# Внутреннее обозрение

Яков Васильевич Абрамов

## ВНУТРЕННЕЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Еслибы какой-нибудь иностранецъ вздумалъ знакомиться съ русскою жизнью, ограничиваясь исключительно нашими газетами, то онъ долженъ былъ бы придти къ тому заключенію, что въ данный моментъ самый главный и почти единственный вопросъ русской жизни составляетъ вопросъ о покровительственныхъ пошлинахъ. И дѣйствительно, за послѣднее время наши газеты были буквально затоплены статьями, замѣтками, сообщеніями, корреспонденціями, статистическими данными, имѣющими то или иное отношеніе къ покровительственнымъ пошлинамъ. Пошлины въ передовицахъ, пошлины въ хроникѣ, пошлины въ отдѣлѣ телеграммъ, пошлины во внутреннихъ извѣстіяхъ -- словомъ, пошлины всюду и вездѣ, съ перваго листа газетъ и до послѣдняго. Всѣ другіе вопросы русской жизни или исчезли совсѣмъ съ газетныхъ страницъ, словно этихъ вопросовъ и совсѣмъ не стало, или имъ удѣляется лишь небольшой закоулокъ на заднемъ дворѣ газетъ. Обвинять прессу въ такомъ положеніи вещей мы, конечно, не будемъ, тѣмъ болѣе, что и сами намѣрены побесѣдовать о покровительственныхъ пошлинахъ. Если не совсѣмъ вѣрно, что текущая литература есть отраженіе жизни, то безспорную истину составляетъ утвержденіе, что содержаніе литературы вполнѣ зависитъ отъ условій, которыми обставлена жизнь. Поэтому, если покровительственныя пошлины стоятъ въ настоящее время въ прессѣ на первомъ планѣ, а напримѣръ, о голодовкахъ въ Казанской губерніи и въ другихъ мѣстахъ проскальзываютъ только коротенькія извѣстія, то причины тому, очевидно, существуютъ серьёзныя. И намъ остается, отмѣтивши только фактъ поглощенія всѣхъ русскихъ вопросовъ вопросомъ о пошлинахъ, перейти и самимъ къ обсужденію этого вопроса.

Повидимому, вопросъ о покровительственныхъ пошлинахъ и есть то настоящее "дѣло", котораго такъ долго и такъ напрасно искали серьёзные люди. По крайней мѣрѣ, вопросомъ этимъ занялось въ настоящее время великое множество безусловно серьёзныхъ людей. О покровительственныхъ пошлинахъ толковали съѣзды и собранія углепромышленниковъ, сахарозаводчиковъ и фабрикантовъ; о нихъ ходатайствуютъ представители чуть не всѣхъ отраслей промышленности; ими заняты особая тарифная комиссія при министерствѣ финансовъ и другая спеціальная комиссія съ экспертами и свѣдущими людьми, образованная для рѣшенія вопроса о пошлинѣ на уголь; тѣже пошлины служатъ предметомъ занятій биржевыхъ комитетовъ и мануфактурныхъ совѣтовъ разныхъ мѣстностей Россіи; въ обществѣ содѣйствія промышленности и торговли пошлины -- самый модный вопросъ; наконецъ, пошлина на уголь попала, какъ это ни странно, даже въ общество архитекторовъ и тамъ вызвала самые горячіе дебаты, хотя, казалось бы, между архитектурой и каменнымъ углемъ можно найти развѣ только самое отдаленное соотношеніе.

Покровительственныя пошлины требуются на каменный уголь, на чугунъ, на сельскохозяйственныя машины, на уксусъ, на охру, на ткацкіе челноки, на кожи, на сало, на стеаринъ -- словомъ, на все, что добывается и производится въ недостаточномъ количествѣ нашими промышленниками и на чемъ послѣднимъ хочется получать побольше барышей. Возбужденіе вопроса о покровительственной пошлинѣ на тотъ или другой предметъ производится самымъ незатѣйливымъ образомъ. Имѣетъ, напримѣръ, какой-нибудь купецъ Ильинъ фабрику, которая занимается приготовленіемъ различныхъ токарныхъ издѣлій изъ дерева: челноковъ, бобинъ и т. п., употребляемыхъ при обработкѣ волокнистыхъ веществъ. Полагая, что существующая на заграничныя издѣлія этого рода таможенная пошлина въ 1 рубль 20 коп. недостаточно защищаетъ г. Ильина отъ конкурренціи иностранцевъ и, резонно разсудивъ, что, при возвышеніи таможенной пошлины, возвысятся и получаемые имъ барыши, сей разумный фабрикантъ обращается съ "докладомъ" въ общество содѣйствія торговли и промышленности и проситъ ходатайствовать о возвышеніи помянутой пошлины до пяти рублей. "Общество", конечно, относится сочувственно къ петиціи г. Ильина и принимаетъ ее единогласно, сбавивъ только, "въ интересахъ потребителей", просимую имъ цифру до 4 руб. 15 коп. Появляется, такимъ образомъ, ходатайство и возникаетъ вопросъ о защитѣ отечественной промышленности отъ иностранной конкурренціи при помощи покровительственной пошлины ("Русскія Вѣдомости", No 63).

Такимъ-то нехитрымъ путемъ возникаютъ всѣ эти "ходатайства" и "представленія" о наложенія охранительной помощи на тотъ или другой предметъ. Само собою разумѣется, что при возбужденіи подобныхъ ходатайствъ совсѣмъ умалчивается о барышахъ ходатайствующихъ, а рѣчь идетъ лишь о нуждахъ и интересахъ государства и о благосостояніи народныхъ массъ.. Государство, говорятъ ходатаи, должно придти на помощь промышленности. Оно обязано насадить эту промышленность путемъ покровительственной политики и защитить ее отъ иностранной конкурренціи при помощи покровительственныхъ пошлинъ, ибо только этимъ путемъ можетъ быть насаждено благосостояніе народа и Россія освободится отъ зависимости отъ иностранцевъ. Если же государство не поможетъ промышленности, то таковая погибнетъ, такъ какъ наша промышленность находится въ особо неблагопріятныхъ условіяхъ сравнительно съ заграничной и безъ охранительныхъ пошлинъ существовать не можетъ, а гибель промышленности отразится самымъ печальнымъ образомъ на народномъ благосостояніи.

Любопытно приглядѣться ближе къ этой аргументаціи. О благосостояніи народа мы говорить не будемъ, такъ какъ слишкомъ замѣтны бѣлыя нитки, которыми это благосостояніе пришито къ пошлинамъ. Къ тому же мы отчасти увидимъ ниже, какимъ благосостояніемъ пользуются наши рабочіе, имѣвшіе несчастіе попасть въ круговоротъ промышленности. О нашей зависимости отъ иностранцевъ тоже не стоитъ распространяться, такъ какъ подобнаго рода аргументы потеряли всякій кредитъ уже съ тѣхъ поръ, какъ чистокровный либералъ, г. Полетика, хлопоча о пошлинѣ для защиты издѣлій своего завода, съ паѳосомъ ораторствовалъ о томъ, что при помощи этой пошлины "мы встрѣтимъ врага русской грудью и русскимъ желѣзомъ". Но за то не мѣшаетъ остановиться на вопросѣ о неблагопріятныхъ условіяхъ, которыя будто бы мѣшаютъ развиться нашей промышленности. Въ чемъ же состоятъ эти неблагопріятныя условія?

