 Chaville -- небольшой город недалеко от Парижа в департаменте Hauts-de-Seine, в регионе Ile-de-France.
   5 Речь идет о рождении Александра Яковлевича Полонского (1925--1990), сына сестры Алданова Любови Александровны и юриста, журналиста и библиофила Якова Борисовича Полонского (1892--1951). 13 июня 1925 г. Алданов писал Бунину об этом событии в своей ироничной манере: "Сестра моя немного на Вас дуется, что ни Вы, ни Вера Николаевна не написали ей после радостного события (одним несчастным на свете больше)". В дальнейшем А. Я. Полонский фигурирует в переписке под своим домашним именем -- Ляля.
   6 Имеется в виду Рери (Рахель или Роза Григорьевна) Осоргина (урожд. Гинцберг; 1885--1957), общественный деятель и журналистка, дочь известного еврейского философа Ахад-Гаама (Ушера Исаевича Гинцберга; 1856--1927) и первая жена писателя М. А. Осоргина (1878--1942), после развода с которым (видимо, в 1924 г.) стала жить гражданским браком с Н. В. Макеевым. Р. Г. Осоргина получила образование в Италии, где и познакомилась с Осоргиным (о ее ранних годах см.: Елина Н. Из студенческих лет Нехи Перельман // Русское еврейство в Зарубежье. Вып. 1 (6). Иерусалим, 1998. С. 14--25), а последние 20 лет своей жизни провела в Израиле, где и умерла. В. Н. Бунина и Т. М. Ландау дружили с Осоргиной и переписывались до самой ее смерти. В своих письмах они называли ее Рери. Письма Осоргиной Вере Николаевне хранятся в РАЛ. MS.1067/5706--5815.
   7 "Дни" -- газета, выходившая с октября 1922 г. по июнь 1925 г. в Берлине, а с сентября 1925 г. по июнь 1928 г. в Париже. До лета 1924 г. М. Алданов был редактором литературного отдела "Дней". В связи с переездом весной 1924 г. из Берлина в Париж ему пришлось отказаться от своих обязанностей (см. письмо Алданова Бунину от 24 июля 1924 г.). Тем не менее Алданов сохранил большое влияние в редакции газеты. С переездом редакции в Париж Алданов вновь принял на себя обязанности редактора литературного отдела (о возможности стать редактором Алданов писал Вере Николаевне 28 августа 1925 г. Тогда предполагалось, что газета выйдет уже 1 сентября). В письме речь идет о первом номере газеты, вышедшем в Париже (на газете дата --16 сентября). С 1928 г. газета стала выходить как еженедельный, а затем и двухнедельный журнал под редакцией А. Ф. Керенского.
   8 Повесть Бунина "Митина любовь" вышла в Париже в издательстве "Русская земля" в 1925 г.
   9 Даманская Августа Филипповна (1875--1959) -- писательница, журналистка, переводчица. Ее рецензия на роман Бунина появилась в "Днях" (1926. 24 января. No 912).
   10 Степун Федор Августович (1884--1965) -- философ, писатель, литературный критик. Поскольку с 1923 г. он являлся руководителем художественного отдела журнала "Современные записки", то речь идет о его согласии поместить в своем издании рецензию на "Митину любовь". Рецензия Ф. Степуна вышла в "Современных записках" (1926. No 27. С. 323--325).
  

