Архангельский Александр Григорьевич
Черные облака

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Война
    "Спускается на землю мгла..."
    На взятие Перемышля
    "Схватили руками грязными..."
    "Задыхаюсь от боязни..."
    Усталая Смерть
    "В те дни, когда бесилась нежить..."
    "Протяжны попрежнему свисты..."
    Отступление
    "Я не знаю мучительней ночи..."
    "Тоской в зоологическом саду..."
    "Мы исчисляем сроки...."
    Пророк
    "Бог справедливости утешен..."
    Шаблон
    "Еще поединок не кончен..."
    "Я прикоснусь к тебе алмазно..."
    "Двенадцать снов душе приснилось..."
    "Не позовет, не засмеется..."
    "Я отравлен смертельным ядом..."
    "О, старая, старая сказка..."
    "Ты тщетно желанье неволишь..."
    "Я не желаю невозможного...
    Обреченность
    "Когда расходятся пути..."
    Разлука I
    Разлука II
    "Здесь все мертво, туманно, сыро..."
    "Вот сумашествие поэта..."
    Распятие
    "О, город жуткий!..."
    "Едва вздохнул, уже далече..."
    Отшельник
    Рондель
    "Как неустанная пчела..."
    "Не я один раздавлен светом..."
    Триолеты I
    Триолеты II
    "Когда были розданы роли..."
    "Господь, прости! Господь, очисти!.."
    "Смеюсь на людях. Тайно плачу..."
    Скитальцы
    "Зачем обманывать себя!.."
    "Ни кому не откроешь..."
    "Какую тоску поедаю миру?.."
    Смерть I
    Смерть II
    Паденье
    Освобождение
    "В час расставанья, в час тревоги..."
    "О, мир! большой, настоящий..."
    Сонет-акростих
    Ответ
    "В комнате поэта..."
    "Ты одна в большом, печальном доме..."
    "Много я знаю сердец..."
    Сумасшедший
    Визит
    Сны I
    Сны II
    Венок сонетов
    "На сон души, давно забытой Богом..."


0x01 graphic

АЛЕКСАНДРЪ АРХАНГЕЛЬСКІЙ,

ЧЕРНЫЯ ОБЛАКА.

Стихи.

ЧЕРНИГОВЪ.
Издательство "СТРѢЛЕЦЪ".
1919.

   

СОДЕРЖАНІЕ.

ЧЕРНЫЯ ОБЛАКА.

I.

   Война
   Спускается на землю мгла...
   На взятіе Перемышля
   Схватили руками грязными...
   Задыхаюсь отъ боязни...
   Усталая Смерть
   Въ тѣ дни, когда бѣсилась нежить...
   Протяжны попрежнему свисты...
   Отступленіе
   Я не знаю мучительнѣй ночи...
   Тоской въ зоологическомъ саду...
   Мы исчисляемъ сроки....
   Пророкъ
   Богъ справедливости утѣшенъ...
   Шаблонъ
   Еще поединокъ не конченъ...
   

II.

   Я прикоснусь къ тебѣ алмазно...
   Двѣнадцать сновъ душѣ приснилось...
   Не позоветъ, не засмѣется...
   Я отравленъ смертельнымъ ядомъ...
   О, старая, старая сказка...
   Ты тщетно желанье неволишь...
   Я не желаю невозможнаго...
   Обреченность
   Когда расходятся пути...
   Разлука I
   Разлука II
   Здѣсь все мертво, туманно, сыро...
   Вотъ сумашествіе поэта...
   Распятіе
   О, городъ жуткій!....
   Едва вздохнулъ, уже далече...
   Отшельникъ
   Рондель

III.

   Какъ неустанная пчела...
   Не я одинъ раздавленъ свѣтомъ...
   Тріолеты I
   Тріолеты II
   Когда были розданы роли...
   Господь, прости! Господь, очисти!..
   Смѣюсь на людяхъ. Тайно плачу...
   Скитальцы
   Зачѣмъ обманывать себя!..
   Ни кому не откроешь...
   Какую тоску повѣдаю міру?..
   Смерть I
   Смерть II
   Паденье
   Освобожденіе
   Въ часъ разставанья, въ часъ тревоги...

IV.

   О, міръ! большой, настоящій...
   Сонетъ-акростихъ
   Отвѣтъ
   Въ комнатѣ поэта...
   Ты одна въ большомъ, печальномъ домѣ...
   Много я знаю сердецъ....
   Сумасшедшій
   Визитъ
   Сны I
   Сны II

V.

   Вѣнокъ сонетовъ
   На сонъ души, давно забытой Богомъ...
   

ВОЙНА.

