# Азбука русская новейшая, или Букварь для обучения малолетных детей чтению.- Новые детские поздравления, в стихах, с праздниками

Виссарион Григорьевич Белинский

В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений.

Том 8. Статьи и рецензии 1843--1845.

М., Издательство Академии Наук СССР, 1955

57. Азбука русская новейшая (,) или Букварь для обучения малолетных детей чтению, с молитвами, нравоучениями, краткими для детей повестями, с показанием чисел и таблицею умножения. Издание шестое. Санкт-Петербург. В тип. императорской Академии наук. 1844. В 8-ю д. л. 47 стр.

Новые детские поздравления, в стихах, с праздниками. Подарок детям и родителям на дни рождения, именины, Рождество Христово, Новый год и Светлое Воскресенье. Второе издание. Л. Жебелева. Санкт-Петербург. 1844. В 12-ю д. л. 70 стр.1

Обе эти книжонки, несмотря на всю разницу их назначения и содержания, имеют одну и ту же цель и один и тот же характер. Первая хочет учить детей читать; вторая -- предлагает выучившимся грамоте детям поздравительные стихи; первая предлагает буквы и склады русского церковного языка, нравоучения, повести, показание чисел и таблицу умножения; вторая, как уже сказано, дарит родителей и детей прескверными виршами на дни рождения, именин и разных праздников; назначение и содержание их различно, но цель одна и та же: несколько копеек серебром, выманенных у того разряда простодушной публики, которая покупает книги, руководствуясь длиннотою и вычурностию их заглавий или рекомендациями их издателей и продавцов. Сходство в характере обеих этих книжиц тоже разительно: обе они -- выходцы с того света, бледные и тощие порождения давно скончавшегося на Руси классицизма блаженной памяти.2 "Азбука", она же "Букварь", явилась с эпиграфом из Ломоносова, который еще в старину употреблялся при "букварях":

Творец, покрытому мне тьмою,

Простри премудрости лучи

И, что угодно пред тобою,

Всегда творити научи.3

"Краткое нравоучение" в "Букваре" напоминает собою наставление, которое в повести Луганского "Колбасники и бородачи" давал своему сыну "поштенный" купчина Яков Иванович Кбрюшкин: "Не воруй, не шатайся, не пьянствуй". Но особенно забавны в "Букваре" классические стихи Шишкова:

Хоть весною

И тепленько,

А зимою

Холодненько

и пр.

Всё это так похоже на выходцев с того света. Сам "Букварь", он же и "Азбука", ничем не умнее помещенных в нем басен "Гусь и утка" и "Резвая коза": зато он и вышел в свет шестым изданием. Будь он хоть крошечку поумнее составлен, на Щукином не потребовалось бы даже и второго издания.

"Новые детские поздравления" вышли вторым изданием по той же причине, по которой "Букварь" вышел шестым, и мы убеждены, что они со временем выйдут и сороковым, потому что трудно вообразить что-нибудь пошлее и нелепее этих "поздравлений", написанных совершенно во вкусе и тоне публики толкучего рынка. Кроме того, они -- произведение чисто классическое, напоминающее собою эпоху громких од, которые оглушали напыщенным ревом и криком тяжело нескладных стихов. Не угодно ли послушать:

Сегодня, папенька мой милый,

У нас день ваших именин:

Позвольте, чтоб ваш сын счастливый,

Еще малютка,-- и один,--

Поднес в стихах вам поздравленье:

Стихи учитель написал,

А я имел для вас терпенье

Их твердо выучить и знал,

Что это будет вам приятно,

А мне, ей, ей! всё в них понятно:

Желаю я, чтоб ангел ваш,

Семейства нашего хранитель,

Заступник наш, помощник наш,

И нас от бед оборонитель,

Дни вашей жизни так хранил,

Как, говорят, в теплице розу

Хранят зимою от морозу;

И чтоб ваш век весь соткан был,

Без грустных дней и без ненастья,

Из шелку, золота и счастья.

Эти милые стишки декламирует Митя своему папеньке или своей маменьке, и надо согласиться, что этот мальчик обладает истинно ослиным терпением, если он мог вызубрить такие варварские вирши, а его папенька или его маменька -- особы очень крепколобые, если они не только допустили его выучить, но еще с удовольствием выслушали от него стопудовые нежности, сочиненные учителем из семинаристов, как то видно по классической фактуре стишищев. В одном из "поздравлений" Катенька просит свою маменьку принять от нее "нелестный глас плененных ею сердец": не чистый ли это классицизм доброго старого времени, нашедший теперь свое убежище на новом Геликоне, Аполлон которого ходит во фризовой шинели с небритой бородою? Жаль, что в этих "поздравлениях" слово папенька (впрочем, уже довольно опошлившееся) не заменено еще более пошлыми, но зато и более приличными тону "поздравлений" словами "тятенька" и "батенька", потому что эти "проздравления" явно назначены для тех сословий, которые очень заботятся об "учливости", поставляя ее в "цаловании ручки". Это, между прочим, видно и из коротенького предисловия в прозе к одной "поздравительной" пьесе: "Катенька входит в комнату к маменьке, с листочком в руках бумаги, приседает и целует у ней ручку"; а вот и самое "поздравление":

Сегодня, маменька, в день вашего рожденья,

Молю я благость провиденья,

Чтоб от высот оно своих

Хранило ваши дни бесценны,

Для добродетелей священны,

Для нас залог всех благ земных

И струек времени златых.

Вам утра доброго желаю

И с днем рожденья поздравляю.

Стишки в подарок приношу:

Принять их ласково прошу!

Сочинитель этих дубинно-вязовых стихов присовокупляет к ним глубокомысленное замечание, что "эти стихи пригодны также и для мальчика". Мы вполне согласны с ним, если под "мальчиком" он разумеет поваренка или казачка, который не мог бы не восхитить такими "поздравительными" стихами своего "тятеньку", "батеньку" или свою "маменьку".

1. "Отеч. записки" 1844, т. XXXIV, No 6 (ценз. разр. около 30/V, отд. VI, стр. 76--77. Без подписи.

2. Белинский, вместо обычно употребляемого им термина "ложноклассицизм", в настоящей и в ряде последующих рецензий говорит просто "классицизм".

3. Из оды Ломоносова "Утреннее размышление о божием величестве".