2

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

14 июля 1927 г. Париж

  
   <Приписка Татьяны Марковны к письму Алданова Вере Николаевне от 14 июля 1927 г. Год приводится по содержанию письма Алданова:1>
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   Только что у меня была Рери2, говорили о Вас, часто Вас вспоминали, жаль, что в этом году так рано кончились наши бабьи вечера3. Веру Алексеевну4 редко вижу: она худеет и целый день бегает для этого по Булонскому лесу5. Я предпочитаю худеть дома, на диване. Надеюсь скоро повидаться с Верой (моей)6, думаю, что мы поедем с ними в Vittel7.0 Лондоне я уже позабыла, не знаю, что Вам и писать об этом, а жилось мне там очень, очень хорошо.
   Крепко целую Вас, кланяюсь Ивану Алексеевичу, не забывайте нас.
   Т. Ландау.
   -- -- --
   1 В эту публикацию не включены те приписки Татьяны Марковны, где она просто передавала приветы, благодарила или "кланялась".
   2 См. примеч. 6 к No 1.
   3 2 февраля 1926 г. Вера Николаевна писала в своем дневнике: "Ян с Борисом <Зайцевым>, Ландау и Осоргиным ушли обедать. Мы -- жены -- не знали, поэтому наш бабий вечер не этот раз не вышел" (Устами Буниных. Т. 2. С. 153).
   4 Вера Алексеевна Зайцева (урожд. Орешникова, по первому мужу Смирнова; 1878--1965) -- жена писателя Бориса Константиновича Зайцева (1881--1972). Дружба "двух Вер" началась еще в России, задолго до эмиграции.
   5 Из писем В. А. Зайцевой видно, что в то время она была озабочена своим весом. См. письмо Вере Николаевне от 15 августа 1925 г.: "Как провели голодный день? Утром взвесились -- было 77.400, а вечером 77 ровно (после голода)" (Зайцев Б. К. Другая Вера// Новый Журнал. 1969. No 95. С. 193). В августе 1928 г. Вера Алексеевна писала: "Во мне теперь 68 кило, и я бегаю прытко" (Там же. 1969. No 96. С. 104). И по Булонскому лесу Вера Алексеевна бегала не случайно. В другом своем письме подруге Вере Буниной 13 июля 1927 г. она писала: "Мне нравится Париж летом, особенно в Булонском лесу и у нас в квартире" (Там же. 1969. No 95. С. 197).
   6 Вера Марковна Хаскелл (Haskeil, урожд. Зайцева) в 1926 г. вышла замуж за балетного критика и исследователя балета, автора книги "The Russian Genius in Ballet", впоследствии директора Королевской Школы балета Арнольда Хаскелла (Arnold Haskell; 1903--1980). В письме Бунину от 18 июля 1925 г. Алданов писал: "У нас семейная радость: сестра Татьяны Марковны Вера, к<отор>ую Вы знаете, выходит замуж за влюбившегося в нее молодого англичанина Гэзкеля, студента КеймбриджскогоУ<ниверсите>та. Чего на свете не бывает!" Свадьба состоялась летом 1926 г., о чем Алданов писал Бунину 7 июля 1926 г.: "Из-за свадьбы я, как водится, перед богатыми людьми притворился богатым человеком (как Вы говорите, "задавался на макароны") и "теперь плачу безумству дань"". Татьяна Марковна сделала приписку к письму Марка Александровича: "Дорогие Вера Николаевна, Иван Алексеевич. Очень, очень благодарим Вас за телеграмму, Вера была очень тронута, но отвечать лично пока, кажется, еще не собирается: ей не до того. Она теперь Ваша соседка в Ницце, откуда едет на Корсику. Крепко целую Веру Николаевну, сердечный привет. Т. Ландау". После замужества Вера Марковна жила в Лондоне, где ее часто навещала сестра (см. далее в письме: "О Лондоне я уже позабыла..."). Сестры также любили отдыхать вместе, о чем и Алданов, и Татьяна Марковна неоднократно писали своим корреспондентам.
   7 Vittel -- водный курорт на северо-западе Франции.

3

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

10 мая 1928 г. Париж1

  
   10 мая
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   Сердечно благодарю Вас за письмо и пожелания2. Очень рада, что мой деспот часто Вас видит и благодаря Вам не скучает3. К сожалению, он мало пользуется своим пребыванием в таком чудном месте и, по-видимому, там тоже только работает. Здесь тоже мало нового. Самая жгучая новость исходит из rue Claude Lorrain4: их хозяйка, знаменитая Шассиха, сбежала, бросив мужа, дом и жильцов. Вначале там было праздничное и растерянное настроение, как в первое время революции, потом жильцы точно сорвались с цепи, начали шуметь и мешать друг другу, отдельные квартиры стали отпадать, государственный строй расшатался, наблюдались случаи самосудов, и теперь, по моим наблюдениям, все только мечтают о возвращении и торжественном въезде Шассихи на белом коне.
   Помимо этого все по-прежнему. На днях было, очевидно, закрытие сезона у Аминадо5, где было и пение, и игра на гитаре. Имею свежие сведения о Вере, мама вернулась и рассказывает чудеса про их маленького6, у Веры же много хлопот и забот с кормлением, она вся в это ушла, советуется в Любой, п<отому> ч<то> у меня на этот счет опыта нет. Буду очень рада провести лето поблизости с Вами, это зависит от Вас и от пансиона, кот<орый> Вы нам найдете. Крепко Вас целую, передавайте мой сердечный привет Ивану Алексеевичу и Галине Николаевне.
   Ваша Т. Л.
   -- -- --
   1 Год установлен по содержанию.
   2 9 мая у Татьяны Марковны был день рождения. См. также No 18.
   3 В мае 1928 г. Алданов навещал Буниных в Грассе, о чем см. дневниковые записи Веры Николаевны (Устами Буниных. Т. 2. С. 178).
   4 Вероятно, речь идет о доме, где жили Б. К. и В. А. Зайцевы, снимавшие квартиру на этой улице, в 16-м аррондисмане.
   5 Шполянский Аминад Петрович (1888--1957) -- журналист, литератор, писавший под псевдонимом Дон Аминадо.
   6 Речь идет о рождении Франсиса Хаскелла (Francis James Herbert Haskeil; 1928-- 2000), сына Веры Зайцевой и Арнольда Хаскелла, впоследствии профессора истории искусств в Оксфордском университете, автора известной книги об искусстве и культуре барокко "Patrons and Painters: A Study of the Relations between Art and Society in the Age of Baroque" (1963).
  

