Действие 1.

Явление 1.

Внутри дома Ямаан. Прокуренная комната пригородного притона. Сидят картёжники, вокруг них толпятся глазеющие зеваки и те, кто ставит на кон последние гроши. Два-три человека спят прямо на полу, растянувшись вповалку. Все мужчины сидят по-домашнему, по-степному: выпростав правую руку из рукава халата для удобства метания карт, накинув подол на одно плечо. Хозяйка притона Ямаан, суетясь, варит в котле чай и мясо. Доржо режется в карты с послушником Лодоем в старинную игру "куцый борхожо" - что-то вроде "Трёшки", "тройчатки", "трёх листков". Доржо мрачнее тучи. Лодой, наоборот, в полном кураже, так и сыплет ухмылками.

Доржо угрюмо берет и встряхивает свои карты.

Лодой тяжело дыша, достает из-за пазухи чекушку водки-архи и глушит прямо из горла.

Лодой высокомерно передает бутылку мужикам, что стоят за спиной Доржо.

Все снова усаживаются вокруг коврика.

Доржо со злостью бьет ногой о пол и снимает шапку с колоды.

Зрители, стоящие позади Лодоя, хором подпевают ему.

Лодой тем временем снова прикладывается к горлышку бутылки, все завистливо смотрят на него.

Лодой лениво протягивает бутылку, тот жадно допивает остатки.

Явление 2.

Дверь притона со скрипом открывается. В комнату входит Мужчина в женском дэгэле. Вид у него карикатурный -- бабья кацавейка натянута на широкие мужские плечи. В притоне поднимается оглушительный хохот.

Начинают сдавать.

Лодой рычит, швыряет карты и с кулаками бросается в ответ.

Вспыхивает бешеная драка. Притон раскалывается: одни мужики бьют Лодоя, защищая проигравшегося, другие -- молотят Мужчину в женском дэгэле. В избе летит кувырком мебель, бьется посуда, трещит войлок. В этот пиковый момент дверь распахивается, и на пороге бледный парень истошно орет на всю избу.

В то же мгновение яростная, дерущаяся до крови толпа замертво валится на пол. Все прикидываются ветошью, падая вповалку. Ямаан одним махом задувает керосиновую лампу. В кромешной тьме притона воцаряется мгновенный, оглушительный, фальшивый всеобщий храп.

Занавес.

Действие 2.

Явление 1.

Комната в доме Доржо. Скромная мещанская обстановка. Сцена залита неярким светом. На переднем плане сидит Хандама -- жена Доржо. Лицо у неё уставшее, измученное. Она глубокой ночью шьет дэгэл. Рядом, опёршись на нары, сидит её восьмилетний сын, рожденный здесь, в городе и воспитанный в соответствии с этим. Мальчик уныло подбрасывает кости-альчики -- шагай.

Вдруг с улицы доносится тяжелый, знакомый кашель и шаги.

Явление 2.

Дверь открывается, входит Доржо. Вид у него помятый, виноватый и угрюмый. Он прячет глаза.

Они садятся.

Доржо хватает её и алчно, жадно, трясущимися руками глушит пустой кипяток.

Доржо судорожно лезет в карман за платком, и в этот момент из его пазухи на пол веером сыплются игральные карты. Он испуганно бросается собирать их. Мальчик, желая помочь, тоже наклоняется и поднимает карту.

Явление 3.

Хандама в глубоком безмолвном горе садится в угол и начинает монотонно, с силой сучить сухожильные нити для шитья. Этот тяжелый ручной труд подчеркивает её внутреннее ожесточение.

В этот момент с улицы доносится глубокий, надрывный старческий кашель деда Цэрэна. Доржо в ужасе вскакивает, мечется, хочет сбежать из избы через заднюю дверь, но понимает, что поздно. Он судорожно возвращается, падает на лавку, достает из-под нар кожаные путы для ног лошади и начинает со страху вертеть и крутить их в руках, изображая бурную деятельность. Маленький сын тихо выскальзывает на улицу.

Доржо, бледный от страха перед отцом, безропотно выбегает во двор. Хандама выходит следом.

Дверь открывается, входит Хандама, неся два тяжелых ведра воды.

Явление 4.

Дверь с грохотом распахивается. Пыхтя и тяжело дыша, в избу входит пузатый кулак-мироед Тэхэ. Вслед за ним покорно заходит Доржо, неся в руках охапку дров, трусливо сгружает их у печи и садится в стороне на корточки, боясь поднять глаза. Старик Цэрэн, превозмогая немощь, встает на ноги, чтобы поприветствовать богатого и опасного гостя.

Доржо, бледный как полотно, поднимается с корточек и покорно выходит на улицу.