Отвѣтъ на этотъ вопросъ мы находимъ въ одной московской газетѣ. "Постройка всякихъ фабрикъ у насъ, по климатическимъ условіямъ, обходится дороже заграничнаго, говоритъ газета:-- приходится строить солиднѣе, тратить много на систему отопленія, строить помѣщенія для рабочихъ, чего за-границей, за рѣдкими исключеніями, почти не требуется, приходится выписывать изъ-за-границы, или изъ Финляндіи, машины, причемъ иностранцы за все, что мы не можемъ сдѣлать у себя дома, не стѣсняются (!) брать непомѣрно дорого; затѣмъ доставка тяжелыхъ машинъ при большихъ разстояніяхъ, по желѣзнымъ и грунтовымъ дорогамъ, сильно возвышаетъ стоимость устройства фабрикъ. По тѣмъ же причинамъ, доставка выработаннаго товара на мѣста сбыта обходится тоже недешево. Мастера и рабочіе у насъ обходятся дороже, чѣмъ за-границей, а работаютъ хуже; кромѣ того, по случаю множества праздниковъ, рабочихъ дней въ году значительно менѣе заграничнаго".

Аргументація, какъ видитъ читатель, очень любопытная. Въ неуспѣхахъ нашей промышленности оказываются виноватыми и климатъ, и коварные иностранцы, не стѣсняющіеся брать дорого за машины, и, наконецъ, какъ неизбѣжный элементъ, дороговизна рабочей силы и лѣность рабочихъ. Легковѣсность всѣхъ этихъ аргументовъ слишкомъ ясна. Если фабриканты даютъ рабочимъ помѣщеніе, то за это они или соотвѣтственно понижаютъ заработную плату, или получаютъ съ рабочихъ квартирную плату, какъ и всякій домовладѣлецъ, причемъ иногда рабочія помѣщенія служатъ однимъ изъ серьёзныхъ источниковъ доходовъ для гг. Фабрикантовъ. Скрашивается, почему же, при подобномъ положеніи вещей, устройство рабочихъ помѣщеній является неблагопріятнымъ условіемъ для гг. промышленниковъ? Недостаетъ только, чтобы фабриканты и заводчики стали жаловаться на то, что имъ приходится устраивать при своихъ заведеніяхъ лавки, откуда обязательно снабжаются всѣмъ необходимымъ рабочіе съ надбавкою на цѣнѣ товаровъ, примѣрно процентовъ въ 50. Не менѣе забавны жалобы на дороговизну выписываемыхъ изъ-за границы машинъ. Если эти машины слишкомъ дороги, то съ какой же стати, "въ интересахъ русской промышленности", представители этой промышленности требовали и требуютъ таможенныхъ пошлинъ на привозимыя изъ за-границы машины? Вѣдь тогда эти машины не подешевѣютъ, а еще вздорожаютъ. Но всего лучше, безъ сомнѣнія, ссылка на дороговизну рабочихъ рукъ и на то, что у насъ "рабочихъ дней въ году значительно менѣе заграничнаго". На этотъ счетъ мы имѣемъ очень любопытныя данныя, опубликованныя г. Янжуломъ во 2 мъ No "Вѣстника промышленности", новаго, появившагося въ настоящемъ году журнала.

Г. Янжулъ, членъ вновь учрежденной фабричной инспекціи, осмотрѣлъ по своей обязанности 158 наиболѣе выдающихся промышленныхъ заведеній Московской губерніи, представляющихъ собою 24 различныхъ производства. Оказалось, что общихъ всѣмъ фабрикамъ праздниковъ, кромѣ воскресеній, имѣется лишь 19; а за тѣмъ къ этимъ праздникамъ каждая фабрика прибавляетъ свои дни, празднованіе которыхъ обусловливается мѣстными особенностями, и число которыхъ различно для каждой фабрики. Въ среднемъ же выводѣ на каждую фабрику приходится 27.6 праздничныхъ дней (кромѣ воскресеній). Если принять во вниманіе, что табельныхъ дней въ году насчитывается 37, то окажется, что дней, празднуемыхъ фабричными рабочими, будетъ почти на десять менѣе того числа свободныхъ дней, которыми пользуются у насъ всѣ учебныя заведенія и присутственныя мѣста. Если теперь обратимся для сравненія къ Англіи, то найдемъ, что тамъ фабричный законъ устанавливаетъ обязательнымъ празднованіе фабриками Рождества и Великой Пятницы и кромѣ того 8 полупраздниковъ или 4 праздника въ году по уговору съ фабрикантомъ. Затѣмъ англійскій рабочій каждую субботу работаетъ только полдня, до 12 1/2 -- 2 часовъ по полудни; получается такимъ образомъ еще 52 полупраздника или 26 праздниковъ. А всего англійскій рабочій пользуется полными 32 свободными отъ работы днями, не считая воскресеній, стало быть, наши рабочіе трудятся нетолько не меньше, но даже на 4 1/2 дня въ году работаютъ больше своихъ англійскихъ собратій. Но этого мало. Извѣстно, съ какою строгою щепетильностью празднуютъ англичане воскресенья; точно также всѣ полупраздники англійскіе рабочіе остаются безусловно свободными отъ работы. У насъ дѣло стоитъ совсѣмъ иначе: сплошь и рядомъ, особенно на большихъ промышленныхъ заведеніяхъ, работы оканчиваются лишь въ 4--6 часовъ утра праздничнаго или воскреснаго дня; а на другихъ заведеніяхъ, наоборотъ, работа начинается съ вечера праздника. Наконецъ, надо не забывать и того, что въ Англіи рабочій день равняется 10 часамъ, тогда какъ на нашихъ промышленныхъ заведеніяхъ онъ, по изслѣдованію г. Янжула, имѣетъ въ среднемъ выводѣ 12 1/2 часовъ, растягиваясь иногда даже до 18-ти часовъ. Такимъ образомъ, наши промышленники всего менѣе имѣютъ поводовъ жаловаться на краткость нашего рабочаго года и въ этомъ отношеніи они находятся нетолько не въ неблагопріятныхъ условіяхъ, но даже обставлены благопріятно, съ излишнею роскошью, которую давно не мѣшало бы сократить законодательнымъ путемъ.

Еще менѣе основаній имѣютъ промышленники жаловаться на дороговизну рабочихъ рукъ. Всѣмъ болѣе или менѣе извѣстно, что трудъ у насъ оплачивается весьма низко, но далеко не всѣ знаютъ, до какой степени ничтоженъ заработокъ нашихъ рабочихъ сравнительно съ заработкомъ ихъ заграничныхъ товарищей. Г. Янжулъ, собравши свѣдѣнія о заработной платѣ на московскихъ фабрикахъ, сопоставляетъ заработки рабочихъ хлопчатобумажнаго производства, одного изъ наиболѣе покровительствуемыхъ таможенными пошлинами, съ соотвѣтствующими заработками рабочихъ того же производства въ Америкѣ и Англіи. Сопоставленіе получается очень поучительное. Именно, въ то время, какъ въ Америкѣ рабочій-мужчина получаетъ въ хлопчато бумажномъ производствѣ 64 1/2 рубля, въ Англіи46 1/2 руб., а въ Россіи только 15 руб.; женщины получаютъ въ Америкѣ 35 руб., въ Англіи 23 1/2 и въ Россіи -- 9 1/2. Такимъ образомъ американскіе рабочіе получаютъ на 400%, а англійскіе на 300% болѣе русскихъ. Такіе результаты получаются, если брать во вниманіе просто дневную заработную плату, не обращая вниманія на длину рабочаго дня. Но такъ какъ рабочій день американскаго и англійскаго рабочаго на 25% короче рабочаго дня на русскихъ фабрикахъ, то при сравненіи часоваго заработка русскаго и заграничнаго рабочаго контрастъ получится еще сильнѣе... Не правда ли, какъ основательны жалобы промышленниковъ на то, что дороговизна рабочей силы препятствуетъ имъ конкуррировать съ заграничными товарами?!.

