# Собрание рецептов парижских городских больниц, или Руководство к предписыванию врачебных средств, употребляемых врачами и хирургами этих заведений

Виссарион Григорьевич Белинский

В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений.

Том третий. Статьи и рецензии (1839-1840). Пятидесятилетний дядюшка

М., Издательство Академии Наук СССР, 1953


99. Собрание рецептов парижских городских больниц, или Руководство к предписыванию врачебных средств, употребляемых врачами и хирургами этих заведений. С замечаниями о приемах, способе их употребления, особенного назначения и общим обозрением каждого госпиталя, рода болезней, для которых каждый из них преимущественно назначен, и о методах лечения врачей, в них находящихся. С присовокуплением рецептов и способа употребления вновь открытых врачебных средств. Соч. Ф.-С. Ратье, доктора медицины парижского факультета, члена-корреспондента королевско-медицинского бордосского общества. Перевод с французского, с четвертого издания, исправленного и значительно умноженного. Москва. В тип. Лазаревых института восточных языков. 1839. В 8-ю д. л. XII, 432, 38 и X стр.1


Медицинские сочинения принадлежат к разряду тех книг, которыми особенно и преимущественно должны пользоваться мы от французской литературы. Сто лучших романов и тысяча лучших повестей юной французской литературы не стоят одной такой книги! Мы уже не говорим о всевозможных французских теориях, особенно философских, эстетических и сен-симонистских: сколько ни родил их философский XVIII век и современное резонерство и декламаторство Франции, все они, без исключения, не стоят одной страницы французской книги по части наук естественных или медицинских. Мы хотим сказать, что у всякого народа должно брать, занимать и перенимать только то, что составляет сущность его жизни, плоды его духа, словом, его действительность -- в высшем, философском значении этого слова. И потому философии будем учиться не у французов и англичан, так же как музыке не у китайцев и турков, а у немцев; высшего, художественного (т. е. вышедшего из национальной непосредственности) искусства будем искать не у французов, а у англичан и немцев; у французов же будем следить развитие математики, медицины, особенно последней, и особенно в практическом ее развитии. Устроение больниц, способы и приемы лечения, уход за больными, словом, всё, что ускользает от теории и умозрения, что принадлежит к области эмпирии, опытного соображения, опытной проницательности,-- всё это у французов развито до возможной высокой степени. Французы -- по преимуществу народ дела. Немец скажет мысль,-- француз -- понял ли он ее или нет: для него всё равно,-- спешит пустить ее в ход, применить ее к жизни -- впопад или невпопад, во вред или в пользу себе и другим -- для него всё равно. Но из всего, что применяли французы к жизни, кажется, ничто не удавалось им с такою пользою для себя и для других, как математика (прикладная), медицина и хирургия. Цветущее состояние их знаменитой политехнической школы, изобилие в образованных офицерах для армии, искусных артиллеристах и инженерах, наконец, цветущее состояние практической медицины доказывают это.

Вот почему мы думаем, что переводчик книги Ратье "Собрание рецептов" мог бы выбрать для труда своего из французских медицинских книг что-нибудь поважнее и подарить этим русских врачей. Доктор Ратье, как видно, очень высоко ценит рецепты, какие выписываются в парижских больницах; положим, что это происходит от любви к отечественной медицине, но зачем бы, казалось, этот огромный сборник всякой всячины передавать на русском языке? Если сочинение Ратье переведено для того, чтобы познакомить русских врачей с состоянием медицины во Франции, то едва ли переводчик достиг предположенной цели. Спрашивается, что приобретает врач из голословного исчисления рецептов? Ведь одно уменье писать рецепты по затверженным формулам -- дело ничтожное. Много надобно сведений, чтобы уметь правильно и дельно писать рецепты... Впрочем, вот что содержится в книге Ратье. Прежде копий с рецептов излагается общее обозрение больниц в следующем порядке:


Hôtel-Dieu, {Госпиталь (франц.). -- Ред.} хирурги: DD. Dupuytren, Sanson, Breschet, {Доктора Дюпюитрен, Сансон, Вреше (франц.). -- Ред.} врачи: DD. Magendie, Caillard, Gueneau de Mussy, Husson, Piot de Montaigu, Bally, Honoré, Recamier, Bouillaud, Chomel. {Доктора Мажанди, Койар, Гено де Мюсси, Гюссон, Пио де Монтегю, Бальи, Оноре, Рекамье, Вульйо, Шомель. (франц.) -- Ред.} Hôtel-Dieu, древнейшая (этот госпиталь основан в конце VII столетия, см. "Paris und London fiir den Arzt etc." von loch. Friedr. Weisse. St.-Petersburg. {"Париж и Лондон для врача и т. д." Иох. Фридр. Вейсе. Санкт-Петербург. (нем.) -- Ред.} 1820. Dr. los. Frank's "Reise nach Paris und London", 2 Tl. Wien, {"Путешествие в Париж и Лондон" доктора Иос. Франка (2 ч. Вена). (нем.) -- Ред.} 1804) и обширнейшая из всех больниц. Прежде принимали туда страждущих многоразличными болезнями, теперь предназначен (?) единственно для скоротечных полезней, как наружных, так и внутренних. Хирургическая часть в этой больнице вверена попечениям Дюшоитрена (он уже давно не между живыми!), Сансона и Бреше, но самою главною частию (?) заведывает Дюпюитреи (он уже умер, повторяем), который постоянно и с большим усердием занимается утром и вечером посещением своих больных, подает безденежные (т. е. ничего не стоящие?) пособия, делает хирургические операции и преподает клинические лекции. Смертность в хирургических палатах содержится как 1 : 18.

Занимаясь каждый своею должностию (?) Sanson и Breschet, сверх визитаций, занимаются также преподаванием лекций по различным частям пауки, и разделяют (?)всеми силами труды своего знаменитого сотоварища. От этого счастливого соединения талантов верны успехи науки. Предложены ли различные методы лечения одной болезни, каждый из хирургов, (конечно, это было в то время, когда здравствовал Дюпюитрен) усвояет себе какой-нибудь один (метод!?), чтобы, испытав, после сравнить их. Таким образом, в операции извлечения (иссечения?) камня, Дюпюитрен следует (следовал за три года, т. е. пока был жив) методу (?) bi-lateral'{двусторонний (франц.). -- Ред.}ному(!!), Бреше lateral'{боковой (франц.). -- Ред.}ному, а Сансон rectovesical'{прямо через мочевой пузырь (франц.). -- Ред.}ному (!!). (Г-н переводчик! не боитесь вы бога; хоть бы взглянули в какую-нибудь, хирургию; ведь иной подумает, что вам не известно то, о чем здесь говорится). Кроме хирургической клиники в больнице Hôtel Dieu находится клиника терапевтическая, в ведении Chomel'я и Bouillaiid. Первый известен своими сочинениями и клиническим преподаванием (?), почитается врачом (!!), которого практическое лечение весьма основательно. Употребляя с осторожностию (??) врачебные средства, он обыкновенно предписывает (прописывает) их в простом виде (вероятно, в несложных, аршинных рецептах?), дабы лучше судить о их действии. Кроме того звание клинического профессора не позволяет ему предаваться испытанию новых методов, а только преподавать (что?) о том, что уже доказано опытом. (А где же лучше можно делать опыты над новыми средствами, как не в клинике?)


