# Обзор иностранных литератур

Александра Никитична Анненская

## ОБЗОРЪ ИНОСТРАННЫХЪ ЛИТЕРАТУРЪ


Англійскій журналъ "Athenaeum" даетъ обыкновенно въ одномъ изъ своихъ лѣтнихъ номеровъ обзоры литературъ всѣхъ европейскихъ странъ за предъидущій годъ, и въ виду скудости библіографическихъ свѣдѣній, проникающихъ въ наше общество изъ Европы, мы рѣшаемся познакомить читателей съ обзоромъ, появившимся въ нынѣшнемъ году. Въ немъ каждой странѣ посвящена отдѣльная статья, написанная спеціалистомъ, знатокомъ родной литературы, и статьи эти носятъ довольно разнообразный характеръ: одни авторы даютъ почти только сухой перечень вновь появившихся книгъ, другіе обращаютъ вниманіе и на общее состояніе литературы; одни подъ "литературой" подразумѣваютъ только беллетристику и литературную критику, другіе подводятъ подъ это понятіе и научныя произведенія; представители странъ съ высоко развитою культурою (Франція, Германія и др.) отмѣчаютъ только наиболѣе выдающіяся сочиненія, обозрѣватели менѣе культурныхъ государствъ тщательно перечисляютъ всѣ литературныя новинки, съ любовью останавливаются даже на журнальныхъ статейкахъ и мелкихъ повѣстяхъ. Такъ какъ обзоры касаются литературы "иностранной" для англичанъ, то среди нихъ мы не находимъ статьи объ англійской литературѣ. Обзоръ русской литературы показался бы недостаточно полнымъ для русскихъ читателей, и потому мы его не помѣщаемъ. Обзоръ литературъ нѣкоторыхъ мелкихъ народностей (Греціи, Румыніи и т. п.), какъ не представляющій особаго интереса, нами выпущенъ.


А. Анненская.


## Швеція.


Подъ вліяніемъ окружающей природы, громадныхъ темныхъ лѣсовъ, обширныхъ озеръ и стремительныхъ потоковъ, поэтическое творчество Швеціи направлено преимущественно на лирику. Простой, заунывный тонъ народной пѣсни проходитъ черезъ всю поэзію Швеціи. Сложныя отношенія и приключенія, отличающія жизнь въ центрахъ континентальной культуры и дающія богатый матеріалъ для драмъ и романовъ, отсутствуютъ въ Швеціи. Но лирика вполнѣ подходитъ къ характеру шведовъ и въ этой области произведено въ прошломъ году весьма много. Извѣстные старые поэты Гейденштамъ (Heidenstamm), Фрёдигъ (Frödig) и Левертинъ (Levertin) подарили странѣ нѣсколько новыхъ произведеній, появилось много новыхъ поэтовъ, и нѣкото рые изъ нихъ блещутъ оригинальностью таланта, такъ, напр., Клинковстрёмъ (Klinckovström), заимствующій свои сюжеты изъ скандинавской миѳологіи.

Послѣ господства реализма,-- крайнія проявленія котораго никогда не встрѣчали симпатіи въ Швеціи,-- явилось въ видѣ реакціи стремленіе къ романтизму и символизму; писатели, по складу своего ума не склонные къ этому направленію, слѣпо подчиняются господствующей модѣ, часто въ ущербъ своей оригинальности и, благодаря этому, даютъ плохія произведенія. П. Гальстрёмъ (Hallstr öm), составившій себѣ имя какъ лирикъ и тонкій знатокъ человѣческой души ("Viidna faglar"), издалъ подъ заглавіемъ "Purpur" рядъ очерковъ съ яркимъ оттѣнкомъ романтизма. Тому же направленію слѣдуетъ Селина Лагерлёфъ (Lagerlöf); Порденсванъ (Nordensvan), Лундегердъ (Lundegörd) и Анна Валенбергъ (Wahlenberg) продолжаютъ дарить публику новыми романами. Наибольшій успѣхъ имѣлъ "En Boman om Förste Konsuln", въ которомъ выводятся на сцену Наполеонъ I и многія личности изъ временъ начала его карьеры. Авторомъ этого романа, появившагося безъ подписи, оказалась г-жа Маллинъ (Mailing), урожд. Крузе.

Въ прошломъ году Швеція справляла нѣсколько юбилеевъ, между прочимъ 100-лѣтіе кончины Бельмана (Bellman), величайшаго юмориста Скандинавіи. По этому поводу вышло нѣсколько интересныхъ историко-литературныхъ произведеній, освѣщающихъ личность и дѣятельность этого популярнѣйшаго поэта Швеціи. Празднованіе памяти великаго шведскаго короля Густава Адольфа также вызвало оживленіе въ литературѣ и подъемъ патріотическаго духа въ странѣ. Какъ на образецъ національной литературы можно указать на вновь вышедшій томъ сочиненій Оскара Фредрика (короля Оскара II), содержащій его рѣчи, произнесенныя по разнымъ случаямъ. Его поэтическія произведенія не лишены достоинства, въ рѣчахъ же своихъ онъ является самымъ выдающимся изъ современныхъ ораторовъ Швеціи. Другое изданіе, носящее національный характеръ, это -- весьма изящно изданныя "Swenska Bilder" Снойльскаго (Snoiisky). Словарь шведской академіи начатъ сто лѣтъ тому назадъ. Это гигантское предпріятіе должно представить въ сжатой формѣ всю исторію и литературу шведскаго языка и дать полную картину его современнаго состоянія. Она медленно подвигается впередъ и для окончанія ея потребуется, вѣроятно, еще одно поколѣніе писателей. Мальмстрёмъ (Malmström) далъ новое, отчасти передѣланное изданіе своего талантливаго очерка такъ наз. вѣка свободы въ Швеціи "Svoriges Politiska Historia frân Carl XII s. Död till Statshvölfnigen, 1772". Льюнгренъ (Ljungren) издалъ вторую часть своей "Svenska Vitterhetens Häfder efter Gustaf Ill's Död", а Гильдебрандъ продолженіе своей интересной и популярной "Kulturhistorika Teckning af Sueriges Medeltid".


## Норвегія.


Обозрѣватель норвежской литературы г. Бринхманнъ предупреждаетъ, что не станетъ говорить о двухъ "великихъ старцахъ", Ибсенѣ и Бьёрнсонѣ, такъ какъ имена ихъ слишкомъ хорошо извѣстны въ Европѣ и всякая новинка, выходящая изъ подъ ихъ пера, немедленно переводится на разные европейскіе языки. Изъ прочихъ писателей онъ всего больше останавливается на Іонасѣ Ли (Lie) {Въ будущемъ году въ "М. Б." будетъ напечатанъ романъ его "Злой духъ".}, произведенія котораго тоже начинаютъ проникать за предѣлы Скандинавіи.

Романы Ли переносятъ насъ въ атмосферу комфортабельной буржуазной жизни, которую авторъ изображаетъ съ полною правдивостью, но съ легкимъ оттѣнкомъ юмора и насмѣшки. Онъ умѣетъ трогать насъ до слезъ и въ то же время возбуждать мысль. Въ прошломъ году Ли далъ не романъ, а драму "Lystige Koner", главная героиня которой молодая женщина, потерпѣвъ разочарованіе въ бракѣ, старается забыться въ. вихрѣ удовольствій. Драма смотрится съ удовольствіемъ, но не производитъ такого впечатлѣнія, какъ романы его. Гораздо выше въ литературномъ отношеніи стоятъ его вышедшіе въ томъ же году мелкіе разсказы "Trold", волшебныя сказки, отчасти аллегорическаго содержанія, въ которыхъ онъ далъ полную волю своему воображенію, и которыя поражаютъ грандіозностью образовъ и изяществомъ исполненія. Два года тому назадъ, Іонасъ Ли праздновалъ свое 60-лѣтіе. По этому поводу вышла біографія его, написанная Арне Гарборгомъ (Garborg). Гарборгъ, замѣчательный писатель, долго считался какимъ-то номадомъ въ литературномъ мірѣ. Онъ родился въ бѣдной семьѣ, получилъ скудное образованіе и занималъ мѣсто учителя въ элементарной школѣ. Но вскорѣ его блестящій литературный талантъ обратилъ на него вниманіе прессы. Послѣ этого онъ жилъ въ Мюнхенѣ и Берлинѣ, и принадлежалъ къ партіи "Юной Германіи". Въ послѣднее время онъ энергично боролся за полноправность Норвегіи при уніи со Швеціей и отрицалъ пессимизмъ, заявляя, что безъ вѣры въ жизнь нѣтъ спасенія. Онъ написалъ нѣсколько натуралистическихъ романовъ, а затѣмъ издалъ свой "Traette Maend", дневникъ пессимиста, находящаго въ концѣ концовъ успокоеніе въ церкви. Духовенство привѣтствовало эту книгу, какъ возвращеніе заблудшей овцы, а публика читала ее нарасхватъ. Менѣе успѣха имѣлъ его слѣдующій романъ cFred", изображающій страданія и религіозныя шатанья фермера-піэтиста. Вслѣдъ затѣмъ онъ удивилъ своихъ читателей своей "Haugtussa", романомъ въ стихахъ, въ которомъ разсказывается несчастная любовная исторія простой деревенской дѣвушки-визіонерки, бесѣдующей съ волшебницами и духами; нѣкоторыя сцены проникнуты такою наивною поэзіей, что трудно представить себѣ, какъ могъ возвыситься до нея вѣчно рефлектирующій умъ Гарборга.