Такимъ образомъ, вся аргументація гг. промышленниковъ, на которой они хотятъ обосновать свое право на какое-то особенное покровительство со стороны государства, оказывается совершенно несостоятельною. Это обстоятельство, однако, не исключаетъ существованія фактовъ привоза въ Россію громаднаго количества заграничныхъ издѣлій и успѣшности конкурренціи этихъ издѣлій съ русскими. Въ чемъ же нужно искать объясненія этихъ фактовъ?

А дѣло очень просто. Съ одной стороны, наша промышленность крайне молода; большинство производствъ появилось лишь въ послѣдніе 30--40 лѣтъ. Неудивительно, что наша промышленность еще не развилась до такихъ размѣровъ, чтобы удовлетворять вполнѣ спросу внутренняго рынка. А съ другой стороны, причиною успѣшности конкурренціи продуктовъ заграничной промышленности съ продуктами русской является стремленіе нашихъ капиталистовъ получать такіе громадные барыши, подобные которымъ и присниться не могутъ западно-европейскимъ промышленникамъ. Въ самомъ дѣлѣ, любопытно знать, какой процентъ получаютъ наши промышленники на свой капиталъ? Что этотъ процентъ далеко не равняется тѣмъ скромнымъ 5%, которыми довольствуется промышленный капиталъ на Западѣ, объ этомъ и говорить нечего. Но все же какъ великъ этотъ %? Любопытный отвѣтъ на этотъ вопросъ даетъ г. Менделѣевъ. Основываясь на массѣ данныхъ, извлеченныхъ имъ "изъ прямыхъ свѣдѣній практиковъ и изъ разсчетовъ, на нихъ основанныхъ", данныхъ, полученныхъ имъ въ 1882 году, когда на выставкѣ и двухъ съѣздахъ промышленности и торговли "ему пришлось сразу узнать современное положеніе многихъ нашихъ фабрично-заводскихъ дѣлъ", онъ приходитъ къ тому заключенію, что промышленныя дѣла, "въ цѣлой массѣ предпріятій, при правильномъ ихъ веденіи, давали бы не меньше 50% дохода". ("Вѣстникъ промышленности", No 2. О возбужденіи промышленнаго развитія Россіи, стр. 13). Вотъ норма барышей, къ которой стремятся наши промышленники и ради достиженія которой они такъ стараются насадить "правильный" порядокъ вещей, т. е. навалить на иностранные товары самыя необыкновенныя пошлины и этимъ путемъ захватить въ свои руки монопольное снабженіе товаромъ русскаго рынка. Что указанная г. Менделѣевымъ норма барышей промышленниковъ не есть что-либо произвольное, а соотвѣтствуетъ фактамъ дѣйствительности, достаточнымъ ручательствомъ тому является компетентность г. Менделѣева. Да и помимо того, мы имѣемъ положительные факты, подкрѣпляющіе утвержденіе г. Менделѣева. Такъ, "Докладная Записка уполномоченныхъ XIII съѣзда горнопромышленниковъ юга Россіи", въ которой гг. горнопромышленники старались разжалобить правительство описаніемъ своего бѣдственнаго положенія, утверждаетъ, что 15% чистаго дохода составляютъ minimum, при которомъ только стоитъ работать; слѣдовательно нормальный доходъ долженъ быть несравненно выше. Еще болѣе любопытныя указанія даетъ намъ практика сахароварныхъ товариществъ. Именно акціонеры этихъ товариществъ получили слѣдующіе дивиденды за прошлый, 1883 г., считающійся у сахарозаводчиковъ полнымъ бѣдствій, подъ вліяніемъ которыхъ сахарозаводчики тоже просятъ у правительства разныхъ покровительствъ: акціонеры строгановскаго товарищества получили въ дивидендъ 35%, Кіевскаго -- 30%, Соболевскаго -- 40%, Чарножинскаго -- 30% и Ходорковскаго -- 35% ("Русскія Вѣдомости", No 53). Не правда ли, барыши безобидные? Но и кромѣ этихъ цифръ, можно указать на факты болѣе общаго характера. Кто, напримѣръ, незнаетъ блестящей судьбы хлопчатобумажнаго производства и сахароваренія? Въ какіе-нибудь 30 лѣтъ эти двѣ отрасли промышленности изъ ничего превратились въ промышленныхъ гигантовъ съ сотнями милліоновъ рублей оборота, причемъ предпріятія, имѣвшія въ началѣ этого періода ничтожный оборотный капиталъ, въ концѣ -- стали обладать милліонами. Ясно, что такое превращеніе могло произойти только при барышахъ не менѣе указанной г. Менделѣевымъ нормы. Тоже можно сказать и относитольно многихъ другихъ отраслей промышленности, напримѣръ, производства сельскохозяйственныхъ машинъ. Для примѣра укажу на недавно напечатанную въ "Правительственномъ Вѣстникѣ" (No 58) исторію существующаго въ селѣ Хортицѣ, Екатеринославской губерніи, завода сельско-хозяйственныхъ машинъ и орудій Ленпа и Вальмана. Заводъ этотъ основанъ въ концѣ 50-хъ годовъ поселяниномъ Петромъ Ленномъ, обладавшимъ весьма ограниченными матеріальными средствами, и былъ сначала просто ничтожною мастерскою, въ которой Леппъ выдѣлывалъ плуги, ручныя вѣялки и соломорѣзки. Теперь, менѣе чѣмъ чрезъ 30 лѣтъ, обороты завода простираются до 300,000 рублей.

Всѣ эти факты ясно показываютъ въ чемъ заключается причина дороговизны продуктовъ русской промышленности, дороговизны, препятствующей имъ выдерживать конкурренцію съ произведеніями заграничной промышленности, довольствующейся несравненно меньшимъ процентомъ на затраченный капиталъ. И потому, если наши промышленники дѣйствительно заботятся о благѣ Россіи, какъ они о томъ заявляютъ, и если благо Россіи, совпадаетъ съ устраненіемъ съ русскаго рынка заграничныхъ произведеній, то гг. промышленники легко могутъ достигнуть этого, безъ всякихъ покровительственныхъ пошлинъ: стоитъ только отказаться отъ безумныхъ барышей и довольствоваться такимъ же процентомъ на капиталъ, какимъ довольствуются промышленники Европы...

Но, конечно, несравненно пріятнѣе оставаться при прежнихъ барышахъ и ходатайствовать о наложеніи пошлинъ на продукты иностранной промышленности. Такъ это и дѣлается. При этомъ, такъ какъ интересы представителей разныхъ отраслей промышленности не только не совпадаютъ, но часто бываютъ прямо противоположны другъ другу, то возбуждаемыя ходатайства носятъ крайне разнообразный характеръ и часто бываютъ совершенно противорѣчивы. Сообразно съ этимъ и благо Россіи, въ интересахъ котораго ходатайствуютъ промышленники, принимаетъ то тотъ, то другой видъ. Такъ, въ устахъ углепромышленниковъ благо Россіи совпадаетъ съ наложеніемъ пошлинъ на иностранный уголь, а для представителей промышленности петербургскаго, прибалтійскаго, черноморскаго и нѣкоторыхъ другихъ районовъ, которымъ несравненно выгоднѣе имѣть дешевый иностранный уголь, чѣмъ дорогой русскій, благо Россіи есть свободный ввозъ въ нее иностраннаго угля. И такъ бываетъ всегда: наложеніе запретительной или охранительной пошлины на какой-либо продуктъ иностранной промышленности, будучи выгодно для однихъ, всегда убыточно для другихъ. При этомъ нужно только различать два случая: если пошлина налагается на предметъ непосредственнаго потребленія, то страдаютъ потребители, платящіе за него дороже прежняго, а выигрываютъ промышленники, къ которымъ переходитъ монополія снабженія даннымъ предметомъ внутренняго рынка; если же пошлина падаетъ на продуктъ, не служащій для непосредственнаго потребленія, а играющій ту или другую роль при производствѣ новыхъ продуктовъ, то, кромѣ потребителей, страдаетъ и производство, и пошлина, въ этомъ случаѣ, расширяя одну отрасль промышленности, соотвѣтственно сокращаетъ другую отрасль. Къ концу концовъ всегда получается общій убытокъ и частная польза. Для примѣра посмотримъ, какіе результаты имѣла бы пошлина на ввозимые къ намъ изъ-за границы каменный уголь, чугунъ и сельскохозяйственныя машины.