4

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

22 июля 1929 г. Париж]

  
   22 июля
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   У нас все еще не выяснилось, куда и когда мы едем2. С моим мужем надо вообще говорить гороху наевшись, а никто, кроме меня, с ним вообще не выдержал бы. Теперь он капризничает и вообще не хочет ехать, посылает меня одну. Ну, да что говорить, сами за писателем, понимаете. Насчет денег за "Ключ"3 именно, что Вашими устами... пока что Вам никакого могарыча еще не полагается...
   Теперь я хотела Вас спросить серьезно о чем-то. Мне сказали, что Вы давно уже с Рери переписываетесь4 о том, что Вам известно. Я бы хотела знать, насколько это правда, т.е. что именно она знает. Я об этом уже достаточно наслышалась, мне ее было страшно жалко, и я все думала, что с ней будет, когда она узнает. Потом выяснилось, что она что-то знает. Но теперь она опять, как всегда, не грустна -- жалуется только на отсутствие денег. Я с ней всегда сижу как на иголках, все боюсь проговориться. Поэтому очень прошу Вас сказать мне, что она из всей этой истории знает, Вы ведь знаете, что я к ней хорошо отношусь. Вас обоих она теперь превозносит до небес.
   Крепко Вас целую, сердечный привет Галине Николаевне и Вашему.
   Т. Ландау
   -- -- --
   1 Год установлен по содержанию.
   2 Ср. письмо Алданова Вере Николаевне от 18 июня 1929 г.: "На юг, к сожалению, не поеду. Если вообще поедем куда-нибудь (в конце июля), то поближе, скорее всего в Pouliguen, -- там была Вера Алексеевна в прошлом году. Впрочем, мы об отдыхе пока не думаем" (Pouliguen -- курорт в районе Loire-Atlantique).
   3 Роман Алданова "Ключ" печатался в "Современных записках" (1928. No 35--36; 1929. No 38--40), а затем был выпущен отдельным изданием (Берлин: Слово, 1930). Видимо, в письме речь идет о гонораре за эту книгу.
   4 Поскольку большинство хранящихся в РАЛ писем Р. Г. Осоргиной не датировано, мы не смогли выяснить, о чем идет речь в этом письме Татьяны Марковны. Выяснение этого потребует дополнительного исследования переписки Веры Николаевны и Рахили Григорьевны. Предположительно речь идет о личных взаимоотношениях Осоргиной с Макеевым (см. примеч. 6 к No 1).
  

5

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

30 августа 1929 г. Париж]

