# Муссолиниана

Марк Александрович Алданов

Черновой набросок из архива писателя.

## Марк Александрович Алданов


## Муссолиниана


Черновой набросок из архива писателя.


Бенито Муссолини в 1939 году.


Существует книга, в которой Тито Весло проводит параллель между Муссолини и Юлием Цезарем. Еще одна, за авторством Эмилио Бальбо и Филиппо Специале, сравнивает Дуче и Августа. Другие подобные книги уподобляют его Наполеону, Бисмарку и папе Сиксту V. В философской сфере, было опубликовано две работы: "Фридрих Ницше и Дуче" и "Бенито Муссолини и Лев Толстой". Существуют книги про Муссолини-летчика, Муссолини-музыканта, Муссолини-художника [1]. Х. Эллвангер, наконец, написал филологическую работу о языке Дуче. Существует книга о человечности Муссолини, которая, по мнению автора, Е. де Карло, равна гитлеровской. Наконец, высоконаучное исследование Бонифацио Грандилло ясно показало, что появление дуче было предсказано Данте и Ионном Богословом, и что его имя таинственно связано с великим мистическим числом 9: Муссолини -- 9 букв, Предаппио (его родина) -- 9 букв, Дуче Бенито Муссолини -- 9 гласных.

За последнее время, мы полагаем, на Дуче, как ни на кого другого, излилось море всякой рекламной ерунды. На вопрос Людовика XIV: "Сколько времени?", слуга ответил: "Сколько угодно вашему величеству". Рассказывают, что проповедник, который начал в присутствии Короля-Солнца свою проповедь словами: "Мои братья, мы все умрем...", быстро исправился, обращаясь к государю: "Простите, сэр, я имел в виду "почти все"". Но Людовику XIV, возможно, было нечего делать, да и он никогда не требовал постоянно этих банальностей, ему было всё равно. Муссолини, наоборот, принимает всё всерьёз: он хочет быть предсказанным в Писании, быть отмеченным судьбой и рассматриваться на равных основаниях с Цезарем и Августом. Более того, исходя из идеи абсолютного тождества, один из вышеупомянутых авторов заканчивает свою книгу следующим выводом: "Человек, который сейчас направляет судьбы Италии, гораздо больше, чем Август".

Нынешняя система, принятая современными диктаторами, кажется банальной. Хронологически Муссолини был вторым среди них. Впрочем, надо отдать должное Ленину, опередившему его на пять лет: кровавый большевистский диктатор презирал саморекламу. Санкт-Петербург был назван Ленинградом только после смерти Ленина. Его преемники не стали подражать ему в этом [2]. Есть русское исследование стиля Сталина, где он уже сравнивается с Кантом и Платоном (Толстой и Ницше были захвачены Дуче). Адольф Гитлер, как известно, нисколько не жалуется на нехватку рвения своих последователей. Я не знаю, опубликованы ли в Румынии исследования стиля генерала Антонеску и было ли выявлено поразительное сходство между Квислингом и Шекспиром в Норвегии? Это, вероятно, не замедлит вскоре появиться. Но именно "дуче Бенито Муссолини", девять гласных, создали систему и само слово (Дуче -- Фюрер -- Вождь -- Каудильо -- Кондукэтор).

В предисловии к своей письменной биографии он сказал мадам Сарфатти: "... Я ненавижу тех, кто воспринимает меня как предмет своих трудов и выступлений, относятся ли они ко мне правильно или неправильно, всех ихя ненавижу одинаково". Это, пожалуй, самый наглый выпад против истины, который он когда-либо произносил. Бюджет на личную рекламу у него, кажется, большой.

Несомненно, "исторический час" еще не пришел к Муссолини, хотя часы идут достаточно быстро. Суд истории -- это суд историков, который меняется изо дня в день, и от места к месту. "История пишется беспартийными, они не согласны друг с другом, так как каждая партия имеет своих беспартийных". Но всегда приятно видеть, как разрушается, шатается и падает дешевый идол. Вместе с Троцким, Муссолини, пожалуй, самый зрелищный человек нашего времени. Оба этих эгоцентрика, довольно сильно отличавшиеся во всем остальном, проводили свою жизнь перед зеркалом истории. Тем не менее, это зеркало начинает становиться очень недружелюбно к фигуре дуче. Его наполеоновская маска также такой же совершенный прием, как котелок или походка Чарли Чаплина. Это, пожалуй, единственная комическая сторона разворачивающейся сейчас великой мировой трагедии, которая в итоге Бог знает, как закончится.