Англійскій уголь у насъ такъ дешевъ, что онъ можетъ конкуррировать съ русскимъ даже въ Москвѣ. Что же касается Петербурга, Риги, Одессы и т. д., то сюда русскій уголь и показаться не можетъ, въ виду дешевизны англійскаго. Такая дешевизна англійскаго угля объясняется незначительною стоимостью провоза его въ наши порты изъ Англіи. Наложеніе на англійскій уголь пошлины несомнѣнно сократитъ его потребленіе у васъ и привозъ и дастъ значительные барыши нашимъ углепромышленникамъ. Но вмѣстѣ съ тѣмъ эта пошлина отразится самымъ неблагопріятнымъ образомъ на нашей хлѣбной промышленности. Дѣло въ томъ, что англійскій уголь привозятъ къ намъ тѣ суда, которыя приходятъ къ намъ за хлѣбомъ и которыя берутъ уголь въ видѣ баласта. Такимъ образомъ, стоимость двойнаго рейса судовъ изъ Англіи въ наши порта и обратно дѣлится между хлѣбомъ и углемъ. Съ сокращеніемъ же или прекращеніемъ привоза англійскаго угля, когда суда, приходящія къ намъ за хлѣбомъ, будутъ привозить въ видѣ баласта песокъ, стоимость двойнаго рейса всецѣло падетъ на хлѣбъ. А это илк вызоветъ возвышеніе цѣны на вывозимый хлѣбъ и, стало быть, сократитъ его вывозъ, что прямо противорѣчитъ всеобщему стремленію увеличить этотъ вывозъ, или, оставивъ цѣну хлѣба въ прежнемъ размѣрѣ (что будетъ скорѣе, такъ какъ вывозить хлѣбъ заставляетъ насъ неизбѣжная необходимость), понизитъ долю, которую получаетъ изъ этой цѣны производитель хлѣба. Таковъ будетъ одинъ результатъ наложенія пошлины на уголь. Но этимъ дѣло не ограничится. Промышленность петербургскаго, прибалтійскаго, черноморскаго, а въ значительной степени и центральнаго московскаго районовъ, работающая нынѣ на дешевомъ англійскомъ углѣ, съ вздорожаніемъ этого топлива, принуждена будетъ значительно сократить свои размѣры, а вмѣстѣ съ тѣмъ увеличить расходы и на остающееся производство. Произойдетъ, такимъ образомъ, съ одной стороны, всеобщее вздорожаніе продуктовъ промышленности, а съ другой -- оставленіе безъ работы значительнаго числа рабочихъ. Послѣднее обстоятельство служитъ болѣе, нежели достаточнымъ противовѣсомъ той выгодѣ, которая, по словамъ углепромышленниковъ, произойдетъ отъ привлеченія рабочихъ силъ къ расширяющейся съ наложеніемъ пошлины каменноугольной промышленности.

Аналогичные результаты будетъ имѣть и наложеніе пошлины на привозный чугунъ.

Обложеніе пошлиною привозимыхъ изъ-за границы сельскохозяйственныхъ машинъ и орудій отразится самымъ печальнымъ образомъ на всемъ нашемъ сельскомъ хозяйствѣ. Странное дѣло! Сколько у насъ говорилось о первобытности нашей земледѣльческой культуры, о необходимости введенія улучшенныхъ пріемовъ обработки земли и т. д. И дѣйствительно, для Россіи, какъ страны по преимуществу земледѣльческой, вопросъ о земледѣльческой культурѣ вопросъ громадной важности. И вотъ, лишь только въ этой культурѣ появились нѣкоторыя улучшенія, лишь только началось замѣтное распространеніе улучшенныхъ земледѣльческихъ орудій, какъ немедленно забываются всѣ толки о необходимости улучшеній въ сельскомъ хозяйствѣ и этимъ улучшеніямъ становится новое препятствіе въ угоду владѣльцамъ русскихъ заводовъ сельскохозяйственныхъ машинъ. Потребность въ улучшенныхъ орудіяхъ земледѣльческаго производства все болѣе и болѣе увеличивается. Русскіе заводы не могутъ удовлетворить и половины этой потребности. Такимъ образомъ привозъ сельскохозяйственныхъ орудій изъ-за границы съ каждымъ годомъ ростетъ. Такъ въ 1879 году было привезено сельскохозяйственныхъ машинъ и орудій на 3.999,863 рубля, въ 1880 г.-- на 5.602,432 руб., въ 1881 г.-- на 7.948,066 руб. и въ 1882 г. на сумму до 9 милліоновъ рублей ("Рус. Кур., No 74). Наложеніе пошлины сократитъ ввозъ, а стало быть и распространеніе улучшенныхъ орудій и, такимъ образомъ, будетъ имѣть самые печальные результаты для нашего хозяйства. Конечно, гг. заводчики говорятъ, что съ прекращеніемъ иностранной конкурренціи они расширятъ производство своихъ заведеній и такимъ образомъ потребность страны въ улучшенныхъ земледѣльческихъ орудіяхъ не останется безъ удовлетворенія. Но, во 1-хъ, когда-то еще производство русскихъ заводовъ расширится до уровня потребности страны въ улучшенныхъ орудіяхъ, а до тѣхъ поръ наше сельское хозяйство должно будетъ нести громадныя потери, довольствуясь первобытною техникою; а, во 2-хъ, если иностранныя машины имѣютъ сбытъ на русскомъ рынкѣ, то это значитъ, что онѣ дешевле машинъ русскаго издѣлія. Отсюда -- вздорожаніе сельскохозяйственныхъ орудій съ введеніемъ пошлины, а, стало быть, и уменьшеніе ихъ доступности населенію.

Но быть можетъ, съ увеличеніемъ добыванія угля и производства чугуна, сельскохозяйственныхъ машинъ и т. д., вызваннымъ введеніемъ пошлины на заграничные продукты, постепенно, въ силу конкурренціи внутреннихъ производителей, упомянутые продукты удешевятся и, такимъ образомъ, зло, причиненное покровительственными пошлинами, до извѣстной степени будетъ ослаблено. Промышленники, ходатайствующіе о пошлинахъ, очень напираютъ на это обстоятельство и даже основываютъ на немъ одинъ изъ пунктовъ своей аргументаціи въ пользу введенія пошивъ. Но ближайшее разсмотрѣніе дѣла ясно показываетъ, что всѣ надежды на удешевленіе продуктовъ послѣ введенія пошлинъ совершенно химеричны.

