# Современные исторические труды в России... Письма А. В. Александрова к издателю "Маяка"

Виссарион Григорьевич Белинский

В.Г. Белинский


Современные исторические труды в России... Письма А. В. Александрова к издателю "Маяка"


В.Г. Белинский. Полное собрание сочинений в 13 томах. Том девятый

Статьи и рецензии 1845--1846

Издательство Академии Наук СССР, Москва, 1955

20. Современные исторические труды в России. М. Т. Каченовского, М. П. Погодина, Н. Г. Устрялова, Н. А. Полевого, Ф. В. Булгарина, Ф. Л. Морошкина, М. Н. Макарова, А. Ф. Вельтмана, В. В. Игнатовича, П. Г. Буткова, Н. В. Савельева и А. Д. Черткова. Письма А. В. Александрова к издателю "Маяка". Санкт-Петербург, 1845. В тип. Штаба Отдельного корпуса внутренней стражи. В 8-ю д. л., 61 и 92 стр.1

В этой книжке суждения о трудах русских исторических изыскателей изложены в форме разговора между знакомыми на литературном вечере. Тут говорят, спорят и читают отрывки из сочинений, о которых идет дело. Там один из собеседующих прочел отрывок из статьи г. Морошкина, а все другие воскликнули: "Правда, совершенная правда! Лихо махнул косой!" Что такое "косой" -- существительное в творительном или прилагательное в именительном падеже, не знаем. Вообще, все эти разговоры отзываются тоном такого общества, которое нам мало знакомо, а потому в этих разговорах нам не все понятно. Впрочем, некоторые суждения об исторических изыскателях в этой книжке показались нам довольно интересными. Так, например: "Книга (г.) Булгарина "Россия в историческом отношении" есть не более, как хорошо сшитая компиляция, полезная для русских читателей, не знакомых с другими писателями, но уж никак не больше; для ученого в ней не найдется ничего особенно важного" (стр. 19).2 Тут же упоминается об ошибке г. Булгарина, указанной г. Савельевым: г. Булгарин принял латинское слово castrensis, "лагерный", за кастрата и на этом основал мнение, что римский comes castrensis {начальник лагеря (латин.). -- Ред.} был не кто иной, как начальник над евнухами!! -- Вот суждение об исторических трудах г. Устрялова:

Я очень уважаю, -- сказал хозяин,-- полезные книги, изданные нашим профессором: мастер издавать книги! Я помню, как он печатал перевод своего брата "Состояние Российской державы" Маржерета -- преполезная книга! Потом он издал переводы, сделанные для покойного историографа, двух весьма важных рукописей; одну Карамзин по ошибке (как теперь обнаружилось) назвал летописью Бера -- под этим именем она напечатана и у г. Устрялова в "Сказаниях современников о Димитрии самозванце",-- как же не благодарить за всё это Николая Герасимовича? Ну, а записки Паэрле? Они хотя и не так важны, но всё же довольно замечательны. Не издай их (г.) Устрялов, они могли бы совсем утратиться, ибо подлинник доныне еще не издан, а перевод был делан для Карамзина, с рукописи, находящейся в Германии. Спасибо, великое спасибо г. Устрялову за то, что приобрел и напечатал всё это... Высшая историческая критика -- не его предмет -- он за нее и не брался; его дело было -- издать, напечатать книгу, и он отлично исполнил это -- даже присоединил некакие заметки, очень полезные, из примечаний к истории Карамзина, а ко второму изданию несколько новых актов, отысканных в литовской метрике. Если б у нас было таких почтенных издателей поболее, русская история приобрела бы множество преполезных материалов, -- но что же вы ничего не скажете о собственных сочинениях Н. Г. Устрялова?-- Из уважения к полезной деятельности его, как издателя, я умолчу о его сочинениях...-- Но его "Русская история" для студентов?-- Она хороша... для студентов; а знатоки дела скажут вам совсем другое" (стр. 2--3-я второй нумерации).