  
   Madame Bounine
   Villa "Belvédère"
   Grasse
   (Alpes-Maritimes)
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   Простите, что мало пишу Вам. Вчера скончался мой шурин2, от матери3 его мы пока скрываем. Моему отцу тоже гораздо хуже, он ничего уже не сознает и совершенно не может двигаться4. Вот мои парижские новости.
   Целую Вас крепко, привет всем.
   Т. Ландау
   -- -- --
   1 Открытка, датируется по почтовому штемпелю.
   2 По-видимому, речь о брате Алданова, скончавшемся в Варшаве (Татьяне Марковне на самом деле он приходился деверем). Перед смертью он болел, и Алдановы посылали в Варшаву деньги. См. об этом письма Алданова Вере Николаевне (18 июня 1929 г.) и Ивану Алексеевичу (21 сентября 1929 г. и 8 декабря 1929 г.). В письме от 21 сентября Алданов писал: "Это для меня очень большая потеря -- вся моя жизнь до эмиграции прошла с братом (мы учились в одном классе гимназии), и человек он был истинно прекрасный. В газете "Сегодня" был помещен -- правда, с ошибками -- некролог".
   3 Предположительно Софья Иоанновна Зайцева, сестра отца Татьяны Марковны.
   4 Зайцев Марк Иоаннович (Иванович) (1863 -- 3 декабря 1930 г.) -- сахарозаводчик из Киева. До кончины в 1930 г. Марк Иванович долго болел, видимо, был парализован. Поскольку Алдановы жили рядом с родителями Татьяны Марковны, Марк Александрович нередко в этот период жаловался на тяжелую обстановку в доме. В письме от 8 декабря 1930 г. Алданов писал Бунину: "Известия о кончине бедной кузины Веры Николаевны мы получили (от Зайцевых) как раз в день похорон моего дяди = тестя, поэтому я не мог быть на панихиде. Очень были поражены. Моему дяде хоть было 67 лет -- немного, но ведь и не молодость, как у нее. Да, очень тяжело. Примите, дорогая Вера Николаевна, самый искренний привет, самое сердечное сочувствие. Таня Вам напишет позже -- теперь в доме еще суматоха: остались от дяди крохи, которые, конечно, идут целиком Анне Григорьевне (моей теще), и теперь семья выясняет (приехали и брат, и сестра Тани), как ей устроить жизнь -- жить ли дальше ей на той же квартире, сдавая часть ее, или переехать в пансион. Впрочем, А<нна> Гр<игорьевна> предпочитает первое".
  

6

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

28 сентября 1929 г. Париж1

  
   28 сентября
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   Поздравляю Вас с именинами и крепко целую. Не отвечала вам до сих пор, п<отому> ч<то> решительно нечего писать. Почти никого не вижу. У нас слава Богу без перемен, и на том спасибо. Иногда вижу Зайцевых и Рери, каждая шпыняет другую, и все-таки ходят друг к другу. Рери очень плохо себя чувствует, жалуется на слабость, плохо "смотрит". Мы по-прежнему ни о чем прямо не говорим. Если она действительно так себе все представляет, как Вы пишете, то можно только ей позавидовать. Вот уж действительно обернула! И если она все же жалуется, что бы с ней было, если б она узнала, как все произошло в действительности. Об этом, впрочем, уж не говорят, так что вряд ли она узнает что-либо новое2. Как Ваше здоровье, Вас всех?
   Ведь Лапинский3, кажется, по нервным болезням?
   Целую Вас крепко, всем поклон.
   Таня.
  
   <приписка М. А. Алданова:>
   Дорогая именинница.
   На этот раз только приписываю. Сердечно вас поздравляю, желаю всего, всего лучшего и также сердечно благодарю вас за Ваше письмо. На юг -- увы -- поехать не могу. Увидимся не раньше, чем в Париже4.
   Ваш МЛ.
   -- -- --
   1 Датируется по содержанию.
   2 Все содержание этого письма связано с No 4.
   3 Лапинский Михаил Никитович (1862--1947) -- профессор, врач, ученый-невропатолог. В эмиграции обосновался в Загребе, где организовал при местном университете медицинский факультет, на котором открыл кафедру и клинику нервных и душевных болезней. 14 февраля 1921 г. он был утвержден профессором кафедры, возглавлял ее в течение 25 лет. (См. о нем: Архангельский Г.В. Выдающийся российский невролог М. Н. Лапинский // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. 1996. Т. 96. No 1; а также проект "Российские ученые и инженеры-эмигранты (1920--1950-е годы)": http://www.ihst.ru/projects/emigrants/content.htm). В связи с этим замечание Т. М. Ландау не очень понятно, но вполне вероятно, что Лапинский какое-то время находился во Франции.
   4 Речь, видимо, идет о ежегодных "зимних" поездках Буниных в Париж.
  