             Гляжу въ безумство міровое,
             Испуганный, едва дыша.
             Гдѣ слово Господа живое?
             Гдѣ окрыленная душа?
   
             Чудовищны автомобили,
             И страшенъ скрежетъ ихъ и вой,
             Когда они въ дыму и пыли
             Ползутъ-ползутъ по мостовой.
   
             1914.
   

* * *

             Спускается на землю мгла,
             На сердце -- тайная тревога.
             Душа безмолвна и убога
             Въ объятіяхъ земного зла.
   
             О, ночь! О, тонкая игла
             Напоминающаго Бога
             О томъ, что трудная дорога
             Предъ всѣми -- равная легла!
   
             1914.
   

НА ВЗЯТІЕ ПЕРЕМЫШЛЯ.

             Въ вечерней мглѣ сіяютъ вензеля.
             Играетъ музыка. Трепещутъ флаги.
             Скупая дань безумству и отвагѣ
             Твоихъ сыновъ, ослѣпшая земля.
   
             Воистину, взлетая, отупѣть
             Намъ суждено отъ жалкаго восторга,
             Когда вокругъ чудовищнаго морга
             Еще мы можемъ танцовать и пѣть.
   
             А богъ войны безчувственный и глупый
             Для утоленья жажды тянетъ кровь,
             Пятою тяжкой придавивъ любовь.
             И пляшетъ Смерть. И всюду -- трупы... трупы...
   
             1915.
   

* * *

             Схватили руками грязными
             И по улицамъ волокутъ.
             Защищаю рѣчью безсвязной
             Твою святую тоску:
   
                       Эй, вы, обезьяны ученые,
                       Всеобщіе палачи!
                       Кому поднесете короны
                       И тюремъ вашихъ ключи?
                       Кого предадите анаѳемѣ?
                       Какихъ призовете варягъ?
                       Чьей пролитой кровью на плахѣ
                       Окрасите бѣлый флагъ?
   

* * *

             Задыхаюсь отъ боязни.
             Мнѣ не милы жизни дни.
             Если мы достойны казни --
             Ты скорѣе насъ казни.
   
             Передъ жертвенною чашей
             Скрытой Господомъ во мглѣ,
             Я молюсь о жизни нашей
             На мучительной землѣ.
   

УСТАЛАЯ СМЕРТЬ.

             Стучался кто-то у порога --
             Не зналъ я: недругъ или другъ.
             На мигъ въ груди вздохнулъ испугъ,
             Въ тоскѣ помедлилъ я немного
                       И отперъ дверь.
                       И замеръ --
                                 Смерть!
   
             Вошла она и стала рядомъ.
             Коснулась трепетно рукой
             Моей руки и мой покой
             Окинула усталымъ взглядомъ:
                       -- Не бойся!
                       Я не за тобой.
             Укрой меня! Я перестала хотѣть
             И больше не могу. Ищу покой.
             Бѣгу, бѣгу! Я такъ устала!
   
             Укрой глаза отъ злыхъ пожарищъ,
             Слухъ отъ рыданій матерей.
             Отъ сумашествія царей
             Спаси, спаси меня, товарищъ!
   
             Отъ смрадныхъ тѣлъ и дымной крови,
             Отъ исковерканныхъ калѣкъ!..
             Мнѣ страшенъ, страшенъ человѣкъ!
             Весь міръ меня въ безумьи ловитъ!
                       Спаси!..
                                 Укрой!..
   
             . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
   
             Стучится кто-то тихо-тихо.
             Не просыпается испугъ.
             Пускай стучится -- врагъ иль другъ,
             Усталый путникъ иль волчиха,--
                       Я заперъ дверь.
                       Я спряталъ Смерть!
   
             1916.
   

* * *

             Въ тѣ дни, когда бѣсилась нежить,
             Водою проливая кровь,
             Неслышно проводила межи
             Для насъ нетлѣнная любовь.
   
             Какъ было трудно! Длились миги,
             Столѣтіемъ казался часъ.
             Ни одиночество, ни книги
             Въ тѣ дни не охраняли насъ.
   
             Но каждый пѣлъ, смѣясь и. плача,
             И каждаго кропила кровь.
             И вѣкъ грядущій обозначилъ
             Свою мучительную новь.
   

* * *

             Протяжны попрежнему свисты..
             Заунывны зовы тоски.
             Попрежнему сны ненавистны
             Сжимаютъ въ тискахъ виски.
   
             Кругомъ кошмарныя лица,
             Границы тюремныхъ стѣнъ.
             Сердце, какъ дикая птица,
             Впервые попавшая въ плѣнъ.
   