Послѣ Ибсена и Бьёрнсона первымъ драматическимъ писателемъ Норвегіи можно назвать Гуннара Гейберга (Heiberg). Десять лѣтъ тому назадъ, онъ дебютировалъ своею "Tante Ulrieke", затѣмъ въ "Kong Midas" возсталъ противъ категорическаго требованія Бьерисона: "Правда прежде всего!". Въ обѣихъ этихъ пьесахъ онъ является оригинальнымъ художникомъ и знатокомъ сцены. Эти же качества характеризуютъ и послѣдующія произведенія его -- драмы: "Kunstnere",""Baikonen", "Gerts Наме" и "Det store Lod".

Большаго вниманія заслуживаетъ, какъ писатель -- Кнутъ Гамсунъ (Hamsun). Нѣсколько лѣтъ тому назадъ, онъ былъ простымъ землекопомъ на родинѣ и въ Сѣверной Америкѣ. Теперь онъ завоевалъ себѣ почетное мѣсто въ литературѣ. Слогъ его нѣсколько напоминаетъ опытнаго американскаго репортера; онъ любитъ громкія фразы, мистификаціи, и часто съ пламеннымъ негодованіемъ нападаетъ на выдающихся людей и модныя тенденціи. Онъ читалъ лекціи въ разныхъ городахъ Норвегіи и на нихъ смѣло отрицалъ всякое значеніе Ибсена, Бьёрнсона, Ли и Мопассана, какъ психологовъ. Первымъ произведеніемъ, выдвинувшимъ его, былъ очеркъ "Suit", написанный такъ живо, что при чтеніи его является настоящее ощущеніе голода. Слѣдующій очеркъ его "Amerikas Ândsliv" блещетъ нѣсколько грубымъ юморомъ. Романъ его "Mysterier" напоминаетъ отчасти Достоевскаго, отчасти Едгара По; въ "Redaktör Lynge" и "Nyford" онъ бросаетъ вызовъ литературнымъ и художественнымъ котеріямъ Христіаніи. Послѣднее произведеніе его "Раи" замѣчательно удивительно-поэтичными описаніями природы и смѣлыми сценами любви.

Та же любовь къ природѣ, которая брызжитъ въ "Раи"'ѣ, характеризуетъ и Томаса Крага (Krag); его очерки прибрежной жизни около Христіамзанда носятъ отпечатокъ глубокаго пониманія природы и ощущеній простой, первобытной человѣческой души. Народная жизнь въ фіордахъ между Ставангеромъ и Бергеномъ изображена двумя замѣчательными художниками: Іенсъ Тведтъ (Tvedt) заимствовалъ изъ нея матеріалъ для нѣсколькихъ романовъ въ жанрѣ Зола, а Расмусъ Лёландъ (Löland), необыкновенно талантливый молодой крестьянинъ, посвятилъ ей рядъ прелестныхъ очерковъ. Гансъ Кинкъ (Kinck) въ своихъ двухъ романахъ "Hnldren" и "Ungt Folk" далъ безпощадно правдивый и художественный очеркъ малосимпатичнаго населенія берега Гардангерскаго фіорда. Въ своемъ сборникѣ мелкихъ разсказовъ "Flaggermus-vinger" онъ даетъ поэтическія миніатюры той же мѣстности и ея таинственнаго вліянія на душу первобытныхъ обитателей ея.

Многіе другіе норвежскіе писатели тоже занимаются народною жизнью. Назовемъ: Ганса Аанруда (Aanrud), Якоба Хильдитча (Hilditch), Гульду Гарборгъ (Garborg), Ганса Зеланда (Seland), Маттіаса Скейброка (Skeibrok) и Розенкравцъ Іонсена (Johnsen).

Городская жизнь, въ особенности жизнь Бергена, также описана романистами, какъ, напр., г-жею Амаліей Скрамъ (Skram) въ ея "Professor Hieronymus", Теодоромъ Мадсенъ (Madsen) въ его "I. Drift". Многіе норвежскіе беллетристы нарочно выбираютъ мрачныя темы для своихъ романовъ или разрабатываютъ сюжеты, внушающіе отвращеніе. Такъ поступаетъ, напр., Габріель Финна (Finne) и Монсъ Ли, сынъ.извѣстнаго Іонаса Ли; романъ "Remeni" Мовса Ли очень напоминаетъ манеру Достоевскаго. Энергичнымъ противникомъ крайностей натурализма является Іакобъ Буль (Boll) въ своихъ двухъ драмахъ "Uden Ansvar" и "Almocs maend", хотя самъ того не замѣчая, часто вводитъ въ свои пьесы сцены, не менѣе грубыя, чѣмъ у натуралистовъ. Изъ современныхъ женщинъписательницъ ни одну нельзя назвать художницей. Наиболѣе замѣчательная изъ нихъ Камилла Коллетъ (Collet) умерла недавно, 80 лѣтъ отъ роду. Но я стопамъ не безъ успѣха слѣдуютъ: Авильде Придзъ (Prydz), Елена Дикмаръ (Dickmar) и Анна Мёнхъ (Munch). Всѣ онѣ и въ романахъ, и въ драматическихъ произведеніяхъ ратуютъ за права женщины.

Нѣсколько лѣтъ тому назадъ, въ Норвегія почти никто не писалъ стиховъ, теперь она насчитываетъ десятки поэтовъ самыхъ разнообразныхъ направленій. Перъ Сивле (Sivle) воспѣваетъ демократію и народную свободу; Каспари (Caspari) пишетъ сантиментальныя поэмы, Отто Синдингъ (Binding) издаетъ сборникъ мрачныхъ поэмъ, проникнутыхъ страннымъ романтизмомъ; стихотворенія Нильса Коллетта Фогта (Vogt) выражаютъ страсть и бурное наслажденіе жизнью; Сигбьёрвъ Обстфельдеръ (Obstfciter) въ нѣжныхъ, глубоко прочувствованныхъ, хотя нѣсколько туманныхъ строфахъ силится передать читателю свое мистическое настроеніе.

Кромѣ беллетристическихъ произведеній, Норвегія мало чѣмъ можетъ гордиться. Недавно О. А. Оверландъ (Overland) закончилъ свою обширную исторію Норвегіи съ древнѣйшихъ временъ до 1814 г.; Андреасъ Оберъ (Aubert) издалъ прекрасную біографію отца норвежской живописи Іоганна Хр. Даля. Ерикъ Ли (другой сынъ Іонаса Ли) написалъ книгу о Бальзакѣ. Книга III. Коллина (Collin) "Kunst og Moral", хотя не вполнѣ удовлетворительная по формѣ, обладаетъ большими достоинствами. Онъ возстаетъ противъ натурализма съ точки зрѣнія нравственности и горячо защищаетъ положеніе, что искусство должно уважать законы морали. Въ журналахъ появился новый критикъ Карлъ Нерупъ(Наегар), талантливыя статьи котораго заключаютъ разборы современныхъ писателей. Въ заключеніе слѣдуетъ отмѣтить, какъ знакъ времени, что молодой норвежскій философъ Ганзенъ (Hanzen) въ своемъ прекрасно написанномъ трактатѣ "Bummet og Sjaelen" заявляетъ себя сторонникомъ чистаго гегеліанства, которое уже много лѣтъ не имѣло поклонниковъ въ Норвегіи.


## Данія.


Приступая къ своему обзору датской литературы, Ибсенъ жалуется на быструю смѣну литературныхъ методовъ и движеній, отличающую наше время. Взгляды и теоріи, считавшіеся новыми 10--15 лѣтъ тому назадъ, уже устарѣли и потеряли всякій интересъ. А между тѣмъ, они еще почти не примѣнялись на практикѣ; они не успѣли сообщить свой цвѣтъ и тонъ душѣ художника,

!!!!!!!!!!!Пропуск 44-45

карѳагенскихъ и римскихъ; появились изслѣдованія и описанія остатковъ мавританскаго господства и средневѣковыхъ монастырей. Образовалось два клуба экскурсіонистовъ, одинъ въ Мадридѣ, другой въ Валенсіи съ исключительною цѣлью посѣщенія древностей, разсѣянныхъ на полуостровѣ и на сосѣднихъ островахъ. Благодаря этому, появилось множество описаній разныхъ мѣстностей, какъ-то: "До-историческія гробницы въ Ціемпоцуэлосѣ" Вивеса (Vives); "До-историческія свѣдѣнія и преданья въ Севильи" Кано и Куеста (Cano у Cuesta); "Изслѣдованія кельтической эпохи въ Галиціи" Саралеги Медины (Saralegui у Medina); "Galicias у Asturias" (Галиція и Астурія) Ла Браны (La Brana); "Cuarenta Léguas por Cantabria" (Сорокъ миль по Кантабріи) Переса Гальдоса, извѣстнаго романиста, и проч.