Потом описываются методы лечения Бульйо, Рекамье и Мажанди. И в этом порядке следуют: Hôpital de la Pitié, {дом призрения (франц.). -- Ред.} число хирургов и врачей там и методы их лечения; потом Hôpital de la Charité, Hôpital Saint-Louis, Hôpital de Vénériens, Maison de Santé, Maison d'Accouchement, dite Hospice de la Maternité, Hôpital des Enfants, Hôpital Saint-Antoine, Hôpital de la Salpêtrière, Hôpital Beaujon, Hôpital Cochin и Hôpital Necker {Дом милосердия, Госпиталь св. Людовика, Венерический госпиталь, Дом здоровья, Родильный дом, так называемый Приют для рожениц, Детский госпиталь, Госпиталь св. Антония, Госпиталь Сальпетриер, Госпиталь Божона, Госпиталь Кошена и Госпиталь Неккера (франц.). -- Ред.} (стр. 1--117). В этом обозрении госпиталей мы не нашли ни описания их, ни числа больных, поступающих туда, ни медицинской статистики; что же до метод каждого из врачей и хирургов, то и эта статья мало представляет примеров для подражания. Известнейшие врачи этих госпиталей изображены г-м Ратье в самом уменьшенном размере, так что с трудом можно узнать и покойного Дюпюитрена, и Мажанди, и других.

Теперь перейдем к практическим рецептам парижских городских больниц. Во Франции вообще принято правилом писать рецепты на отечественном языке: поэтому переводчику принадлежит заслуга, что в русском издании книги Ратье мьр находим формулы лекарств на латинском языке, употребляемом нашими врачами. Первою статьею в практических рецептах поставлены ванны и формулы врачебных средств, служащих для их составления. Тут показаны: ванны против, чесотки; две ванны ароматические, в Hôtel-Dieu употребляемые; потом противувенерическая ванна в Hôtel des Vénériens, серная ванна в Hôtel des Enfants, "серно-студенистая ванна (?) D-r Dupuytren'a" (признаемся, мы не поняли этой ванны); в Hôpital St.-Antoine, горчичная ножная ванна; щелочная ножная ванна tous les hôpitaux {во всех госпиталях (франц.). -- Ред.}(?); ванны для рук. Далее -- поливания (чего?); припарки; глазные примочки. Здесь находим странную вещь, именно: сухие примочки, которые "употребляются посредством вдувания в глаз при хроническом его воспалении); (стр. 132)!.. Вот еще определение теплых примочек: "Теплая примочка есть жидкое лекарственное вещество, прикладываемое помощию фланели, компрессов или губки на какую-нибудь часть тела, чтобы сделать ей род теплой ванны, которая бывает более или менее продолжительна и возобновляется опять как только простынет". Что же такое теплая примочка? -- не сказано. Определение окуриваний также очень неопределительно. Но всего страннее описание полосканья, которое "есть жидкое врачебное вещество, назначаемое вроде ванны на заднюю часть полости рта и глотки"(!!). Между порошками есть "мокротогонный" и "порошок de tribus"?.. {тройной (латин.). -- Ред.} Бог знает что это такое!

Вообще книга Ратье может иметь одно достоинство -- именно для истории медицины; она вносит в эту историю некоторые из замечательных рецептов известнейших французских врачей, и за это, разумеется, скажет спасибо г-ну Ратье будущий историк медицины; для современных же нам врачей она может быть только предметом любопытства -- не более.

Издание книги очень хорошо.


1. "Отеч. записки" 1839, т. VI, No 10 (ценз. разр. 14/Х), отд. VII, стр. 70--74. Без подписи.

Краевский писал Панаеву в октябре 1839 г.: "...Виссариону Григорьевичу низкий поклон и благодарение за статьи его... Статья о книге доктора Ратье также изменена мною, потому что один из здешних дельных врачей доставил мне о ней свою статью..." (Панаев. "Литер. воспоминания", Л., 1950, стр. 189). "Изменение" Краевским рецензии Белинского состояло в том, что он дополнил ее материалами статьи "дельного врача" (такова ссылка на работы Вейса и Франка в цитате из книги Ратье и критическое рассмотрение методов лечения и практических рецептов), сохранив, однако, в цитате из книги Ратье принадлежащие Белинскому курсивы и вставки в скобках.