Просмотрите на письма и речи Муссолини, если у вас есть отвага: если есть что-то более утомительное, чем их содержание, так это стиль. Его предложения несколько однообразны: "Я говорю, что мы будем делать и мы делаем", "Мы хотим сделать и сделаем", "Мы хотим дать и даём". Этот неожиданный провал, пусть даже это и правда. Однако почти все оказалось ложью: он сделал только десятую часть того, что "хотел сделать". Выступления дуче, которые он оставит потомкам в количестве нескольких тысяч, содержат лишь банальности и рев. Тем не менее, мировая пресса всегда широко комментировала его речи. Она часто находила глубокий маккиавеллический смысл или его отсутствие, на вкус и мнение публициста.

Существует, однако, речь дуче, целиком проигнорированная в прессе, но являющаяся настоящей находкой для историков. Это неспроста: она не была опубликована, когда её произнес в фашистском Великом Совете в октябре 1938 года после Мюнхенской конференции. Муссолини начал со следующих слов: "В течение многих месяцев я много думал о выступлении, которое я собираюсь сделать. Оно останется неопубликованными в настоящее время, но я даю вам разрешение распространять его устно. Я умоляю уделить мне всё ваше внимание, потому что это очень важная речь. Неважно, прочитают ли это в течение недели, в течение двух недель или через двадцать лет".

"Через двадцать лет". Спасибо хоть, что не сказал "спустя сорок веков". Тем не менее, в преамбуле к тому, что Муссолини хотел выразить в этой речи к фашистской элите, присутствует глубина и искренность мышления. В этот раз не было цели "завоевать толпу", потому что не было никаких толп; только сановники режима, которым можно было бы рассказать всю правду и ничего кроме правды. Итальянские газеты того времени узнали на следующий день, что Муссолини выступил с очень важной речью в Совете. И только недавно фашистская газета "Иль Мундо" получила (Бог знает почему) разрешение опубликовать полный текст. Это связано с тем, что мы должны искать истинные мысли Дуче, в период, так сказать, большого царствования.

Муссолини начал с ударов на своих противников в 1938 (как всегда указываю дату, когда дело доходит до мнения великого человека). Удары наносились по буржуазии, евреям и англичанам: "В конце XVI года, я определил врага, врага нашего режима. Имя этого врага -- Буржуазия". В этом не было ничего нового, лишь рецидив. Известно, что первая программа фашистов, написанная Муссолини в 1919 году, включала упразднение банков и бирж (¶ 9), а также отмену всех дворянских титулов (¶ 4). Эта программа не помешала, кажется, дать потом пять миллионов приданого своей дочери Эдде, как недавно подсчитал её муж (г-н Чиано). Сами фашистские газеты недавно с гордостью провозгласили, что герцог заплатил 200 тысяч лир подоходного налога (от состояния в 10 млн.). Тем не менее, "врагом" буржуазия является. Ещё есть евреи: "Я говорил об арийской расе с 1921 года, всегда используя слово раса...". Далее приведены общие места антисемитской прессы. Дата (1921) как бы недвусмысленно намекает, что человек, точнее Человек (с большой буквы, как установил Маринетти), абсолютно ничего не должен Гитлеру: он сам сделал великое открытие. Замечу в скобках, он замечательный конспиратор: до 1937 Муссолини всегда был окружен евреями; они были среди министров и высокопоставленных лиц, как, например, Гвидо Юнг и Людовиче Мортара, среди генералов (одиннадцать человек во главе с Модена), среди адвокатов (три еврея из пятнадцати авторов новой Конституции Италии). Он имел знакомство с великим итальянским раввином Сакердоти и зарубежными евреями, такими как лорд Мелчетт, Теодор Вольф и Эмиль Людвиг, который с завидным провидением видел его в качестве посланника мира [3] и возможного основателя новой Европы [4]. Наконец, англичане: "Фунт обрушается. Монархия отрекается от престола. Флот остается на якоре в Александрии. И это Британская империя!". Слова, лишенные здравого смысла или просто ложные, потому что в английской монархии отрекся от престола Эдуард VII. (VIII?! -- С. П.)