О сочинителе "Истории русского народа" сказано: "его мнение имеет ли какой-нибудь вес в исторической литературе?" (стр. 4 вт. нум.).3 О г. Погодине:

Почтенный автор любит, как известно, афоризмы -- он только набрасывает идеи, а развивать и доказывать их ему некогда, времени нет: знаете, то надо сочинить трагедию "Марфу Посадницу" или повесть каккую, или -- соперничествуя с (г.) Полевым -- драматическое представление: "Историю в лицах о Димитрии Самозванце", или опять стихотворное деяние "Петр Великий", или переводить стихами из Овидия, или прозою Гётева "Геца фон Берлихингена"... Когда же тут Михаилу Петровичу заниматься русскою историею? Ей-ей, совсем нет времени... Ну так не взыщите: он только набрасывает свои идеи в поучение русскому православному народу (стр. 72).

Но оригинальнее всего в этой книжке суждения о покойном Венелине и учениках его, гг. Морошкине и Савельеве, особенно последнем, Венелин -- великий гений, в этом нет никакого сомнения; гг. Морошкин и Савельев рано или поздно сравняются с ним: в этом еще более не должно сомневаться. Г-н Савельев, без дальных околичностей, сравнен -- с Тьерри!.. (стр. 19). Этого мало: приложены стихи какого-то г. Утиса (стр. 51 и 52):

Ф. Л. Морошкину и Н. В. Савельеву.

Напрасно все: ваш понят труд

И оценен великий гений.

Все толки мелочных суждений

Уж никогда не потрясут

Глубоких ваших умозрений.

Была пора: чужим умом

Жила Россия молодая;

Но совершился перелом --

Теперь пришла чреда иная

И дума русская, живая,

Германский мусор пробивая,

Вдруг светлым брызнула ключом!

Давно дней наших честь и славу

Господь избавил от врагов:

И шведы помнят про Полтаву,

И туркам штык наш не в забаву

Блестел средь измаильских рвов:

И знают: богатырь седой

В полях Италии чудесной,

На Альпах, в выси поднебесной

Пронесся гибельной грозой;

И страшный день Бородина,

Москвы пожар, Березина,

Под Лейпцигом тридневный бой

И день Парижа роковой

Всем будут памятны, и Праги

Забытый штурм своей чредой

Напомнил мощный сын отваги

Паскевич, Севера герой.

Теперь мы славны, но и славу

Пора нам предков защитить;

Аттилы грозную державу

Во всем величьи воскресить:

Да, да, славян рукою твердой

Себе Восток он покорил,

И величавый, мощный, гордый

Нагайкой Западу грозил

Да, да, казаки удалые

Не беглецов различных сброд;

То наши руссы коренные,

Славян могучих древний род.

Да, да, пора немецких мнений

Кривые толки разобрать

И светом истины прогнать

Густую тьму пустых сомнений.

И вот здесь в мраморе блистает,

В Москве родной, бессмертный лик;

И камень, кажется, вещает:

"Славянский мир могуч, велик!"

И вот ваш ум великой думой

Времен даль темную проник;

И мир славянский, грозный, чудный

Из глубины веков возник.

Хвала тебе, Венелин славный!

Ура, Морошкин-славянин!..

Савельев, Руси православной

Неутомимый, верный сын!

Нет, ваша слава не затмится,

Ваш труд великий не умрет;

Им правда всюду водворится

И плод обильный принесет.4

Что на это сказать? Кажется, дело ясно говорит само за себя.


## Примечания


1. "Отеч. записки" 1845, т. XL, No 5 (ценз. разр. 30/IV), отд. VI, стр. 31-32. Без подписи.

2. Ср. н. т., примеч. 6331.

3. Автор "Истории русского народа" -- Н. А. Полевой.

4. Цитируемое стихотворение впервые было напечатано в "Маяке" за 1844 г. (том XVI, гл. I, стр. 17--19).