Эти археологическія изысканія естественно усилили интересъ къ провинціальной и мѣстной исторіи. Цѣлыя дюжины сочиненій по этой отрасли знанія появились въ Мадридѣ, Барселонѣ, Севильѣ, Валенсіи, Сарагосѣ и Бильбао. Правда, большинство этихъ изданій составляютъ перепечатку старыхъ съ разными сокращеніями или дополненіями, но есть нѣкоторыя и новыя. Такъ, напр.: "Prehistoria de la Provincia de Sevilla" (Доисторическія свѣдѣнія о Севильской области) Кандау Пизарро (Candan y Pizarro); "Yacimientos prehistôricos de la Provincia de Sevilla" (Доисторическія гробницы Севильской провинціи); К. Каналя (Canal) "Tarragona antigua y moderna" (Древній и современный Таррагонъ); "Aruntes histôricos sobre la Villa de Torrijos" (Историческія записки города Торрихосъ) "Mallorca en 1612 y los Libros de la Tabla numularia" (Малорка въ 1612 г.) Санчо (Sancho); "Rebelion de Memorca en 1463 г." (Возстаніе въ Меморкѣ въ 1163 г.) Боне (Bonet).

По исторіи испанскихъ колоній, а въ особенности по исторіи Южной Америки вышло также не мало сочиненій. 400лѣтній юбилей Колумба давно отпразднованъ, а вызванное имъ печатаніе документовъ, обзоровъ, трактатовъ и проч. все еще продолжается. "Критическія изслѣдованія объ испанскомъ владычествѣ въ Америкѣ" -- Отца Каппы (Сарра) дополнено двумя новыми томами, 12-мъ и 13-мъ, а изданіе -- "Рѣдкія книги объ Америкѣ" однимъ 11-мъ. Королеу (Coroleu) успѣлъ передъ смертью издать два тома своей "Исторія колонизаціи, господства и независимости Америки". Нѣсколько мелкихъ брошюръ и даже толстыхъ книгъ посвящено Кубѣ и Порторяко, преимущественно ихъ администраціи, и выясненію причинъ кубанскаго возстанія; нѣсколько сочиненій касаются исторіи Филиппинскихъ острововъ, вышелъ седьмой томъ "Общей исторіи" Канарскихъ острововъ. Описаніе послѣдней войны между Китаемъ и Японіей Дюпью де Лома (de Lome), министра-резидента Испаніи въ Китаѣ, и рядъ лекцій подъ заглавіемъ "Perisia geogrâfica" (Географическія знанія), значительно выясняютъ вопросъ о пользѣ эмиграціи въ разныя внѣевропейскія страны.

За послѣдній годъ труды испанской академіи ограничились выпускомъ двухъ новыхъ томовъ произведеній Лопе де Вега, вступительной рѣчи маркиза де Пидаль и отвѣта на нее Менендеса Пелайо; и рѣчь, и отвѣтъ касались историческихъ драмъ Лопе де Вега и другихъ испанскихъ писателей. Это, конечно, немного для академіи, которая считаетъ въ числѣ своихъ членовъ лучшихъ испанскихъ писателей. Бездѣятельность ея объясняется, во-1-хъ, тѣмъ что за издательское дѣло принялись въ послѣднее время многія частныя фирмы, во-вторыхъ, полнымъ упадкомъ поэзіи въ Испаніи. Нельзя сказать, что въ ней нѣтъ поэтовъ, но произведенія ихъ не заслуживаютъ вниманія. Драматиская поэзія тоже переживаетъ кризисъ. Классическая комедія въ стихахъ замѣняется коротенькими пьесками въ одинъ, два акта, по большей части въ прозѣ. За послѣднее время на театрѣ были съ успѣхомъ поставлены только двѣ настоящія комедіи Ечегарайя (Echegaray) "La Monja Descalza" (Кармелитская монахиня) и "Mancha que limpia" (Обѣляющій проступокъ, буквально: пятно, которое очищаетъ).

Романы продолжаютъ выходить по прежнему въ большомъ количествѣ. "Penas Arriba" (На скалахъ) Хозе Маріа Переда (Pereda) и "La buen Fama" (Добрая слава) Хуана Валера (Valera) имѣли большой успѣхъ. "Тогquemado у San Pedro" (Торквемадо и св. Петръ) Гальдоса (Galdoz) понравился публикѣ, но передѣланный въ драму того же имени провалился на мадридской сценѣ. Весьма недурны: "Cuentos" (Сказки) Сепульведы (Enrique Sepulveda) и "Cuentos de Levante" (Левантійскіе сказки) Альтаміры (Altamira) и въ особенности "Narraciones vulgares" (Народные разсказы) молодого, многообѣщающаго писателя Giullen y Sotelo. Но главною новостью сезона былъ безспорно "Betrates de Andano" (Портреты изъ стараго времени) іезуита, отца Колома (Coloma). Въ этомъ романѣ, какъ и въ своемъ "Pequenezes" (Мелочи), надѣлавшемъ шуму два года тому назадъ, авторъ поставилъ себѣ цѣлью изобличеніе пороковъ высшихъ классахъ общества. Сначала романъ былъ напечатанъ въ очень скромномъ видѣ въ С.-Себастьянѣ, а затѣмъ вышелъ роскошнымъ изданіемъ, насчетъ герцогини де-Виллагермоза, дочери послѣдняго герцога дона Марчелино Арагонскаго. Въ "Betratos* (Портретахъ) всѣ личности историческія, ихъ корреспонденціи и дневники хранятся въ архивахъ фамиліи герцоговъ Арагонскихъ. Центральной фигурой романа является дона Марія Мануела, дочь графа Фуентесъ Арагонскаго, жена герцога Виллагермоза, посланника Фердинанда VI при дворѣ Людовика XV. Вокругъ нея группируется масса лицъ, принадлежавшихъ къ испанской и французской аристократіи. По своимъ внутреннимъ достоинствамъ, сочиненіе это вполнѣ заслуживаетъ тотъ успѣхъ, какимъ пользуется.

По отдѣлу библіографіи за послѣдній годъ вышли двѣ важныя работы: каталогъ церкви коллегіи въ Хересъ де ла Фронтера и новые два тома Biblioteca Colombina (Библіотека Колумбійская). По отдѣлу искусствъ и исторіи литера туры нельзя не упомянуть, что проф. Кодера (Codera) выпустилъ новый томъ своего изданіи арабскихъ авторовъ и что за послѣднее время вышло три солидныхъ сочиненія, касающихся боя быковъ.

Изъ двухъ изданій, озаглавленныхъ: "Documentes inédites para laHistoria de Espana" (Неизданные документы исторіи Испаніи) первое достигло 113 тома, заключающаго переписку Филиппа И съ германскими государями, второе только 4-го и 5-го. Графъ Casa Valente, испанскій посланникъ въ Англіи, издалъ три интересныя книги: первая -- "Посольство дона Хорге Хуана въ Маруэкосъ въ 1767 г.", вторая -- описаніе войны Испаніи противъ Перу и Чили и третья -- дневникъ Фердинанда VII въ 1823 г. "Донъ Кихотъ" Сервантеса до сихъ поръ окруженъ въ Испаніи нѣкотораго рода культомъ. Постоянно выходятъ новыя изданія его, новые комментаріи на него. Въ прошломъ году одинъ No иллюстрированнаго журнала "Illustracion Artistica"; (Художественная иллюстрація), выходящаго въ Барцелонѣ, былъ посвященъ "безсмертной памяти" Сервантеса. Въ немъ, кромѣ разныхъ біографическихъ и библіографическихъ замѣтокъ, помѣщенъ каталогъ почти трехъ сотъ разныхъ изданій Донъ-Кихота и переводовъ его на всѣ европейскіе языки. Поклонники Сервантеса обыкновенно переносятъ на него всѣ хорошія свойства которыми онъ одаряетъ своихъ героевъ, и выставляютъ его образцовымъ дѣятелемъ на всѣхъ поприщахъ. Его прославляли какъ "солдата", "моряка", "врача", "философа и теолога" и наконецъ какъ "баскофила", сторонника Басковъ. Этотъ послѣдній титулъ вызывалъ, впрочемъ, большія сомнѣнія. Указывали на нѣкоторыя мѣста въ домъ-Кихотѣ, которыя отзывались насмѣшкой надъ Басками, и наконецъ въ 1863 г. найдены въ Севильѣ двѣ рукописи, приписываемыя Сервантесу, въ которой онъ прямо оскорбительно отзывается о Баскахъ. Это открытіе возбудило сильное негодованіе Басковъ. Теперь они успокоились: Julian Apraiz у Sainz издалъ цѣлый ученый трактатъ, доказывающій неосновательность прежнихъ изслѣдованій и озаглавленный: "Сервантесъ баскофилъ или Сервантесъ, оправданный въ обвиненіи антибаскофильства".