Все это ни очень оригинально, ни особо интересно. Затем следует важная мысль об Империи. Здесь Муссолини начинает объяснять (очень подробно, ведь он не обязан нечего скрывать) результаты Мюнхенской конференции: "То, что произошло в Мюнхене колоссально. Я использую это слово, потому что она возникло вместе с нами. Другие лишь копируют у нас. Подумайте о Колизее. Это свершилось: конец большевизма в Европе, конец коммунизма в Европе, конец любого политического влияния России в Европе".

И немного дальше: "Хочу обратить ваше внимание на этот момент -- сегодняшний пангерманизм не имеет ничего общего с политическим из довоенных дней; сегодняшний пангерманизм -- строго расовый. В критический момент во время Мюнхенской конференции, Гитлер, разрушая созданное к настоящему моменту, резко сказал британским представителям: "Господа, не хочу никого, кроме немцев; и мне не нужен ни один чех, даже если бы он был из чистого золота".

Невероятно! Считалось, что, по крайней мере, итальянский спутник Гитлера был посвящен в секреты богов, что он знал истинные намерения фюрера и что на этом он строил собственную политику. Но нет, это не так! Муссолини видел в Мюнхенской конференции точно то же, что видели бедные Даладье и Чемберлен: Третий рейх будет лишь для судетских немцев, потому что Гитлер не нуждается в не-немцах; это гарантирует мир и окажет влияние на большевиков в Европе!

Оказывается, что, как и его английские и французские коллеги, Муссолини в Мюнхене гораздо сильнее заблуждался в политике Гитлера. О реальном мышлении фюрера дуче даже не подозревает, и это в 1938 году! То, что произошло в Мюнхене, стало для него сюрпризом. Чуть менее страшна, может быть, немецкая оккупация Австрии: Разве не он, 26 июля 1934, после убийства канцлера Дольфуса, телеграфировал вице-канцлеру "...Независимость Австрии, которую он защищал и во имя которой он пал, является принципом, который Италия всегда будет непримиримо отстаивать".

Бывшие лидеры западных демократий, и, в частности, покойный Невилл Чемберлен, по крайней мере, публично признали, что их обманули. Муссолини не мог этого сделать, даже если бы он хотел. Он так и не признал ни одной из своих ошибок: "Дуче всегда прав". Эта фраза отображается на всех итальянских стенах, и так, вероятно, дуче действительно и считает!

Это трагикомедия. Муссолини считал, серьёзно и самым искренним образом, что, как никто до этого, он был новым Юлием Цезарем, и его страна -- безусловно, самая очаровательная в мире -- обладала огромной военной мощью. Этот тезис он огласил в июне 1940 года. В своем выступлении в Palazzo Venezia, дуче сказал: " Nous entrons en guerre contre les dИmocraties ploutocratiques et rИactionnaires". "Мы идем на войну против плутократических и реакционных демократий. Пролетарская и фашистская Италия впереди уже в третий раз, сильная и гордая, не смотря ни на что. "Наш пароль -- побеждать!"". Читатель догадается об остальной части мысли: "И победим!"... Конечно.

Независимо от исхода войны, даже если Англия потерпит поражение, это произойдет лишь из-за Германии. И никто ничего не может поделать против очевидного факта: как итальянские кампании в Северной Африке, так и экспедиция в Албанию были провальны как с военной, так и с политической точки зрения. В последнее время мы неоднократно видели неудачи в искусстве войны. Но Гамелен, незадачливый Французский генералиссимус, имел по крайней мере на это оправдание: он имел дело с немецкой армией, а не с греческой. И, кроме того, он, как и его начальник, Даладье, находятся сейчас в тюрьме. Подготовка албанской политической кампании была не лучше. Муссолини не знал, что Греция подготовится. Он не знал, что англичане сразу захватят авиабазы, чем значительно приблизятся к Италии. Он не знал, что Гитлер со снисходительной презрением позволит бить итальянскую армию, чтобы показать своему другу, что без Германии тот бессилен. Но что же тогда он знал? Что его появление было предсказано Данте и Иоанном, а также чудесами в Албании, Тренте, Бардии и Бенгази? Баланс уже совершенно ясен: все победы одержаны немцами, все проигрыши подготовил, организовал, и даже осуществил Муссолини. Похоже, он планировал свое дело, когда однажды сказал, что более слабые страны в союзе с мощными странами в итоге используют их руки (оружие).

