Батеньков Гавриил Степанович
Одичалый

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

Оценка: 8.43*7  Ваша оценка:


                       Гавриил Степанович Батеньков

                                  Одичалый

----------------------------------------------------------------------------
     Русская романтическая поэма.
     М., Правда, 1985
----------------------------------------------------------------------------

                                     1

                       Я прежде говорил "Прости!"
                       В надежде радостных свиданий,
                       Мечты вилися на пути,
                       А с ними ряд воздушных зданий.
                       Там друг приветливый манил,
                       Туда звала семья родная,
                       Из полной чаши радость пил,
                       Надежды светлые питая.
                       Теперь - прости всему навек!
                       Зачем живу без наслаждений?
                       Ужель еще я человек?
                       Нет!.. да! - для чувства лишь мучений!
                       Во мне ли оттиск божества?
                       Я ль создан мира господином?
                       Создатель - благ. Ужель их два?
                       Могу ль его назваться сыном?

                       Шмели покоятся в дупле,
                       Червяк в пыли по воле гнется -
                       И им не тесно на земле:
                       Им солнце светит, воздух льется,
                       Им - все! А мне
                       Едва во сне
                       Живая кажется природа...
                       Ищу в бесчувственной стене
                       Отзыв подобного мне рода.

                                     2

                       Вон там туман густой вдали
                       И буря тучами играет;
                       Вода одна, и нет земли,
                       Жизнь томно факел погашает.
                       Вон там на воздухе висит,
                       Как страшный остов, камень голый,
                       И - дик и пуст - шумит, трещит
                       Вокруг трущобы лес сосновый.
                       Там серый свет,
                       Пространства нет,
                       И время медленно ступает...
                       Борьбы стихий везде там след...
                       Природа в сиротстве рыдает...
                       И там уму
                       В тюрьме тюрьму
                       Еще придумалось устроить...
                       Легко ему
                       Во мраке - тьму,
                       В теснине - тесноту удвоить!
                       Там пушек ряд,
                       Там их снаряд;
                       При каждом входе часовые.
                       Кругом крутят,
                       Кругом шумят
                       Морские волны лишь седые.
                       Куда пойти?
                       Кому прийти
                       Сюда без ведома смотрящих?
                       И как найти
                       К родным пути,
                       Где даже нет и приходящих?

                       Все это там, друзья, для вас -
                       И редко вам на мысль приходит...
                       Все это здесь, друзья, для нас:
                       Здесь взор потухший лишь находит
                       Пространство в нескольких шагах,
                       С железом ржавым на дверях,
                       Соломы сгнившей пук обшитый
                       И на увлаженных дверях
                       Следы страданий позабытых.

                       Живой в гробу,
                       Кляну судьбу
                       И день несчастного рожденья!
                       Страстей борьбу
                       И жизнь рабу
                       Зачем вдохнула из презренья?

                                     3

                       Скажите: светит ли луна?
                       И есть ли птички хоть на воле?
                       Им дышат ли зефиры в поле?
                       По-старому ль цветет весна?
                       Ужель и люди веселятся?
                       Ужель не их - их не страшит?
                       Друг другу смеет поверяться,
                       И думает, и говорит?
                       Не верю. Все переменилось:
                       Земля вращается, стеня,
                       И солнце красное сокрылось...
                       Но, может быть, лишь для меня?

                                     4

                       Вон там весной
                       Земли пустой
                       Кусок вода струей отмыла.
                       Там глушь: полынь и мох густой-
                       И будет там моя могила!
                       Ничьей слезой
                       Прах бедный мой
                       В гробу гнилом не оросится,
                       И на покой
                       Чужой рукой
                       Ресниц чета соединится.

                       Не урна скажет, где лежит
                       Души бессмертной бренна рама;
                       Не пышный памятник стоит,
                       Не холм цветистый - влажна яма.
                       Кто любит, не придет туда;
                       Родной и друг искать не будет
                       Ко мне заросшего следа;
                       Его могильщик позабудет.
                       Здесь имя - в гробовую тьму...
                       Добра о нем уже не скажут -
                       И с удовольствием к нему
                       Враги одно лишь зло привяжут.
                       Погибли чувства и дела,
                       Все доброе мое забыто,
                       И не осмелится хвала
                       Мне приписать его открыто.
                       Довольно раз
                       К цепям у нас
                       Себе позволить отвращенье,
                       Сказать... поднять чело на час -
                       И расклокочется гоненье...