## Италія.


Въ Италіи не появилось запрошлый годъ ни одного выдающагося литературнаго произведенія, но итальянцы съ восторгомъ привѣтствуютъ появленіе у себя новаго поэта. Джіовани Пасколи (Pascoli), профессоръ латинскаго языка въ Асхорнѣ, нѣсколько разъ получалъ первую премію на состязаніяхъ, устроенныхъ Флорентійской академіей въ Амстердамѣ. Сборникъ его итальянскихъ стихотвореній, "Myricae", очень красиво изданный Джусти, выдержалъ въ короткое время три изданія. Основными нотами поэзіи Пасколи являются цѣломудріе и простота. Слогъ его страдаетъ иногда темнотой и вычурностью. Но содержаніе безъискусственно, часто заимствовано изъ воспоминаній о дѣтствѣ и ранней молодости автора. Пасколи далекъ отъ грубости, вульгарности, онъ никогда не оскорбитъ самый требовательный вкусъ. Но его иногда трудно понимать, онъ слишкомъ любитъ употреблять необыкновенныя слова и при чтеніи его приходится часто заглядывать въ словарь. Настроеніе Паскали меланхолично, какъ и всѣхъ современныхъ итальянскихъ поэтовъ. Молодой писатель Альфредъ Баччелли (Baccelli), сынъ нынѣшняго министра народнаго просвѣщенія, издалъ небольшую, весьма недурную книжку, озаглавленную Vittime е Ribelli. Жертвами онъ называетъ тѣхъ, кто палъ въ борьбѣ за существованіе, мятежниками тѣхъ, кто возстаетъ противъ общественной несправедливости. Баччелли не соціалистъ, какъ можно подумать по заглавію книги; онъ относится къ жертвамъ сочувственно, но безъ горечи, и описываетъ мятежниковъ правдиво, безъ всякаго энтузіазма. Кардучи (Carducci), который считается величайшимъ изъ современныхъ поэтовъ Италіи, написалъ по поводу юбилея смерти Торквато Тассо "Оду городу Феррарѣ". Къ сожалѣнію, въ послѣднее время этотъ писатель усвоилъ себѣ весьма непріятную манеру писанья. Онъ такъ запутываетъ свою мысль вычурной формой, что даже образованному читателю часто трудно слѣдить за ея ходомъ. Ода Феррарѣ, городу, гдѣ Тассо провелъ счастливѣйшіе часы юности и печальнѣйшіе дни зрѣлыхъ лѣтъ,-- написана размѣромъ латинскихъ стихотвореній, и эта псевдоклассическая форма еще болѣе затрудняетъ читателя, которому приходится постоянно напрягать умъ, чтобы понять, что хочетъ сказать авторъ. Трехсотлѣтній юбилей смерти Тассо торжественно справлялся въ Италіи. Тассо умеръ въ Римѣ и погребенъ въ церкви св. Онуфрія. Въ этой церкви была устроена выставка его рукописей, портретовъ и проч., а въ Капитоліи произнесена рѣчь въ честь его. Благодаря этому юбилею, литература обогатилась нѣсколькими новыми сочиненіями. Главное изъ нихъ принадлежитъ перу Анжело Солерти (Solerti), профессору въ Болоньѣ. Оно состоитъ изъ 3 томовъ. Въ первомъ заключается біографія Тассо, во 2-мъ -- его ненапечатанныя прежде письма, въ 3-мъ -- его портреты и разные документы, касающіеся его біографіи. Солерти уже много лѣтъ занимается спеціально Тассомъ и всѣ изслѣдованія его отличаются добросовѣстностью и безпристрастіемъ. Камнемъ преткновенія для біографовъ Тассо являлось его сумасшествіе, которому они не хотѣли вѣрить. Солерти, не смотря на свое восхищеніе поэтомъ, не скрываетъ истины. Истинная исторія жизни Тассо оказывается гораздо менѣе романичной, чѣмъ многіе думаютъ. Приходится отказаться отъ старой легенды о любви Тассо къЛеонарѣ или Лукреціи и о мести Альфонса. Леонора была женщина почтенная, но вовсе не поэтичная, а Альфонсъ самымъ дружелюбнымъ образомъ относился къ Тассо и помѣстилъ его въ больницу для его же пользы. Очень многимъ критикамъ трудно примириться съ этими фактами; въ доказательство можно привести рѣчь, произнесенную однимъ римскимъ профессоромъ по случаю юбилея Тассо. Онъ утверждалъ, что поэтъ попалъ въ немилость и былъ лишенъ свободы за то, что узналъ и сообщилъ другимъ о преступной страсти Альфонса къ его сестрѣ, герцогинѣ Урбино. Въ исторіи нѣтъ никакого намека, подтверждающаго это странное предположеніе. Солерти продолжаетъ свое изданіе второстепенныхъ произведеній Тассо. Изъ 10 предположенныхъ томовъ вышло до сихъ поръ 3. Изъ прочихъ критиковъ, разбиравшихъ произведенія Тассо, стоитъ упомянутъ Гвидо Фортебрачи (Fortebracci) и Шарлоту Банти (Banti).

Кромѣ того, вышло еще нѣсколько интересныхъ сочиненій по исторіи литературы: Винченцо Рринцивалли (Rrinzivalli): "Торквато Тассо въ Римѣ" и "Торквато Тассо въ жизни и произведеніяхъ"; Енрико Прото (Proto) "Rinaldo" (Ринальдо); Фаббри (Fabri) "Studi Alfieriani" (Изслѣдованія объ Альфіери); Лейнарди (Leynardi) "Психологія искусства въ Божественной комедіи"; Новати Флатини (Flatini) "Studi critici" (Критическія изслѣдованія); Кресчини -- (Сгевсші)Новые матеріалы къ изслѣдованіямъ о Бокаччіо" и Мартини (Martini) "Il Teatro" (Театръ).

Что касается романовъ, то несомнѣнно, что за прошлый годъ ихъ вышло множество, но очень немногіе изъ нихъ перешли за Альпы или имѣли большой успѣхъ въ самой Италіи. Къ числу этихъ послѣднихъ принадлежитъ "La Baraondo" (Бараондо) Роветто (Rovetto), замѣчательно живо рисующій закулисную сторону политической жизни. Джузеппе Еррико (Етсо), неаполитанецъ, издалъ очень недурную книжку разсказовъ изъ быта бѣдняковъ подъ заглавіемъ "Piccoli Schiavi Bianchi" (Маленькіе бѣлые рабы). Габріель д'Аннунціо (Annnnzio) продолжаетъ быть моднымъ романистомъ. Его признали французскіе критики, а это всего важнѣе для итальянцевъ. Хотя надобно сознаться, что иностранцы-читатели никогда не читали его книгъ цѣликомъ. Переводчики обыкновенно пропускаютъ все, что имъ представляется у него скучнымъ. Слогъ д'Аннунціо по итальянски очень выработанъ и нѣсколько аффектированъ. Французскіе журналы увѣряютъ, будто онъ собирается издать слѣдующій сборникъ своихъ разсказовъ по французски, такъ какъ ему кажется что одни только французы поняли его. Между тѣмъ его послѣдняя повѣсть "Le Vergini delle Rocce" (Дѣвы свалъ) напечатана въ журналѣ "Il Con vita" (Пиръ), органѣ "Молодой Италіи".

Историческія сочиненія, вышедшія за прошлый годъ, носятъ характеръ скорѣе просто изслѣдованій, чѣмъ настоящихъ ; научныхъ произведеній, выясняющихъ историческіе вопросы. Лучшіе изъ нихъ: "Къ исторіи Италіи и ея завоевателей въ началѣ среднихъ вѣковъ", три статьи Карла Чиполла (Cippola); Книга Раффаеле Барбіера (Barbiera) "Il Salotto della Contessa Clara Maffei" (Салонъ графини Клары Маффеи) даетъ живую картину эпохи интересной и съ литературной, и съ политической точки зрѣнія. Во время всей долгой жизни графини Маффеи, ея домъ въ Миланѣ, былъ открытъ для всякаго человѣка, сколько-нибудь извѣстнаго въ литературѣ я политикѣ и стоявшаго въ оппозиціи съ австрійскимъ домомъ. Это была прелестная женщина, съ очень опредѣленными симпатіями и антипатіями. Мужъ ея, Андрей Маффеи, извѣстенъ какъ замѣчательный переводчикъ на итальянскій языкъ разныхъ поэтовъ, преимущественно нѣмецкихъ. Графиня Маффѳи умерла въ 1866 г. и никто не занялъ ея мѣста ни въ Миланѣ, ни въ другомъ городѣ. Очень интересно прослѣдитъ, какія причины вызвали возникновеніе ея салона и какія помѣшали другому подобному же явиться вмѣсто него.


## Франція.


Во Франціи литературная жатва прошлаго года отличалась болѣе количествомъ, чѣмъ качествомъ. На малое количество полновѣсныхъ колосьевъ пришлась масса пустыхъ и просто соломы. Мода на разнаго рода мемуары продолжалась. Изъ произведеній этого рода почетное мѣсто принадлежитъ "Мемуарамъ канцлера Пакье" (Mémoires du Chancelier Pasquier), особенно послѣднему тому, въ которомъ содержатся совершенно новыя данныя о роли Луи Филиппа во время іюльской революція и объ интригахъ сестры его, мадамъ Аделаидъ, являвшейся до нѣкото-Sjft степени леди Макбетъ герцога рлеанскаго.

"Мемуары генерала Тибо" (Mémoires du général Thibaut) даютъ массу интересныхъ подробностей о состояніи дисциплины среди высшихъ офицеровъ наполеоновской арміи: оказывается, что только присутствіе императора нѣсколько сдерживало ихъ; едва онъ удалялся какъ среди никъ начиналась борьба мелкихъ интригъ и соперничества. Заслуживаютъ вниманія записки маршала Кастеляна, этого остроумнаго и честнаго стараго воина, служившаго Наполеону I на полѣ битвъ и Наполеону III при дворѣ. Мемуары Барра вызвали разочарованіе. Въ нихъ разсказывается много скандаловъ, но мало интересныхъ фактовъ Изданіе мемуаровъ Ларевельеръ-Лепо ожидалось съ большимъ любопытствомъ, но оказалось, что наиболѣе интересная часть ихъ уже использована Мишле и Тьеромъ въ ихъ исторіяхъ революціи.

По новѣйшей исторіи, въ особенности по исторіи второй имперіи вышло нѣсколько сочиненій. De la Gorce (Де ля Торсъ), авторъ интересной исторіи республики 1848 г., приступилъ къ общей исторіи второй имперіи (Histoire générale du Second Empire) и выпустилъ въ свѣтъ два тома. Это очень добросовѣстный писатель, умѣющій критически относиться къ своему матеріалу.

Г. Эмиль Оливье издалъ первый томъ своей "l'Empire liberal" (Либеральной Имперіи), исторіи его министерства и войны 1870 г. до 4 сентября. Г. Альфредъ Дюке (Duquet) продолжаетъ свою "Histoire militaire du siège de Paris par les Prussiens" (Военную исторію осады Парижа пруссаками), онъ относится къТрошю, можетъ быть, слишкомъ строго, тѣмъ не менѣе, его книгу можно назвать лучшимъ сочиненіемъ по исторіи 1870 г. Посмертное сочиненіе генерала Лебрена (Lebrun), о его тайномъ посольствѣ въ Вѣну, заключаетъ интересныя разоблаченія о томъ, какъ, унизивъ Австрію, Наполеонъ ІП немедленно послѣ этого сталъ хлопотать о томъ, чтобы Австрія и Италія соединялись противъ Пруссіи и Сѣверной Германіи. Изъ прочихъ историческихъ сочиненій, вышедшихъ въ прошломъ году, стоитъ упомянуть только одно: книгу герцога Брольи объ австрійскомъ союзѣ. Это въ высшей степени интересный вкладъ въ дипломатическую исторію временъ Людовика XV и Маріи-Терезіи.

Изъ массы сочиненій, касающихся политическихъ вопросовъ особеннаго вниманія заслуживаютъ посмертныя сочиненія Вейсса (J. J. Weiss), а именно томъ, озаглавленный "Combats constitutionnels" (Конституціонныя битвы). Это собраніе журнальныхъ статей, посвященныхъ злобѣ дня, въ которомъ авторъ является необыкновенно остроумнымъ и проницательнымъ политикомъ. Спюллерь, бывшій министромъ народнаго просвѣщенія въ министерствѣ Клзиміра Перье, издалъ свои рѣчи за это время, въ числѣ которыхъ находится и его знаменитая рѣчь о "Новомъ духѣ". Въ предисловіи Спюллеръ разсказываетъ, какое онъ принималъ участіе въ составленіи кабинета Перье и въ избраніи его президентомъ республики, и какъ неохотно въ томъ и другомъ случаѣ Перье подчинился желанію своихъ друзей. Г. Рене Миллье (Eéné Millet) въ своей "L'Expancion de la Francei (Расширеніе Франціи) представляетъ не только основательное, но и блестящее изслѣдованіе. Г. Роби не продолжаетъ интересное изданіе писемъ Жюля Ферри; третій томъ почти исключительно посвященъ подготовленію и изданію школьныхъ законовъ. Подъ заглавіемъ "Souverainité du Peuple et Gouvernement" (Власть народа и правительство). Эженъ Эталь (Eubthal) издалъ сочиненіе о необходимыхъ условіяхъ демократическаго правленія. Онъ находитъ, что свобода не можетъ существовать безъ сильной власти, и настаиваетъ на различіи между аіминистративною децентрализаціею, необходимость которой становится съ каждымъ днемъ очевиднѣе, и политическою децентрализаціею, являющеюся лишь маскою федерализма. Онъ -- сторонникъ демократіи и, можетъ быть, именно поэтому слѣпо указываетъ ей на ея недостатки. Г. Эмиль Шевалье (Chevalier) въ сочиненіи, по справедливости заслужившемъ премію акаіеміи, даетъ очеркъ исторіи и критическій разборъ "Закона о бѣдныхъ". Г. Ивъ Гюйо (Yves Guyot) издаль цѣлый рядъ памфлетовъ противъ соціализма.

Изъ изданій по философіи единственное заслуживающее вниманія есть "l'Année philosophique" (философскій годъ), г.г. Бони и Бине (Beannie et Binet). Статья г. Брюнетъра въ "Revue des Deix Mondes" о несостоятельности науки возбудила горячую полемику {См. мартъ "М. Б." 1895 г., статью Рашэ, отвѣтъ Брюнетьеру.}. Эта статья и отвѣтъ на нее Бертело изданы отдѣльными брошюрами.

Отдѣлъ литературной критики, по обыкновенію, весьма богатъ. Г. Ларуме (Larroumet), бывшій директоръ школы изящныхъ искусствъ, написалъ спеціальное изслѣдованіе о соотношеніи между искусствомъ и литературой въ XVIII вѣкѣ. Гастонъ-Пари (Paris) издалъ свои лекціи по поэзіи среднихъ вѣковъ. Г. Моно (Monot) издатель "Rеvue Historique", соединилъ въ олнамъ томѣ свои етюды о Тэнѣ, Ренанѣ и Мишле {См. іюль "М. Б." 1895 г., библіографич. отдѣлъ, "Критика и исторія литературы".}. Онъ лично знакомъ съ этими писателими и разсказываетъ исторію ихъ литературной и философской дѣятельности съ свойственнымъ ему безпристрастіемъ. Г. Жюссеранъ (Jusserand) продолжаетъ свое изданіе: "Les grande Ecrivains Franèais" (Великіе;французскіе писатели). Въ послѣднихъ томахъ помѣщены: "Монтень" Поля Стапфера (Stapfer), "Фруассаръ" г-жи Дарместетеръ (Darmesteter). "Руссо" Шуке (Chuquet), "Лесажъ" Линтильяка (Lintillack) "Ларошфуко" Бурдо (Bourdeau) "Лакордеръ" д'Оссонвиля (d'Hassonville), "Дилеро" Ж. Рейнаха (Reinach).

По исторіи искусства вышло нѣсколько замѣчательно изящныхъ иллюстрированныхъ изданій. Трудно въ какой-либо странѣ найти что-нибудь подобное Рафаелю Мюнтца, Рембранду Мишеля или Salon carré Грюіера (Grayer). Фирмѣ Hachette принадлежитъ первое мѣсто въ этомъ дѣлѣ: ея изданія отличаются тонкимъ вкусомъ и сравнительною дешевизною. Самыя замѣчательныя изъ нихъ: 1) "Histoire le l'Art dans l'Antiquité" Perrot et Chapiez (Исторія искусства въ древности Перро и Шапье) дошло въ настоящее время до 6-го тома, т. е. до конца микенскаго періода. По части иллюстрацій 2) "Histoire ancienne des Peuples de l'Orient classique" Maspero (Древняя исторія народовъ классическаго востока Масперо), пэжалуй, еще изящнѣе. Публика знала Масперо, какъ замѣчательнаго ученаго, но въ этой книгѣ онъ является и талантливымъ писателемъ. 3) "Histoire de l'Art pendant la renaissance italienne" (Исторія искусства во время итальянскаго Возрожденія), въ 3 томахъ. Первый посвященъ до-рафаелевскому періоду, второй обнимаетъ золотой вѣкъ, третій -- конецъ Возрожденія. Г. Мюнтцъ (Müntz) вполнѣ овладѣлъ своимъ предметомъ. Серьезный ученый, онъ въ то же время популярный писатель, и его книга можетъ занять мѣсто какъ на столѣ гостиной, такъ и на полкѣ библіотеки.

Саломонъ Рейнахъ издалъ второй томъ своего: "Description raisonnée du Musée de St. Germain" (Объяснительнаго описанія C. Жерменскаго музея), посвященный бровіамъ романской Галліи; первый томъ "Histoire de la Sculpture grecque" (Исторія греческой скульптуры) Коллиньона доходитъ до Фидія. Гастонъ Буассье въ своей "L'Afrique Romaine" (Римской Африки) далъ рядъ интересныхъ статей но исторіи, географіи, культурѣ и искусству этой страны. Онъ сообщаетъ результаты новѣйшихъ изслѣдованій французскихъ археологовъ въ Алжирѣ и Тунисѣ. Гайе (Gayet) написалъ изслѣдованіе о персидскомъ искусствѣ и Robert de la Sizeranne (P. де ли Сизеранъ) рядъ интересныхъ очерковъ о современныхъ англійскихъ художникахъ.

Изъ описаній путешествій наибольшаго вниманія заслуживаютъ описанія поѣздки въ Америку Поля Бурже, два толстыхъ тома подъ заглавіемъ "Outremer" (За моремъ) {См. май "М. Б.", "Старый хозяинъ", изъ этого сборника.}. Американцы въ восторгѣ отъ нихъ, парижане находятъ въ нихъ не мало новаго для себя. "Jérusalem" и "Le Desert* (Іерусалимъ и Пустыня) Лоти могутъ служить образцами поэтическихъ описаній.

Отдѣлъ беллетристики очень богатъ. Изъ стихотвореній особеннаго вниманія заслуживаютъ: "Les Pleureuses" (Плакальщицы) Генри Барбусса (Barbousse); это рядъ стихотвореній, составляющихъ одну длинную поэму, воспѣвающую сладость траура и тѣни, уединенія и печали; "Аретуза" (Aréthuse), новый сборникъ стихотвореній Генри Реньо, литературнаго внука Андре Шенье; полное собраніе сельскихъ поэмъ Франсуа Фабіе; хорошенькіе "Noëls" Мориса Бушуара; сильно аффектированныя стихотворенія Катула Мендеса: "La Grive des Vignes" (Прививка винограда); новыя натуралистическія сцены Аристида Брюана (Bruant).

Романы появляются въ необыкновенномъ изобиліи, почти каждый день приносятъ какое-нибудь новое произведеніе въ этомъ родѣ, но, къ сожалѣнію, качество далеко не соотвѣтствовало количеству. Мы назовемъ лишь нѣкоторые изъ нихъ:

Въ L'Armature Поль Гервье (Herveue) съ безпощадною строгостью разбираетъ отношеніе между любовью и деньгами. Въ "l'Education de Prince" (Воспитаніе принца) Морисъ Доннэ (Daunnay) рисуетъ съ ѣдкимъ юморомъ, чему учитъ свѣтскій человѣкъ лишеннаго престола государя, пріѣхавшаго въ Парижъ повеселиться. Леонъ Додэ въ Les Morticole нападаетъ на медицинскую профессію. Всѣ съ нетерпѣніемъ ожидали новаго романа Альфонса Додэ, но опасная болѣзнь лишила его на нѣсколько мѣсяцевъ возможности работать и по выздоровленіи онъ не могъ ничего дать, кромѣ перевода дневника одного провансальскаго крестьянина-поэта, гдѣ-то разъисканнаго имъ. Талантъ Додэ до сихъ поръ не ослабѣваетъ. Его "Маленькій приходъ" (La Petite Paroisse) не принадлежитъ къ числу лучшихъ его произведеній, но содержитъ множество замѣчательно талантливо написанныхъ сценъ. Большой успѣхъ имѣлъ въ прошломъ году "Le lys rouge" (Красная лилія) Анатоля Франсъ (France); написанъ онъ на избитую тему аристократическихъ liaisons, многія сцены въ немъ неприличны, но онъ изобилуетъ красивыми описаніями. Кромѣ этого романа, Франсъ издалъ томъ философскихъ "causeries" (разговоровъ) "Le Jardin d'Epicure" (Садъ Епикура) и книжку разсказовъ "Le puits de Sainte Claire" (Колодезь св. Клары), проникнутую ренановскимъ скептицизмомъ.

Кромѣ этого слѣдуетъ отмѣтить "Мира"(Myrrha), прелестный разсказъ Жюля Леметра; два психологическихъ этюда Эдуарда Рода: "Le silence" (Бѣлыя скалы и Молчаніе) и "Les Roches Blanches"; Абаія Германа (Hermant) "Eddy et Patty" (Эдди и Патти); Франсуа Коппе "Contes tout simples" (Простыя сказки); хорошенькіе деревенскіе разсказы Фердинанда Фабра (Fabre) "Mon ami Gaôarot" (Мой другъ Гаффаро) и "Taillevant" (Тайльеванъ); Андре Тёріе "Paternité" (Право отца); два разсказа Паля Арена, лауреата Прованса: "Domine" и "Les Demoiselles de Liré" (Дѣвицы Лире); сборникъ разсказовъ Поля Маргерита (Margueritte) "Pour l'Honneur" (Ради чести).


## Германія.


Литература нынѣшняго года,-- такъ картинно начинаетъ свой обзоръ нѣмецкой литературы Робертъ Циммерманъ,-- родилась подъ неблагопріятными созвѣздіями. По словамъ календарей, распорядителемъ ея судебъ является Сатурнъ, жестокій богъ, пожирающій собственныхъ дѣтей. Поэтому, изъ всей громадной массы литературныхъ произведеній лишь незначительной части предстоитъ долговѣчность, и мы можемъ утѣшаться вмѣстѣ съ Валленштейномъ Шиллера, сваливая всю вину на несчастныя планеты. Нѣмцы не истребляютъ своихъ пѣвчихъ птицъ, какъ другіе народы, они любятъ своихъ родныхъ пѣвцовъ и приманиваютъ чужестранныхъ. Во всѣхъ частяхъ Германіи каждый годъ появляются новыя арміи лириковъ, которые по крайней мѣрѣ, по мнѣнію поэтовъ, могутъ быть названы "арміей спасенія". Въ 3 мѣсяца вышло болѣе 25 сборниковъ лирическихъ стихотвореній, не считая разныхъ "антологій" и "избранныхъ произведеній". Изъ этихъ изданій наибольшаго вниманія заслуживаетъ Коттскій Альманахъ Музъ (Musenalmanach), журналъ Франпоза, посвященный исключительно нѣмецкимъ стихотвореніямъ; сборникъ Альберта Путткамера Offenbarungen, (Откровенія) и посмертныя произведенія Бетти Паоли, извѣстнаго вѣнскаго поэта, скончавшагося въ прошломъ году. Вышло новое изданіе стихотвореній Германа ф. Гильмъ (Gilm), тирольскаго поэта, прелестныя любовныя пѣсни и пламенныя оды котораго высоко цѣнятся въ Германіи. Альбрехтъ, графъ Виккенбургъ, посвятилъ "прекрасному городу на голубомъ Дунаѣ", сборникъ стихотвореній, проникнутыхъ добродушнымъ юморомъ и теплотой чувствъ подъ заглавіемъ "Mein Wien" (Моя Вѣна). Нѣмецкіе декаденты продолжаютъ въ своихъ эротическихъ стихотвореніяхъ изображать грубыя и даже грязныя стороны любви. Фелинъ Дёрманъ (Dörmann) озаглавилъ свой сборникъ "Neurotika" (Нейрозъ), а Поль Фишеръ "Hallucinationen" (Галлюцинаціи).

Въ эпическомъ родѣ слѣдуетъ отмѣтить два замѣчательныя произведенія "Робеспьеръ" молодой писательницы венгерки Маріи Евгеніи делля Граціе (delle Grazie), и "Фаустъ и Прометей" Германа Ганго (Hango). Въ краснорѣчивомъ прологѣ къ своей поэмѣ, 24 пѣсни которой составляютъ два довольно объемистыхъ тома, авторъ "Робеспьера" прославляетъ дѣятелей и жертвы исторической идеи революціи, какъ преемниковъ христіанскихъ мучениковъ и предшественниковъ жертвъ соціализма. Эта тенденція окрашиваетъ все произведеніе, изобилующее драматическими сценами и картинными описаніями. Въ своемъ изложеніи авторъ старается сохранять полное безпристрастіе: онъ не смягчаетъ и не преувеличиваетъ ни пороковъ двора, ни увлеченій народной массы. Фигуры Маріи-Антуанеты и короля нарисованы такъ же жизненно, какъ фигуры Мирабо, Лафайета, жирондистовъ и якобинцевъ. Какъ сторонница современнаго реалистическаго направленія, г-жа делле Граціе не отступаетъ передъ нѣсколько грубыми описаніями и рискованными выраженіями, какъ, напр., при изображеніи сентябрскихъ убійствъ или поклоненія богинѣ разума. "Фаустъ" г. Гавго -- внукъ Фауста Гретхенъ, и занимается не любовью, а изслѣдованіемъ вселенной. Прометей зажигаетъ для него факелъ, освѣщающій тьму вѣчной загадки природы и человѣчества. Поэтъ передаетъ въ блестящихъ притчахъ и звучныхъ стихахъ открытія современной науки и возстаетъ какъ противъ пессимизма, такъ и противъ теорія случайности, безцѣльности. Онъ краснорѣчиво защищаетъ планомѣрность въ строеніи природы и проводить мысль, что "зародыши лучшихъ міровъ" создадутся изъ праха нашей земли и ея обитателей, растворенныхъ во вселенной.