Всё сегодня оборачивается против него и его почитателей, всё его старое бахвальство, все "Средиземное озеро наше", и "20й век итальянского могущества", и "Дуче для вашего процветания", и "божественная натура" Дуче, и "политический необоримый гений" Дуче и "Ура!", "Гип-гип" и "Для нас!". Сегодня мы решительно не можем читать без улыбки об официальной публикации Муссолини своих диалогов с балкона Палаццо Венециа с "восторженной толпой": "Батальоны! В случае войны, будет ли что-то невозможное для вас?" "Нет!", восклицает восторженная толпа... В предисловии для книги Грациани "Южный фронт", он сказал: "Эта книга показывает, что нет ничего невозможного для итальянцев, при должном контроле и проникновении большим идеалом". Что же должен думать несчастный маршал, когда читает это предисловие? Поэтому ли он проявил меньшую гениальность в Ливии, чем когда-то в Эфиопии? Или дело в том, что менее приятно иметь дело с англичанами, чем с беспомощными против иприта эфиопами? Или "идеал" стал не такой свежий, как несколько лет назад?

Вдохновенным этот идеал никогда, кажется, не был. Незадолго до начала войны я был в Риме и видел дуче, кажется, на большом спортивном празднике. Он был на высоте своего успеха, он уже завоевал Эфиопию и "создал империю". Но огромная толпа аплодировала лишь после его появления и еще чуть-чуть после нескольких слов, которые он произнес. На следующий день все газеты напечатали, что его приветствовали "неописуемыми овациями". Вот почему я остаюсь (нрзб.), когда повторно читаю в редакции его речи с балкона, скоропись слов и скобок, например: "Легионеры прокричали, как один человек "Да!"", или "Чернорубашечники ответили единодушным "Нет!"", или, для разнообразия, "толпа воскликнул в один голос: "Мы готовы!"". В Италии у меня было отчетливое впечатление, что люди его не любят и что интеллектуалы ненавидят прессу.

Два видных итальянских эмигранта, знавшие его хорошо, говорили мне, что Муссолини был совсем незначительный человек: "во-первых без интеллекта и без личного мужества", отметил один из них, очень известный бывший министр. Анжелика Балабанова, которая была когда-то давним и близким соратником будущего дуче, уже прямо рассказала то же самое в письменной форме, правда, при этом совершила ошибку, предоставив очень нескромную информацию о его очень частной жизни.

Честно говоря, очень трудно признать правильность этих суждений. Муссолини, безусловно, умён, как и все диктаторы. Нет более расплывчатого понятия, чем "интеллект", в том смысле, мол, Толстой или Ницше умны, а Муссолини и Гитлер -- нисколько. Чтобы стать диктатором, необходимо сначала оказаться кандидатом в диктаторы, одобренным и провозглашенным его собственной партией, и это, пожалуй, самое трудное: Гитлер был единственным кандидатом от нацистов, но Геринг или Геббельс, наверное, тоже очень хотели бы быть кандидатами. Но он вытеснил остальных и навязал себя, что, безусловно, предполагает сильные качества воли и "интеллект" (в условном и политическом смысле этого слова). Про дуче можно сказать то же самое. Мы также не можем отрицать личное мужество. Что бы ни говорили, Муссолини был достойным солдатом во время Великой войны, он вынес множество атак и занял пост диктатора, далеко не в последнюю очередь благодаря своей физической храбрости.

Я далек от мысли, что у него столь же жестокий и кровожадный характер, как у Сталина или Гитлера. По сравнению с ними, он пролил намного меньше крови. У него нет в прошлом ни 30 июня 1934 (Мюнхенской резни), ни кровавых "чисток" диктатора в Москве. Категория людей, которую он ненавидит больше всего -- масоны и пацифисты (потому что никогда не был ни искренним антисемитом, как Гитлер, ни искренне антибуржуазным, как Ленин). Муссолини до сих пор не уничтожил каменщиков и мир в своей стране. Подобно Ансельмо, старому испанскому революционеру и хорошему парню из "По ком звонит колокол", он мог бы сказать: "Я убил. Несколько раз. Но без всякой охоты ... Я бы даже епископа не стал убивать".

Наиболее поразительная особенность его натуры -- страсть к зрелищности, принявшая угрожающие размеры. Он довел искусство жеста и любовь к себе до неизвестных доселе пределов даже на вершинах власти, театральных по природе, среди многих маленьких современных Неронов. Муссолини был анархистом, коммунистом, социалистом, цареубийцей [5], пожирателем священников и "личным врагом Иеговы" [6], подобно франко-немецкому революционеру Анахарсису Клотцу. Он стал диктатором, реакционером, защитником порядка и "глубоко убежденным католиком". Все его "глубокие убеждения" были захватывающими. Действия его правительства были всегда значительными.

