# Невский альманах на 1846 год

Виссарион Григорьевич Белинский

В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений.

Том 9. Статьи и рецензии 1845--1846.

М., Издательство Академии Наук СССР, 1955

Невский альманах на 1846 год. Санкт-Петербург. В тип. Константина Жернакова. 1846. В 8-го д. л., 280 стр.1

"Невский альманах" 1846 года похож немного на человека, довольно обыкновенного, даже дюжинного, о котором давно уже ни слуху, ни духу, которого все считают покойником и который вдруг неожиданно является к вам в новом костюме и если не с новыми манерами, то с претензиями на новые манеры. "Невский альманах" появлялся в русской литературе, кажется, в 1826, 1828 и 1832 годах,2 в маленьком формате, в 16-ю долю листа, с виньетками, портретами и картинками, с посредственными статейками в прозе и плохими стишками, между которыми иногда попадались и хорошие. По части картинок он особенно отличился в 1828 году, представив такие суздальские изображения из "Евгения Онегина", над которыми и тогда все смеялись от души, а Пушкин даже написал на них стихи, которые, по их неудобству к печати, не были напечатаны.3 Впрочем, по поводу "Невского альманаха" Пушкин написал и еще стихотворение, которое было напечатано и которого вот первые стихи:

Примите "Невский альманах".

Он мил и в прозе и в стихах:

Вы тут найдете ***ова,

В ***, X ***ова,

К ***, дальний вам родня,

Украсил также книжку эту;

Но не найдете вы меня:

Мои стихи скользнули в Лету.4

По всему видно, что Пушкин остался очень благодарен "Невскому альманаху" за его картинки из "Онегина" и в особенности за изображение Татьяны в виде жирной коровницы, страдающей спазмами в желудке.

Как бы то ни было, но вот "Невский альманах" просыпается после почти пятнадцатилетнего сна и является к нам в большом формате, щегольски, хотя и с страшным количеством опечаток, изданный, с юмористическими повестями, со множеством стихотворений в новейшем вкусе. Совершенное перерождение! В одном только "Невский альманах" остается верен старине -- в посредственности. Он украшен статьею г. Карлгофа -- "Поездка к озеру Розельми", -- писателя, лет двадцать назад прославившегося сильною охотою писать. "Поездка к озеру Розельми" вполне достойна имени своего творца. Гг. Юрий Юрченко, Фома Костыга и Ничипор Кулиш, до сих пор еще ничем не успевшие прославиться, украсили "Невский альманах" повестями, отличающимися остроумием и юмором необыкновенными.5 Особенно далеко обещает уйти в этом отношении г. Фома Костыга. Не можем удержаться, чтоб не представить здесь образчика его самородного и весьма грациозного юмора; повесть его "Дивные происшествия в городе Ферте, по случаю приезда городничего" начинается так:

Дух времени, стремление к образованности, проявляющееся отчасти и в устрицах, и в машинальном чтении переводных романов и доморощенных повестей, в чтении, основанном не на критике здравого -- не зачумленного ума, а питающем любопытство, будоражащем (?!) кровь, и проч., и проч., -- всё это, то есть, это самое и прочее -- проникло даже в отдаленный уездный городок Ферт, дремавший под известными вам, мой добрый читатель, градусами долготы и широты.-- Когда всё это, то есть, оное и прочее проникло в городок Ферт, удаленный от суеты мира, то есть от губернского города -- верст за 300, то городок Ферт -- с тремя улицами и пятью переулками, стал самостоятельным городом Фертом! и в нем появились франты с лорнетками и без лорнеток, франты в палевых перчатках -- и совсем без перчаток,-- франты со всеми принадлежностями и без всяких принадлежностей франтовства; и весь этот люд, чудный -- единственный, иногда -- фантастический люд, мудро -- хитро кокетничал, жался, кривлялся, улыбался, изгибался, ползал -- даже в своих трех улицах и пяти переулках...(стр. 174--175).

Удивительный юморист г. Фома Костыга!..

Две, три странички из "Поморских очерков" г. Хмельницкого не представляют ничего особенного в литературном отношении. Его же статья -- "Мой мячик", в старину могла бы доставить автору огромную известность: теперь это -- так... ничего особенного... "Битва Смоленская в 1812-м году", статья г. Н. Полевого, интересная по содержанию, но новое ли это произведение неутомимого беллетриста или отрывок из старого -- ничего об этом в альманахе не сказано. Интереснейшая прозаическая статья в этом странном издании -- "Николаевская школа" Е. А-а.6 Называя ее интересною, мы разумеем одно содержание, факты, а отнюдь не изложение.

"Невский альманах" наполнили своими стихотворными произведениями гг. поэты: П. Ч., Межевич, Григорьев, Виктор Корсак, Ротчев, Ленский, Сушков, Рудыковский, Розин, Ободовский, Ястребов, Соколовский, В. Зотов. Особенную силу поэтического одушевления обнаружил г. Межевич, воспевши "Русские песни":

Что за песни, что за песни

Распевает наша Русь!

Уж как хочешь, брат, хоть тресни,

Так не спеть тебе, француз!

Золотые, удалые --

Не немецкие (?),

Песни русские, живые --

Молодецкие!7

Именно французу легче треснуть, чем пропеть такую песню; но мы думаем, что, в свою очередь, едва ли и сам сочинитель этих стихов может пропеть одну из тех песен, которые француз поет без натуги. Что ни говорите, а -- хвала нашей народности в литературе: у нас теперь одним поэтом больше!.. "Невский альманах" издан с благотворительною целью: половина выручки за эту книгу обратится в пользу воспитанников Николаевской школы, при Доме призрения престарелых и увечных граждан в Санкт-Петербурге; другая половина составит пособие одному обедневшему семейству. Мы убеждены, что достижению этой прекрасной цели нисколько не помешает то обстоятельство, что "Невский альманах" довольно плох...

1. "Отеч. записки" 1846, т. XLIV, No 2, (ценз. разр. около 31/I), отд. VI, стр. 48--49. Без подписи.

2. "Невский альманах" издавался в 1825--1833 и 1846--1848 гг. Е. В. Аладьиным.

3. В "Невском альманахе" на 1829 год даны были две картинки к текстам из "Евгения Онегина": "Пушкин и Онегин" и "Татьяна". Написанные по этому поводу Пушкиным два стихотворения при жизни поэта напечатаны не были. См. ПссП, т. III (первый полутом), стр. 165 и т. III (второй полутом), стр. 1183--1185.

4. Расшифровка имен: "***ова" -- Н. А. Полевого; "В***" -- И. Е. Великопольского; "Х***ова" -- Д. П. Хвостова; "К***" -- Д. М. Княжевич.

5. Юрий Юрченко -- псевдоним Н. И. Билевича. Фома Костыга -- Д. И. Прозоровский, сотрудничавший в 1842--1844 гг. под этим псевдонимом в "Маяке". Ничипор Кулиш -- псевдоним П. А. Кулиша.

6. Е. В. Аладьина.

7. Курсив Белинского.