Возьмемъ для примѣра опять каменный уголь. Гг. углепромышленники вполнѣ увѣрены, что, съ наложеніемъ пошлины на англійскій уголь, русскій уголь подешевѣетъ. "Московскія Вѣдомости", взявшія подъ свое покровительство углепромышленниковъ, тоже увѣряютъ, что "при увеличеніи разработки каменнаго угля цѣна на этотъ продуктъ будетъ постепенно понижаться, минеральное топливо будетъ дешевѣть, вслѣдствіе конкурренціи между производителями" (No 77). Но если обратимся къ цифровымъ даннымъ, приводимымъ углепромышленниками и защитниками ихъ интересовъ, то увидимъ, что эти господа какъ нельзя лучше побиваютъ себя своими же данными. Вотъ какъ описываютъ углепромышленники свое бѣдственное положеніе ("Докладная записка уполномоченныхъ VIII съѣзда горнопромышленниковъ Юга {}. Англійскій уголь, благодаря благопріятнымъ условіямъ, которыми онъ обставленъ, можетъ продаваться въ Петербургѣ по 12 копеекъ, а въ Москвѣ отъ 18--19 коп. за пудъ. Между тѣмъ минимальная цѣна русскаго угля опредѣлится въ тѣхъ же пунктахъ слѣдующимъ образомъ: стоимость донецкаго угля на мѣстѣ добыванія, съ погашеніемъ капитала и покрытіемъ расходовъ на администрацію, равняется minimum 4 коп. за пудъ; доставка къ станціямъ желѣзныхъ дорогъ -- 1 коп: аренда, храненіе угля на складахъ -- 0,5 коп. съ пуда; налоги -- 1 коп.; минимальная прибыль въ 15% -- 1 коп.; провозъ до Москвы по желѣзнымъ дорогамъ (по 1/70 коп. съ пудоверсты) -- отъ 15 до 16 1/2 коп.; слѣдовательно, донецкій уголь не можетъ, безъ убытка продаваться въ Москвѣ дешевле 22 1/2 --24 коп., а въ Петербургѣ, стало быть, этотъ уголь будетъ стоить болѣе 30 коп. за пудъ. Такимъ образомъ, съ прекращеніемъ привоза анлійскаго угля, Москва будетъ платить за это минеральное топливо, вмѣсто 18 коп. 23, а Петербургъ вмѣсто 12--30 коп. Это будетъ ближайшимъ результатомъ введенія пошлины. Никакого удешевленія отъ "конкурренціи производителей" затѣмъ произойти не можетъ, такъ какъ, по собственнымъ же словамъ гг. углепромышленниковъ, опредѣляя цѣну своего угля въ 22 1/2 -- 24 коп. въ Москвѣ, они принимали всѣ неизбѣжные расходы въ минимальномъ размѣрѣ. А разъ всѣ перечисленые расходы минимальные, разъ они не могутъ быть уменьшены, какъ же мо жетъ продаваться уголь дешевле означенной цѣны? Неужели углепромышленники изъ патріотизма станутъ продавать уголь себѣ въ убытокъ? Да еслибы они и возгорѣлись такимъ патріотическимъ желаніемъ, все же имъ невозможно будетъ продавать въ Петербургѣ по 12 к. уголь, который стоитъ на желѣзнодорожныхъ станціяхъ донецкаго района 7 1/2 коп. При такой торговлѣ всѣ копи на другой же годъ закроются. Никакъ нельзя провезти пудъ угля съ Донца въ Петербургъ за 4 1/2 коп., какъ бы ни былъ пониженъ желѣзнодорожный тарифъ. Да, наконецъ, если дѣло состоитъ въ пониженіи провозной платы, тогда не зачѣмъ прибѣгать и къ пошлинѣ на заграничный уголь. Словомъ, какъ ни разбирать дѣло, а всѣ увѣренія о томъ, что русскій уголь подешевѣетъ съ прекращеніемъ привоза англійскаго, рѣшительно ни на чемъ не основаны и пущены въ ходъ только для обморочиванія публики...

Въ концѣ-концовъ, выводъ изъ всего этого тотъ, что покровительственныя пошлины приносятъ пользу только гг. промышленникамъ, а для населенія убыточны. Приносить же интересы населенія въ жертву выгодамъ промышленниковъ рѣшительно нѣтъ никакихъ резоновъ, какъ бы промышленники ни вопили о своемъ "угнетенномъ" положеніи. Жалобы эти, въ виду огромныхъ барышей, которые получаются нашими промышленниками и подобныхъ которымъ нѣтъ нигдѣ въ Европѣ, просто смѣшны. Мы видѣли, напр., какіе высокіе дивиденды получили въ началѣ нынѣшняго года акціонеры сахароварныхъ товариществъ; и представьте себѣ, что эти господа тоже жалуются на то, что они "угнетены". Именно въ то самое время, когда сахаропромышленники дѣлили свои ужасающіе барыши, они заговорили о "кризисѣ", угнетающемъ сахарную промышленность (I), и стали ходатайствовать о мѣрахъ противъ этого "кризиса". Именно, они ходатайствуютъ: 1) о разрѣшеніи учрежденія при кіевскомъ биржевомъ комитетѣ синдиката для "регулированія" цѣнъ на сахаръ на случай паденія ихъ и 2) объ увеличеніи акциза на 10 коп. съ пуда сахару и отчисленіи этого сбора въ распоряженіе синдиката для образованія фонда, изъ котораго покрывались бы убытки (сахарозаводчиковъ и спекулянтовъ сахаромъ, разумѣется) при вывозѣ сахара за-границу. Не правда ли, коротко и ясно? "Дѣло въ томъ, говоритъ по поводу этого оригинальнаго ходатайства "угнетенныхъ" промышленниковъ "Новое Время" (No отъ 10-го марта):-- что "бѣдненькіе" сахарозаводчики и спекулянты во время послѣдней сахарной горячки загребли нѣсколько десяткомъ милліоновъ съ русскихъ потребителей и, боясь теперь, при паденіи цѣнъ на сахаръ (хотя это "паденіе" всего менѣе можетъ быть признано паденіемъ цѣны, такъ какъ послѣдняя и теперь превышаетъ вдвое стоимость сахара за-границей, добавимъ мы отъ себя) -- потерять частичку награбленнаго, обращаются къ правительству съ мольбой разрѣшить имъ, на случай если цѣны упадутъ еще ниже, устроить ни больше ни меньше, какъ стачку. Ибо что такое, въ сущности, это "урегулированіе цѣнъ", какъ не стачка? Какимъ другимъ способомъ можно регулировать цѣны? Представьте себѣ, что цѣны понизились, хотя бы отъ того, что сахару произведено больше, чѣмъ требуется на рынкѣ. Что же дѣлаетъ синдикатъ для поднятія цѣнъ? Онъ отправляетъ весь излишекъ сахара за границу, продаетъ его тамъ по баснословно дешевой цѣнѣ и такимъ образомъ, освободивъ русскій рынокъ отъ излишка, поднимаетъ цѣны до какихъ угодно размѣровъ, а убытки, понесенные на вывезенномъ за-границу сахарѣ, пополняются хитро изобрѣтенной 10 к. съ пуда пошлиной, ибо образованный этимъ способомъ фондъ съ производимыхъ ежегодно въ Россіи 18--20 милл. пудовъ сахару можетъ простираться отъ 1,800,000 до 2,000,000 руб. въ годъ. Фондъ очень почтенный. Правда, фондъ этотъ образуется изъ взносовъ самихъ сахарозавоздчиковъ, но это только такъ кажется; на самомъ же дѣлѣ эти 2 милліона приплатятъ потребители, такъ какъ синдикатъ при "регулированіи цѣнъ" не забудетъ конечно и 10-копеечной добавочной пошлины. Вотъ въ этомъ вся "хитрая механика" проектируемаго синдиката". Къ этому можно добавить, что сахарная промышленность принадлежитъ къ числу наиболѣе покровительствуемыхъ нашею таможенною политикою...

Надо вообще замѣтить, что наша политика покровительства промышленности то путемъ правительственныхъ заказовъ и субсидій, то путемъ охранительныхъ пошлинъ до сихъ поръ не принесла ничего добраго. Печальныя же послѣдствіе этой политики слишкомъ очевидны. Искуственное возбужденіе организовало нашу промышленность самымъ удивительнымъ образомъ. Большинство нашихъ промышленныхъ заведеній существуетъ не вблизи мѣстъ добычи сырья или рынковъ сбыта, а вдали отъ тѣхъ и другихъ, часто отстоя отъ нихъ на тысячеверстное разстояніе. Понятно, что двойной провозъ сырья къ промышленнымъ заведеніямъ и готовыхъ издѣлій къ мѣсту сбыта чрезвычайно возвышаетъ стоимость продуктовъ нашей промышленности. При естественномъ ходѣ вещей такой крайне убыточный для общей экономіи страны порядокъ вещей давно бы измѣнился и наша промышленность должна бы перемѣстить свои центры сооотвѣтственно интересамъ всей страны. Но, благодаря искуственной поддержкѣ, уродливая организація промышленности продолжаетъ существовать.