Его первым "большим актом" был взрыв и временное занятие Корфу, в 1923 году, в отместку за убийство генерала Теллини. Он требовал репараций, компенсации 50 миллионов лир, и он получил их. Тем не менее, доставка стоила ему почти 300 миллионов долларов, и он спровоцировал слишком раннее соглашение между Грецией и Англии. 16 греческих детей было убито, но это был отличный жест престижа, весь мир говорил в течение нескольких дней о нём, Муссолини, "дуче со стальной душой".

Его последний "большой акт", объявление войны против демократий, нельзя, разумеется, объяснить только драматическими соображениями. Без сомнений, настало время для хорошей вечеринки. Однажды он написал о себе (в том месте, где необходимо было уделить внимание "скромности"), что в его жизни не было "ничего экстраординарного, ничего, что могло поразить воображение. Ни победоносной войны, ни исключительных приключений..." Это было сказано до Эфиопии и до Испании. Этих мелочей ему не хватало. Сегодня он достаточно поразил воображение, наконец, он обрел настоящую войну и приключения. Один из самых распространенных образов Муссолини представлен в виде "укротителя львов" со львом у его ног. Он приручил абиссинского "Льва Иуды". Но не мечтает ли он укротить британского льва?

Кто знает, это лев, пожалуй, и "приручен", к великому несчастью всего цивилизованного мира. В любом случае, Муссолини напрасно старается. По какой ошибке он верил в свою военную мощь? И как он мог подумать, что роль слуги Гитлера-победителя полностью зависит от благосклонности хозяина, и более выгодна для зеркала истории, чем равноправное партнерство в захватывающих играх мировых конференций: он ведь не был звездой в Мюнхене. "Первый в Риме", примет ли он по случаю роль второго в мире? Это было бы повышением. Но он и здесь ошибается. Австро-Венгрия, как известно, была "блестящим вторым" при Вильгельме II. Тем не менее, этой роли не существует в компании Гитлера, тем более, что союзник оказывается не очень "ярким/талантливым". В 1915 году у немцев было популярно изречение: "В чем плюс того, что австрийцы поддерживают нас? Разве в том, что у них есть лучший союзник". Но при этом австро-венгры воевали не против греков, но на два фронта, против двух великих держав. Если Англия победит, не будет никакого дуче. Но если Германия выиграет войну, Муссолини вряд ли будет иметь гораздо больший вес в мировой политике, чем любой Антонеску. Уже сегодня итальянцы с горькой иронией называют Гитлера "Дуче Дуче".

Период "эффектного мужчины" закончен, независимо от результата нынешней огромной катастрофы. Пушки генерала Уэйвелла снесли кумира. У Муссолини отныне выбор не больше чем между небытием и прихожей.


## Комментарии


[1] -- По его собственному признанию, Дуче был "не более двух раз в жизни в музее" (" tutti al piu due volte ").

[2] В нынешнем СССР девять городов получили имя Сталина при его жизни.

[3] "Психологические соображения привели меня к заключению, что римский правитель (Муссолини), несмотря на воинственный тенор многих его выступлений, был, вероятно, далек от того, чтобы лелеять планы войны" (Эмиль Людвиг : Переговоры с Муссолини, стр. 4).

[4] "Почему бы вам не основать Европу?" спрашивает М. Людвиг у Муссолини. "Наполеон пытался сделать так и так сделал Бриан. Но Бриан умер, и как ни парадоксально, мантия ложится на ваши плечи. Муссолини как основатель Европы: Вы могли бы стать ведущей фигурой ХХ века" (Там же, стр. 146/7).

[5] После убийства Столыпина, премьер-министра Николая II, Муссолини писал в "Лотта ди Классе": "Немезида правосудия ударила по нему и убила. Так и быть! Столыпин (подлый, зловещий и кровавый) заслужил свою судьбу. Россия пролетариев в восторге и ждет того дня, когда динамит распылит кости царя-батюшки, чьи руки красные от крови". Будущий Дуче также одобрил нападения (на?) "Виктора Савойского".

[6] Ранее он на конференции доказывал отсутствие Бога и атаковал "рабскую мораль Галилея". Он также написал роман "Дочь кардинала", направленный против духовенства.