Драматическій родъ поэзіи представленъ въ прошломъ году исключительно комедіями и драмами изъ семейной жизни. Наибольшій успѣхъ имѣла комедія Зудермана "Бой бабочекъ" (Schmetterlingsschlagt), которую правильнѣе было бы назвать Борьбой пауковъ, такъ какъ всѣ ея дѣйствующія лица,-- исключая кроткой героини и еще болѣе кроткого jeune premier,-- гораздо болѣе походятъ на хищныхъ пауковъ, чѣмъ на легкокрылыхъ бабочекъ. Соціальные вопросы затронуты въ драмѣ Макса Нордау "Die Kugel" (Пуля) и въ комедіи Фульда "Die Kameraden" (Товарищи), но въ обѣихъ выводъ, дѣлаемый читателемъ, идетъ въ разрѣзъ съ намѣреніями авторовъ. Герой первой изъ нихъ стремится достигнуть положенія въ обществѣ и богатства, стыдится своей бѣдной матери и постоянно мучится сознаніемъ своего низкаго происхожденія; авторъ хотѣлъ сдѣлать изъ него трагическую фигуру, а на самомъ дѣлѣ онъ просто вызываетъ презрѣніе; героиня второй проповѣдуетъ свободную любовь, бросаетъ мужа ради недостойнаго "товарища" и является чѣмъ-то крайне нелѣпымъ, хотя авторъ хочетъ представить ее возвышенной натурой. Въ ковпѣ концовъ обѣ пьесы превращаются въ сантиментальныя семейныя драмы. Зудерманъ, какъ драматическій писатель, имѣлъ сомнительный успѣхъ со евонмъ "Боемъ Бабочекъ"; Зудерманъ, какъ романистъ, одержалъ побѣду надъ всѣми соперниками своимъ романомъ "Это было" (Es war), который въ одинъ годъ выдержалъ 7 изданій. Въ то время, какъ звѣзда его знаменитыхъ предшественниковъ Шпильгагена, Дана и пр., меркнетъ, звѣзда автора "Die Sorge", "Der Katzensteig" "Im Zwielicht" и "Iolanta's Hochzeit" (Забота, Кошачья тропа, Въ сумеркахъ, Свадьба Іоланты) быстро поднимается.

Основная идея его романа "Это было" заключается въ томъ что каждое злое дѣло требуетъ искупленія. Кромѣ интереснаго содержанія романъ этотъ отличается замѣчательно живыми описаніями мѣстности и характеровъ; дѣйствіе происходитъ на сѣверѣ "Германіи, въ восточной Пруссіи и мѣстный колоритъ удивительно сохраненъ не только въ языкѣ, но и въ образѣ дѣйствій, образѣ мыслей разныхъ лицъ. Описанія аристократическаго провинціальнаго об щества, самодовольной, но пустой жизни разныхъ пасторовъ и старомодныхъ честныхъ нѣмецкихъ семействъ замѣчательно удались автору. Всѣ его дѣйствующія лица дышутъ жизненной правдой. Нельзя сказать того же о лицахъ въ послѣднемъ романѣ Шпильгагена "Stumme des Himmelsq" (Нѣмая неба). Славу Шпильгагена составили его романы съ политической тенденціей. Послѣ объединенія Германіи онъ отказался отъ этой тенденціи, частью вслѣдствіе временнаго истощенія творческой силы, частью вслѣдствіе отрицательнаго отношенія къ современному ходу дѣлъ. Въ своемъ послѣднемъ произведеніи онъ не проводить ни политическихъ, ни соціальныхъ идей, а затрогиваетъ вопросъ исключительно общественный и при томъ довольно избитый: вопросъ объ аристократическихъ предразсудкахъ. Въ гувернантку изъ буржуазной семьи влюбляется молодой аристократъ. Они вполнѣ подходящая пара, но онъ женатъ на аристократкѣ и сословные предразсудки мѣшаютъ имъ развестись; поэтому влюбленные бросаются въ воду и тонутъ. Они становятся "нѣмыми гражданами неба, такъ какъ боги не дали имъ способности высказать, насколько они страдаютъ". Историческій романъ находится, повидимому, въ періодѣ упадка. "Клеопатра" Эберса и "Юліанъ Отступникъ" (Julian der Abtrünnige) Дана слабѣе прежнихъ произведеній этихъ авторовъ. Смерть Густава Фрейтага лишила въ прошломъ году Германію одного изъ талантливыхъ ея писателей. Въ своей пьесѣ "Die Journalisten" (Журналисты) онъ первый вывелъ на сцену нѣмецкихъ журналистовъ; его романы "Soll und Haben" (Приходъ и расходъ) и "Die verlorene Handschrift" (Потерянная рукопись) пользуются заслуженною извѣстностью; своимъ многотомнымъ произведеніемъ "Die Ahnen" (Предки), въ которыхъ онъ проводитъ исторію одной семьи черезъ всѣ періоды развитія Германіи, начиная съ великаго переселенія народовъ, онъ создалъ школу историческаго романа. Послѣдователями его въ прошломъ году явились Рудолфъ ф. Готшаль (Grottschall) съ своимъ романомъ "Im Bann des schwarzen Adlers" (Подъ властью Чернаго Орла) и Гансъ Гоффманъ съ своимъ: "Wider den Kurfürsten" (Противъ курфирста). Оба автора пруссаки и взяли свои сюжеты изъ прусской исторіи; у Готшаля дѣйствіе происходитъ въ восточной Пруссіи, у Гоффмана въ Помераніи. Гоффманъ самъ родомъ изъ Помераніи и его "Novellen aus Hinterpommern" (Померанскія повѣсти)--прелестныя картинки изъ жизни этой страны. Дѣйствіе его новаго романа происходитъ въ ПІтѳтинѣ, въ то время шведскомъ городѣ при осадѣ его "великимъ курфюрстомъ" (1678 г.). Граждане, хотя подданные Швеціи, но сердцемъ сочувствуютъ Бранденбургу и отчаянно сражаются противъ его войскъ только для того, чтобы доказать, что достойны чести стать подданными великаго курфюрста, -- словомъ, порядочная белиберда.

Изъ мелкихъ разсказовъ замѣчательны новыя произведенія Маріи фонъ-Ебнеръ-Ешенбахъ (Ebner-Eschenbach) "Die Todten wacht" ("Бдѣніе у гроба") и "Das Schädliche" ("Вредное"). Первое-- по оригинальности изображаемаго въ немъ положенія: все дѣйствіе происходитъ во время ночного бдѣнія у гроба; второе -- по интересному вопросу, возбуждаемому имъ: можно ли примѣнять къ людямъ право охотниковъ убивать животныхъ, вредоносныхъ по своей природѣ. Поль Гейзе оставилъ драму и снова вернулся къ своему прежнему жанру -- повѣстямъ. Его разсказы хороши не столько по своему содержанію, сколько по отдѣлкѣ частностей; лучшій изъ нихъ: Donna Lionarda (Донна Ліонарда). Недурны повѣсти Ильэы Фрапанъ и Маріи ф. Бунзенъ; послѣдняя печатаетъ свои произведенія въ журналѣ Deutsche Rundschau. Въ этомъ же журналѣ напечатанъ "Садъ Клавдія" {Будетъ помѣщенъ въ "М. Б." въ 1896 г.} Ернеста Вильденбруха, разсказъ изъ первыхъ временъ христіанства, содержащій описаніе гоненій на христіанъ при Неронѣ. "Смерть", повѣсть Шницлера есть новѣйшій продуктъ крайняго реализма, не отступающаго передъ изображеніемъ какого бы то ни было безобразія физическаго или нравственнаго. Авторъ изображаетъ чахоточнаго больного, приговореннаго къ смерти, и передаетъ всѣ подробности его болѣзни, всѣ физическія и нравственныя страданія его. Такъ же въ новѣйшемъ вкусѣ, хотя совершенно въ другомъ родѣ, написанъ "Garten der Erkenntniss" ("Садъ Познанія") Леопольда Адріана. Если Шнитцлера можно назвать художникомъ-реалистомъ, то Адріанъ несомнѣнно импрессіонистъ. У одного все ясно и опредѣленно, у другого туманно и неопредѣленно. Лудвигъ Гангхоферъ (Ganghofer), извѣстный своими талантливыми изображеніями горныхъ пейзажей Зальцбурга, подарилъ насъ разсказомъ изъ средневѣковой жизни: "Martinsklause". Дѣйствіе происходитъ у подножія снѣжной вершины Вацшанна во времена папы Григорія VII; его распоряженіе о томъ, чтобы духовенство соблюдало безбрачіе возбуждаетъ страшную бурю въ душѣ стараго священника, который мирно прожилъ 50 лѣтъ съ своей женой и предпочитаетъ смерть разлукѣ съ ней. Рядомъ съ этой драмой описывается страшная физическая катастрофа -- сползаніе Вацшанна, которая стоила жизни многимъ жертвамъ.

Въ 1894 г. Германія праздновала 80 годъ рожденія Бисмарка. Вслѣдствіе этого масса изданій, касающихся "великаго Отто", наводнила нѣмецкую литературу. Первое мѣсто среди этихъ изданій занимаетъ біографія Бисмарка Ганса Блума, сына извѣстнаго революціонера 48 г., разстрѣленнаго въ Вѣнѣ. Главное достоинство этой біографіи состоитъ въ томъ, что она дѣлаетъ вполнѣ понятными измѣненія въ политическихъ взглядахъ Бисмарка и показываетъ, что внутреннія убѣжденія его не мѣнялись. На развитіе Бисмарка, такъ же какъ на развитіе Гете, мать оказала больше вліянія, чѣмъ отецъ; поэтъ унаслѣдовалъ отъ матери ея веселый нравъ, ея "любовь къ сказкамъ" -- будущій политикъ заимствовалъ отъ своей матери трезвую разсчетливость, холодность и страстное честолюбіе. Вообще писать біографію Бисмарка не трудно, такъ какъ для нея существуетъ масса матеріаловъ. Письма его къ роднымъ, особенно къ любимой сестрѣ его Мальвинѣ, изданныя нѣсколько лѣтъ тому назадъ, рисуютъ его, какъ частнаго человѣка, въ его семейныхъ отношеніяхъ; 12 томовъ его политическихъ рѣчей изданія Горста Коль (Horst Kohl) и собраніе его изреченій Г. Ф. Пошингера (Poschinger) даютъ понятіе о немъ, какъ о политическомъ дѣятелѣ. Мало того, въ прошломъ году тѣмъ же Пошингеромъ (Poschinger) издано собраніе застольныхъ разговоровъ и интервью князя Бисмарка. (Fürst Bismark neue Tischgespräche und Interviews).

Изъ разговоровъ князя за обѣдомъ, "за рюмкой хереса и сигарой", всего интереснѣе его разговоры съ извѣстнымъ историкомъ Мотлеемъ, бывшимъ посланникомъ Соед. Штат. въ Вѣнѣ въ 1864 г. и посѣтившимъ Бисмарка въ Варцинѣ въ 1872 г.

Въ Германіи существуютъ такъ-называемые Ежегодники (Jahrbuch) въ честь нѣкоторыхъ знаменитыхъ писателей, вокругъ имени которыхъ создалась цѣлая литература (Шекспиръ, Гете, Шиллеръ); Горстъ Коль предложилъ основать такой же "Ежегодникъ" въ честь Бисмарка и первый выпускъ его вышелъ въ мартѣ 1894 г. Онъ заключаетъ нѣкоторые документы, касающіеся князя; нѣсколько стихотвореній и статей, написанныхъ въ честь его.

Вышедшіе въ прошломъ году шестой и седьмой томы "Исторіи основанія Германской Имперіи Вильгельмомъ I" Гейнриха Зибеля представляютъ собственно ни болѣе, ни менѣе, какъ біографію Бисмарка. Авторъ былъ противникомъ политики прусскаго министра Бисмарка въ періодъ борьбы передъ 1866 г. и энергично противодѣйствовалъ проведенію въ жизнь его монархическихъ стремленій. Тѣмъ не менѣе, канцлеръ разрѣшилъ историку свободно пользоваться документами министерства иностранныхъ дѣлъ. Характерно для новаго режима, что послѣ отставки Бисмарка разрѣшеніе это было отнято отъ Зибеля. Къ счастью, это не мѣшаетъ историку продолжать его трудъ. Седьмой токъ доходитъ до объявленія франко-прусской войны.

Первый томъ біографіи побѣдителя при Аспернѣ, издаваемой Гейприхомъ Цейссбергъ (Zeiseberg), бросаетъ новый свѣтъ на исторію наполеоновскихъ войнъ, многія частности которыхъ до сихъ поръ плохо выяснены. Среди массы историческихъ монографій заслуживаетъ вниманія изслѣдованіе Эрнста Гаффтера о жизни извѣстнаго агитатора Георга Іенатся, героя романа Конрада Фердинанда Мейера; изслѣдованіе это доказываетъ, что иногда поэтъ можетъ путемъ интуиціи, безъ точнаго знанія историческихъ фактовъ, угадать характеръ историческихъ дѣятелей.

Изъ литературы, посвященной Гётеслѣдуетъ отмѣтить статьи Ричарда Мейра (Meyr), появившіяся въ видѣ отдѣльной книги; изъ шекспировской литературы замѣчательна по заключающимся въ ней курьезамъ книга Едвина Борманна подъ заглавіемъ: "Тайна Шекспира" {См. ноябрь "М. Б." 1895 г., статья проф. Стороженко -- "Модная ересь".}. По словамъ автора, instauratio magna Бэкона состоитъ изъ двухъ частей, одной -- научной, написанной въ прозѣ подъ его собственнымъ именемъ, другой -- символической, въ драматической формѣ, подъ псевдонимомъ Шекспира. Ворманнъ находитъ подтверждена своей теоріи, главнымъ образомъ, въ именахъ разныхъ дѣйствующихъ лицъ; такъ, въ Гамлетѣ солдатъ Франциско никто другой, какъ Франсисъ Бэконъ, Гораціо, который на вопросъ Фернандо: "Какъ, Горацій здѣсь?" -- отвѣчаетъ:-- "Часть его",-- есть воплощеніе мудрости Бэкона: (Ho -- ratio).

Очень интересная книжка, изданная Генри Тодемъ (Thode) "Кольцо Франчипани" ("Der Bing des Frangipani") относится на половину къ области исторіи, на половину къ области романа. Одинъ крестьянинъ нашелъ въ окрестностяхъ Порденона кольцо со старо-германскою надписью. Документы, случайно открытые въ архивѣ, и цѣлый рядъ остроумныхъ сближеній привели автора къ убѣжденію, что это кольцо есть то самое, которое Аполлонія Лангъ, дочь одного Аугсбургскаго патриція и сестра извѣстнаго любимца импер. Максимиліана I, кардинала Матвѣя Ланга,-- дала своему второму мужу, графу Франжипани въ 1513 г.

Если соображенія, которыя привели автора къ этому выводу, правильны, вся исторія является въ высшей степени фантастичной; если они неправильны, сказка во всякомъ случаѣ сочинена весьма правдоподобно.

Философская литература потеряла въ прошломъ году одного изъ своихъ видныхъ представителей, Морица Каррьера (Carriere). Послѣднія произведенія этого автора, бывшаго ученика Гегеля и protégé Беттины ф. Арнимъ, одного изъ основателей фихтевской теистической школы, появилось въ прошломъ году подъ заглавіемъ: "Christus" ("Христосъ"), "Das Wachsthum der Energie" ("Возрастаніе энергіи") и "Fichte's! Geistesentwickelung" ("Развитіе духа Фихте"); они дышатъ тѣмъ же горячимъ энтузіазмомъ, тѣмъ же страстнымъ поклоненіемъ красотѣ, какъ и главныя произведенія его: "Эстетика" и "Die Kunst im Zusammenhang der Cultnrentwicklung" (Искусство въ связи съ развитіемъ культуры). Укажемъ еще одно произведеніе, однородное съ этимъ послѣднимъ по количеству собраннаго въ немъ научнаго матеріала и въ особенности по общимъ взглядамъ автора на міръ по его гуманно-религіозному духу, чуждому всякаго сектанства: это -- недавно вышедшее въ двухъ томахъ сочиненіе Гектора Арнета: "Das classische Heidenthum und die christliche Religion" ("Классическое язычество и христіанская религія"), "Die Aesthetischen Zeitfrâgen" ("Современные эстетическіе вопросы"), Іоганна Фолькельта (Volkelt) и "Die Literatur und Kunstkritische Studien" ("Критическіе очерки литературы и искусства"). Л. Мюльнера (Möllner) представляютъ монографіи по отдѣльнымъ вопросамъ; первая направлена противъ крайняго реализма въ искусствѣ, вторая, авторъ которой католическій священникъ, трактуетъ о литературѣ и искусствѣ съ клерикальной точки зрѣнія. Книга Рихарда Вале (Wahle) "Das ganze der Philosophie und ihr Ende" ("философія въ ея цѣломъ и ея конецъ") разсматриваетъ философскую дѣятельность въ ея цѣломъ и приходитъ къ выводу, что когда вся глубина философіи будетъ исчерпана, тогда настанетъ конецъ ея. Въ результатѣ безпощадной критики, какой авторъ подвергаетъ всѣ отрасли философіи, не исключая и математики, въ особенности же психологію и этику, является такое положеніе: всѣ дѣятельныя силы и факторы неизвѣстны человѣчеству и всѣ принципы для него закрытая книга. Въ послѣднемъ выводѣ получается, говоря словами автора, "агностицизмъ", нѣчто сходное съ "неизвѣстнымъ" Герберта Спенсера.


"Міръ Божій", No 12, 1895