                       Кукушка стонет, змей шипит,
                       Сова качается на ели,
                       И кожей нетопырь шумит -
                       Вот песнь кругом сырой постели.
                       Песок несется, ил трясется,
                       Выходит пар из мокроты,
                       И ржавый мох в болоте ткется -
                       Вот мне приветные цветы!
                       Придет холодный финн порой -
                       И в сердце страх один имея,
                       Смутится самой тишиной
                       И скажет: "Здесь приют злодея -
                       Уйдем скорей, уж скоро ночь.
                       Он чудится и в гробе смутой..."
                       С колом в руках, в боязни лютой,
                       Крестясь, пойдет оттоле прочь.

                       О люди, знаете ль вы сами,
                       Кто вас любил, кто презирал
                       И для чего под небесами
                       Один стоял, другой упал?
                       Пора придет:
                       Не лживый свет
                       Блеснет - все будет обличенье...
                       Нет! не напрасно дан завет,
                       Дано святое наставленье,
                       Что бог-любовь, и вам любить -
                       Единый к благу путь указан...
                       И тот, кто вас учил так жить,
                       Сам был гоним, сам был наказан...
                       Но чем то сердце будет здесь,
                       Которое любить умело
                       И с юных лет уже презрело
                       Своекорыстие и спесь?
                       Что будет око прозорливо,
                       Которое земли покров
                       Так обымало горделиво
                       И беги мерило миров?
                       Что будет череп головной,
                       Разнообразных дум обитель?..
                       Земля смешается с землей,
                       Истлит все время-истребитель!
                       Но скоро ли? Как для меня
                       Желателен конец дыханья!
                       Тлен благотворного огня
                       Сулит покой, конец страданья!
                       Но, други, в этот самый час,
                       Как кончу я мой путь печальный,
                       Быть может, трепет погребальный
                       Раздастся в сердце и у вас -
                       Иль меж душами нет сношений
                       И чувство чувства не поймет?
                       Ненужный вам для наслаждений
                       Равно - живет иль не живет?
                       Ужель, себя
                       Одних любя,
                       Во мне лишь средство веселиться
                       Искали вы, и не скорбя,
                       Могли навек со мной проститься?
                       И крови глас
                       Ужели вас
                       Ко мне порой не призывает?
                       И дружбы жар в "прости" погас -
                       И стону хохот отвечает?

                       Пусть так. Забытый и гонимый,
                       Я сохраню в груди своей
                       Любви запас неистощимый
                       Для жизни новой, после сей!
                       Вкушайте, сильные, покой,
                       Готовьте новые мученья:
                       Вы не удушите тюрьмой
                       Надежды сладкой воскресенья!
                       Бессмертие! В тебе одном
                       Одна несчастному отрада:
                       Покой - в забвеньи гробовом,
                       Во уповании - награда.
                       Здесь все, как сон, пройдет. Пождем -
                       Призывный голос навевает.
                       Мы терпим, бремя мук несем,
                       Жизнь тихо теплится... и тает...


                                 Примечания

     Одичалый (с.  295).  - Впервые - "Русская беседа", 1859, т. 3, No 15, с
цензурными пропусками. Отрывки - с рядом искажений в издании А. И. Герцена и
Н.  П.  Огарева  "Русская  потаенная литература XIX века" (Лондон, 1861) и в
исправленном  виде  в  "Собрании стихотворений декабристов" (Лейпциг, 1862).
Поэма  написана в мае 1827 г. в крепости Свартгольм, где декабрист Батеньков
отбывал   одиночное   заключение.   Списки  поэмы  сохранились  у  некоторых
декабристов.  Подробнее о судьбе поэмы и ее художественных особенностях см.:
А. А. Илюшин. Поэзия декабриста Г. С. Батенькова. М., 1978, с.
     Стр.  296.  В  тюрьме  тюрьму  //  Еще  придумалось  устроить...  -  По
предположению  А.  А.  Илюшина,  мотив  "двойной тюрьмы" подсказан не только
биографической  реальностью  (Свартгольм  находится на острове), но и поэмой
"Шильонский узник".

                                                               А. С. Немзер,
                                                               А. М. Песков

Оценка: 8.43*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru