# Стихотворения

Александр Львович Боровиковский

Рождение басни

О пчелах

В лунную ночь

## Рожденіе басни. (ЛЕГЕНДА.)


Торжество. Трубятъ герольды.

Завтра утромъ на зарѣ

Будутъ жечь нагую Правду

Всенародно на кострѣ.

Ждетъ весь городъ. Даже дѣти

Просятъ: "мама, разбуди".

До зари, толпа народа

Собралась на площади.

Тамъ чернѣлъ костеръ зловѣщій

Заготовленный въ ночи,

И назначеннаго часа

Дожидались палачи.

Наконецъ... Сверкаютъ шлемы

И идетъ она, въ цѣпяхъ,

Эта наглая, нагая,--

Со скрижалями въ рукахъ.

Привели. И привязали

У позорнаго столпа.

И костеръ мгновенно вспыхнулъ,--

Такъ и ахнула толпа.

Пламя, взвившись по скрижалямъ,

Крѣпко сжало ихъ въ тиски

И коробило, и рвало,

И ломало ихъ въ куски.

A судья глядѣлъ безстрастно

На караемое зло,

И среди толпы у многихъ

На душѣ поотлегло.

Лишь вдали стоялъ уныло,

Головой на грудь поникъ,

И пугливо озираясь,

Плакалъ "тайный ученикъ".

Обгорѣлыя скрижали

Грузно рухнули въ дрова,

И въ послѣднюю минуту

Ярко вспыхнули слова.

Это буквы раскалились --

И мильонами огней

Разлетѣлись въ жгучихъ брызгахъ

Въ сердце чистое дѣтей.

Совершилось. Груда пепла,

Чуть синѣющій дымокъ...

Отъ преступницы остался--

Догоравшій уголекъ.

Вдругъ -- изъ пепла, невредима

И не тронута огнемъ,

Появилась та же Правда --

Со смѣющимся лицомъ.

Прикрываясь прибауткой,

Добродушно хохоча,

Держитъ рѣчь она къ народу

На глазахъ y палача.

Говоритъ она все то же...

A они -- гляди, гляди:

Цѣлый громъ рукоплесканій

Раздался на площади.

Вотъ, ведутъ обратно въ городъ

Правду-Басню съ торжествомъ.

Самъ судья ее съ поклономъ

Званой гостьей ввелъ въ свой домъ.

Повели ее по школамь

И заставили дѣтей

Повторять ея уроки

Подъ диктовку матерей.

А. Боровиковскій.


Братская помощь пострадавшимъ въ Турціи армянамъ.


## О ПЧЕЛАХЪ.


(Изъ "Прогулокъ съ дѣтьми младшаго возраста".)


Дѣтки милыя, намедни

Въ вашей книжкѣ я прочелъ

Возмутительныя бредни

Подъ заглавіемъ: "Про пчелъ".

"Пчелка, молъ, сбирая соты,

Тяжко трудится весь вѣкъ --

А плоды ея работы

Поѣдаетъ человѣкъ".

Чистый вздоръ! И въ самомъ дѣлѣ:

Пчелы, правду говоря,

Начинаютъ трудъ въ апрѣлѣ --

И кончаютъ съ сентября.

А затѣмъ -- труда ни тѣни:

Наша милая пчела

Предается грубой лѣни

Вплоть до вешняго тепла.

Да и лѣтомъ: стало ль знойно,

Или дождикъ небольшой --

Пчелы тотчасъ преспокойно

Возвращаются домой.

Лѣзутъ въ улей, тѣ -- толпою

Понасядутъ на бока...

(Сцена съ "братіей меньшою"

У любого кабака).

Оттого-то -- меду мало...

Да притомъ еще, пчела

Норовитъ вамъ всунуть жало:

"Добродѣтельна" -- но зла!

А разспросимъ пчелку, дѣти:

"Не слыхала-ль, пчелка, ти:

Чьи луга и нивы эти,

Гдѣ сосете вы цвѣты?"

Пчелка, мимо пролетай,

Мнѣ впустила жало въ носъ,

Безъ отвѣта оставляя

Юридическій вопросъ.

А. Боровиковскій.


"Отечественныя Записки", No 2, 1882


## ВЪ ЛУННУЮ НОЧЬ.


I.


...То ночь зоветъ... иди, или туда...

Взошла луна, проснулися фіалки,

Не спитъ сова, и плещутся русалки

Межъ камышей стариннаго пруда...

Пусть говорятъ: ночная полутѣнь

Введетъ въ обманъ и призраки покажетъ...

Нѣтъ, только ночь тебѣ всю правду скажетъ,--

А дню -- не вѣрь... обманываетъ день...

Днемъ -- не многимъ лучше лужи

Видъ забытаго пруда:

Вербы кривы, неуклюжи,

Мутно-желтая вода.

Грязно дно -- должно быть тина,

Весь заросъ онъ камышемъ,

Словомъ -- скучная картина

Предъ тобою... Это -- днемъ.