Другое печальное явленіе нашей промышленности является слѣдствіемъ неравномѣрнаго распредѣленія благъ покровительства между различными ея отраслями. Нѣкоторыя отрасли промышленности почему то находятся въ особенномъ фаворѣ и пользуются предпочтительнымъ покровительствомъ. Въ такія покровительствуемыя производства помѣщаются капиталы предпочтительно передъ всѣми прочими отраслями промышленности, что отражается угнетающимъ образомъ на общемъ состояніи промышленныхъ дѣлъ и ведетъ къ расширенію покровительствуемыхъ производствъ до излишнихъ размѣровъ. Прекраснымъ образчикомъ такихъ искуственно созданныхъ отраслей промышленности является хлопчато-бумажное производство. Это экзотическое растеніе нашей промышленности лелѣялось самымъ заботливымъ образомъ и дѣйствительно разрослось, наконецъ, до такихъ гигантскихъ размѣровъ, что продуктовъ его стало некуда дѣвать. Тогда пришлось искуственно создавать рынки. Оказалось необходимымъ двинуться въ центральную Азію, чтобы захватить тамъ эти рынки. Пришлось закрыть закавказскій транзитъ и лишить значительнаго заработка мѣстное населеніе, чтобы только дать возможность московскимъ ситцамъ идти въ Персію. Эта "потребность" московскихъ ситцевъ отражается самымъ печальнымъ образомъ какъ на дѣлахъ общегосударственныхъ, такъ и на интересахъ отдѣльныхъ мѣстностей, которыя казалось бы никакого отношенія ни къ ситцу, ни къ Москвѣ не имѣютъ. Приведу одинъ характерный примѣръ. Прошлымъ лѣтомъ мнѣ пришлось присутствовать при изысканіяхъ особой комиссіи по вопросу о направленіи новаго пароваго пути отъ ростово-владикавказской желѣзной дороги къ городу Петровску на Каспійскомъ морѣ. Вопросъ о направленіи проэктируемой дороги составляетъ вопросъ жизни или смерти для г. Владикавказа. И вотъ комиссія проэктировала провести дорогу мимо Владикавказа, т. е. рѣшала вопросъ въ смыслѣ смерти для города и вопреки интересамъ всей мѣстности, по которой пройдетъ дорога, единственно для того, чтобы сократить на 20 верстъ московскимъ ситцамъ путь въ среднюю Азію!..

Любопытно отмѣтить еще одну черту нашей покровительственной политики. Покровительствомъ пользуется только одно крупное, капиталистическое производство. Ему даются милліонные казенные заказы; оно получаетъ правительственныя ссуды и субсидіи; его защищаютъ отъ иностранной конкурренціи охранительныя пошлины. Никакими такими благами не пользуется мелкая, кустарная промышленность. На послѣднюю всероссійскую выставку, представлявшую нѣчто въ родѣ большой ярмарки для крупной промышленности, было потрачено до 3.000,000 рублей, а на устройство кустарнаго отдѣла на этой выставкѣ было назначено всего 15,000 рублей! Мы попросимъ читателя сообразить, какой ущербъ общей экономіи страны наносится этимъ поставленіемъ въ привилегированное положеніе одной формы производства передъ другою. Любопытно, что на западѣ, въ "капиталистическихъ" странахъ, мелкая промышленность нетолько не находится въ пренебреженіи, какъ у насъ, но пользуется многоразличнымъ покровительствомъ со стороны государства.

Легкость оказанія покровительства различнымъ капиталистическимъ предпріятіямъ до такой степени избаловала нашихъ предпринимателей и дѣльцовъ, что послѣдніе, что бы они ни затѣвали, всегда или разсчитываютъ получить непосредственно ту или иную поддержку со стороны государства, или питаютъ надежду на такую поддержку въ будущемъ. Газеты каждый день приносятъ извѣстія о такихъ поползновеніяхъ на карманъ казны или иную поддержку со стороны государства. Вотъ нѣкій г. Вольдемаръ, членъ Общества содѣйствія русской промышленности и торговлѣ, пожелалъ оказать содѣйствіе русскому судостроенію. Оно, конечно, отчего и не оказать содѣйствія, разъ такое желаніе имѣется? Но г. Вольдемаръ подаетъ въ министерство финансовъ проэктъ, въ которомъ онъ предлагаетъ, чтобы правительство выдавало въ теченіи пяти лѣтъ по 600,000 рублей въ видѣ премій за устройство судовъ на русскихъ верфяхъ. Другой господинъ пожелалъ заняться улучшеніемъ нашего сельскаго хозяйства: тоже недурное дѣло. Но господинъ этотъ желаетъ получить въ ссуду отъ казны для осуществленія своего проекта ни болѣе, ни менѣе, какъ два милліона на льготныхъ условіяхъ. По поводу возникновенія русско-американской компаніи для устройства элеваторовъ въ русскихъ портахъ поднялись толки о нашей хлѣбной торговлѣ вообще и о выдачѣ ссудъ подъ желѣзнодорожныя квитанціи, выдаваемыя отправителямъ хлѣба, нагруженнаго въ вагоны; и вотъ немедленно же является проэктъ, по которому правительство должно взять эту операцію на себя. Конечно, проэктъ подкрѣпляется разсужденіями объ общемъ благѣ и интересахъ Россіи, но тутъ же безсознательно объясняется, что дѣло совсѣмъ не въ томъ. Оказывается, что проэктируемая операція уже давно производится: комерческіе банки, представители иностранныхъ фирмъ и частныя лица выдаютъ ссуды подъ желѣзнодорожныя квитанціи, служащія гарантіей того, что хлѣбъ уже находится въ дорогѣ или, по крайней мѣрѣ, нагруженъ въ вагоны. Но дѣло въ томъ, что процентъ, платимый хлѣботорговцами за этотъ учетъ квитанцій составляетъ копейку въ десять дней или 3% въ мѣсяцъ, тогда какъ правительство по проэкту не должно брать болѣе 1%, что, конечно, для гг. хлѣбопромышленниковъ несравненно выгоднѣе ("Моск. Вѣд.", No 69)...

Если теперь мы отъ этой среды, переполненной разговорами о покровительственныхъ пошлинахъ, преміяхъ, субсидіяхъ, ссудахъ, процентахъ, барышахъ и т. д., обратимся въ глубь Россіи, въ деревенскую среду, тамъ мы услышимъ совсѣмъ другіе разговоры. Какъ это ни странно для страны, кормящей своимъ хлѣбомъ западную Европу, но оказывается, что нашимъ деревнямъ недостаетъ продовольствія. Особенно сильный недостатокъ хлѣба оказался въ Казанской губерніи. Здѣсь, какъ сообщали уѣздныя управы экстренному губернскому земскому собранію, озимей совсѣмъ не было, а яровыя -- уже пріѣдены; хлѣба нѣтъ ни для обсѣмененія полей, ни для продовольствія населенія: во многихъ селеніяхъ открылся голодный тифъ ("Русск. Вѣд.", No 62). Въ Казанскомъ уѣздѣ "ни одна деревня не пропускаетъ земскаго гласнаго безъ мольбы о помощи, безъ заявленій о выдачѣ хлѣба на обсѣмененіе полей" (id., No 71). Вообще, "большая часть Казанскаго уѣзда, а именно средняя и въ особенности сѣверная полоса его, съ татарскимъ населеніемъ, представляютъ картину почти полной нищеты. Крестьянскія хозяйства въ совершенномъ упадкѣ, скотъ распроданъ, земли или остаются вовсе не засѣянными, или же вслѣдствіе недостатка удобренія не даютъ даже и посредственнаго урожая. Многія семьи питаются исключительно милостыней. Результатомъ продолжительной голодовки среди крестьянъ явились болѣзни, вынудившія многихъ лечь въ больницы, а мѣстный медицинскій персоналъ разъѣзжаетъ по деревнямъ только для того, чтобы раздавать бѣдствующему населенію куски хлѣба въ видахъ спасенія отъ голодной смерти" (No 51). До какой степени дошла нужда, видно изъ слѣдующаго сообщенія доктора Попова въ "Казанскій Биржевой Листокъ";