7

Т. М. ЛАНДАУ -- В. Н. БУНИНОЙ

11 января 1933 г. Париж1

  
   11 января
  
   Дорогая Вера Николаевна.
   Вас тоже еще раз сердечно поздравляю с Новым Годом. Всего, всего Вам хорошего. Вы, должно быть, уже знаете все подробности нашего вечера у Вольфсонов2. Было довольно приятно, жаль только, что Аминадо нас оттуда потащил на бал Кр<асного> Креста3. К сожалению, у Ивана Алексеевича год начался неудачно, но, кажется, уже все прошло, правда?4 Я даже не знала, когда они именно уехали. Узнала к большому своему удовольствию, что Вы все собираетесь переехать в Париж? Давно пора. К чему бороться с течением? Все мы кончим Парижем, и это не так уж плохо5. Я, впрочем, в "городе" уже давно не была. Сижу в Auteuil6, где хоть нет искушений, ничего не хочется. А то в городе все так дешево, распродажи, а купить ничего нельзя. Подождите, в будущем году, когда Вы расстанетесь с лоном природы, Вы в свою очередь проникнетесь этими мелкобуржуазными настроениями.
   Пока, до свидания, сердечно целую Вас и кланяюсь всему дому.
   Ваша Т. Ландау
   -- -- --
   1 Датируется по содержанию.
   2 Марк Карлович и Эрна Сигизмундовна Вольфсоны погибли во время войны в Освенциме. О встрече Нового года у Вольфсонов Алданов писал Вере Николаевне в письме от 13 января 1932 г.: "Мы Н<овый> Год встречали вскладчину у Вольфсонов, были Ходасевичи, Вишняки. Засиделись до 5 часов, было очень приятно. Выпил 5 рюмок водки и полбутылки шампанского, на следующий день хотел этим похвастать в "Посл<едних> Нов<остях>" (да, работал и на Н<овый> Год, не то что некоторые), но оказалось, что у Тройского компания из 9 человек выпила 22 бутылки водки, вина, шампанского и ликеров!!!" Вероятно, Алдановы встречали Новый год у Вольфсонов два раза подряд.
   3 Имеется в виду бал Политического Красного Креста и благотворительный новогодний концерт, состоявшийся 31 декабря 1932 г. (см.: Хроника. Т. 2. С. 364).
   4 Бунин и Кузнецова встречали 1933 г. вместе в Париже. Вера Николаевна и Зуров оставались в Грассе.
   5 Алданов в письмах к Буниным не раз выражал желание переехать на "лоно природы" и писал, что в Париже его держат не только литературная деятельность и работа, но и жена. Например, в письме Бунину от 10 сентября 1933 г. он писал: "Если бы я был одиноким человеком, сейчас бросил бы Париж и уехал в Ваши края, где и жил бы на 1000 франков в месяц, вырабатывая их статьями".
   6 Auteuil -- район на западе Парижа, в 16-м аррондисмане.
  

8

В. Н. БУНИНА -- Т. М. ЛАНДАУ

29 июня 1945 г. Париж

  
   29.VI.1945
  
   Дорогая Татьяна Марковна,
   Наконец, я нашла в себе силы, чтобы написать Вам, поблагодарить Вас за милую память. Вы очень тронули меня своей посылкой, особенно тем, что Вы первая их всех моих друзей решили побаловать меня. И прямо спасли. Она из Грасса гналась за нами и попала к праздникам1, когда мы только что приехали в Париж и еще не успели освоиться с новыми обычаями "нашего маленького городка"2 -- могла угощать чаем и кофием гостей после пятилетней разлуки. Впрочем, у нас были и кулич, и пасха, и крашеные яйца, чего не было уже целых четыре года! Все сделали Ляля3 и B. C. Нилус4.
   Сборы в Грассе, уборка Jeannette5, хлопоты по переезду, сам переезд, приезд, встречи с друзьями, говенье (мы приехали в Париж на Страстной), долгие службы, Светлая ночь, праздники, метро, разборка вещей дома, всякие пакеты, записи, "радиасион"6 -- все меня очень утомили, и от моего грасского бодрого настроения, неутомимости и энергии осталось немного. Мой вид стал пугать. Сзади -- восемнадцать лет, а о лице и писать не хочется... Там Серов7 и нашел, что у меня очень устало сердце, давление 10/6. Это, конечно, мало. Кое-что прописал, запретил метро, рекомендовал питаться и отдыхать. И то, и другое очень нелегко. Но первое еще кое-как возможно благодаря Вам с милым Марком Александровичем и другим друзьям. Второе труднее -- f de m<énage>8 нет. С нами опять живет Ляля, много помогает, но она тоже, пожалуй, еще даже больше нездорова, чем я, после всего того, что ей пришлось пережить9, но все же вдвоем легче. Стараюсь отдыхать днем, но все же стирка утомляет сильно, и всего прачке не отдашь -- держат иной раз более трех недель! Плохо очень с мясом, а мы еще из-за переезда потеряли право на получение "американского", и имели в месяц по крохотному кусочку. Сегодня купила какой-то "лесив"10 75 фр<анков> кило!
   Однако же я понемногу п