ОТСТУПЛЕНІЕ.

             На скатерть бѣлую стола
             Слезинки упадутъ...
             Я знаю -- скоро скроетъ мгла
             Тѣхъ, что въ пути идутъ.
                       Идутъ они торопливо,
                       Озираются по сторонамъ:
                       Что за дивное-диво
                       Выпадаетъ на долю намъ?
                       Воевать не хотимъ -- воюемъ,
                       Уходить не желаемъ -- идемъ.
                       Подскакивая,-- аллилуйя --
                       Потихоньку поемъ.
             А самый молоденькій
             На деревнѣ воды попросилъ.
             Воды попросилъ --
             Кровью землю оросилъ.
   

* * *

             Я не знаю мучительнѣй ночи
             И тревоги не знаю ярчѣй:
             Изступленное пѣнье "рабочихъ
             О сверженіи всѣхъ палачей;
   
             Наростаніе ярости дикой
             Тамъ, гдѣ смотритъ циклопомъ вокзалъ;
             Покрывающій пѣнье и крики,
             Сухой, зловѣщій залпъ...
   

* * *

             Тоской въ зоологическомъ саду
             Я въ посѣщенье каждое ужаленъ.
             Звѣриный ревъ такъ грустенъ и печаленъ,
             Такъ монотоненъ жалкій какаду!
   
             О, жертвы въ человѣческомъ аду,
             Гдѣ праведники -- котелки и дамы,--
             Не вѣдая, какія въ клѣткахъ драмы,
             Стоятъ, глазѣя, и чего-то ждутъ.
   
             1914. Петербургъ.
   

* * *

             Мы исчисляемъ сроки,
             Измѣряемъ глубину.
             А Онъ съ высоты, далекій,
             Улыбается нашему сну.
   
             Тотъ же клювъ клюетъ сердца намъ.
             Врачуетъ насъ тотъ же врачъ.
             Мы слагаемъ молитвы ранамъ
             И пѣвучій плачъ.
   
             И пускай наши скорби ниже
             И усталѣе сердца --
             Мы, созидатели, ближе
             Сокровенной тайнѣ Творца.
   

ПРОРОКЪ.

             Душа ждала, томилась и ослѣпла --
             Не видитъ больше міра своего.
             А тамъ вверху, какъ будто бы изъ пепла,
             Плывутъ-плывутъ посланники Его.
   
             То облака плывутъ въ игрѣ веселой,
             Но влаги милой и желанной нѣтъ,
             И солнце шлетъ усталый, сѣрый свѣтъ,
             Безплодный свѣтъ на города и села.
   
             На площади затерянный пророкъ
             Вопитъ безумно о грядущемъ страхѣ:
             -- О, жалкіе! Прозрите! Вы на плахѣ!
             Свершается! Уже исполненъ срокъ.
             Въ поляхъ безплодныхъ голодъ и чума
             Рѣшаютъ споръ о первенствѣ и власти!--
   
             А мертвецы исполнены участья:
             -- Несчастный! Онъ сошелъ съума!
   

* * *

             Богъ справедливости утѣшенъ,
             Свое справляя торжество:
             Бѣглецъ на деревѣ повѣшенъ
             Въ ночь подъ Христово Рождество.
   
             Но что-же? Звѣзды не погасли,
             Волхвы не измѣнили путь,
             И пастухи стоятъ у яслей,
             Не смѣя въ тишинѣ вздохнуть.
   
             Покорное притихло стадо.
             Лишь нѣжный звякнетъ бубенецъ...
             Прости, Господь! Ужели надо,
             Чтобъ въ эту ночь погибъ бѣглецъ?
   

ШАБЛОНЪ.

             За городомъ -- садъ городской, больница,
             Казармы, кладбище и тюрьма.
             Все настоящее, и не снится;
             Но люди живутъ и не сходятъ съума.
   
             Но людямъ не страшенъ этотъ жребій
             Отъ рожденія до похоронъ...
             И послѣ смерти ихъ ждетъ на небѣ
             Все тотъ же старый, земной шаблонъ.
   

* * *

             Еще поединокъ не конченъ,
             И падаютъ грузно тѣла,
             Но вижу -- все тоньше и тоньше
             Раздора кровавая мгла.
   
             Все громче и яростнѣй клики
             Сходящихся въ битвѣ тѣснѣй.
             Но лирниковъ тонкіе лики,
             Какъ пѣсни о мирѣ яснѣй.
   
             И ты, удручаемый кровью,
             О мирѣ молясь, улови,
             Что снова намъ свѣтитъ любовью
             Нетлѣнное Солнце Любви.
   

II.

* * *

             Я прикоснусь