"Въ настоящее время въ Мамадышскомъ уѣздѣ очень много деревень, которыя охвачены такъ-называемымъ "голоднымъ тифомъ", т. е. тифомъ, развившимся на почвѣ крайняго голоданія. Есть деревни, въ которыхъ больныхъ находится по 48-ми человѣкъ. Посѣщая дома больныхъ, видишь крайнюю, чисто нищенскую ихъ обстановку. Не преувеличивая скажу, что половина этихъ домовъ сегодня не знаетъ, что она будетъ ѣсть завтра, и вмѣсто всякихъ лекарствъ проситъ хлѣба. Да и въ самомъ дѣлѣ, лекарство здѣсь не было ли бы камнемъ, вмѣсто просимаго хлѣба? Есть и такія деревни -- и я, въ качествѣ врача, посѣщалъ ихъ и, если нужно, укажу ихъ -- гдѣ какихъ-либо болѣзней -- тифа и проч. нѣтъ, но есть... опять-таки недостатокъ хлѣба. Люди "лежатъ" больные сильнѣйшими гастритами, развившимися единственно благодаря присутствію въ хлѣбѣ крайне неудобоваримыхъ примѣсей. Но есть, конечно, и много такого, чего я не знаю. Нѣкоторые изъ моихъ знакомыхъ, при томъ люди, которыхъ нельзя заподозрить въ особенной чувствительности, передавали мнѣ, что они встрѣчали такія картины голода, отъ которыхъ и у нихъ навертывались слезы... Мякина, желуди, кора и пр.-- все это такія обычныя вещи, что о нихъ я не говорю: знаю, что сердце современнаго человѣка ими не проймешь. Сегодня, когда я пишу эти строки, у меня перебывали многіе десятки людей -- и это потому, что узнали, что я состою участникомъ при раздачѣ нѣсколькихъ сотъ пудовъ хлѣба, вчера привезеннаго въ нашу деревню и купленнаго на пожертвованныя деньги. И объ этомъ ихъ никто еще не извѣщалъ. А сколько ихъ явится завтра, послѣ завтра -- тогда, когда объ этомъ узнаютъ всѣ? Но все это теперь, а что будетъ черезъ мѣсяцъ, черезъ два, черезъ три?... Однимъ словомъ, хлѣба!-- вотъ крикъ, который раздается по Манадышскому уѣзду".

Мѣстныхъ средствъ для противодѣйствія такому страшному бѣдствію совсѣмъ нѣтъ. Еще въ прошломъ году казанское земство получило въ ссуду изъ общаго по имперіи продовольственнаго капитала 590,000 рублей. Изъ этой суммы 213 тысячъ были выданы населенію на обсѣмененіе озимыхъ полей. Цифра эта, сравнительно съ потребностью населенія, оказалась совершенно ничтожною. Къ тому же, значеніе этой помощи въ значительной степени парализовалось безтолковымъ распредѣленіемъ ея. Такъ, "Волжскій Вѣстникъ" сообщаетъ по поводу голода въ Арской волости, что деньги на обсѣмененіе полей не раздавались на мѣстахъ наиболѣе нуждающимся крестьянамъ, а выдавались въ арскомъ волостномъ правленіи выборнымъ отъ обществъ. Вышло въ результатѣ то, что деньги попадали не самымъ нуждающимся крестьянамъ, а тѣмъ, которые имѣли возможность проявить большее вліяніе на сходахъ. Бѣднѣйшіе же крестьяне остались обдѣленными. Оставшіеся отъ правительственной ссуды 377,000 руб. земство рѣшило обратить въ ссуды на продовольствіе и обсѣмененіе яровыхъ полей. Но, по постановленію комитета министровъ, правительственная ссуда должна быть возвращена къ 1 январю 1885 года. Между тѣмъ, урожай настоящаго года, каковъ бы онъ ни былъ, ни въ какомъ случаѣ не можетъ покрыть полумилліоннаго долга, тѣмъ болѣе, что посѣвы озимыхъ крайне сократились и тоже сокращеніе несомнѣнно ожидаетъ и яровые посѣвы. Земство обратилось съ ходатайствомъ объ отсрочкѣ уплаты и вмѣстѣ съ тѣмъ постановило не вносить правительственный долгъ въ смету обязательныхъ расходовъ. Послѣднее постановленіе опротестовано губернаторомъ, чѣмъ земство поставлено въ крайне затруднительное положеніе: "не выдавать ссудъ -- значитъ обрекать населеніе на голодную смерть, согласиться на условія уплаты -- значитъ раззорить его въ конецъ" ("Рус. Вѣд.", No 62). Съ этимъ затрудненіемъ пришлось считаться экстреннымъ земскимъ собраніямъ. Уѣздное казанское экстренное земское собраніе, засѣдавшее 14-го февраля, констатировало тотъ печальный фактъ, что земство почти лишено всякой возможности придти къ населенію на помощь по причинѣ совершеннаго отсутствія средствъ. Сколько ни ломали головы гласные, ни къ какимъ утѣшительнымъ результатамъ придти не могли и больше для успокоенія совѣсти ассигновали 3,000 р. на безвозвратную помощь семьямъ, не имѣющимъ работника которымъ прежде всего грозитъ голодная смерть. Затѣмъ было постановлено выдать на обсѣмененіе яровыхъ полей 33,000 руб. Откуда достать эти 33 тысячи, представляло, однако, очень серьёзный вопросъ. Мнѣнія гласныхъ раздѣлились. Одни предлагали взять указанную сумму изъ правительственной ссуды, назначенной губернскому земству. Другіе указывали на то, что воспользоваться ссудой на тяжеломъ условіи уплаты къ 1-му января 1885 года значило бы взять на себя такое обязательство, выполненіе котораго возможно развѣ при условіи совершеннаго прекращенія всѣхъ земскихъ функцій. Однако, въ виду того, что въ случаѣ, если ноля останутся незасѣянными, весь уѣздъ постигнетъ страшное бѣдствіе, собраніе постановило воспользоваться кредитомъ изъ имперскаго продовольственнаго капитала, добавивъ къ этому постановленіе ходатайствовать черезъ губернское собраніе передъ правительствомъ объ облегченіи условіи кредита. На случай же, еслибы губернское собраніе не пожелало воспользоваться кредитомъ изъ имперскаго продовольственнаго капитала на указанныхъ комитетомъ министровъ условіяхъ, постановлено уполномочить управу сдѣлать частный заемъ, какой окажется возможнымъ, т. е. прибѣгнуть къ самому крайнему средству, за которымъ можетъ слѣдовать только ликвидація земскихъ дѣлъ (ib., No 52). Еще съ большими затрудненіями пришлось встрѣтиться экстренному губернскому собранію, открывшемуся 7-го марта. Принимая даже правительственную суду, собраніе не могло и мечтать объ удовлетвореніи текущихъ и неотложныхъ потребностей продовольствія и обсѣмененія полей, такъ какъ одно мамадышское земство испрашивало ссуду въ 400 тысячъ рублей, т. е. сумму, превышающую правительственную ссуду. Собраніе назначило ссуду уѣздамъ Царевококшайскому, Козмодемьянскому и Чистопольскому по 10,000 руб., Чебоксарскому -- 13,500, Лаишевскому и Спасскому по 20,000, Казанскому -- 46,000, Ядринскому -- 37,000 и Тетюшскому 24,000. Распредѣленіе же помощи по Мамадышскому, Свіяжскому и Цивильскому уѣздамъ поручено особой комиссіи. Кромѣ того, земство постановило ходатайствовать передъ правительствомъ объ открытіи по всей имперіи подписки въ пользу голодающихъ Казанской губерніи. Еще ранѣе въ предѣлахъ губерніи, съ разрѣшенія губернатора, была открыта подписка въ пользу голодающихъ Казанскаго уѣзда, причемъ собрано всего до 3,000 рублей. Такимъ образомъ, оказывается, что безъ чрезвычайной поддержки государства Казанская губернія не будетъ въ состояніи выдти изъ того крайне затруднительнаго положенія, въ которомъ она находится теперь. Комитетъ министровъ согласился на разсрочку уплаты ссуды, погашеніе которой предполагается произвести въ теченіи 8 лѣтъ. Но этого, очевидно, недостаточно. Въ 20-хъ числахъ марта въ наиболѣе пострадавшія селенія Казанскаго, Мамадышскаго и Свіяжскаго уѣздовъ отправился командироный министерствомъ внутреннихъ дѣлъ баронъ Икскуль. Быть можетъ, эта командировка вызоветъ новыя, чрезвычайныя мѣры помощи голодающему населенію.