Но зато... повѣрь, недаромъ

Здѣсь сова гнѣздо свила --

Въ этомъ пнѣ кривомъ и старомъ,

Въ глубинѣ его дупла:

Днемъ у совъ незрячи очи --

По ночамъ онѣ живутъ:

Съ ними-жь вмѣстѣ, въ часъ полночи,

Просыпается и прудъ.

Вотъ и ныньче, лунной ночью,

Полюбуйся-ка, пойди;

Совершается воочью

Колдовство тамъ... погляди:

Не шуршитъ камышъ -- а дышетъ.

Полны вздохами листы,

Эта ива видитъ, слышитъ,

Даже шепчетъ... слышишь ты?..

А въ водѣ -- взгляни поближе --

И прозрачно и свѣтло;

Дно куда-то ниже, ниже --

Въ глубь далекую ушло;

Неба -- два: одно надъ нами.

А другое -- вмѣсто дна,

И съ такими же звѣздами,

И такая же луна.

Обступили вербы эти

Прудъ... Такъ точно старики

Смотрятъ пристально въ балетѣ

На русалокъ сквозь очки.

И русалки, въ самомъ дѣлѣ.

Очаровываютъ глазъ...

Вьются, плещутся... на тѣлѣ

Блещутъ капли, какъ алмазъ...

Подходи же къ нимъ не труся:

Между ними, можетъ быть,

И красавица Маруся...

Неужели успѣлъ забыть?..

Богъ,           должно быть, эта, эта --

Съ свѣтло-русою косой:

Тотъ же обликъ, тѣ же лѣта...

Лѣтъ четырнадцать... какъ той...

...Хоть ребенкомъ былъ тогда я --

Не забылъ тебя, повѣрь...

И стоишь ты, какъ живая,

Предо мною и теперь:

Тѣ-жь задумчивые глазки,

Тотъ же самый -- кроткій взглядъ,

Полный грусти, полный ласки...

Какъ и тридцать лѣтъ назадъ...

Не споешь ли, какъ пѣвала

Въ тѣ далекіе года?..

Ты вѣдь пѣсенъ много знала...

Гдѣ училась имъ? когда?..

Мнѣ казалось -- плачутъ нивы

И зеленая трава,

Слыша грустные мотивы,

Слыша грустныя слова...

Ахъ, я знаю: ныли, ныли

Наболѣвшія сердца...

Но однакожъ -- люди жили

И терпѣли до конца:

Какъ ни тяжки ихъ печали,

Какъ ни тяжки ихъ кресты --

Но они не умирали

Такъ трагически, какъ ты!..

Какъ ни грустно пѣсни пѣли.

Все-жь -- порой звучалъ и смѣхъ...

О, скажи мнѣ: неужели

Ты несчастнѣе ихъ всѣхъ?..

Есть и радости, русалка...

Въ рощѣ, въ полѣ, на лугу...

Неужель тебѣ не жалко

Ничего на берегу?...

-- "Помню, помню... наша хата...

"Близко къ барскому двору...

"Помню маму... помню брата...

"Помню старшую сестру...

"Ты спроси у нихъ -- и прямо

"Скажетъ вся моя семья --

"И сестра, и братъ, и мама --

"Что счастливица -- лишь я...

"Что дано было отъ Бога

"Счастья -- прожито сполна:

"Я стояла у порога,

"Гдѣ кончается весна...

"Впереди -- невзгоды, вьюги...

"Я -- счастливица вдвойнѣ...

"Нѣтъ, не плакали подруги,

"А завидовали мнѣ...

"А меня уже любили

Всѣ русалки -- и давно

"Такъ привѣтливо манили

На лазуревое дно...

"Хоть была я боязлива --

"Но пошла какъ подъ вѣнецъ...

"Ты и самъ вѣдь помнишь живо

"Поэтическій конецъ:

"Я нарядъ одѣла новый,

"Я вѣнокъ себѣ сплела,

"И когда проснулись совы --

"Смѣло къ берегу пошла...

"А русалки: "Только горе,

"Только горе позади!.."

"Помутилося во взорѣ

"И... Ты ближе подойди:

"Знай: когда доходятъ эхомъ

"Къ намъ рыданія земли,

"Мы, русалки, только смѣхомъ

"Отвѣчаемъ издали...

"И тебя здѣсь жду давно я...

"Подойди къ обрыву... прыгъ!..

"Ты подумай: вѣкъ покоя,

"А пугаетъ -- только мигъ..."

И зоветъ она, и манитъ...

И -- ты чувствуешь давно --

Такъ и тянетъ, такъ и тянетъ

На привѣтливое дно...

Стой!.. Ты слышишь, какъ тревожно

Сердце прыгаетъ въ груди?..

Часъ неровенъ!.. осторожно!..

Этой ночью все возможно...

Образумься -- отойди!..

А. Боровиковскій.


"Отечественныя Записки", No 12, 1880