Тревожныя извѣстія о недостаткахъ продовольствія идутъ не изъ одной только Казанской губерніи. Недостатокъ хлѣба оказался во многихъ мѣстностяхъ, раскиданныхъ по всѣмъ концамъ Россіи. На послѣднемъ очередномъ вятскомъ губернскомъ земскомъ собраніи, еще въ декабрѣ прошлаго года, были заявлены ходатайства четырехъ южныхъ уѣздовъ Вятской губерніи о ссудѣ болѣе, чѣмъ въ 700 тысячъ рублей. Такъ какъ весь продовольственный капиталъ вятскаго земства къ этому времени равнялся всего 183 тыс., то собраніе постановило выдать нуждающимся уѣздамъ эти послѣднія средства и, кромѣ того, ходатайствовать передъ правительствомъ о ссудѣ изъ общаго по имперіи продовольственнаго капитала въ 150 тыс. руб. На томъ же собраніи предсѣдатель губернской управы сдѣлалъ заявленіе, что имъ получено изъ Елабужскаго уѣзда письмо, въ которомъ ему сообщаютъ, что населеніе уѣзда, за неимѣніемъ хлѣба, питается желудями и другими суррогатами. Черезъ мѣсяцъ послѣ собранія, губернская управа получила отъ предсѣдателя елабужской управы телеграмму о критическомъ положеніи голодающаго населенія и о начавшихся заболѣваніяхъ отъ ненормальнаго питанія. Извѣстіе это было подтверждено и сообщеніемъ губернатора. Къ сожалѣнію, губернская управа имѣла въ своемъ распоряженіи всего 150 рублей изъ почему-то оставшихся отъ 1877--1878 г. жертвованныхъ денегъ въ пользу голодающихъ Вятской губерніи ("Рус. Вѣд.", No 63). До какой степени велика здѣсь нужда и какъ дорого обходится населенію удовлетвореніе этой нужды, показываетъ слѣдующій фактъ: нѣкій Юхачевъ роздалъ весною 1883 года до 3 тысячъ пудовъ пересушеной ржи при условіи возврата вмѣсто одного пуда -- 2 1/2 пуда и за отсрочку уплаты до будущаго года по 40 к. съ пуда ("Волжскій Вѣстникъ", 1884 г., No 5). Не меньшая нужда царитъ и въ другихъ мѣстностяхъ. Въ Сердобскомъ уѣздѣ, Саратовской губерніи, многіе крестьяне, не имѣя хлѣба и денегъ для покупки его, должны продавать свой озимый посѣвъ богатымъ крестьянамъ съ обязательствомъ самимъ же убрать урожай, т. е. сжать, сложить и привезти на гумно покупателя; цѣна десятины посѣва съ уборкой 20 руб. и не дороже 24 руб. Въ Мензелинскомъ уѣздѣ, Оренбургской губерніи, населеніе всю зиму питалось яровымъ хлѣбомъ -- гречневыми и просяными блинами, да "ботанцами", небольшими и низкими гречневыми хлѣбцами. Къ веснѣ же не оказалось и яровыхъ запасовъ, что немедленно же отразилось на увеличеніи числа преступленій -- кражъ, грабежей, конокрадствъ и т. п. Съ упадкомъ благосостоянія и подати собираются крайне туго. На отхожій промыселъ не даютъ паспортовъ, а на мѣстѣ нѣтъ ни работъ, ни хлѣба. Во многихъ мѣстахъ школы опустѣли еще въ началѣ зимы, такъ какъ семьямъ пришлось направить лишніе рты на сборы кусочковъ и учительницы напрасно ходили по дворамъ, упрашивая посылать мальчиковъ въ школу. Ни просьбы, ни указанія на ревизора (инспекторъ народныхъ школъ) -- ничто не помогало. "Съ голоду што ли здыхать для левизора-то? пріѣдетъ -- на то время и въ школу пошлемъ". Агрументъ, нельзя не сказать, вѣскій и убѣдительный ("Новое Время", отъ 24 то марта). Въ Петербургъ уже съ мѣсяцъ ежедневно прибываютъ по николаевской и варшавской желѣзнымъ дорогамъ тысячныя партіи рабочихъ, выгнанныя сюда домашней безхлѣбицей, несмотря на то, что въ Петербургѣ лѣтнія работы еще не начинались. Въ особенности жалки рабочіе Витебской и Псковской губерній: это какіе-то нищіе, оборванцы, наводящіе уныніе однимъ своимъ истомленнымъ видомъ. Наконецъ, грустныя извѣстія получаются даже изъ такихъ отдаленныхъ окраинъ, какъ Закавказье. Такъ изъ Ленкоранскаго уѣзда пишутъ въ газету "Кавказъ", что населеніе мусульманскихъ селъ уѣзда находится въ настоящее время въ крайне тяжеломъ положеніи, такъ какъ урожай прошлаго года былъ очень плохъ. Кулаки, заготовившіе своевременно запасы хлѣба, подняли цѣну на него такъ высоко, что большинству жителей онъ сдѣлался окончательно недоступенъ и бѣдняки принуждены питаться разными травами, которыя варятъ въ водѣ и ѣдятъ съ солью.

Мы привели, конечно, только незначительную часть проникающихъ въ печать извѣстій о бѣдственномъ положеніи населенія разныхъ мѣстностей. Возникаетъ вопросъ о средствахъ, которыя могутъ быть противопоставлены наступающему бѣдствію. Къ несчастію, средства эти совершенно ничтожны. У большинства земствъ продовольственные капиталы давно исчезли. Общій по имперіи продовольственный капиталъ тоже почти весь растаялъ, числясь въ безнадежной недоимкѣ. Наконецъ, запасные магазины почти всюду пусты. Другихъ средствъ для борьбы съ недостаткомъ продовольствія не имѣется. Все это выдвигаетъ вопросъ о лучшей постановкѣ продовольственнаго дѣла, чѣмъ та, которая имѣется нынѣ. Желательно было бы, чтобъ этотъ вопросъ привлекъ столько же вниманія, сколько въ настоящее время удѣляется такимъ, во всякомъ случаѣ мелкимъ и частнымъ вопросамъ, какъ вопросъ о положеніи пошлины на каменный уголь или элеваторный вопросъ.


"Отечественные Записки", No 4, 1884